Звёздная память
13 октября 2021 г., 20:37
И даже в краю наползающей тьмы, За гранью смертельного круга, Я знаю — с тобой не расстанемся мы…
Конечно, они обнимали друг друга, пока из-за неудобно сцепленных рук — как же всё-таки непросто было обхватить его широкую спину полностью! — плечи Рей не заныли совсем уж невыносимо. Конечно, они перестали целоваться только тогда, когда любопытство в Биби-8 окончательно перевесило деликатность и тот принялся носиться вокруг них с озадаченным бульканьем. Конечно, им стоило серьёзного усилия воли всё-таки разомкнуть переплетённые пальцы — надо же было, в конце концов, пойти и проверить… довольно многое. Для начала Бен попробовал дотронуться до Биби-8, но его рука, засветившись, прошла сквозь грязно-белый металл. Сердце Рей сжалось от разочарования, но она тут же одёрнула себя: ничего удивительного, наоборот, было бы странно, окажись всё настолько просто. А сам Бен… он выглядел скорее заинтересованным, чем огорчённым. Уловив её эмоции, он оглянулся, и уголки его губ чуть дрогнули: — Главное, что я могу касаться тебя. И Рей вдруг стало жарко. А Бен, с явным трудом отведя от неё взгляд, вновь посмотрел на Биби-8 — словно спрашивая разрешения. Тот не возражал, и тогда Бен поднял руку, пытаясь оторвать маленького дроида от земли. И вот это у него получилось, что неудивительно: Рей прекрасно помнила, как магистр Скайуокер, будучи призраком, вытащил с морского дна целый крестокрыл. Кстати, о звездолётах… Рей поспешно прогнала дурацкую идею, но было уже поздно: Бен либо снова услышал её мысли, либо сам по себе подумал о том же. — Только осторожнее! — крикнула она, не зная, смеяться ей или что-нибудь съязвить насчёт того, какой же он всё-таки монстр. — Как я посмею испортить семейную реликвию, — ухмыльнулся Бен. «Сокол» взмыл с песчаного бархана мягко, словно его подхватил очень сильный, но очень нежный ветер. Рей завороженно наблюдала, как корабль медленно плывёт по выгоревшему бледно-голубому небу, пересекая диски татуинских солнц. «Видел бы это Хан», — фыркнула она про себя. Вскоре под то ли восторженный, то ли напуганный писк Биби-8 легенда галактики осторожно приземлилась, взбаламутив песок. А Бен — Бен снова улыбался. *** Спарринг на световых мечах был им недоступен сразу по нескольким причинам, но они вполне могли обойтись и без оружия. Конечно, они не хотели сражаться в полную силу — слишком невыносима была мысль о том, чтобы причинить боль друг другу. К тому же прикосновения отвлекали сами по себе, обжигали похлеще припекающих солнц, опьяняли до дрожи. В конце концов Рей повалила Бена на горячий песок — наверняка он специально ей поддался! — и его руки обхватили её, удерживая на себе, и она отвела влажные пряди чёрных волос с его лба, и тёмный взгляд дурманил, и хриплое, рваное дыхание дразнило слух… Красные пятна расцвели на его бледных щеках, и Бен поспешно снял её с себя. Рей подавила разочарованный вздох. *** Наудачу они решили поискать что-нибудь в книгах джедаев. Рей давно изучила их от корки до корки, но не могла исключить, что, не зная, что именно нужно искать, всё же упустила что-то полезное насчёт их случая. Они пролистали всё — Бен, конечно, пользовался при этом Силой, — но так ничего и не нашли. А потом над ними сгустилась вечерняя синева, и звёзды снова усеяли бескрайнее татуинское небо, отражаясь в чёрных глазах. И, сидя рядом на остывающем песке, оказалось невозможным не накрыть ладонью его ладонь. Ему, по-видимому, не притянуть её ближе, тесно прижимая к своему сильному телу, тоже было никак нельзя. А после ей оставалось только вплести пальцы в его взлохмаченные волосы, взглянуть в похожие на жаркую ночь глаза, ощутить сначала осторожные, а затем всё более настойчивые прикосновения горячих сухих губ к собственным губам… к шее… к ключицам… у самой кромки туники. Она и сама жадно его исследовала — глазами, руками, ртом. Она трепетала от его ласк и того, как он реагировал на её прикосновения — дрожью пальцев, судорожными вдохами и тем, как восхитительно неудобно становилось на нём сидеть. — Рей… Если мы, — быстрый поцелуй опалил кожу на виске, — если мы сейчас не вернёмся на «Сокол», то