Глава 50
3 ноября 2021 г., 15:52
Воздух погрузился в застоявшуюся тишину.
Спустя долгое время Ловетт наконец задумчиво заговорил и медленно произнес: "Так ты имеешь в виду... он ест людей, верно?”
Торговец был ошеломлен, не думал,что Император сделает такой вывод, он в панике поднял голову, коренастое тело в страхе и трепете в дрогнуло, запнулось и сказал:“Ваше Величество...... Это, это только мое предположение, в конце концов, сирены существуют только в легенде, я, я не знаю, действительно ли он......”
Он стиснул зубы, и, наконец, сказал:“Более того, если, если, я думаю, правильно, не рекомендуется продолжать кормление, в легенде, сирены заставляли корабли сталкиваться,и они несомненно затонули во время штормов.Они жестокие,не как русалки послушные и безобидные,вполне вероятно возможная угроза.С таким успехом вы могли бы страдать неизлечимой болезнью..."
Ловетт спокойно прервал его: “Страдать неизлечимой болезнью?Ты предлагаешь мне убить его?Потому что ты думаешь, что он будет представлять для меня угрозу?"
У торговца похолодела спина, и он вдруг покрылся холодным потом: "Нет, нет, нет..." Ловетт равнодушно отвел взгляд, не стал продолжать спрашивать, а просто сделал простой жест солдату, а затем встал.
Торговец в замешательстве поднял голову, и прежде чем он смог понять, что произошло, тяжелый приклад пистолета толкнули сзади и его заставили идти вперед.
Гэ Сю уже слышал хаотичные шаги, доносящиеся издалека, но на этот раз у него не было никакого интереса взглянуть.
Эффект анестетика в его организме полностью исчезла. Он лениво покачивал хвостом, медленно кружа, среди колышущихся водных растений, осматривая территорию, которая временно принадлежала ему.
Пока глубокий мужской голос не раздался у него над головой:
“Это тот человек, который поймал тебя в первую очередь. Тебе интересно?”
Солдаты заставляли толстый торговца, шатко стоять у края пруда с рыбками, банальное жирное лицо было наполнено трепетом, он смотрел без малейшей ряби на спокойную поверхность воды, но в горло как будто что-то застряло бы, малейший звук не хотел произноситься.
Все, что у него было на уме, - это ненавистные глаза русалки, когда он охотился.
Все кончено, все кончено, все кончено...
Ловетт сел в кресло, его стройные ноги сомкнулись, его красивое и злое лицо не выражало ни милосердия, ни снисхождения, только почти жестокое безразличие.
Он тихо спросил русалку в бассейне:“Ты голоден?”
Русалка медленно поплыл к поверхности воды,его тело постепенно приближается к поверхностному слою воды ,медленно раскрываясь.Сине-фиолетовые волосы расположились на красивых плечах, гладкая и светлая кожа в лучах заката ,сияла как жемчужины, но такая замечательная сцена в глазах торговца, казалось Мрачным Жнецом,который приближается к нему шаг за шагом.
Его глаза были черными, одежда промокла от холодного пота, лицо было бледным, как бумага, а губы постоянно дрожали.
Гэ Сю оглядел толпу у бассейна и быстро понял, что происходит перед ним. Он недоверчиво повернул голову и посмотрел на Ловетта, который сидел сбоку-
Этот человек не хотел кормить этого толстяка для себя, не так ли?？？
В тот момент, когда русалка медленно вынырнула на поверхность, остальные, наконец, увидели лицо легендарной сирены-несмотря на то, что страх перед этим тираном так глубоко укоренился в сердцах людей, солдаты все равно не могли не вздрогнуть и не перевести дух. Сделайте вдох.
В этот момент они наконец поняли, почему торговец сделал такой,почти безумный вывод. В конце концов, такая захватывающая красота может появиться только в мифах, и есть люди, которые шепчут имя Бога, как будто только вера,может спасти их от соблазна такого зла.
Ловетт холодно посмотрел в ту сторону, откуда донесся звук, и в его темных глазах промелькнуло холодное недовольство.
Ловетт с удовлетворением отвел взгляд, посмотрел на русалку, которая наконец вынырнула из воды, а затем на мгновение опешил,не знаю, была ли это его иллюзия... Я почувствовал, что в глубине сине-фиолетовых глаз противника мелькнула тень отвращения?
Он нахмурился и серьезно посмотрел на невысокого и посредственного торговца, стоявшего перед ним.
Это действительно не кажется вкусным.
Ловетт постучал кончиками пальцев по подлокотнику кресла и сказал: “Как ингредиент, он действительно низкого качества... Я подумал, что вас немного заинтересуют эти люди, которые перепродают вас. В конце концов, именно так вы убили Уиллиса, не так ли? .”
