Враги поневоле

Желтая земля на горизонте возвестила о том, что близок конец нашему странствованию по Степям и мучениям для нашего командира, ибо в Приюте у Солнечного Камня точно есть какой-нибудь лекарь, который снимет отравление ядом. После чего непременно последует долгая процедура поисков виноватого, и нет сомнения, крайними все равно останемся мы с троллем. Ну и пусть, зато хоть не зря! Сладкий запах цветущих трав резко сменился на горький привкус витающего в воздухе песка, который тут же противно осел в горле и забил нос. Желтые громадины гор высокими стенами вставали по обе стороны протоптанного пути, периодически заслоняя солнце, создавая причудливый лабиринт, выбраться из которого при незнании направления практически невозможно. Редкая сухая поросль, мелькающая то тут, то там, и такие же сухие стволы деревьев говорили о том, что дождя в этой пустыне не было как минимум месяц. Утренняя роса, от которой еще недавно намокали ноги, не была знакома растительности Когтистых Гор. Извечное солнце, палившее тысячелетиями этот горный лабиринт, и сегодня уже нещадно жарило, а я, с головы до ног заключенный в стальную хватку снаряжения, проклинал тот день, когда решил стать паладином. Приют у Солнечного Камня как-то резко вывернул из-за угла, что заставило нас приятно удивиться. Гарнизон маленького лагеря, притулившегося в причудливой нише, созданной природой и ветрами, состоял в основном из тауренов. Могучие создания, гулко отстукивая ровный ритм, патрулировали подходы к нескольким нескладным домикам, которые и составляли сердце лагеря. За крайней хибарой заманчиво поблескивало крохотное озерцо, а чистая вода в нем подсказывала, что за родником исправно следили. Орки впереди уже заботливо стягивали с волка неестественно скрюченного командира, а подбежавшие к ним стражи лагеря указали хижину, в которую и понесли бедолагу. Мне же было абсолютно плевать на командира, на отряд и на задание, из-за которого мы и приперлись в такую даль. Стаскивая на ходу шлем, я упал на живот на берегу родника, и уже через секунду со мной рядом плюхнулся тролль. Солнце стояло в зените, добрые таурены указали нам место на постой и дали еды. И теперь весь наш отряд устроил лежбище под, наверное, единственным в этом месте развесистым деревом. Подходило время выдвигаться, но наш страдалец-командир еще не выходил, и у меня, вопреки здравому смыслу, в голове начинала ликовать мысль, что командира перекосило навсегда. Однако я всегда был невезучим, и ближе к вечеру темная дыра хижины выпустила на свет орка. Правая половина лица командира была все еще перекошена, обычно бравая походка была слегка непривычна, наверное, потому что орк изрядно подволакивал левую ногу и смешно оттопыривал зад. Волна ржания прокатилась по рядам лежащей солдатни, и, совершенно естественно, командир это заметил, и это было моей последней мыслью, перед тем как на нас накатила волна его праведного гнева. - Фстать, - искореженный рот командира отказывался ему подчиняться. Следующие пару минут орк, коверкая слова, обещал командировку в Огненные Недра тому, кто посмел насмехаться над поверенным самого Вождя. В общем, все как обычно. - Амадей, - естественно я снова крайний. – Ты и твоя подружка, - тролль цокнул языком, но промолчал, - ночью дежурите на развилке Илоразработок. Что и следовало ожидать, мы с троллем в опале и идем ночью дежурить на самом отшибе, в малознакомой местности. Так что, если «ночнушки» вдруг решат пройтись по дороге, они найдут две в общем-то беззащитные тушки ордынцев, да и докричаться до лагеря мы не сможем. Солнце медленно клонилось за горы, окрашивая край в приятный оранжевый свет. Откуда-то со Степей на секунду принесло свежий запах травы, принесло и унесло куда-то дальше. Горы, напитавшиеся жаром, щедро отдавали его назад, заставляя нас вновь потеть. Навстречу вечеру потянулось и все живое: редкие ласточки резкими линиями прочерчивали небо, на уступах скал появились дикие бараны, а вдалеке протяжно завыл волк, как будто призывая все живое. Странное это место – Когтистые Горы, везде и всегда все живое умолкает с приходом ночи, а тут все только оживает. И вот, уже можно было рассмотреть неясные очертания цветастых аспидов, выползающих из, казалось бы, совсем не приспособленных для жизни мест, мелкие суслики, совершенно не пугаясь чужаков, смешно вставали на задние лапки, но уже через несколько минут вся эта веселая братия была разогнана Лизуном, который вскоре прибежал с добычей и, урча, уселся поедать ее рядом с Зулом. - Девчонки, - рявкнула откуда ни возьмись рожа орка, - на вахту шагом марш! Тот же орк, что пришел за нами в таверну в Оргриммаре, опять высморкался в руку и, не дожидаясь ответа, почесал в палатку к командиру. - Будь проклят тот день, когда я стал паладином и ослушался маменьку с папенькой, - промямлил я, запрыгивая на коня. – Поехали уже, Зул…