уже не… Она неохотно вывернулась из кольца его рук и приготовилась к невыносимо долгому пути до «Сокола», чей трап располагался прямо за ними. Но Бен, тоже поднявшись, подхватил её на руки, и этот путь оказался не таким уж и долгим, зато очень увлекательным. А потом… Они оба не слишком хорошо знали, что именно нужно делать друг с другом. Но так остро чувствовали — он её, а она его, и, возможно, не только узы Силы служили тому причиной, — что это ничуть им не помешало. Они оба не одиноки. Они больше никогда не будут одиноки. *** Много позже, кутаясь в найденное на корабле старое покрывало, Рей прижималась спиной к груди Бена, смотрела на усыпанное звёздами небо и удивлялась тому, насколько живой она себя чувствует рядом с ним. Даже если он… И тут её осенило. *** — Даже не думай об этом. Они спорили так долго, что ночь уже начала выцветать за горизонтом. Рей была уверена: всё получится. Да, там, на Экзеголе, им не удалось выкроить из одной жизни две, но сейчас-то они не были ослаблены ситхом, высосавшим почти всю их энергию. Даже наоборот — Рей чувствовала жар и нетерпеливую, беспокойную дрожь от того, насколько в ней сейчас бурлила, кипела жизнь. Она слегка покраснела, подумав о причинах этого. В конце концов — Бен же смог вытащить её из смерти благодаря их удивительной связи. И она тоже сможет. Особенно теперь — она каждой клеточкой своего тела, каждым биением Силы в себе чувствует, знает это. И ей не придётся для этого умирать, как ему тогда. Тем более что он и так… отчасти уже здесь. Сила уже помогла, повела, подсказала, подтолкнула. А если и не получится, подумала она украдкой… Он отдал свою жизнь за неё — ей тоже совсем не жаль отдать ради него свою. Вот только он, конечно, на подобное ни за что не согласится. Рей поскорее отбросила эти мысли, чтобы он не успел их уловить. — Если что-то пойдёт не так, то я остановлюсь. Обещаю. — Или тебя остановлю я, — мрачно проговорил он, наконец сдаваясь. — Будь уверена, я почувствую. Счастливая, она развернулась к нему лицом, бросив мимолётный взгляд на звёзды, мерцающие над их головами. Помогите мне. Она стиснула его ладони в своих, чувствуя лёгкие поглаживания его пальцев по запястьям. Внизу живота разлился уже знакомый жар, и Рей улыбнулась: что ж, и это тоже в помощь. Она закрыла глаза, потянувшись к Силе. Силе, что питала всё в галактике, в целой вселенной — каждую травинку, камень, звезду, каждое живое существо. Силе, что соединила их с Беном. Что одарила их связью, в которой — как там говорил её недоброй памяти дед? — суть самой жизни. Её Свет, его Тьма… Мужчина и женщина, связанные неразрывно. Баланс, равновесие, гармония… О да, жизнь как есть, во всей своей противоречивой, обжигающей и умиротворяющей полноте. И Рей чувствовала, остро чувствовала этот пронизывающий её поток — и песок пел под её ногами, невольно отзываясь, и подземные воды далеко внизу тянулись к ней — к ним обоим, — и вновь дрожали звёзды, и жухлые, измученные солнцами ростки пустынных растений были готовы сейчас же расцвести вокруг. Но этот поток — он весь предназначен только ему. Её Бену. Ведь именно он — источник: исток и устье, причина и следствие, другой полюс их связи, без которого невозможна сама связь и вся эта Сила, дарующая жизнь. И Рей направила покалывающие, журчащие, цветущие, поющие потоки из своих ладоней в его. Она не умирала при этом — о нет. Напротив, она всё сильнее оживала, хотя, казалось, куда же ещё. Она не видела под смежёнными веками, но чувствовала, как оживает — по-настоящему оживает — он, как укореняется в материальном мире, облекается плотью, которой сможет ощутить не только её одну. Поток потихоньку иссякал, став ненужным. Рей открыла глаза, чтобы тут же раствориться в том самом его взгляде — ты для меня одна в этом мире. Сила больше не перетекала из неё в него и держаться за руки необходимости не было, но они всё равно не стали размыкать ладоней. *** Разносолнцевый татуинский рассвет застал их в объятиях друг друга. Живых, тёплых, тесных, не слишком пристойных объятиях. К колену Бена, дополнительно подтверждая его материальность, прижимался, тихо тарахтя, утративший всякую тактичность Биби-8.
