Когда умерла любовь, ты стал моим спасением...

Дуэтам назначили время репетиций с оркестром и объявили, что съёмки 9 выпуска начнутся сразу же в этот день, ближе к полуночи. Тамара накануне назначила своим музыкантам репетицию как всегда на раннее утро, поэтому немного нервничала, что у них с Димой будет очень мало времени на репетицию с оркестром, которого в принципе всем участникам выделялось катастрофически мало. Но Дюжева эти нюансы сейчас заботили меньше всего, ведь ему пришли сразу две долгожданные смс: От Юдашкина и Константин Львовича. Ещё за день до этого, он связался с Владимиром Аркадьевичем — шеф-поваром, который уже однажды готовил для них с Тамарой ужин в оранжерее и рассказав свои пожелания, попросил реализовать их до завтра. Мужчина с азартом согласился, предлагая сделать пусть и небольшой, но всё же свадебный торт. Вечером, пользуясь моментом, когда Гвердцители музицировала за роялем, а Инна Владимировна ушла на кухню заваривать чай, Дима последовал следом за Кофман, тихо обращаясь к женщине: — Инна Владимировна, Вы могли бы завтра, когда я увезу Тамарочку на репетицию и съёмки, собрать ей чемодан? — он умоляюще смотрел на будущую тёщу. — А как же платье? — также тихо уточнила Мама Гвердцители, вскинув бровь. — Как только отвезу Тамарочку к музыкантам, я всё сюда привезу, хочу сделать ей сюрприз, когда мы приедем после съёмок шоу, — Дима поведал Инне Владимировне свой план, видя по улыбке, что женщине очень понравилась столь романтичная идея будущего зятя. — Я всё подготовлю, — кивнула ему Кофман. Радостный актёр поцеловал руку Маме Гвердцители и вернулся в гостиную, где Тамара уже закрыла крышку рояля и придирчиво смотрела на ноты. Подойдя к ней поближе, дима обнял невесту за плечи и поцеловал в макушку: — Милая, пойдём пить чай, а после спать, нас ожидают два сложных дня, и тебе обязательно необходимо выспаться… — Хочется отдохнуть, — вдруг призналась Тамара и запрокинула голову. — Какие у тебя планы на предстоящие три свободных дня? Надеюсь… не активный… отдых? — Тебе понравится! — заговорщически поделился актер, целуя любимую в носик. — Потерпи немного и сама всё увидишь. Почти всю ночь Дюжев не мог уснуть, даже мирно спящая рядом Тамара, обнимавшая его за пояс, не могла забрать мужчину с собой в царство Морфея. Актёр волновался и одновременно с этим считал минуты, до момента, когда наконец сможет назвать любимую женщину своей женой. Он продумывал всё, стараясь не упустить ни малейшей детали, чтобы эти три дня были идеальными. Во время завтрака, Гвердцители заметила, как переглядывались Мама с Димой, и навязчивые мысли о заговоре тут же появились в её талантливой музыкальной головке. Поэтому оказавшись в машине наедине с женихом, певица постаралась ненавязчиво узнать правду: — Что ты задумал? — Маленький сюрприз! — широко улыбаясь ответил Дима и поцеловал Тамару в щёчку. — Ни о чём не думай, всё будет просто прекрасно, любовь моя! — Перед нашей репетицией привези мне платье, хорошо? Мама знает, какое, она же его и выбрала, — улыбнулась певица. — Обязательно! Всё сделаю, любовь моя! Гвердцители покраснела от столь нежного обращения и постаралась полностью довериться мужчине, понимая, что в глубине души именно этого как женщина и желает больше всего. Певица покинула мерседес и направилась к студии звукозаписи, лишь перед дверью она обернулась, и видя как Дима опустив окно любуется на неё, очаровательно покраснела, посылая ему воздушный поцелуй и скрываясь в здании. Воодушевленный Дюжев поехал сначала к Юдашкину, поскольку тот жил в частном секторе, актёр добрался туда быстро, не забыв по