Белая Лилия

Двое котов прогуливалась по своему кварталу одного из нижних районов старого города. Семейная пара наслаждалась сумеречным временем. Они наблюдали за, торопящимися с работы домой, неко. Неожиданно один из них остановился и попросил подождать его на месте и никуда не уходить. Это были два беты, не сказать, что молодых, но и не старых или пожилых неко. Один из них с грязно коричневым оттенком шерсти на ушках и хвосте, был ниже своего возлюбленного, серого, супруга на две головы. Он остановился на тротуаре и удивленно смотрел за тем как его муж , словно мальчишка побежал за мороженным, хотя это бы просто лед с подсластителем. Настоящие мороженное стоило дорого для простого охранника бара. Но даже лед вызвал счастливую улыбку его мужа. - Спасибо дорогой - бета чмокнул в щеку своего мужа и принял из его рук ледовую стружку со сладким сиропом, имитировавшим вкус фруктов. Другой бета довольно улыбнулся и приобнял своего мужа за талию. Так, обнимаясь и вместе поедая лед, они пошли по направлению к их дому. Когда пара подходила к небольшому переулку, рядом с разрушенным зданием полиции. После небольшого, но довольно кровопролитного восстания этот полицейский участок был полностью уничтожен, остались лишь руины посреди их района. Власти решили, что лучше возвести новое здание, а это оставить как память о произошедшем восстании местных бандитов. Киртин, тот неко, что с грязно коричневой шерсткой, как раз служил в этом полицейском участке, и тогда его сильно ранило в район живота. Неко выжил благодаря своей природной регенерации и новейшим приоратам, но из-за всего этого он потерял возможность стать отцом. С самого рождения у беты был высокий процент перехода его пола в омежий, но та кровавая стычка оборвала все его мечты, если бы не его нынешний супруг, то кот бы покончил с собой. Его муж, обычный охранник в популярном баре района проходил по делу о наркоторговле в качестве свидетеля. Именно он подоспел к раненому коту и отнес к прилетевшему на помощь медицинскому транспортнику. А потом был конфетно-букетный период, долгие разговоры, прогулки и внезапное предложение пожениться. И сейчас, спустя пять лет совместной жизни оба мечтали о ребеночке, но процедура искусственной подсадки плаценты и эмбриона была очень дорога для обычного служащего полиции и охранника. Проходя мимо разрушенного здания и кормя с ложечки своего любимого, Киртин, неожиданно для себя, заметил у светового столба красивую кjрзинку, ту которую он видел в журнале в разделе товары для котят. Сердце екнуло, а хвост распушился. Неужели судьба благоволит им? - Рикс, смотри – бета непонимающе глянул на своего мужа, потом в ту сторону, куда смотрел его любимый полицейский и замер. У светового столба стояла корзинка с голубым бантом на ручке, было видно , что она дорогая и сплетена из натурального материала, но при ближайшем рассмотрении станет ясно из какого. Так же Рикс сумел рассмотреть какое-то одеяло внутри или же сверток. Когда к столбу прислонился какой-то, грязный, пьянчуга, бета тут же среагировал, развязывая наигранную ссору с любимым. - Как ты мог оставить подарок тут? – негодовал Рикс, быстрым шагом подходя к столбу, за ним, возмущенно фыркая, семенил муж. - Ты сам меня тут бросил,- фырчал он, осторожно поднимая корзинку, с замиранием сердца заглядывая в нее, все еще помня, что они ругаются – Это все твоя безалаберность, мне тяжести носить запрещено! - Запрещено ему, а без головы из дома выходить тебе не запрещено – незаметным движением Рикс, все еще недовольно хмуря брови, потянул обомлевшего от находки Киртина подальше от этого места по направлению к дому. Он уже не обратил внимания на что-то хрюкнувшего пьяницу, стремился быстрее увести своего мужа, который бережно обхватил корзинку и начинал тихонечко мурчать. Бета взял кота под локоть и повел в тихий уголок, подальше от посторонних глаз. Конечно найти детеныша на улице да еще и в такой догущей корзинке из натуральной лозы, с витиеватым узором. А чего стоило только стеганное одеялко, в которое был завернуть малыш. - О