Bachelor Father

Звонок прервал воспоминания Чимина. Он огорченно взглянул на часы. Было только восемь утра. Домработница ушла на выходные. Чону остался ночевать у приятеля, чтобы ему не пришлось возиться с ним наутро после обеда у родителей. Придется открывать дверь самому. Пока он спускалась в холл, на ходу натягивая халат, звонок зазвенел вторично. –Кто там? – спросил он, запыхавшись и судорожно затягивая пояс. –Чонгук. Только этого не хватало. Так рано! Он не готов был к этой встрече. Чимин открыл дверь. –Доброе утро, – улыбнулся Чонгук. Он выглядел удивительно мужественным – тёмная футболка, куртка из хлопчатобумажного вельвета в широкий рубчик и джинсы, туго облегающие его мускулистые бедра. Он со вздохом отступил назад. –Доброе утро, Чонгук. Можешь зайти. –Какой восторженный прием. Сверх всех ожиданий. –Чону нет дома. Чонгук взглянул на его халат – одна бровь поползла кверху. –А ты, я вижу, спал? –Вроде того. –Прости, что разбудил. –Да нет, я уже проснулся. Просто валялся в постели. Заходи. Я сейчас сварю кофе. Он аккуратно отмерил кофе, добавил воду, перелил все в кофеварку и включил ее. Когда он обернулся, то увидел, что Чонгук, облокотившись о стол, с интересом наблюдает за ним. –Ногам не холодно? Чимин опустил глаза на свои босые ноги – пальцы выглядывали из-под длинного халата. –По правде сказать, холодно. Я сейчас что-нибудь на себя накину и мигом вернусь. – Он указал на кофеварку: – А ты начинай пить кофе, когда он будет готов. Одеваясь, Чимин старался ни о чем не думать. Он согласился на встречи Чонгука с сыном, однако сам пока не представлял, как сможет вынести его частые посещения. Когда он, надев клетчатую спортивную рубашку с длинными рукавами, джинсы, теплые носки и тапочки, снова спустился в кухню, Чонгук преспокойно просматривал газету и потягивал кофе. –Газета лежала у порога, когда я подошел. Ничего, что я подобрал ее? –Конечно, ничего. – Он налил себе кофе и уселся напротив. Чонгук отложил газету и снова стал вглядываться в него. Чимин занервничал. –Ты не передумал насчет моих встреч с Чону? – Голос звучал спокойно, и лицо тоже было невозмутимым. –Да нет, почему? – Чимин вздохнул, припомнив свой разговор с отцом. –Прекрасно, – улыбнулся Чонгук. –Я только думал, что же это будут за отношения? –Наверное, дружеские? –А у тебя много друзей десятилетнего возраста? –Да есть несколько, а что тут такого? Чимин не мог скрыть удивления. Хотя, конечно, он знаменитый бейсболист и мальчишки, наверное, так и липнут к нему. –А сколько ты собираешься пробыть здесь? –Я приехал сюда насовсем. –Ты что же, бросил бейсбол? –Нет, почему? Но отпуск и все свободное время я собираюсь проводить здесь. А сейчас я подыскиваю себе виллу, вот почему я приехал. Хочу присмотреть себе что-нибудь на побережье. Надеюсь, это удастся. Я устал от гостиниц. –Не уверен, что Чону… – начал было Чимин, но тут хлопнула входная дверь. – Папа, видела, какой потрясный автомобиль стоит у нас возле дома? – выпалил Чону, влетая в кухню. – С чёрным блестящим отливом и еще… – Чону остановился на полуслове. – Чонгук! Так это твоя машина? –Моя. Тебе, похоже, понравилась. –Еще бы! А может, ты когда-нибудь разрешишь мне в ней прокатиться? –О чем ты спрашиваешь! Я только что предложил твоему папе, чтобы вы с ним составили мне компанию, – я хочу присмотреть себе дом на побережье. Глаза у мальчика заблестели, на губах появилась та самая неотразимая улыбка, он ринулся к папе. –Потрясающе, правда, пап? Ведь ты поедешь? – Сомневаться в желаниях Чону не приходилось. –Да, звучит замечательно, – соврал Чимие, и Чону от радости крепко обнял его. –Надо позвонить другу, сказать, что я не смогу играть с ним сегодня в мяч, – выпалил Чону, выбегая из кухни. –Сколько восторга, – пробормотал Чимин. –И сколько энергии, – добавил Чонгук. –Что есть, то есть. Так что пеняй на себя. Впервые с прошлой среды Чонгук увидел, что Чимин естественно улыбнулся ему. У него даже перехватило дыхание. Совсем как в старые добрые времена. Осталось ли в этом омеге что-нибудь еще от тех времен? Любой ценой Чонгук хотел это выяснить. Чимин сказал, что он сядет на боковое сиденье, – это была форменная жертва с его стороны, так как там совершенно некуда было девать ноги. Чонгук же популярно объяснил, что Чону нужно меньше места, чем взрослому, тут уж возразить было нечего, и Чимину пришлось примириться с тем, что он проведет день бок о бок с Чонгуком. Благодаря восторгам Чону и целой сотне вопросов, которыми он буквально осаждал Чонгука, Чимину не пришлось беспокоиться о поддержании разговора. Так что он смог просто отдаться езде, и это было неплохо. Провести целый день с Чонгуком было не самым разумным занятием. Слишком много возможностей сопоставлять прошлое и настоящее. Хотя возмужавший Чонгук во многом изменился, Чимин то и дело подмечал давно знакомые ему