дороге купить букет цветов супруге модельера. Валентин пригласил актёра в коттедж, там их встретила Марина, с удовольствием принимая цветы и смеясь уточняя: — А невеста не будет ревновать? — Юдашкин не смог сдержать ухмылку, хорошо догадываясь какой темпераментной была личность этой невесты-инкогнито. — Так ничего же не было! — тоже улыбнулся Дима, с нетерпением ожидая увидеть воочию свадебное платье Тамары. Валентин вынес три чехла, и положив их, на большой стол, медленно раскрыл молнию: — Потрясающе! — на выдохе вырвалось у Дмитрия, как только он увидел переливающийся подол и восхитительный корсет с вырезом. — Я уверен, ей такой фасон подойдёт! — довольный реакцией актёра, заметил Валентин, снова пряча платье в чехол и протягивая ему его, показывая следующий, в котором была белоснежная шуба. — Сейчас холодно, поэтому я решил немного дополнить образ. — Спасибо! Я всё оплачу! — поспешил заверить его Дюжев, у которого перед глазами уже была Тамара в белых одеждах и обручальным кольцом на пальце. Валентин улыбался и лукаво смотрел на актёра, прекрасно уже зная для кого он сшил свадебное платье. И отдал ещё один чехол: — Это невесте… свадебный подарок от нас с Мариной! — Спасибо… — немного растеряно отозвался Дима, понимая по взгляду модельера, что тот уже догадался кто его избранница. Дюжев и Юдашкин вместе вышли из коттеджа, неся три чехла и аккуратно укладывая их на заднее сиденье мерседеса. Актёр достал конверт и добавил в него ещё столько же купюр к уже заготовленным деньгам, отдавая их модельеру, пожимая мужчине руку и искренне благодаря. Дюжев только открыл водительскую дверь автомобиля, как Валентин его окликнул: — Тамаре Гвердцители передай привет! Будем с Мариной завтра кричать за Вас немое «горько»! — и смеясь модельер рассекретил их роман, и скрылся в своём доме. — Спасибо! — крикнул ему вслед Дима и уехал к ювелиру. Константин Львович очень ждал приезда Дюжева. Уже в сотый раз рассматривая сделанное им самим женское кольцо, оценивая его со всех возможных ракурсов. Подъехав к знакомому дому, актёр достал из бардачка приготовленный конверт. Понимая, что ему предстоят большие траты, Дима заранее снял все деньги со своего счёта, на котором до сих пор находился почти не тронутый гонорар за съёмки в «Бригаде» и других проектах, мужчине просто некуда и не на кого было их тратить, работал только для того чтобы забыться и реже находиться одному в пустой квартире, сейчас же его жизнь искрилась сотнями ярких цветов и оттенков, как в калейдоскопе. Поднявшись к мастеру и увидев кольца, Дмитрий второй раз за утро потерял дар речи: — Это фантастика! — смог лишь произнести актёр, едва касаясь огранённого алмазной пылью золотого ободка. — На твоём я из её инициалов сделал гравировку, — поделился мастер и показал Дюжеву второе кольцо. — Береги её парень, если уж собрался жениться, то не смей потом на развод подавать. И запомни, если женщина уходит — мужчина виноват! — Я понял. — серьёзно ответил Дмитрий, чувствуя в Константине Львовиче практически отеческую поддержку и наставления. Отдав ему конверт, Дюжев забрал бархатную коробочку, собираясь уходить, вспоминая сколько всего ещё нужно успеть, до репетиции в Останкино с оркестром. Воодушевленный Дмитрий приехал домой, бережно взял все три чехла и поднялся к Инне Владимировне, за ним с самого утра следуя по пятам ездил Роман, он хорошо услышал слова Юдашкина о свадьбе, а потому надеялся, что за ближайшие пару дней уже сможет окончательно закрыть этот заказ достаточным количеством компромата, а Татьяна, узнав, что Дюжев женился, навсегда его забудет. Но детектив даже