Второй шанс

      — Пора заснуть навсегда, — Ферид отбросил свечу и до этого едва мелькавшие тени вовсе скрылись. Три последних произнесённых слова ознаменовали что-то необратимое и крайне важное. Кроули чувствовал трепет, нарастающий в душе… тот, что люди ощущают перед лицом смерти, когда она ещё не пришла, но и отмотать время назад нельзя. Будто закрывается дверь позади, мир погружается постепенно в черноту, а выхода впереди нет. Каждая секунда рискует стать последней, сжечь цветок жизни дотла.       — Вот ты и явился.       — Ты и не удивлён, стальные нервы… — Батори ходил кругами, его мелодичный тихий голос разносился с разных сторон: спереди, справа, сзади, слева. Потом всё повторялось.       — Как я могу изумиться твоему приходу, если ты раскрыл мне дату? Ты наверняка наблюдал за мной, а значит, в курсе каждого совершённого действия. Вот что интересно: неужели такого извращенца развлекла простейшая игра в наблюдателя? — Юсфорд неподвижно сидел, не решаясь колыхнуться.       — Простой вопрос, но ответов на него у меня тысяча. Вот один из них: признаюсь, я позволил себе маленькую вольность и не следил за тобой в течение этого месяца, хотел разбудить в себе отголоски азарта. Сбежишь или не сбежишь? Кроули, даже эмоции не свойственны нам в вашей мере, — он отдалился на неопределённое расстояние от слушающего, — но ты любезно помог мне пробудить некоторые из них. Там, где есть эмоции, может возникнуть и нечто более глубокое – чувство. Так что спасибо, ты развлёк моё мёртвое сердце…       Кроули оценил подход Батори, в начале красноречивые слова про жизнь, а потом резкое их перечёркивание и возвращение к теме смерти.       — Долго будешь петлять, оттягивая момент? Разрезая тьму быстрыми торопливыми шагами, Ферид встал прямо перед собеседником:       — Не порти мне единственную радость! — слова его дрогнули, он явно был не доволен. Больше всего ему не нравилось, когда разрушают столь любимую им сокровенность момента. Юсфорд кожей ощутил колебания воздуха – это замерла у его шеи холодная рука. Вампир еле сдержал себя, чтобы не поцарапать человека, его кровь должна была стать подарком и кульминацией происходящего. Если бы он наградил Кроули поцелуем смерти прямо сейчас, то сильно бы пожалел.       — Плевать я хотел на твою ранимость, — мужчина интонацией выделил последнее, отмечая лживость. Стоит заметить, что он наугад выбрал одно из двух: съязвить или нет, думая, попадёт ли в точку. Более менее спокойный, саркастичный в конце тон предложения, по его мнению, должен был вывести питающегося эмоциями Батори из себя.       — Заткнись!       — Ещё бы братом меня назвал.       — За-мол-чи! — такое поведение сильно раздражало, не Кроули произносить его реплики.       Через две минуты он вернулся к настроению, с которым пришёл.       — Позволь спросить, почему ты сбежал в первый раз? — он едва заметно сверкнул глазами, подчёркивая, что ждёт серьёзного ответа и забавляться больше не хочет.       — Мне известно, что ты являешься вампиром.       — Это мы уже проходили, исчерпывающий ответ. Мне любопытно, откуда именно. Поменяй наши роли местами и пойми, что ты бы спросил то же самое.       — Это слишком сюрреалистичная история, — Юсфорду надоело находиться на одном месте, он поднялся на ноги и прошёлся по памяти в противоположном от двери направлении, но именно выход был конечной целью, эта комната доставляла дискомфорт своим узким пространством.       — Не волнуйся, я преданный слушатель, в отличии от некоторых… — казалось, это было произнесено с улыбкой. Или ухмылкой… точно не различить.       — Хорошо, ладно. Ежели ты сочтёшь меня под конец психом, то не моя вина, — Кроули начал долгое повествование. О путешествии во времени, о шансе изменить жизнь, о побеге и попытках предотвратить неизбежное. Пока повесть шла к завершению – моменту разочарования, Кроули методично продвигался к двери, напрягая слух и следя за стуком каблуков Ферида.       — Сектаторес Деи, значит… Ясно, они всё-таки на мне не остановились и решили вмешаться.       — Ты знал?!       — А как же, сэр. Или мой совет отправиться сюда, — он развёл руками, указав на окружение, — был пустым звуком?       Бывший тамплиер замер, схватившись за дверную ручку и признав своё удивление очевидному факту глупым. Батори всегда его обставлял: «Грешно не предположить, что он и тут на пять шагов обогнал».       — Ну же, задай что-то более логичное!       — Как Сектаторес Деи преследовали тебя много веков назад?       — О моём прошлом тебе ещё рано слушать. Другой вопрос.       — Почему ты веришь мне?       — А разве так не интересней? — вопрос на вопрос. Кроули произнёс фразу вместе с бессмертным знакомым, просчитав в кое-то веке его махинацию.       — Да-да…       — Я не вру! Если ты твердил мне только правду и ничего кроме правды, то должен знать, что ложь – не моя черта.       — Да, ты понимаешь без слов.       — Это комплимент? Как мило, я рад.       — Заткнись.       — Это месть за предыдущее.       Ферид снисходительно улыбнулся, чего Кроули не углядел в полной темноте. Тем временем Юсфорд уже начал отворять дверь:       — Хочешь прогуляться? Хорошо, давай, — Батори прошмыгнул в дверь, специально не приглушая свои шаги, — спасибо, что пропустил вперёд.       — Ты невыносим!       Послышался недолгий смех, после чего явно довольное уловкой чудовище вернулось к строгому повествованию:       — Хотя твоя история звучит жутко странно и… бредово, она затыкает дыры в творящемся вокруг. У меня отпали все вопросы. Только вот, ты не просветил меня касательно ситуации 2020 года, что же там случилось? Зачем ты переместился? — человек с радостью бы ответил, но фортуна скрыла свои мотивы, словно Батори. А если ему приходило что-либо в голову, то вытрясти это наружу не представлялось реальным. Они вышли в коридор, освещаемый лишь слабой блёклой луной, которая сегодня затаилась за тучками.       Прячась в тенях, вампир попутно ясно демонстрировал интонацией речи, что ему, возможно, известен секрет путешествия во времени, однако игривая натура не позволяет выразить предположение прямо. Рыцарь старался изо всех сил догнать мысли хитрого бессмертного создания, но вёрткая личность последнего уклонялась с поразительной точностью.       — Я и сам не имею основательных доказательств для подтверждения гипотезы. Коль ты сам мы их предоставишь, то я откровенно тебе расскажу что знаю, как заботливый друг, — Батори на мгновение показал лицо и клыкастую улыбку, чуть задержавшись под лунными лучами, что распадались на волшебные блики под воздействием дорогих стёкол.       — О-о-о… разочарую, ничего не помню.       — Упрашивай меня и умоляй, тогда я, как щедрый и милостивый господин, поразмыслю над твоими мольбами! — алые глаза, вновь скрытые чернотой, обратились на высокого человека. — Отказываешься?.. Ну и ладно. Мы не продвинемся дальше в нашей детективной эпопее, если не найдём повод перемещения. Я весьма опечален твоей амнезией. Ведь изначальная цель моей шпионской игры померкла на фоне столь магической задачи. Эта загадка одна из немногих, что я не разгадал с точностью до процента.       — Уж прости.       — Что же, что же… вопрос решён, отрицательный результат – тоже результат. А теперь… нам пора ехать. Я очень многое тебе позволял: капризы и прихоти, теперь ты вынужден оказать ответную услугу, я прошу совсем немного.       — И?       — Я велел тебе пользоваться мозгами, помнишь?       — Хочешь поехать в ту деревню?       — Да! Давай устроим званый ужин! — Ферид засветился от предвкушаемого удовольствия, выйдя, к тому же, на свет. По-видимому, он строил гениальные планы. Одухотворённое лицо этого монстра вызывало у Кроули неприятный липкий страх. Возможность испытать боль и встретиться со своими друзьями его не прельщала нисколько.       Подталкивая Юсфорда в спину и щебеча что-то себе под нос, Батори повёл новоиспечённого «товарища» к своей адской колеснице. Если же обойтись без прикрас – к повозке. Кроули пытался вставить свои 5 пенсов, указывал на особняк, демонстрировал всяческую заинтересованность вещами, которые следовало забрать. Вампир, разумеется, не обращал внимания на это и гнул свою линию.

