Проклятый Лаик

Центральные улицы Олларии, утопавшей в блеске, выглядели безмерно чужими и излишне неискренними, и все же были лучше пронизанного смертью и безумием номинально родного Васспарда. Валентин вздохнул и уперся лбом в стекло дверцы такси. Новенький частный джет запросто доставил его в столицу за какой-то час, но, казалось, прошла вечность с того момента, как полгода назад ставший наследником Приддов Валентин поднялся по пятиступенчатому трапу и скрылся в дорогом салоне. Рокэ Алва, руководитель закрытого колледжа-пансионата Лаик, безмерно желал присутствия Валентина в стенах вверенного ему заведения, о чем и сообщил в присланном письме. Такси замерло на перекрестке, Валентин опустил окно, пропуская внутрь холодный влажный воздух с его запахами: из едва успевших поднять ролл-ставни шаддийных тянуло бодрящей горечью свежесмолотых зерен и топленым маслом, машине слева явно следовало отправиться на свалку, из дорожной канавы несло несвежей водой и кто-то не слишком искусный изрисовал некачественной, бьющей в нос краской фасад административного здания, изобразив нецензурные картинки. Талигойя стала Талигом круг назад, и если первую сотню лет довольных свержением династии Раканов было предостаточно, то теперь, следуя своей природе, человечество вновь искало виноватых. Валентин нервно коснулся тонкого браслета из фиолетовых бусин с маленьким эмалированным осьминогом в качестве чарма. Свобода, равенство, братство — все, что мятежный Фердинанд Оллар объявил своим девизом, осыпалось пеплом. Сидящий рядом Джастин криво улыбнулся. Валентин заправил за ухо кудрявую прядь и зажмурил глаза. Водитель нажал на газ, и гул двигателя напомнил урчание кошки. Недобрый знак, но повернуть назад они не могли. Талиг превратился в светское государство, но осталось то, что нельзя было сломить и заставить исчезнуть, проткнув сердце законного правителя острым клинком. Древние заветы истинных Людей Чести вили тугие нити вокруг потомков, словно ядовитый плющ — стебли. Валентин распахнул глаза и, скосив взгляд на сиденье, сипло фыркнул в нос. Джастин пропал. «Его нет, ты просто скучаешь и не можешь отпустить его тень», — повторил Валентин про себя слова время от времени посещавшего сестру психолога, к которому Тино решил обратиться за помощью, ведь видения становились все ярче. Он снова тронул браслет. В Лаик обучали бессмысленным дисциплинам вроде теоретической магии, географии давно изменившихся Золотых земель и всяческим сказкам про Четырех Повелителей, и все же… Валентин закусил губу. Из двух зол обычно выбирают меньшее, и колледж чудился в воображении местом, где если не в душе, то хотя бы в голове все могло встать на свои места. Он слишком устал разговаривать с мертвыми как с живыми, тем более что первые никогда ему не отвечали.

***

Через осушенный, не слишком широкий ров был возведен каменный мост, миновав который, такси въехало в парк. Дорога была хорошо выметена, кусты ведьминых слез аккуратно подрезаны, а палая листва собрана в кучи меж облезлых стволов реликтовых деревьев, давая хороший обзор на большой пруд и серое поместье за ним. На крыльце темнели два пятнышка — Валентина кто-то ждал. Автомобиль проехал по парку, огибая пруд, и остановился у крыльца. Валентин посмотрел на встречающих его людей и мгновенно узнал руководителя Лаик по фамильным чертам. Рокэ Алва обладал поистине интересной внешностью. Довольно высокий и стройный, с черными, собранными в хвост волосами и синими глазами, одетый в черный же костюм и темно-синее пальто, он смотрелся весьма органично в этом парке и на этом крыльце, будто олицетворяя собой жуткую, но влекущую славу Лаика. За плечом эра Рокэ стоял юноша — почти одного с ним роста, русоволосый, довольно коротко стриженный и с глазами серыми, как потяжелевшее свинцом туч небо. Одежда же его могла вызвать улыбку, если бы у Валентина было не такое паршивое настроение: белый блейзер поверх черной водолазки, черные зауженные к низу брюки и лакированные тупоносые туфли — юноша напоминал героя из драматического кинопроизведения с несчастливым концом. Впрочем, такое же впечатление производил и сам эр Рокэ. Валентин открыл дверцу и выбрался из машины. Оказывается, начал моросить дождь, а он, задумавшись, даже не заметил. — Приветствую вас в Лаик, граф Васспард, — попривествовал его эр Рокэ, не протягивая обтянутой темной перчаткой руки. — Приветствую вас, герцог Алва, — кивнул ему Валентин и еле удержался, чтобы не поморщиться. Правила этикета, бывшие в ходу аж в эпоху Скал, успели надоесть и… дома. — Это мой помощник и ваш товарищ на время обучения, граф Горик, — эр Рокэ обернулся вполоборота и кивнул юноше за своим плечом. — Ричард, прошу Вас, препроводите графа в его комнату. Вещи будут досмотрены. Желаете присутствовать? — руководитель Лаик вновь обратился к Валентину. Тот лишь пожал плечами. Скрывать ему было нечего, а усилившийся за пару минут разговора дождь уже заливал за шиворот любимой джинсовой и совершенно не великосветсткой куртки. — Не смею задерживать, — эр Рокэ отступил в сторону, пропуская Ричарда и Валентина в здание. Ричард коротко, но ободряюще улыбнулся новоиспеченному однокашнику, уверенно шагнул в сумрак поместья, но остановился, ожидая Валентина, а затем закрыл тяжелую дверь. — Здесь не так уж и плохо, — пытаясь завязать разговор, заметил Ричард, когда они двинулись по коридору. — Хотя поначалу и меня жуть пробирала. — Мне все равно, — Валентин понимал, что его тон довольно груб, но сближаться ни с кем не хотелось. Ричард, слава Создателю, если тот правда существовал, это уловил и продолжил серьезнее, быстро и четко проговаривая слова. — Мы живем в комнатах по двое. Во время обучения титулы и фамилии не упоминаются. Ходить нужно будет в форме, твою подготовили. Во внеучебное время можно надевать свое. Едим в трапезной в установленное время: унары и преподаватели вместе. Расписание я тебе распечатал. Арно, твой сосед, тебе подскажет, что и как, если я буду занят у эра Рокэ. На первую половину учебного дня ты уже опоздал, как и на обед. Вот-вот начнется урок истории, так что лучше нам поторопиться в жилое крыло за одеждой. Как уже сказал эр, меня зовут Ричард, или Дикон. — Спасибо, — Валентин все-таки оценил желание Ричарда помочь разобраться в укладе жизни в Лаик и решил проявить вежливость. С тонкой, едва уловимой улыбкой он кивнул. — Тино, если удобно. Дикон облегченно выдохнул и молвил шутливо: — Добро пожаловать в Проклятый Лаик.