Bachelor Father

Прошло уже несколько часов, а никаких известий о Чону все еще не было. К Чимину присоединились его родители, и он сидел, вцепившись в руку отца. –А не пойти ли нам выпить кофе, Чимин? Думаю, тебе полезно немножко встряхнуться. –Нет, не могу, пап. Не хочу пропустить доктора. Почему они так долго? Что они там делают? –Хирургическое обследование – вещь непростая. Это именно обследование. Они сами не знают, что конкретно ищут, – на это нужно время. Ты же не хочешь, чтобы второпях они что-нибудь просмотрели? –Нет, я только хочу, чтобы с ним все было в порядке. –Мы все этого хотим. Потерпи еще немного. – Он поднялся. – Пойду принесу нам всем кофе сюда. Мать Чимина сидела в другом конце комнаты один на один со своими тревогами. Она всегда утверждала, что может сама, без посторонней поддержки, пережить все беды и напасти, и теперь была совершенно не способна ни принимать сочувствие других, ни сама утешить кого-либо. Однако она явно страдала. Чимин слышал, как захлопнулась дверь за его отцом, он впал в полное оцепенение, ожидая его возвращения. Услыхав звук открывающейся двери, он сразу же поднял голову, но это был не отец. –Чонгук! Чимин не проронил ни слезинки, когда узнал о происшествии, когда ему пришлось пройти через рутинную процедуру опознания, ожидания в приемном покое и даже когда он узнал, что необходимо хирургическое обследование. Но появление Чонгука лишило его всякого самообладания. Когда он поднялся с стула, омега был уже рядом с ним. Он вцепился в него, уткнулся лицом ему в грудь и пролепетал: –Чонгук... Как я боюсь! –Знаю, знаю, любовь моя. Как он сейчас? –Мы ничего не знаем. По-моему, он в операционной уже целую вечность. –В операционной? Но почему? –Внутренние повреждения. – Чимина передернуло. – У него еще всякие порезы и ссадины на лице и руках, но врач сказал, что это не страшно. Однако возможно сотрясение мозга. – Он еще крепче прижался к альфе. – Ох, Чонгук, он выглядел так ужасно… и он такой еще маленький! –А что, собственно, вы тут делаете? – Голос матери Чимина прозвучал слишком громко в тишине этой комнаты. Она, конечно, узнала Чонгука. Он мало изменился с тех пор, когда был непоседливым шаловливым ребенком, каким она его помнила в давние годы. Но она уж никак не ожидала встретить его здесь. Прежде чем Чонгук успел открыть рот, в комнату вошел отец Чимина, принесший кофе. –Это я пригласил его, – сказал мужчина. – Его место здесь, и тебе пора бы это понять. Чону принадлежит Чонгуку в той же мере, что и Чимину. И Чонгук имеет такое же право находиться здесь, как и каждый из нас. Отец Чимина встретил пристальный взгляд альфы, державшего в объятиях его сына, и легким кивком головы выразил свое доброе отношение к нему. Потом прошел в дальний конец комнаты и уселся рядом с женой. –Сейчас самое главное – это что в операционной юная жизнь висит на волоске. Все мы любим Чону, и он нуждается и в нашей общей любви, и в наших общих молитвах. Мать Чимина застыла как мраморное изваяние, да и цветом лица она мало чем от него отличалась. Глядя на пару, обнявшуюся посреди комнаты, будто видит обоих впервые в жизни, она начала было: –Но Тэхён и Чимин… –Никогда не было Тэхёна и Чимина, дорогая моя, разве что в твоем воображении. Это всегда были Чонгук и Чимин. – Ясные глаза мистера Пака были спокойны, он взял похолодевшую руку жены в свои теплые руки. – Все будет хорошо, не волнуйся. Мы не должны принимать решения за них. Женщина со вздохом посмотрела в доброе, любящее лицо мужа. Уронив голову ему на плечо, она, похоже, смирилась. Чимин слегка отстранился от Чонгука. –Спасибо, что приехал. Ты был мне так нужен! –Я сразу же выехал. Я и вообще-то хотел приехать. А как только получил срочное сообщение, тут же нанял самолет и вылетел сюда. Жаль, что я не поступил так одиннадцать лет назад. –Не надо, Чонгук. Теперь уже это неважно. Важно то, что мы снова вместе. – Он всхлипнул, мысленно моля Бога, чтобы это его решение не было принято слишком поздно для всех троих. Казалось, Чонгук прочитал его мысли: –Он поправится, любовь моя. Он сейчас в хороших руках. И потом – он в руках Божиих. У нас еще будет настоящая семья.