***

      Спустя несколько дней был проделан путь в половину от предполагаемого расстояния, рельеф страны менялся постепенно. Слегка холмистые просторы Ротерема и близлежащих окрестностей превращались в более горные. Пожелтевшие осенние земли с каждым километром всё больше изрезались, поднимались вверх скалистые уступы, а дороги пустели, пустели, пустели… пока на двух третях маршрута следы цивилизации не исчезли вовсе. Они были одни среди пёстрых пейзажей.       — Мы могли бы подобраться к Окворту с другой стороны, но это было бы скучно, ты там проезжал. Мне хочется показать тебе Англию, — Ферид едва открыл глаза, как тут же зажмурился. — Ох, зашторь левое окно, пожалуйста.       — Ты хочешь показать мне страну, а смотреть в одну сторону у меня нет никакого желания, будь добр потерпеть. Солнце только встало, а ты уже канючишь.       — У-у-у…       Рядом с деревней ландшафт снова стал мягче, природа сменила горы на лесистые склоны, но и благоприятный тракт завершился. Вернулись суровые песчаные дороги, размываемые после каждого дождя.       — В 8 часов жду тебя, а пока наслаждайся, — Ферид высадил компаньона, хлопнул дверцей для пущего драматизма и укатил к себе домой.       «Терпеть не могу прятки. Хосе то ладно, ничего не расскажет, по моей просьбе, а вот некоторые господа из Ордена», — пробил час накинуть капюшон и пробраться незамеченным к жилищу.       — Кроули! Стой, дьявол! — знакомый голос настигал его с внушительной скоростью, каждый звук был ближе предшествующего.       Даже не обернувшись, бывший тамплиер предположил, кто из старых товарищей гнался за ним: позволяющий себе эмоциональные речевые обороты, привыкший выплёскивать злость, если позволяет ситуация. Рой – точно Рой Роланд.       — Ты меня слышишь или нет? — соратник из прошлого обогнал преследуемого.       — Слишком хорошо слышу, чтобы остановиться.       — Где ты носился?! Столько случилось, столько… Жильбера убили, виновников нашли, но кто-то из противоборствующего лагеря их спас, хотя они достойны смерти!       «Получается, заговора было не избежать», — Юсфорд поник, дав зелёный свет приятелю на выражение неудовольствия. После оконченной им тирады Рой встряхнул собеседника неожиданным удушающим объятием, похлопав по спине. Отстраниться, правда, он тоже не помедлил.       — Мы все переволновались до смерти, особенно Хосе, ты бросил его без каких-либо основательных разъяснений. В такое ответственное время ты свалил!       Ещё примерно полгода назад, когда тамплиеры шли по его следу и не отставали, внушая мысль о становлении магистром, Кроули бы тихо ушёл, но учитывая оставшееся время в несколько часов… Юсфорд решил насладиться вдоволь последними минутами с Роем, выслушивая всё, что он захочет сказать. Изредка обречённый на обращение в вампира вставлял пару слов и вопросов. Как только повествование Роланда завершилось, он перешёл в активное наступление, сметая Кроули упрёками и просьбами. Они все звучали как «ты виноват, ты сбежал, но сейчас у тебя есть шанс вернуться». Такая обыденная болтовня товарища тешила.       Увеселение закончилось ничем, оба остались при своём:       — Через время я снова уеду, теперь навсегда.       — Учти, что мы не отступим.       — Конечно, — он пошёл прочь, к своему старому дому.       «Прощание всё одно – я убегаю без освещения причин», — смирение пришло и бегство перестало казаться зазорным.       С Хосе всё повторилось… он преданно ожидал возвращения своего героя. Вновь обретённого господина оруженосец упрашивал вернуться, рассказывал ему об успехах и поражениях, новостях, об всём, что приходило в его светлую голову. Они вместе прошлись по двору бывшей фехтовальной школы, после чего до самого заката сидели на траве и разглядывали окрестности. Старая обитель Кроули находилась на возвышенности, созерцание красот было делом благоприятным. Покинуть Хосе бывший крестоносец смог, как только первый уснул, его вымотала непомерная радость встречи и энтузиазм, с которым он молвил длинную историю.       Но сказки кончились, время двигаться к смерти на бал.       Расчётливо и холодно, он отмерял один шаг за другим, не помышляя всерьёз ни о побеге, ни о самоубийстве. Только встав на край моста и облокотившись на каменный холодный кирпич он подумал, как странно было бы сигануть сейчас в эту тёмную реку и разбиться о камни, разом перечеркнуть всё: плохое, хорошее, вообще всё. Он всегда считал суицид недостойным занятием, неужели, размышлял он, имеет смысл обрывать свою жизнь и заканчивать игру так просто? Не возникает ли в решившихся на то людях хоть капли азарта, диктующего остановиться, отойти от края, убрать лезвие или разрезать верёвку? Им тогда ведь откроется столько разных путей…       Перед ужином он заглянул и в переулок. Тот остался таким же промерзлым и нерадушным, но следы преступления убрали. На песке не осталось пятен, а стены были промыты вплоть до незначительных углублений. Напоминанием служила только метка на нижнем камне, означавшая, что ходить сюда не стоит. Предупреждение создано для нарушения, а значит, Кроули непременно должен зайти в самую глубь дьявольского места.       Мужчина застрял посередине, как вкопанный, заметив едва различимую кровь на одном кирпиче. Её тут не должно быть, всё ведь до скрежета вычистили... Он тоже был промыт, но видимо, дождь и усилия рабочих алый след не волновали, он решил впитаться в щель. Почему же Кроули, который ни разу не назвал себя перфекционистом, застыл?       «Откуда навязчивое желание ткнуть в эту гадость пальцем? Боже, это бессмысленно! Но ладно, ничего же не случиться», — он дотянулся до трещины, вторя зову, и тут же потерялся в пространстве.       — Все готовы?! Я должен слышать лишь ДА!       Армия встретила командира оглушительным рёвом и звоном оружия.       — Уничтожить врага! — мужчина с рубиновой лентой на груди дал сигнал к началу боя. Тысяча вампиров разных рангов собралась воедино и ринулась в атаку. Она должна была сокрушить всех, не только людей.       Вампир, скрывавший свой настоящий ранг, рванул с остальными, не брезгуя драться с основными силами противника.       — Вашу…! — череда грязных ругательств вырвалась инстинктивно. Что он только что увидел?! — Что за магия! И этот обрывок…       До него начало доходить, свидетелем чего он стал: амнезия на миллисекунду отступила и показала его прошлое.       Видение сняло наваждение с Юсфорда и он покинул переулок, не желая более в нём оставаться.       — Но точно это моя память? Я видел себя со стороны, а не от первого лица! Занимательные теории пришлось отложить: оставалось всего ничего до трапезы.

***

      — Прошу вас, проходите, Господин! — девочка в полупрозрачной одежде провела гостя в обеденную залу, захлопнув с грохотом последний рубеж.       Магические благовония с чарующим ароматом, развеивающие своё колдовство 800 лет назад для Кроули, сменились на другие, обладающие противоположным эффектом. Мерзкий… тошнотворно приторный и сладкий запах, обволакивающий железным тяжким туманом. С привкусом гнили, смерти и лаванды. Когда на далёком Востоке создавали эти благовония, они пахли только цветами, но Батори изобрёл особенные. Вампир воссоздал цветущее ядовитое поле, новый второй компонент пах войной. Тела, запекающиеся под солнцем Святых земель, пахли так…       Длинный стол был обставлен соответствующе, это был момент славы Ферида! Крупная дичь была декорирована так, чтобы создать иллюзию человеческой плоти. Олень превратился в сарацина, в шлеме были проделаны отверстия для рогов, которые не замечались на фоне общей декорации. Сбоку была фигура тамплиера, с крестом, в точности повторяющим тот, что носил Кроули. Его подарила Лотти, но это забылось. Сейчас он видел, как созданная для ужина фигура рыцаря Христа возвышалась над всеми. Внизу покоились не только язычники, но и павшие товарищи. Совсем же под ногами рыцаря лежали его близкие: Хосэ, Лотти, товарищи по оружию, фигура особенно запомнившегося жителя деревни. Они были погребены под тенью величавого грозного монстра в центре.       — Ты так много имел, огромная фора, чудовищная! Но только после потери всего ты заметил богатства, имевшиеся у тебя. С людьми приятно иметь дело: вы выбираете часто пути, влекущие худший исход из возможных, а потом сами же причитаете о неудачах, — насмешливый тон в малиновых оттенках подкрашенного тумана слышался из-за портьеры, бессмертный спрятался именно там, вкушая все эмоции Юсфорда на расстоянии. Даже разум натренированного рыцаря не выдерживал такого прекрасного вида, он в сто крат омерзительнее того, что был в переулке! К тому же, из отчищенного переулка выветрилась вонь смерти… отсюда же аромат падали исчезнет только со сносом здания.       — Мораль пиршества мне ясна, нет причин её разжёвывать, — он медленно стал приближаться к столу. Ферид скорчил обиженное лицо.       — Садись, давай отпразднуем последнюю трапезу! — но быстро вернулся в обычное состояние: со скрежетом отодвинул стул, занял место и поднял кубок. Преступая через отвращение и рвотный рефлекс, Кроули уселся следом.       — В кубке же нет крови?       — А ты как думаешь?       Была, да. Она была там. И не пара капель. Единственное, вкус алкоголя всё же доминировал, ведь вино было красным сладким. Чересчур сладким, как и благовония. Вампир повышал методично градус беседы, задавая всё более каверзные вопросы. Крестовый поход перемешивался с философией вечной жизни и неизбежности. Стойко взяв себя в руки, Кроули занялся кубком, поверхность которого он то и дело царапал ногтями, такое примитивное действие занимало тело, направляя суждения на оппонента. Такого тонкого для понимания сражения Юсфорд не видел никогда… подколы, желчь, давление поочерёдно сыпались градом стрел.       Как и столетия назад. Разительное отличие в виде подготовки привело его к рассуждению о том, что он дрался с Батори не так раньше. Кроули демонстрировал душу как открытую книгу в его первом 13 веке. События, отчаянно повторившееся сейчас показали, что менять следовало не их, а себя.       «Зачем копать суть, если в ней нет смысла, она не станет другой», — решил он.       — Как считаешь, судьба способна меняться от наших решений?       — Не больше, чем от полёта мухи, таково моё мнение, — вампир махнул рукой, демонстрируя незначительность решений.       — Тогда для чего жить, коль всё решено?       — Ни в чём нет смысла, в жизни нет, в любви нет, в дружбе… жизнь дана как игра, ты следуешь правилам.       — Не весело смотреть на толпу скота, выполняющих одни и те же действия. Как же обмануть игру, не нарушая незыблемых её правил и путей? Оригинального в нашем мире кот наплакал, тогда почему мы все разные? Разница заключается в голове, мы пишем великие произведения, ваяем скульптуры, полотна, хотя в жизни нашей выполняемые движения не отличаются оригинальностью. Нас отличает мысль, то, как мы смотрим на мир.       — Браво! Ты включил голову!       — Просто анализ.       — Но это всё равно твой конец.       Мужчина, чьи волосы отсвечивали серебристыми бликами, закончил аперитив. Намекая лукавой улыбкой на продолжение банкета, он прошёл на середину комнаты и снял крестик с главной фигуры. Вампир с такой мощью сжал этот религиозный символ в руках, что маленький камушек посередине хрустнул, разлетевшись на кусочки, а металл превратился в бесформенное нечто.       — Ты переживёшь это во второй раз? Наверное, повторное обращение будет больнее.       — Оно легче.       Его повалили на землю, не давая шанса подняться. Ферид без церемоний сдёрнул ворот рубашки жертвы и Кроули почувствовал всё то же адское удовольствие от укуса, даже сопротивляясь дурману, от него нельзя было отделаться. Незамеченным осталось мимолётное преломление света сквозь стекло флакона.       Взвился крик.       — Давай! Вперёд!       — Кроули, мы всё это время…!       Два предложения пронеслись над головой эхом, так же стремительно разбившись о стены. Прозвенели они будто из другого мира.

***

2020 год, Япония

      — Ферид, слышишь, не смей! — обращался вампир к своему соратнику, его голова покоилась без единого движения на коленях первого.       — Какой же ты всё-таки дурак… — он предпринял попытку подняться, насколько это было возможно с огромной раной от демонического оружия, по ветру начал развеиваться чёрный пепел. — Ты мне не поможешь ничем.       Болезненная усмешка превратилась в стон.       — Ай…       — Ты не сдохнешь тут, не сейчас!       — Задержишься ещё на секунду, и тебя могут по остаточному принципу добить! Победа за нами. Вечная победа. Они больше не нападут, ибо силы их повержены, но люди заберут сейчас же при капитуляции как можно больше душ. Ты уже на прицеле, может быть. Скройся с глаз моих, и в Сангвинем! — лёжа на спине, Батори острыми когтями пытался добраться до лица Кроули. Как ему хотелось исцарапать его за такую глупость!       — Ни за что!       — Ничему жизнь тебя не учит, идиот! Вот ты должен выжить, мой друг!       Чёрный смоляной пепел разлетелся по миру. Прах монстра, сыгравшего партию в 1300 лет, был развеян.       В одном из заброшенных небоскрёбов, на десятом этаже лежал на подготовленной позиции снайпер. Прицел был наведён чётко на фигуру оставшегося чудовища. Солдат затаил дыхание, перед глазами появилась зелёноватая дымка демона.       В ту же секунду кто-то, находящийся на противоположной улице, заметил члена ЯИДА.       — О-о-о нет! Я не позволю тебе прикончить наш билет в прошлое! — неизвестный раскрыл чемодан, вытащив затейливое устройство.       «Люди перемещение не выдержат – у них слишком слабое тело, в отличии от духа. Кровопийцы пока единственные кандидаты. Кроули из рода Юсфордов единственный замешанный в происходящем вампир. Отправив его назад во времени через разлом, мы получим второй шанс и избавим мир от вампиров! Сохранить память всех нереально, но его – да», — человек подготовил к запуску некий прибор на основе проклятья. Видны были только руки, казалось, что мир показан его глазами.       В миг выстрела снайпера машина заработала, создав направленный луч с магией. Она достигла Юсфорда быстрее, чем зачарованная пуля.       — Столетия работы над машиной, чтобы позволить человечеству жить без гнёта… всё в твоих руках, Кроули. Ты же хотел быть человеком, верно?       Однако обнаруженный разлом вёл не в его детство, а в кровавый переулок, где валялись обескровленные трупы. Времени у новоиспечённого освободителя было мало.

***

      — Господи… — после многочасового сна Кроули пришёл в себя. Два крупных временных разлома, появившихся в ключевых точках, позволили ему узреть картину, что он когда-то забыл. Тесное пространство между домами, где пересеклись двое, и особняк, где один из них отдал душу в услужение злу, стали трансляцией эфира из будущего.       Обращённый вампир огляделся в поисках добычи, что завершит его переход от изменчивости к постоянству.       Скоро ему станет плевать на будущее, проблемы станут песком.

Абсолютно все...

***

2090 год

      Повесть о Сектаторес Деи трансформировалась в 21 веке в легенду. Она не передавалась почти из уст в уста, её знали лишь вампиры. Когда-то они изничтожили всех до единого членов ордена. Последователи Бога отправились к своему Творцу. Справедливый суд припомнит им все грехи и благодетели, решит судьбу. И либо под ними разверзнется пекло Преисподней, либо засияют звёзды Рая.       С заключения взаимного соглашения о разделении территорий прошло более 50 лет, люди почти вернули мир в изначальное состояние: вознеслись в небо шпили древних зданий и возникли современные, города стали нести цивилизацию, а не разрушение. Образование, медицина, массовые сми и технологии ворвались в жизнь. Целым праздником стало восстановление всемирной связи.       Грандиозная битва 2020 года показала, что не одна из сторон не способна выиграть, какими бы не были ставки. Неразумно было продолжать баталии. Люди дрались с превосходящим их противником ожесточённо, присущее бессмертным монстрам высокомерие не позволяло проигрывать. Окунувшись в запретные исследования с головой, они догоняли человечество.       В итоге, после подписания мира, вампиры получили в распоряжение ночное время для выхода на поверхность и подземные города. Да, могущественный род спустился снова под землю, став страшной сказкой для мирового сообщества. В 2090 году на полках литературы первой половины 21 века всё было определено как «легенды». Исторических документов было всего ничего… но и из них стёрлись следы монстров. Забываться стали древние сказки, а расхаживающие по ночам силуэты воспринимались своими. Алые глаза и клыки новое поколение никак не смущали, их не замечали, как и в 13 веке. Дело было не в глупости, а простом отрицании сверхъестественного.       — Что читаешь? — Кроули появился сзади, заглянув в книгу. С недавнего времени двое братьев-вампиров переехали в родовой замок Батори, он находился в Венгрии и датировался 6 веком. Тогда территория упомянутой страны не имела чёткого названия и входила в Аварский каганат. Где-то под городом Сегедом Ферид ознакамливался с книгой.       — Заглянув как-то раз в библиотеку через окно, я вынес весьма любопытный экземпляр легенд и мифов. Тут написано, что при апокалипсисе 2012 года на поверхность явились чудовища, похожие на людей. Чушь, правда?       — Да, верно. Так… для чего ты вызвал меня в свой особняк? Сегед жутко далеко от Дебрецена, знаешь ли.       Батори отбросил «второсортную» книжечку авторства якобы очевидца в сторону.       — Расскажи, как ты стал вампиром.