Имя некогда высокопоставленного эрцгерцога Уиллиса было произнесено им с таким преуменьшением, как будто умер не его двоюродный брат, а муравей, которого насмерть раздавили ногами наугад,точно так же, как тех соотечественников и братьев, которых он убил.
Все боялись издать хоть звук.
Ловетт встал, поднял свои длинные ноги и несколькими легкими шагами направился к пруду с рыбками. Он опустил голову, посмотрел на мокрую русалку в бассейне и небрежно спросил:
“Если он тебе не нравится, какой человек удовлетворяет твой аппетит?“
Гэ Сю: "..." Этот человек болен?
Прежняя раздражительность появилась снова.
Он медленно прищурил глаза, хвост заставил качнуться в сторону Ловетта, увидев белые руки на краю бассейна,двухцветные глаза превращается в липкий острый кокетливый фиолетовый,сосредоточено смотря на высокого мужчину, какой-то свирепый,звериный взгляд, как будто почуяв запах крови, хищник медленно обнажает острые зубы...
“Ваше Величество ... Вы!”
“Ваше Величество！Пожалуйста, отойдите!”
Нервные голоса солдат доносились из далека. Звук ударов металла, заряженного оружия, проник во всю стеклянную комнату, и дула бесчисленных черных автоматов,мгновенно нацелились на русалку в бассейне.
Ловетт поднял руку и жестом велел им опустить оружие.
Он уставился на русалку перед собой с выражением нескрываемого интереса. Затем медленно вытащил из-за пояса богато украшенный военный охотничий нож. Острое белоснежное лезвие сияло в лучах заходящего солнца, как первый снег, который вот-вот растает.
Молодой монарх раскинул ладони и энергично провел по ладони лезвием ножа.
Яркая кровь хлынула из-под его пальцев, стекая вниз, и несколько капель упало в воду, которую потянуло течением и распространило кроваво-красные шелковые нити, а затем быстро исчезло с поверхности воды.
“Ваше Величество！"Панические и беспомощные голоса вдалеке следовали один за другим, но Ловетт не собирался отводить взгляд.
Он будет наблюдать, как кровь капает, как роза в полном цвету на чистом белом снегу, темные глаза снизу вспыхивают бешеными,приятными оттенками, медленно рука начинает опускаться, глубокий голос, как у любовника, шепчет, как нежный:
“Или я тебя больше не интересую?”
... Гэ Сю действительно был немного неожиданным.
Он не хотел кусать мужчину за горло прямо на глазах у толпы.Даже если бы его застрелили, для него это был просто ранний конец этого скучного мира.
Но этот император был намного безумнее, чем он думал, и он действительно сделал такой смелый шаг, даже когда Гэ Сю выказал убийственные намерения
Прежняя раздражительность и отсутствие интереса, казалось, исчезли в этот момент, и редкое веселье и возбуждение снова вспыхнули.
Гэ Сю поднял руку, чтобы взять ладонь, его холодные и влажные пальцы казались гибкими.
Алый кончик языка высунулся, и мягко прошелся по окровавленным кончикам пальцев, капая кровью в промежуток между ними, сливаясь с водой.
Выражение его лица такое невинное и естественное, что в нем, кажется, нет ни малейшего эротического подтекста.
Но холодный кончик языка и медленное облизывал,это обладало удушающим кокетством, похожим на смертоносное лезвие, которое могло заставить людей биться и возбуждать в одно мгновение.
Дыхание Ловетта замерло, а в уголках его глаз появился глубокий темный цвет.
Русалка вызвала улыбку.
Сине-фиолетовые глаза похожи на подавляющие фиалки, издающие сладкий и неотразимый аромат. Черты лица, созданные богом, окутаны закатом, который постепенно поглощается дымкой. Очертания туманны, и единственное, что видно,это ярко-красные пятна крови, оставшиеся в уголках его губ, как языки пламени, горящие в послесвечении.
Даже Ловетт, который был довольно устойчив к красоте, не мог не сойти с ума на мгновение.
Гэ Сю медленно отступил, его спина снова медленно погрузилась в воду, его длинные сине-фиолетовые волосы распустились, обнажив зубы и когти под ледяной поверхностью воды, и ослепительный жемчужно-белый ореол мерцал на покачивающемся рыбьем хвосте.
Когда вода уже готова была затопить его челюсть, русалка сказала: “Просто конфетка.”
Его тон удивительно ясен, с легкой хрипотцой,как будто давно не говорил, мягкий, как вино. Он, похоже, не знаком с языком этого мира, и в его произношении есть определенный экзотический и очаровательный тон.
Это первый раз, когда Гэ Сю заговорил после вступления в этот мир.