не догадывался насколько сильно он сейчас ошибался в своих суждениях. Инна Владимировна открыла дверь и тут же посторонилась, пропуская актёра. — Несите в мою комнату! — распорядилась женщина. Разложив все три чехла на заправленной кровати, Дима осторожно раскрыл свадебное платье для Тамары Гвердцители: — Очень красивое! Тамуне оно подойдёт! А посмотреть было на что: платье в пол из белоснежного атласа, глубокое декольте, как и весь корсет украшало тончайшее кружево, тоненькие бретельки, плечи скрывала меховая пелерина, зато длинный подол и юбка были украшены золотым бисером, но узоры были лаконичными и не вычурными, лишь подчеркивали буйство горячего кавказского темперамента невесты, свет играл на плотном атласе соединяюсь с золотыми бликами бусин, неминуемо притягивая к себе внимание восхищённых взглядов, и наконец, образ дополняли длинные до локтей шелковые белоснежные перчатки. Юдашкин, когда супруга подсказала ему будущую обладательницу этого платья, сразу отмёл все варианты с пышными юбками из тюли, на роскошной грузинской певице подобный фасон смотрелся бы неуместно. Поэтому выбор пал именно на плотный атлас и вшитый корсет. Поскольку ткань заслуженно называют королевской, то и работать с ней было непросто, особенно с вышивкой и бисером, но благодаря трём своим помощницам, которые несколько суток аккуратно делали каждый стежок на столь роскошной, но в тоже время и капризной ткани, удалось полностью избежать любых казусов, создавав настоящее произведение искусства. Шубу выбрать уже было легче, поэтому Юдашкин просто подобрал меховое изделие, зная размер и рост Тамары Гвердцители. — Валентин сказал, что это их с Мариной подарок для невесты, — объяснил Дмитрий, указывая на третий чехол. Инна Владимировна рассмеялась, отмечая, каким же всё-таки тактичным джентельменом был модельер. — А кольца? — напомнила Кофман, вспоминая про ещё один обязательный атрибут свадебной церемонии. Дюжев достал из нагрудного внутреннего кармана бархатную коробочку и открыл её: — Что скажите? Я подумал, что Тамара не станет носить классическое обручальное кольцо, мы и так сам факт свадьбы скрываем как государственную тайну, поэтому я выбрал… — Вы всё правильно сделали, — положив ладонь ему на плечо, успокоила его Инна Владимировна. — Я здесь всё подготовлю к вашему возвращению после съёмок и соберу Тамуне чемодан. А Вы, Дима, отправляйтесь дальше по делам, я так полагаю у Вас их ещё много на сегодня, организационных. — Да, Вы правы! — спохватился актёр и тут же вспомнил ещё кое о чём. — Я вечером приеду перед началом репетиции в Останкино и заберу Тамаре платье для выступления. — Идите, и ни о чём-то волнуйтесь, — мягко выпроводила его Мама Гвердцители. Дюжев помчался в яхт-клуб, но из-за пробок в «проснувшейся» Москве, добрался туда только через 2 часа, его проводили в уже заранее обговариваемую яхту класса премиум-люкс. В ней помимо просторных кают, столовой, большого холодильника и бара, были джакузи и даже собственное электрическое отопление, что позволяло выбрать любую комфортную температуру для посетителей. Актёр убедился, что всем его главным требованиям касательно тепла и удобства яхта соответствует и заплатил директору клуба залог. В это время, Роман решил немного отстать от своего объекта, понимая, что всё равно он сюда вернётся, запомнив необходимую яхту, он уехал к себе, добывая необходимые для профессии принадлежности: в частности, скрытые камеры видеонаблюдения. Дмитрий же снова умчался, в этот раз его путь лежал в загс, оплатив частный выезд сотрудника в указанное место, он пообещал, что заранее вызовет такси. Чтобы