черточки, манеру поведения: вот он все так же наклонил голову, обращаясь к нему, вот глаза блеснули знакомым юморком, вот его раскатистый баритон снова будто пронзил его душу… А его улыбка неизменно напоминала о мальчике на заднем сиденье – тот тоже так улыбался. Да разве все это можно забыть? К концу дня он вынужден был признать, что у Чонгука есть какой-то дар Божий: Чону был совершенно покорен, и если честно, то и сам он был зачарован его обаянием. Они заехали подкрепиться гамбургерами, прежде чем возвращаться домой. Два места понравились Чонгуку, и он принялся осаждать Чимина вопросами, какое из них он предпочёл бы. Но Чимин наотрез отказался дать определенный ответ и лишь согласился с теми аргументами за и против, которые привел Чонгук. Когда они подъехали к дому, Чону уже клевал носом и беспрекословно отправился спать. Чимин из вежливости пригласил Чонгука зайти, надеясь, что он откажется. Но он не отказался. –Хочешь что-нибудь выпить? – спросил Чимин. Он стоял посреди гостиной. –Нет, спасибо. – Он решительно приблизился к нему. – И спасибо за этот день, Чимин. Для меня это был огромный подарок. – Он остановился рядом с ним. Чимин, стараясь не обнаружить волнения, вызванного его близостью, не отступил. –Чону получил массу удовольствий, да ты и сам видел. Чонгук легонько дотронулся до его подбородка. –А как насчет папы Чону? Может, он тоже получил массу удовольствий? Просто возмутительно, что он так действовал на него! Сердце колотится, как птица в клетке, дыхание перехватило… Чимин еле пролепетал: –Я… да, я тоже… мне тоже было очень приятно. Спасибо, Чонгук. – Он поднял на него глаза и тотчас же пожалел об этом. Горящий взгляд его темных глаз лишь ускорил биение его сердца. Чонгук обнял Чимина за талию и прижался к его губам. Много омег побывало в его объятиях за последние одиннадцать лет, почему же ему так естественно и хорошо именно с ним? Чонгук обнимал его так, будто он всегда принадлежал ему, и только ему. Он прильнул к нему в долгом поцелуе и почувствовал, как тело его обмякло. Чимин не хотел возврата к прежнему. Однако он не мог дальше себя обманывать – этот мужчина обладал какой-то неотразимой притягательностью. Расслабившись в его объятиях, отвечая на его поцелуи, чувствуя близость его тела, он еще тесней прижался к нему. –Пап, а можно мне съесть мороженого перед сном? Чонгук и Чимин разлетелись в разные стороны, будто их током ударило. Чону стоял прямо перед ними в пижаме, засунув руки в карманы. Он слегка покраснел, однако глазенки смотрели задорно. –А вам, ребята, похоже, нужна дуэнья! Чонгук так и прыснул со смеху. Чимин почувствовал себя уязвленной. После смерти Тэхёна он ни с кем не встречался, так что Чону никогда не заставал его с другим альфой. Откуда такое равнодушие? Он должен был бы испытывать ревность, обиду на худой конец. А он, наоборот, похоже, в восторге. С похвальным самообладанием, если учесть ситуацию сказал: –Думаю, небольшая порция тебе не повредит. Не можем же мы морить тебя голодом до утра. Когда Чону ушел в кухню, Чонгук заметил с коротким смешком: –Кажется, мы не очень-то шокировали Чону своими объятиями посреди гостиной. Чимин, чувствуя, как пылают его щеки, попытался перевести разговор: –Мне, пожалуй, тоже пора в постель. Сегодня был такой длинный день. –Да, правда, – улыбнулся Чонгук. – Ты даже порозовел. Уж за это одно можно благодарить этот день. «Если б ты только знал…» – подумал Чимин. –Ну что ж, еще раз спасибо, что ты нас пригласил. –«А вот ваша шляпа» – похоже, ты это хочешь сказать, – добавил Чонгук. Он проводил его до дверей. Он уже взялся за ручку, потом обернулся и взглянул на него сверху вниз: –Не знаю, чему еще научил тебя Тэхён, но науку поцелуев ты теперь хорошо освоил. – Он вышел, мягко прикрыв за собой дверь. Как он только посмел! Чимин влетел в холл, горя желанием пульнуть в стену каким-нибудь тяжелым предметом. Чонгук ехал домой и думал о тех, с кем только что расстался. Он обманывался, когда уверял себя, что не испытывает больше ничего к Чимину. Он был неотъемлемой частью его жизни, и все эти годы он, даже не осознавая этого, носил его образ где-то в уголке своего сердца. Правда, он не хотел ему это показывать. Похоже, его вполне устраивает теперешняя жизнь. У него есть дом, сын, работа. Что еще нужно? Теперь Чонгук стал думать о сыне. Все сразу в голове не умещалось. Чону такой ласковый. Он без труда занял в сердце Чонгука местечко рядом со своим папой. Чимин с Тэхёном хорошо воспитали мальчика. Дай Бог Чонгуку занять место, опустевшее после смерти Тэхёна, и взять на себя заботы о нем. «Если ты меня слышишь, Тэхён, то знай, я буду любить их, я буду всегда рядом с ними, если мне только это удастся». Он вновь мысленно увидел фото, стоящее на камине. Карие спокойные глаза Тэхёна нежно улыбались ему. Тэхён их тоже любил. А удастся ли это мне?