Прощай, Тед Бейкер

Башня символизирует разрушение, новое начало. Высшие силы не могут оставаться в стороне, они знают, что пришла пора изменениям.

Уже лет тридцать небольшой город в штате Мичиган называют «Дьявольский Холм» или «Холм Дьявола». Это имя отзывается эхом в одиноких сувенирных магазинах и забегаловках, где играет фолк и пахнет жженым кофе. Оно бродит вдоль молчаливых улиц, когда рыжеют пышные клены и на веранды выносят тыквы. Да, Дьявол приходил прямо сюда, прямо здесь творил свои мрачные дела. В страшилках, в местных легендах он появлялся здесь. Он прятался по темным углам, скрывался от чужих глаз и творил свои мрачные дела. Именно здесь. В Мичигане. — Мне встречались белые, что были пострашнее дьявола, — усмехнулась Руби, смотря, как один из грузчиков вытаскивает чемоданы из багажника. — Я представляю, о чем вы, миссис Уотерс, — коренастый мужчина смущенно поправил бейсболку, разворачиваясь к грузовику с остальными вещами. — Все же, будьте осторожны в лесу. Брюс закатил глаза. — Разумеется, — кивнул Джордж и мягко похлопал Брюса по плечу. Брюсу правда не хотелось снова слушать страшные истории, он просто устал и хотел поскорее закончить с переездом. Дорога была длинная и тяжелая, она всех измотала. — Я приведу еще пару своих ребят, если нужно, — мужчина оглядел грузовик, доверху наполненный коробками, и повернулся к Руби. — Было бы неплохо, — она улыбнулась и ее лицо стало очень добродушным. — Тогда я позвоню в офис, — водитель отошел, доставая телефон из штанов. Кажется, он покраснел. Джордж недовольно вскинул бровь и пробубнил что-то под нос от чего Руби тихонько засмеялась. Джордж не мог винить Руби за то, какой очаровательной она была, хотя временами ревновал, и тогда она ласково смотрела не него, успокаивала. Многие знакомые уверенно говорили, что Брюс был очень на нее похож, хотя он сам этого не видел. Когда он смотрел на маму, то в ее привычном лице отчетливо читалась женственность и легкий налет среднего возраста. Ей уже было за сорок и на ее смуглой коже проявились морщины — карта жизни на ее лице. Лицо Брюса, на пару оттенков темнее, чем у Руби, чаще всего выглядело как маска. Застывшая мина, за которой прячется кто-то чужой. Вечером, когда они распаковали часть вещей, Джордж устало упал на диван с тяжелым вздохом мужчины средних лет. — У меня в куртке остался флаер, — он обратился к Брюсу, — там есть номер какой-то пиццерии. Флаеры раздавали у заправки, где им впервые рассказали о дьяволе в лесу. Джордж стоял у машины придерживал шланг, который заливал бензин в топливный бак, когда к нему подошел молодой парень в мешковатом, очень дешевом костюме динозавра и кучей флаеров в руке. Брюс смотрел на незнакомца с пассажирского сиденья и разглядывал его нелепый костюм, а потом опустил окно, чтобы подслушать разговор. — Вы точно не местные. Я слышу южный акцент. Вы с юга? — Да, с юга, — ответил Джордж безучастно. — И как вас занесло в Мичиган? Где вы остановились? — незнакомец все так же широко улыбался, как будто корчил гримасу. Когда Джордж назвал ему адрес, то он округлил глаза от удивления. — Вот это да… вы же знаете… — Да, мы знакомы с фольклором, — перебил его Джордж. — Это зловещее место, правда, — он все равно продолжил говорить: — там, в лесу, люди пропадают, и всякая фигня творится. Говорят, что демоны прячутся там. Я имею в виду, в той хижине. Вы ведь там остановились? Джордж кивнул, и парень напрягся. Повисла неловкая пауза. — В любом случае, — он протянул Джорджу рекламный флаер, — у нас по пятницам две пепперони по цене одной. *** — Боже… Эм, Вы хотите… «Стегорриту» или «Кап…ричео...