боже, он такой хорошенький! – уже вовсю мурчал Киртин. Они, чтобы никто не видел прошли в дом и глава семьи запер двери и зашторил окна. А его муж любовался находкой, он не обратил внимания на бутылочки оставшиеся в корзинке, неко баюкал малыша у себя на руках, трепетно придерживая его головку и мурлыкал, будто настоящая омега, а не бета. Рикс с умилением смотрел на своего любимого с малышом на руках, но все же его что-то тревожило. - Ох,- вдруг, что-то вспомнив, Киртин охнул и испуганно воззрился на мужа – У нас же нечем его кормить – зашептал неко. - Ничего, купим сухую смесь – кивнул бета, облегченно выдохнув, уж с этим он справится. Малыш неожиданно завозился и тихо пискнул, не понимая, почему рядом совсем другой запах. - Тише, тише, - Киртин начал покачивать малыша на руках, надеясь что сейчас малыш откроет глазки и увидит его нового папочку, который ни за что на свете не оставит это чудо. Но этого не произошло, малыш часто дышал и тихо пофыркивал. Рикс заглянул в корзинку и вытащил оотуда лекарства и бутылочку с молоком. Этого он и опасался, малыш был болен и его просто выкинули. - Кирт, малыш, - начал было бета, но его перебили. - Нет, мы вылечим малыша – зашипел он, осторожно укладывая котенка на кровать и разворачивая одеяло – Он откроет глазки и будет жить, во чтобы это не стало, я пойду на полставки в убойный отдел, там можно будет достать натуральные продукты, а не генномодифицированные - кот наконец избавил малыша от одеяла и поднял небольшой платиновый браслет, выпавший из складок – Миамо – прочитал он на длинной узкой пластине – Значит его имя Миамо – проурчал кот, беря из рук мужа немного подогретую бутылочку с молоком и осторожно приподнимая малыша начиная его кормить. Рикс ничего не сказал против малыша, если его любимый захотел оставить малыша, то пусть так оно и будет. А он тоже постарается, чтобы у котенка было все, что необходимо. Даже если нужно будет связаться с криминальными авторитетами, что часто звали его в свое окружение. Через неделю Киртин по своим каналам сделал документы малыша, в свидетельство о рождении вписали их как родителей. Конечно, они не распространялись о том где нашли Миамо, старались спрятать малыша от окружающих. Кирт пока что взял небольшой отпуск, что бы малыш получше привык к новому папе. Рикс нашел себе еще одну подработку, что бы позволить себе покупать натуральную сухую смесь для младенцев до года. Судя по всему малышу, было около четырех недель, но, как сказал их знакомый врач-потологоанатом, меньше всего знакомый с генной наукой, из-за того что котенок был последним из помета, поэтому был слабеньким и скорее всего умрет. Киртин был бы не он, если б дал малышу умереть, он старательно вылизывал попискивающего малыша, поил теми лекарствами, что были в корзинке и еще разными укрепляющими отварами из редких трав, что Рикс рискнул купить у старьевщика за немалые деньги. А спустя две недели по галавизору показали церемонию представления детей Дома Скайнит. Котятам исполнился месяц и гордые родители решили показать своих деток миру. Но, как отметил Рикс, их омега Нирия был совсем не горд, а грустным, да и альф нельзя назвать радостными, будто что-то было не так. Внезапное мяукание и копошение на кровати отвлекло обоих бет от галагрофического изображения. Миамо тихо мяукал и наконец приоткрыл глазки, от чего у его названного коти по щекам потекли слезы, а Рикс, его названный отец радостно поднял на руки малыша. Котенок воззрился на него янтарными глазами и снова мяукнул, прося его покормить. Киртин носился с малышом, кормя, вылизывая и одевая ребенка. Рикс с умилением смотрел на это, хоть и уставал после работы и подработки. На удивление малыш довольно быстро начал набирать вес и аппетит у него стал лучше. Что несказанно радовало родителей, они старались не оставлять малыша одного дома, ведь отпуск Киртина закончился и бета брал малыша собой, оставляя его в небольшой детской. По состоянию здоровья бету не перевели в убойный отдел, но он сумел добиться повышения по службе и сейчас был уже