женщина-регистратор без труда добралась до яхт клуба, а после домой. И наконец, актёр явился в ресторан, где его встретил радостный Владимир Аркадьевич: — О! Дружище! — пожимая ему руку, повар ликовал. — Я прямо чувствую себя посланник купидона: сначала готовил Вам на романтическое свидание, теперь на свадьбу! Колись, где праздновать будете! — На яхте, мы на три дня уйдём в плавание, — поделился Дмитрий, надеясь, что его идея не будет поднята на смех. — Молодцом! Женщин нужно удивлять! — поддержал его повар и поманил за собой. — Надевай фартук и колпак, пойдём на кухню, я тебе всё покажу, что заготовил. Сразу предупрежу, я подумал у Вас будут гости, поэтому еды много, что-то даже Вы сможете там и сами приготовить. — Да, Спасибо! — Дима сегодня с утра рассыпался в благодарностях, даже не догадываясь, что Владимир всю ночь в одиночку колдовал на кухне, стараясь довести каждое блюдо до совершенства. Однако увидев количество еды и полуготовых ингредиентов Дима опешил: — Так много?! — актёр совершенно не ожидал увидеть столько блюд. — А ты предпочтешь в Волге рыбу ловить, когда еда закончится или голодной жену оставишь? — язвительно поинтересовался шеф-повар. — Нет-нет! Я понял! Беру всё! — поспешил заверить Дюжев. — Вот-вот! Не спорь с умным человеком! — с видом профессора, закончил Владимир и уже серьёзнее продолжил. — Я учёл твои пожелания касательно грузинской и французской кухни, здесь уже очень много готовых закусок, а также стейки и даже шашлык, я подумал, гриль там если что и электрический поставишь… — Яхта со всеми удобствами, поэтому всё сможем приготовить! — улыбнулся Дюжев, представляя вечера и дни, когда они с Тамарой будут наедине медленно плыть по спокойному течению Волги. — Кстати, хорошо дни подгадал! — заметил Владимир, доставая из холодильника контейнеры и складывая их в термопакеты. — Как раз весна будет наступать, обещают первые тёплые деньки до 18 градусов температура должна подняться! — Спасибо тебе… — Дюжев на мгновение замялся, думая как назвать шеф-повара, а после уверенно и твёрдо произнёс. — Друг! — Обращайся! — пожимая ему ладонь, кивнул Владимир Аркадьевич. Мужчина помог Дюжеву загрузить всю еду в багажник и что-то даже на заднее сиденье мерседеса, строго-настрого наказал ехать аккуратно, чтобы два небольших яруса свадебного торта не съехали. Пока Дима по пробкам медленно добирался до яхт-клуба, сверля взглядом то циферблат часов, то впереди стоящие машины, Роман уже был на месте, и сменив свой очень заметный в этом немноголюдном месте темный плащ и шляпу на белую куртку и кепку, незаметно проник на яхту, осторожно и незаметно он прикрепил скрытые видеокамеры к корме, носовой и обоим бортам яхты, детективу не терпелось оставить ещё одну камеру в каюте, прекрасно понимая, что интимного компромата на объект ему хватит для моментального завершения этого заказа, но непонятно откуда взявшаяся совесть, не позволила поставить там камеру. Дурное предчувствие не отпускало, но ему очень хотелось верить, что свадьба Дюжева на Гвердцители побудит Татьяну окончательно забыть этого актёра. Роман покинул яхту так же незаметно, как и проник в неё, оставаясь в своей машине, недалеко от входа. Он видел как Дюжев снова вернулся сюда, как четыре раза возвращался в машину за пакетами. Наконец, Дмитрий снова уехал домой к Тамаре, забрал там платье певицы и свой костюм, уезжая в Останкино. Теперь актёру оставалось только отсчитывать минуты, и надеяться, что всего через несколько томительных часов, он наконец сможет назвать любимую женщину своей женой и надеть ей на безымянный палец обручальное кольцо.