завру»? Джордж устало вздохнул. — Закажи сам, — Брюс протянул отцу телефон и сел рядом с ним на диван. Брюса вымотал этот день. Он был слишком длинным и его поскорее хотелось закончить. Пока Джордж разговаривал по телефону, Брюс разглядывал старую полупустую гостиную, ловя краем глаза свое отражение в широком не зашторенном окне. Весь первый этаж, залитый теплым светом, можно было увидеть снаружи. Их дом практически стоял посреди леса, и кто угодно мог зайти на их территорию, даже не подозревая этого. — В смысле? Почему? — Джордж звучал раздраженно, Брюс прислушался. — Я прекрасно доехал сюда на машине… и пешком тут от силы минут десять! Я понимаю… — Что там? — шепнул Брюс. — Повесите секунду, — он прикрыл динамик рукой. — Не хотят везти сюда еду. — Я могу сходить за заказом. — На улице уже темно. Ты уверен? — Джордж сомкнул губы в тонкую линию. — Я помню дорогу, — отмахнулся Брюс. Он шел через парковку пиццерии, щурясь от света ночных фонарей. Рядом со входом стояла картонная фигура какого-то динозавра, размером с человека. Она проводила Брюса внутрь своим выразительным добрым взглядом. — Добрый вечер, — девушка за кассой выпрямила спину и натянула на лицо широкую улыбку. — Вы за заказом? Брюс кивнул. — А… хорошо, — она странно на него посмотрела. — Подождите пару минут. Брюс оглядел кафе. За одним из столов, рядом с искусственной пальмой, за которую держалась фигурка маленького динозаврика, сидела женщина. Она неторопливо пила кофе и перебирала какие-то бумажки. Брюс сел в другом конце зала, рассматривая необычный антураж пиццерии. Тематика динозавров оправдывала странные названия блюд. Он все еще не понимал, почему им отказали в доставке. Хотя Брюс много чего не понимал, включая вещи, которые казались другим совершенно очевидными, поэтому он решил не засорять себе голову. Через некоторое время девушка за кассой помахала Брюсу. — Две «Птиродакетеронни» и «Стегоритта», — вежливо улыбнулась девушка, складывая перед собой две плоские коробки. От них приятно пахло специями. Брюс достал из кармана деньги, краем глаза замечая движение в уголке с пальмой. — Ты один? — девушка, которая к нему подошла, была выше его на голову. Ей пришлось немного сгорбиться, чтобы поговорить с ним. — Как видите, — Брюс раскинул руки, показывая, что рядом с ним никого не было. Он насторожился. — Боже… — она покачала головой. — Вы ведь совсем недавно переехали в тот дом? — теперь она смотрела на него так же, как и девушка за кассой. Брюс кивнул. — Нельзя одному ходить по этому лесу, передай это своим родителям, — ее тон прозвучал строго, авторитарно. — Эйбл отвезет тебя. — Пожалуйста, не говорите мне, что вы тоже верите в страшилки, — Брюс закатил глаза. — Я надеюсь, мой хороший, что тебя это не коснется, но люди не просто так боятся этого леса, — ее голос стал ниже, тише. Она верила в то, что говорила. — Эйбл! Из кухни, которая располагалась за кассой, высунулся парень. — Ты же домой собираешься? — Ага, — он показательно снял шапочку с изображением динозавра. Женщина кивнула на Брюса: — Подбрось паренька к дому у третьего шоссе. Через несколько минут Эйбл вышел из кухни и переглянулся с Брюсом. — Пошли, — он быстрым шагом направился к выходу, даже не оглядываясь на Уотерса. — Мне правда не нужен эскорт, — торопливо заговорил Брюс, когда нагнал Эйбла у машины. — Садись давай, — устало скомандовал он, открывая дверь в салон, из которого пахло сигаретными бычками и старой резиной. Брюс протиснулся внутрь, укладывая коробки с пиццей на колени. Он опрокинул несколько пустых жестяных бутылок, и они громко звякнули под его ногами. Эйбл завел тачку и начал выруливать с парковки. — Значит, сам через лес шел? — Да. И я даже не умер, — Брюс не смог сдержать саркастичный тон. — Тут маньяк разгуливает? Бешенные собаки? Или это все те байки про Дьявола? — Байки? — Эйбл вдруг улыбнулся, — это не байки, парень. Эйбл начал вести медленнее, и Брюс уже подумал, что он хочет остановить машину, но стрелка на спидометре не опустилась ниже двух миль в час. — Слышишь сов? Сверчков? — он открыл окно. Пространство вокруг них было наполнено звуками. Брюс слышал и уханье совы, и стрекот сверчков, и шелест сухих листьев, которых не так много осталось на деревьях. — Ты подумаешь, я сумасшедший или, что я религиозный, — Эйбл разогнался, они подъезжали к повороту, который уходил к дому Уотерса. — Ты можешь думать, что хочешь, но как только, ты окажешься в лесу, ты не услышишь никакой живности. Брюс удивился этому наблюдению и если это правда, то это правда жутко. — Я думаю, что это можно как-то объяснить. Эйбл пожал плечами. Фары его машины освещали кроны деревьев, которые одни за другим уходили в темноту. Это был густой, дремучий лес, совсем не гостеприимный. Возможно, он оказался не радушен даже к зверям. — Удачи тебе, друг, — Эйбл остановил машину недалеко от дома Брюса. Он похлопал Уотерса по плечу и широко улыбнулся, показывая желтоватые зубы, — ты не выглядишь, как сопляк. Я уверен, что с тобой все будет хорошо. Уотерс вышел из машины и подождал, пока гул двигателя затихнет вдалеке. Эйбл оказался прав — лес молчал. — Наверное, было тяжело менять столько школ, — женщину, сидящую за столом напротив Брюса звали мисс Шеррил. — Почему вы так много переезжали? — Это связано с работой отца, — Брюс скрестил руки на груди. Он не любил подобные разговоры, потому что они походили на допросы. — Он ведь пастор? Как это связано? — Лучше спросите у него, мисс Шеррил — Брюс вежливо улыбнулся, — он сможет рассказать про свою работу лучше меня. — Вы ведь христиане? Брюс кивнул. Его родители были евангелистами. Мисс Шеррил развернула папку с досье Брюса, пробегая взглядом по страницам. — Твое второе имя, — она очень по-доброму улыбнулась своими морщинистыми губами, — Анжело. Чудесное имя. Брюсу оно не нравилось. Оно приносило много неприятных воспоминаний. — Я так рада новым лицам в нашей школе, — Шеррил открыла небольшой ящик в столе и достала брошюру. Она протянула ее Брюсу с искренней теплой улыбкой. — Добро пожаловать, мой мальчик. Со страниц брошюры на Брюса весело смотрел маскорт спортивной команды по баскетболу — синий заяц в спортивной форме и ямочками на щеках. Коридоры пустовали после занятий, хотя из некоторых классов слышались отдаленные голоса. Бежевые стены украшали бумажные паучки, флаеры, разноцветные ленточки, а под потолком висели фигурки призраков. Брюс любил Хэллоуин и здесь, видимо, к нему относились с энтузиазмом. Эта школа оказалась небольшой, и она выглядела чистой и опрятной, но Брюса преследовало чувство, будто время в ней остановилось. Возможно, виноваты были старые погнутые шкафчики в коридорах или запах пыльных книг. Стало понятно, почему мисс Шеррил так обрадовалась студенту, который не родился в этом застойном маленьком городе. — В ванной плесень, перила на лестнице шатаются, в подвале странный гул, чердак заперт, — Брюс зачитывал свои заметки из блокнота. — Мастер-ключ разве не подходит? — Руби поднялась с пола, где распаковывала коробки и заглянула в записи Брюса. — Нет, — он поджал губы. — Как ты думаешь, что там может быть? — Наверное, вещи прошлых хозяев. Не думаю, что там может быть что-то важное, — она подцепила из нагрудного кармана ручку и зачеркнула пункт с чердаком. — Остальным я займусь. Руби любила старые дома, любила приводить их в порядок. Она делала это сама, часто превращая дом в свой личный проект, свой холст, в который она уходила далеко и надолго. Спустя месяцы ее работы, когда весь дом сиял от чистоты, когда не скрипела ни одна дверь и горела каждая лампочка, когда на крыльце висели качели и заборчик вокруг дома блестел новенькой глянцевой краской, Руби вдруг становилась вялой и равнодушной, не хотела ни с кем говорить или проводить свободное время вне спальни или ванной. Брюс видел эту цикличность и ничего не мог сделать. Сейчас он только предвкушал активную и жизнерадостную Руби, а потом… он не хотел думать, что будет потом. Брюс вернулся в комнату, которая теперь принадлежала ему. Как и весь дом, она была заставленная скромной старомодной мебелью, пахла старым деревом и пылью. Большое окно с облезшей рамой и мутным стеклом выходило на задний двор и впускало не так много света, вымывая и без того бледно-голубой цвет стен. В комнате больше не было чужих вещей, но все еще чувствовались отголоски чужого присутствия — потертости на рабочем столе, как будто кто-то в раздумьях колупал лаковое покрытие в одном и том же месте; в шкафу остались чужие вещи - чемодан из облезшей кожи, пара льняных рубашек, высокие ботинки, на пару размеров меньше, чем у Брюса. Брюс не успел много времени провести в этой комнате, но в его голове интуитивно складывался образ того, кто жил здесь до него. Он представлял такого же подростка или уже молодого мужчину — скучающего и, может быть, немного одинокого. Могло ли это быть правдой? Ночь настала быстро. Поздней осенью солнце садилось так рано и длинный темный вечер незаметно сменялся ночью. Брюс лежал в кровати, слушая свое ритмичное дыхание и шелест листвы из приоткрытого окна. Ему было непривычно спать в этой комнате, в этом доме. Старое здание постоянно издавало множество разных звуков, на которые легко не обращать внимания, когда вокруг что-то происходит. Ночью же каждый скрип, каждый шорох становились такими громкими, что иногда Брюс вздрагивал. Он проснулся ранним утром, когда солнце только взошло. Брюсу было не по себе и он встал с кровати, ощущая тревогу. Что-то было… неправильно. Его тело двигалось неестественно, будто им двигал кто-то другой, а перед глазами все плыло. Брюс хотел списать это на недосып, но когда он с трудом дошел до ванной и увидел свое кривое отражение, то понял, что не просыпался. Он распахнул глаза в темноте и ощутил тяжесть в груди. Его тревога сменилась паникой. — Ты проснулся от того, что я пришел? — заговорил кто-то незнакомый. Брюс хотел повернуть голову в сторону голоса, но его тело оказалось неподвижным. Он весь был как деревянная кукла. Только его глаза двигались и взгляд беспокойно бегал по потолку. — Я так рад, что ты здесь, — голос стал звучать ближе. От мысли, что в их доме находился посторонний человек у Брюса все сжималось внутри и ледяные мурашки бежали по спине. Ему хотелось закричать или позвать на помощь, но он мог только промычать что-то едва разборчивое. — Это судьба, что мы встретились, — незнакомец был так близко, что Брюс мог увидеть краем глаза его темные смазанные очертания. Брюс судорожно вдохнул полной грудью, и, наконец, смог поднять голову с подушки. Комната оказалась пустой. Брюс сел, протер глаза, сонно покачиваясь из стороны в сторону. Это был сон… точнее, сонный паралич. Подобное уже случалось с ним, но он никогда еще не чувствовал такое яркое присутствие рядом с собой. Раньше Брюс видел только мимолетные тени, фигуры. И они молчали. *** — Брюс? Ты же Брюс, правильно? Брюс оторвал свое внимание от тарелки с едой и поднял голову. На него смотрела девочка, кажется, он видел ее на уроке литературы. Ее было легко запомнить из-за эксцентричной одежды и аксессуаров, которые выглядели как ручная работа. — Меня зовут Китти, — она протянула руку, и Брюс легко пожал ее. — Будем знакомы, — Китти улыбнулась и села за его столик, доставая бумажный пакет с обедом из пестрого рюкзака, обклеенного значками. — Ничего же, если я присяду? — Я не против компании, — Брюс отвел взгляд, возвращая свое внимание к тарелке. — Ты же новенький, да? Редко у нас появляются новые лица. Я поэтому так, — Китти поджала губы, наклоняя голову слегка вбок, — налетела на тебя. — Все в порядке. Я рад, что со мной кто-то решил заговорить, — он постарался улыбнуться дружелюбнее. — Первое время в школе мне всегда тяжело дается. — Часто переезжаете? — Типа того. Специфика работы отца. — Брюс замолчал, рассматривая как девочка жевала свой тост с ветчиной и томатами. — Я думаю, здесь мы задержимся. — Кем он работает? — осторожно спросила она, видимо, пытаясь соблюдать рамки приличия. — Пастором, психологом. — Брюс открыл свой ланчбокс и после небольшой паузы Брюс все же решил спросить: — ты, наверное, тоже знаешь эти байки о дьяволе и прочем. Ты в это веришь? — Нет, конечно нет, — отмахнулась она и Брюс выдохнул с облегчением. — На самом деле здесь раньше психушка была. Потом ее закрыли. Вроде, проблемы с бюджетом. Оттуда все байки, бредни. Пациентов то выпустили, разогнали по домам. Они тут поколениями друг друга кошмарят. — Вот как… Славно. Славно. Пусть Китти развеяла часть его опасений, Брюс все равно решил узнать, что за люди жили в их доме раньше. После уроков он засел в библиотеке, нашел свободный компьютер с работающем интернетом. Он вбил в поиск адрес дома и одна за одной вышли статьи из разных блогов. Какие-то исследователи паронормальных явлений наведывались в это место, и, видимо, что-то нашли. К исследованию был прикреплен клип — трехминутное видео. Закадровый голос начал: «Дом у Третьего шоссе, в городе неподалеку от Альмы, штата Мичиган имеет дурную славу. Сначала здесь жила семья Мораннгов, все члены которой в 1967-м, незадолго после возведения дома, вынуждены были отправиться на интенсивное лечение в психиатрическую больницу имени Редмунда Кейна. В конфиденциальных документах, после сноса больницы, которые нашли и отреставрировали местные жители, Мораннги называли свой дом и площадь, прилегающую к нему, «Земля Дьявола». Затем на экране появился мужчина, сидящий за столом. В руках у него была стопка бумаг. Он заговорил, осторожно кладя бумаги перед собой: «У нас сохранилось не так много. В основном все нужные документы раздали семьям больных, когда отправляли их домой перед закрытием клиники. Мораннги выписались задолго до этого. Не знаю, что с ними случилось потом, но в свой дом они не вернулись» Кадр перешел на смятые, пожелтевшие клочки бумаги, исписанные ручкой. Голос того же мужчины принялся читать, то, что было там написано: «Дело Джоаны Мораннг, шизофрения средней степени тяжести. Далее в тексте: «Джоана думала, что Дьявол овладел ее сыном. На наших сеансах она постоянно его упоминала. Нечисть была частым гостем ее снов», далее: «Джоана продолжала упоминать случай, когда в их с мужем спальню посреди ночи пришел их пятнадцатилетний сын, говоря тарабарщину, а затем пытался пырнуть себя ножом». Это записи ее психотерапевта. Сложно сказать что-то наверняка…» Брюсу поставил видео на паузу. Ему стало противно. Тошнота подкатила к горлу. Он вбил в поиск «Джоана Мораннг» и практически сразу нашел статью, в которой повторялись факты из фильма. Все же, не все Мораннги поступили в больницу, только муж и жена. Джоана к тому времени начала слышать голоса, в том числе Дьявола. А ее муж умер от несчастного случая спустя три года терапии жены. Про их сына Брюс не нашел никакой информации. Возможно, его и не было даже. Брюс попросил маму забрать его из школы. Уже смеркалось к тому времени, как он закончил поиски и не хотел идти домой по темному лесу. Его не радовало открытие, но точно успокоило. Шизофрения Джоаны Мораннг многое объясняла. И этого было достаточно, чтобы забыть о существовании демонов. В тот же вечер Брюс рассказал о находке отцу, и тот охотно взял на заметку его слова. Все же, следующая ночь снова изводила Брюса кошмарами. Он не смог вспомнить свои сны, когда проснулся, но то, что он помнил, заставило Брюса чувствовать себя разбитым. *** — Хочешь пойти посмотреть игру? — Китти шла рядом, смотря себе под ноги. — Когда? — Сейчас, — ответила девочка. — О нет, не могу. Сейчас у меня биология, — Брюс покачал головой. — Не парься, половина школы идет, — она улыбнулась. — Просто предупреди учителя и возьми у него домашку. В итоге она проводила Брюса до кабинета, он неловко потоптался на пороге и затем вошел. В классе сидело человек семь. — Ты тоже на игру? — тут же спросил учитель. — Ну да, — промямлил он. Ему почему-то было неловко от скучающих взглядов своих сверстников. — Хорошо, Брюс. Раз у тебя нет пробелов, то иди. — Мужчина принялся перебирать какие-то листки с заданиями, аккуратно складывая их в папку и вручаю Брюсу. — Тебя кто-то позвал? — Ага… Китти Уолтерс. — Хорошо, я рад, то ты уже заводишь приятелей. Учитель ему улыбнулся и у Брюса пробежали мурашки по затылку. Что-то с ним было не так. — Спасибо, мистер Бриггс, — кивнул он и тут же вышел из класса. Они сели в углу трибун, так как почти все места уже были заняты. Брюс был рад, что в их школе был так востребован спорт. Брюс не любил стереотипы, но ему правда нравился баскетбол. Он отлично играл в нападении, несмотря на неагрессивный характер. — Видишь блондина у соседних трибун? — Уолтерс ткнула в него пальцем. — Это Гарри. Мы с ним иногда зависаем. Он брат Сильвии, она должна подойти… о… Сильвия! — девочка помахала кому-то. Сильвия появилась из ниоткуда и протиснулась к ним. Она неуклюже села, обнялась с Китти и протянула руку Брюсу. — Сильвия, — она приятно улыбнулась. — Брюс, — он пожал девочке руку. — Китти про тебя говорила. Она сказала, что ты милый, — ухмыльнулась Сильвия, поправляя блондинистую челку на голубых глазах. Китти слегка толкнула ее плечом и Сильвия засмеялась. Затем они коротко переговаривались об игре, так как шум стал таким сильным, что долго говорить не получалось. Обе команды выглядели внушающее: все парни были высокие, шли друг на друга как стена. Иногда кому-то прилетало мячом или локтем, и по залу прокатывался озабоченный гул. Играли они неплохо, даже очень неплохо. Брюс снова и снова разглядывал мельтешащую по залу фигуру Гарри в красной майке. Все, что мальчик знал о командах, это что красные играли против зеленых, и вместе с Китти он болел за красных. Но даже это оказалось весело. Игра закончилась небольшим разрывом в счете и утешительной победой красных. Китти чуть не снесло с трибун от радости. Она взяла Сильвию за руки, вставая с места. — Я говорила! — она засмеялась. — Ведьмино чутье, мать его! — Мой брат все равно отстойно играл, — вздохнула Сильвия. Китти повернулась к Брюсу и затараторила: — Сильвия не верит в магию, поэтому она проиграла спор и теперь должна оплатить нам ужин у Битерсов! Ты же пойдешь с нами, да? Я хотела познакомить тебя с Гарри. Брюс опешил. Он не понимал, серьезно ли говорит Китти или это какая-то странная шутка. — Все хорошо, не переживай, — улыбнулась Сильвия, видимо, замечая беспокойство на лице Уотерса. — Мы не сумасшедшие. Поужинай с нами. — Ну, ладно, — Брюс слабо неуверенно улыбнулся. — Давай! Будет весело! — Китти была полна энтузиазма. — Идем, Брюс, — произнесла Сильвия, прежде чем их успели прервать люди, покидающие свои места в зале. Они втроем стояли на парковке, около старенького зеленого Форда с наклеенным на бампер значком штата Мичиган. Им недолго пришлось ждать Гарри; минут через пять он вышел из школы, помахал им и бодро зашагал к машине. — Господи, как я устал, — произнес Гарри уже рядом. — Давно у нас такой жары в спортзале не было… — парень вдруг посмотрел на Брюса и слегка приподнял золотистые брови. — Ты тоже с нами? — Да, я с вами. Брюс, — Уотерс протянул руку. — Гарри, — он крепко пожал его ладонь. — Ты новенький, да? Брюс кивнул и Гарри расплылся в улыбке. — Добро пожаловать, пришелец. Брюс молча ехал на заднем сидении вместе с Сильвией, пока Китти и Гарри обсуждали игру. Солнце медленно прокладывало свой путь к горизонту, и после относительно тяжелого учебного дня Брюс чувствовал себя уставшим. Но не таким уставшим, как обычно — его успокаивал круг новых знакомых, они выглядели как приятная компания. Брюс рассматривал в окне проплывающие мимо пустые улицы города. Все было хорошо, просто замечательно. Брюс заказал молочный коктейль и чизбургер, хотя Китти уговаривала его взять что-то более сытное. В забегаловке кроме них сидело на удивление много пожилых людей —одни играли в шашки, в карты. Здесь он снова почувствовал ту же атмосферу, что и в школе — застой. — Брюс, ты недавно здесь? — вопрос Гарри отвлек его. — Чуть меньше недели, — он повернулся к столу слегка рассеянный. — А ты откуда? То есть, откуда приехал? — До этого мы жили в Южной Каролине. — Это же на другом конце Америки! Там, наверное, все совсем по-другому, — Гарри выглядел искренне удивленно. — Я дальше Вашингтона не ездил. — А как ты здесь оказался? В Мичигане, — подхватила расспросы Сильвия. — Из-за работы отца мы часто переезжали. Он пастор с образованием психолога. В церкви он помогает людям справиться с самыми тяжелыми чувствами, — Брюс сказал это на одном дыхании, как заученный текст, — типа скорби… эм, поэтому мы часто наведываемся в разные города, чтобы отец смог помочь людям со всех концов страны. Но здесь мы останемся надолго, — Брюс почесал затылок. — Как-то так. — Звучит тяжело, — Сильвия посмотрела на него так… жалостливо, — не могу представить, сколько тебе пришлось привыкать к новым местам. — Все в порядке, — улыбнулся Брюс. — Мои родители всегда рядом. — Как мило, — Китти вдохнула. — Вот бы мои родители были такими классными. — Твоя мама — ведьма, Китти. Что может быть круче? — Гарри развел руки в стороны. — Это я ведьма, а она просто занимается бизнесом, — горделиво отозвалась девочка. — Китти предсказывает итоги матчей, — усмехнулась Сильвия, смотря на Брюса. — Сколько раз подряд ты попадала в точку? — Уже пять! Со мной бесполезно спорить, Сильвия. Но я не против бесплатной картошки. Сильвия засмеялась и погладила ее по голове, превращая короткую прическу в беспорядок, но Китти и бровью не повела. — Кстати, Гарри, поздравляю, — Брюс немного стеснялся поздравить его раньше, но сейчас, он посчитал, был самый подходящий момент. — Спасибо, пришлось попотеть, — Гарри вдруг откинулся на стуле, изучая Брюса взглядом. — А ты баскетбол любишь? — Я играл в нападении. — По тебе не скажешь! Слишком скромный. Не могу представить, как ты толкаешь других парней в нападении, — лицо Гарри посветлело, он улыбался одним уголком рта, смотря прямо в лицо Брюса. — Может, как-нибудь увидишь сам, — Брюса этот взгляд смущал, он не знал куда деть глаза. Брюс шел вдоль шоссе, приводя свои мысли в порядок. Он решил добраться до дома пешком — не хотелось привлекать к себе еще больше внимания. Только наступление темноты его не радовало. Сверчки пели в траве, мелькали фонари возле дороги, ветер гонял сухие листья и время от времени проезжали машины. Поднялся ветер, и Брюс поежился, затягивая покрепче капюшон толстовки. Он решил перестать думать о страшилках и просто войти в темный лес. Ему надоело бояться какой-то воображаемой сущности, бестелесного зла. У Брюса было свое видение мира, и в этом мире зло существовало только в людях. Он свернул с шоссе, сверчки затихли. Брюс достал телефон, пытаясь включить фонарик, но тот решил не реагировать. Он несколько раз клацал по клавишам, но ничего так и не произошло. — Пошло оно, — прыснул мальчик и быстро зашагал в темноту. Идти то всего ничего, просто двигаться вдоль тропинки. Даже в ночном лесу можно сориентироваться, когда небо чистое. Луна и правда светила ярко этим вечером; Брюс не замечал этого в городе. Он вышел к свету дома, ему стало спокойнее. И ничего с ним не случилось.