детективом, а не рядовым сотрудником дозновательного отделения. Да и Рикс нашел новую работу. Он устроился в управление обучения генномодифицированных спецназовцев, так как в прошлом подающий надежды капитан спецназа, но серьезное ранение и угроза тюремного заключения за клевету, перечеркнула его карьеру. К сожалению Киртина корзинку котенка пришлось продать на черном рынке, зато они выручили довольно большую сумму за нее. И теперь смогли отложить деньги на обучение малыша, а остальную часть денег тратили исключительно на питание и травки для малыша. К году у Миамо наконец появился мягкая белая шерсть на ушках и хвост был очень пушистым. На ушках начали отрастать шикарные белые кисточки, которые бережно подстригались его приемным коти. Ведь половую принадлежность котенка так и не определили, из-за его нарушенного болезнью общего гормонального фона. Малыш рос хрупким на вид, больше походящим на омегу чем на бету и уж, тем более альфу, но специфического запаха принадлежности к тому или иному полу не было. Но родителей радовало то, что здоровье малыша улучшалось с каждым днем. В их семье все было замечательно, пока Киртин не заболел. Он подхватил очень опасный вирус на одном из следственных экспериментов в заброшенных катакомбах и слег практически на следующий день. Это произошло спустя 12 лет, Миамо все это время прилежно учился и старался всем помогать своим родителям. Он, почему-то стеснялся своих белых ушек и пушистого хвоста, поэтому все время, выходя из дома, одевал шапочку и прятал хвост в форменные школьные штаны или обычные мешковатые штаны. И когда его коти заболел, то старался быстрее придти из школы, что бы помочь принять лекарство папе, сварить ужин для отца, который стал часто задерживаться на работе, стараясь взять побольше обучающих часов, за которые доплачивали сверх нормы, а деньги им было очень нужны. Да и Миамо в этом году выиграл несколько правительственных олимпиад по кибернетике и галометрии, что очень помогло их семье. Деньги от приза пошли на дорогостоящие лечение Киртина, покупки новой одежды и натуральных продуктов. Но как ни старались неко, коти покинул их одним хмурым утром. Миамо того рыдал навзрыд прижимаясь к отцу. Рикс не верил своим глазам, он не хотел отпускать своего любимого и такого счастливого Киртина. Он прижимал к себе воющего сына и плакал вмести с ним, смотря как тело мужа объяло огнем в печи криматория. После небольшой депрессии Рикс вспомнил о сыне, он решил прекратить свою хандру и заняться сыном. Бета после работы теперь занимался с сыном борьбой, что бы тот смог в случае чего защитить себя. Так прошло еще пять лет. Малыш вырос в красивого неко с белоснежными ушками и хвостом, его шерстка переливалась в редких лучах солнца. Юный неко ужасно стеснялся своей внешности и старался ее спрятать, чего искренне не понимал его отец. Но по воли судьбы старая рана Риска снова начала болеть и то заражение, которое так и не смогли полностью вылечить в бесплатной клинике, начало поедать кота изнутри. Если первый год он еще держался и давал понять, что ничего страшного с ним не происходит, то уже через два месяца он начал задыхаться. Тогда бета и решил рассказать малышу о том что они его нашли. Семнадцатилетний Миамо со слезами на глазах слушал рассказ отца и сжимал его ослабевшую руку. Потом Рикс рассказал, где лежит одеялко и то персиковое покрывало и передал своему маленькому котенку платиновую цепочку с именем Миамо. Неко плакал, мяукал и просил не оставлять его одного. Рикс виновато смотрел на него и думал, как будет ругаться его любимый детектив на том свете. Через несколько дней сердце кота не выдержало, и он тихо уснул, чтобы больше не проснуться. Но бывший десантник не был бы собой. если б оставил своего сына на произвол судьбы. Все эти годы он накапливал средства для малыша и все это он передал ему. Неко из последних сил держался, но слезы все равно текли по щекам. Он ждал, когда закончится кремация его последнего родителя, и пусть он не родной им, но они его вырастили, не бросили. Сегодня к вечеру придут результаты выпускных экзаменов в школе и он сможет исполнить мечту родителей и его самого, поступить в академию космодесанта и бороздить бескрайнее космическое море. На следующее утро Миамо быстро впихивал свои немногочисленные вещи в сумку, обязательно затолкав туда и то персиковое покрывало и стеганное одеялко, фотографии родителей, некоторые книги по кибернетике и галометрии. Он собирал все в быстром темпе, остановился лишь для того что бы застегнуть платиновый браслет на запястье, цепочка с легким свечением слила два конца вмести, образуя нерушимую цепь. Потом неко еще долго копошился, выискивая свой, довольно старенький, коммуникатор. Наконец собравшись, он с воплем обнаружил, что уже опаздывает на первые вступительные тесты. С недовольным мявком Миамо выбежал из дома и еле успел на уже отходящий от взлетной станции транспортник. Неко натянул капюшон сильнее, чтобы не сильно бросались в глаза его белая шерстка, и погрузился в чтение. Полет выдался долгим, центр по зачисления новых студентов находился в новом городе на одном из верхних ярусов, а сами институты и академии на различных искусственных спутниках. Миамо уже засыпал когда, наконец, объявили о прибытии. Неко вскинулся, схватил свои довольно тяжелые вещи, рюкзак закинул на плечи, а сумку потащил в руках. Сейчас ему предстояло добраться до самого центра образования и подать все свои выпускные результаты вмести с анкетой и фото. А потом пройти все анализы и дополнительные тесты на подходящую специальность. Миамо сдал свои вещи в специальную камеру хранения, из которой их отправят в выбранный им институт. Неко оставил себе только необходимые вещи, взяв из большого рюкзака маленький, заранее собранный. Он поправил свою немного застиранную толстовку, поправил шапочку, скрывающую ушки, и отряхнул мешковатые штаны, после чего отправился в зал со стендами учебных заведений. Это оказался просторный зал, залитый дневным светом через стеклянную крышу и широкие, до пола, окна. Рядом с каждым стендом стоял неко консультант в форменной белой рубашке, галстуке и черных брюках. Заметив просто одетого, Миамо, консультант вздернул носик и смерил его презрительным взглядом. - Воспитанный молодой кот снимает головной убор в помещении – с презрением заметил кот, дернув хвостом, но его замечание пронеслось мимо ушей Миамо. Неко запоздало понял, что в основном все институт тут платные и цена за один год обучения слишком высока для такого круглого сироты как он, даже если котенок, а он таковым все еще являлся, устроится на две работы и вложит все сбережения, что у него есть. Оставалось надеяться только на бесплатные места, которые с каждым годом уменьшались. Он прошел к стенду Академии Космодесанта и пробежался глазами по галаграмме института. Потом перехлестнул галографическое изображение с информацией о правилах приема. Ему повезло, осталось два бесплатных места из двух. Но в институт на эти места принимали только по самым высоким результатам школьных выпускных экзаменов и здешних тестов. Не сказать, что Миамо был зубрилой в школе, но свое свободное время котенок предпочитал проводить за учебой, приближаясь к своей мечте. Легче всего ему давались кибернетика и галометрия, по ним у него и были самые высоки результаты экзаменов. Остальные предметы школьной программы хоть и давались с трудом, но их результаты тоже были высоки. Как только Миамо ввел в технологически новый трехмерный коммуникатор свои данные то программа выдала балы, которые необходимо набрать для поступления на полное обеспечение в институт. -Всего-то триста двадцать балов – нервно хихикнул неко. Наблюдавший за ним консультант открыл рот, впечатлившись результатами выпускных экзаменов этого замухрышки. Он подошел к коммуникатору и включил режим тестов, потом любезно предложил помощь Миамо, но для прохождения тестов, он попросил снять шапочку. Консультант, который являлся бетой, охнул, увидев белоснежные ушки, смущенного котенка. Отойдя от небольшого шока, он осторожно надел специальный шлем для перехода в виртуальную реальность и включил тест. