Когда умерла любовь, ты стал моим спасением...

Тамара, обиженная подобной выходкой со стороны мужчины, влетела в квартиру, громко хлопнув дверью, на звук сразу же вышла Инна Владимировна. Ей хватило одного взгляда на дочь, чтобы понять её отнюдь не спокойное состояние: — Тамуня… что случилось? — осторожно обратилась к ней Мама. — На каток он меня повёз! Представляешь?! — вскрикнула Тамара. — Я безумно испугалась, а ему хоть бы хны! Певица нервно сняла с себя шубу, и тут Инна Владимировна увидела на дочери мужскую рубашку, сомнений кому она принадлежит у женщины не было, похоже не так уж и плохо они провели время вместе. — Тамуня, не твой размер! — шутя заметила Мама, стараясь разрядить обстановку. Гвердцители посмотрела на себя в зеркало и стала яростно расстегивать пуговицы: — Не хочу его видеть! Не хочу! — Успокойся и объясни толком, что произошло! — потребовала Инна Владимировна, которую пугало столь нервное состояние дочери. — Вначале всё было хорошо, и ночь и утро, а потом он меня на каток повез! На каток!.. меня! — возмутилась Тамара. — Решил о возрасте мне напомнить! Голос у певицы сорвался, и она вытерла непрошенные слезинки. — Тамара, то, что Дима не угадал с местом свидания неприятно конечно, но я не думаю, что таким образом он хотел тебя унизить или оскорбить… он молод, горяч, влюблён, и совершает необдуманные поступки, — Инна Владимировна постаралась обьяснить поведение Дюжева. — Это его не оправдывает! — певица отмела малейшие аргументы матери, её до сих пор трясло от страха, когда она вспоминала себя на коньках. — Он даже не привёз тебя домой? — разочарованно спросила Инна Владимировна, которая до сих пор не могла поверить, что Дюжев обманул Тамару и никаких чувств у него к ней нет. — Догнал… — разъярённо буркнула в ответ Гвердцители и наконец-то сняла с себя мужскую рубашку, проходя на кухню и выбрасывая её в урну. — Я на такси уехала, а он у подъезда меня ждал… Грузинка ушла в свою комнату и переоделась, сбрасывая с себя все вещи, которые на удивление успели пропитаться запахом и парфюмом Дмитрия. Инна Владимировна вздохнула, а ведь ещё вчера ей казалось, что дочь наконец-то безоговорочно счастлива. Женщина подошла к окну и выглянула, на улице не спеша кружили снежинки, словно маленькие балерины в пачках на огромном темном полотне неизвестного художника, решившего запечатлеть момент сказки зимнего вечера. Опустив взгляд вниз, Инна Владимировна вскинула бровь: высокую фигуру Дмитрия она узнала сразу же. Актёр стоял, оперевшись о капот своей машины в расстегнутом пальто, не обращая внимания на снегопад, он смотрел на знакомые окна квартиры Гвердцители. Он понадеялся, что смотрит на него Тамара, но хорошее зрение, к сожалению, разочаровало мужчину… это была только Мама его партнерши Инна Владимировна. А вот Кофман сделала свои выводы, если Дюжев не уехал, а остался здесь, значит ему есть что сказать и как оправдать и обьяснить свой поступок. — Тамара, подойди к окну, пожалуйста, — позвала дочь Инна Владимировна. — Зачем? — уточнила появившаяся в гостиной Гвердцители. — Дмитрий у машины стоит и в наши окна смотрит… я думаю ему есть, что тебе сказать… — Мама постаралась деликатно подтолкнуть дочь к нужному выводу. — Пусть стоит, мне всё равно, — обиженно ответила Тамара и ушла в ванную комнату. В горячей воде певица провела довольно солидное время, около полутора часов, она успела успокоиться и расслабиться за это время. Хотя недовольство поступком Дюжева всё равно не отпускало Гвердцители. Длинные волосы она заранее собрала заколкой, поэтому они остались сухими, надев длинный пеньюар, певица закуталась в махровый халат и вышла из ванной комнаты. Но женское любопытство не отпускало, она недолго боролась с собой и всё-таки подошла к окну: — Он до сих пор здесь!.. — поражено заключила Тамара, а после перевела взгляд на часы. Времени прошло немало, а чёрное пальто Дюжева уже целиком покрылось снежинками, превратив его в белое. А снегопад только усиливался, похоже ночью будет метель. — Он же сляжет с переохлаждением… — взволнованно прошептала грузинка, подходя практически вплотную к окну. — Дмитрий не уезжал, так и стоит там с твоего возвращения, — Мама подтвердила догадки дочери, чем ещё сильнее заставила Тамару волноваться. Певица схватила мобильный телефон и снова подошла к окну, не отрывая взгляда от Дюжева, набрала его номер. Почувствовав вибрацию в кармане пальто, Дмитрий неловко потянулся за сотовым, пальцы плохо слушались его, успев закоченеть от холода. С четвёртой попытки ему всё-таки удалось достать телефон и неловко провести пальцем по экрану, чтобы ответить на звонок, приложив аппарат к уху, он едва не отпрянул от громкого крика Гвердцители: — Ты спятил?! Решил насмерть замерзнуть под моими окнами?! — Та… — постарался обратиться к ней Дюжев, но неловко цокнул зубами от холода. — Живо… немедленно поднимайся в квартиру! — закричала Тамара, испытав сильнейший испуг за партнёра. Она нервно наблюдала, как Дюжев с трудом передвигал ноги, ясно понимая, что он успел закоченеть за это время. А ведь она провела в ванной больше часа! Добрался Дюжев до двери Тамары только за пятнадцать минут. Певица ждала его на лестничной клетке, нервно вслушиваясь в медленные неуверенные шаги. Увидев его наконец на пороге, совсем близко, женщина ужаснулась, он был бледным как полотно. Схватив мужчину за руку, она едва не отдернула свою тёплую ладонь от его холодной: — Заходи!.. Быстро! — Вы…. Выслушай… меня… — попробовал хоть что-то сказать Дюжев в своё оправдание. — Потом… — отмахнулась Тамара и потащила мужчину в ванную. — Под горячий душ… ты окоченел совсем… Гвердцители очень переживала за него, хотя и злилась за его выходку с катком, она не могла так запросто вычеркнуть из своей жизни человека, которого полюбила. Ушла в комнату, и взяв там полотенце, снова вернулась к Диме, вешая принесенную вещь на свободный крючок. Дима с трудом, но самостоятельно снял с себя одежду, вставая под тёплые струи воды, постепенно согреваясь и приходя в себя. Он был даже рад, что так всё случилось, ведь если бы не характерная для него настойчивость, Тамара бы никогда не пустила его к себе, к тому же она волновалась о нем… значит любила. А певицу в этот момент тихо отчитывала Инна Владимировна: — Нужно было вначале выслушать его! Нельзя делать выводы с первого впечатления! — Он обидел меня, напугал… — пыталась возражать Тамара, хотя получалось очень вяло. Она чувствовала себя виноватой, ведь если бы не посмотрела в окно, Дюжев с его настойчивым и упрямым характером простоял бы на улице до утра. — Я пойду отдыхать, а Вы сами разбирайтесь, поговорите друг с другом наконец, взрослые же люди! — возмутилась Инна Владимировна. Ей не нравилось, что в отношениях Тамары и Дмитрий изначально уже возникли недомолвки. Она то прекрасно знала, КАК они провели время утром, в день её возвращения из Тбилиси. — В спальне Вам лучше удаётся слушать и слышать друг друга, — всё же подчеркнула Инна Владимировна, делая со своей стороны всё, чтобы умерить вспыльчивый горячий темперамент своей дочери. Гвердцители залилась краской, ведь Мама их не только видела, но и слышала, желание вновь накричать на Диму возникло мгновенно. Кофман покинула гостиную, удаляясь в свою комнату, но дверь оставила неплотно закрытой, опасаясь, что если сейчас будет ссора между партнёрами шоу «Две звезды», ей придётся успокаивать свою маленькую Тамуню. Ещё минут через десять в гостиной появился Дюжев в брюках и рубашке, а в его темных коротких волосах блестели крохотные капельки воды. — Зачем ты устроил этот пафос? — мгновенно вспылила Гвердцители, скрывая за злостью переживания за него. — Выслушай меня! — актёр подошёл к ней вплотную, смотря на певицу сверху вниз. Тамара даже немного опешила от его повышенного тона, поэтому замолчала, не продолжая свою тираду. — Я не думал, что каток не лучшее место для тебя, и что ты боишься льда, я не знал… Певица открыла рот, чтобы возразить, но мужчина накрыл ей уста своей тёплой после душа ладонью: — И вообще, почему ты перестала мне доверять, я был рядом, более того, держал на руках, почему ты решила, что я непременно уроню или брошу тебя там одну?! Между прочим, когда я привёз тебя на конную верховую прогулку, ты до этого никогда на лошадях не каталась, но даже тогда ты мне доверяла! Что случилось сейчас? Чем я заслужил такое недоверие? Чем обидел или что сделал не так? Он убрал руку с губ певицы, ожидая от неё ответа. Но ей сказать было нечего, сейчас она растерялась ещё больше, чем на катке. Однако и Тамаре было, что предъявить Дмитрию: — Ты ведёшь себя как мальчишка! — заявила она ему. — Потому что я люблю тебя! — признался актёр и возмутился, вспоминая её слова. — Ты для меня не любовница! А любимая женщина, и не нужно путать эти понятия! — Вот как! — непонятно почему, но Тамара злилась, не могла принять того факта, что он снова заставил её играть по его правилам. — Да! И не нужно меня прогонять и подбирать мне женщин по возрасту! Я — мужчина, и сам выбрал ту женщину, которую полюбил! И ею оказалась ты, вот что хочешь, то и делай теперь с этим! Тамара задохнулась от возмущения! — Значит так, самостоятельный мужчина!.. Даже носа не смей показывать в моей спальне… — певица задумалась, но грузинское воспитание не позволяло ей выгнать человека на ночь глядя из своего дома, к тому же она понимала, что Дюжев не уедет, а так и останется под окнами. — Спишь сегодня здесь… на диване… а утром, чтобы духу твоего не было! Певица отвернулась и ушла к шкафу, достала оттуда подушку и тёплый плед, молча оставила это на диване и скрылась в своей спальне, хлопнув дверью. — Заноза упрямая… — тихо усмехнулся актёр. Мужчина нашёл взглядом выключатель и подошёл к нему, «щелк» и комната погрузилась в темноту. Дима снял с себя брюки и рубашку, аккуратно сложил их на ковре рядом со своим временным ночлегом на эту ночь, положил на подлокотник подушку и лёг на диван, укрываясь по пояс пледом. Инна Владимировна тихо закрыла полностью дверь: — Поговорили… ничего не скажешь… — вздохнула Мама певицы и тоже стала укладываться спать. Тамара уже около получаса ворочалась в постели, ставшей такой большой и холодной после казалось бы ОДНОЙ ночи, проведённой на ней с Дмитрием. Она всё ещё злилась, хотя и понимала, что подобным развлечением актёр не хотел указать ей намеренно на разницу в возрасте между ними. Но Тамара и так понимала, что слишком уступает ему в молодости, певица давно уже знала, что соревноваться с юностью можно только на сцене талантом, однако в личной жизни и уж тем более в отношениях с мужчиной подобное не сработает. Наконец, женщина не выдержала, тихо встала и накинув на плечи тёплую шаль, вышла из комнаты, прикрыв за собой дверь, она задумалась, но всё же медленно двинулась к дивану, который сама же выделила сегодня Дюжеву как место ночлега. Поравнявшись с ним, Тамара постаралась рассмотреть лицо актёра, но тот увидел партнершу раньше: — Не спится? — негромко спросил мужчина. Гвердцители вспыхнула, осознав, что он видит её, но тут же пришла в себя. — Это не то, что ты подумал… — хотя кого она пыталась обмануть, грузинка не знала. — Конечно… — улыбнулся актёр и приподнялся, принимая сидячее положение. — Я замёрзла, вот и всё, — Тамара подошла к нему ближе, склоняясь и указывая на него пальчиком, намереваясь что-то сказать ещё, но следующие слова партнёра, выбили её из равновесия. — Ложись со мной, я согрею тебя… — и шепотом добавил. — В эти дни на холодную постель ты точно не жаловалась… Гвердцители аж задохнулась от возмущения. — А тебя между прочим, никто за эти выходки не прощал… — но она ничего не могла с собой поделать, ведь сама же пришла к нему ночью. — Мы будем… просто спать… — Как скажешь… ложись… Дмитрий подвинулся и приподнял плед, приглашая певицу присоединиться, пару секунд помешкав, женщина всё-таки легла рядом, сразу же вплотную пододвигаясь к актёру, кожа которого была очень тёплой. Мужчина заботливо укрыл певицу пледом и положил одну ладонь ей на талию, ожидая возмущения, которого на удивление не последовало. И тогда он уже смелее пододвинул к себе партнершу, вытягивая другую руку на подушке, и Тамара тут же положила на неё голову, закрывая глаза. Всё-таки в его объятиях ей было очень спокойно… через несколько секунд вымотанная чрезвычайно эмоциональным прошедшим днём, Гвердцители уснула, а рядом с любимой женщиной сон старался забрать в свои объятия и Дмитрия. Он крепче прижимал певицу к себе, опасаясь её побега рано утром, хотя как актёр уже мог судить о её привычках: Тамара любила поспать подольше. Дюжев утром всё равно хотел проснуться вместе с Гвердцители и уже на свежую голову, без эмоций, обсудить прошедший день… Но все мысли отступили назад, его унесло с собой в царство Морфея ровное дыхание спящей Тамары и тепло её тела, которое он ощущал даже сквозь ткань пеньюара.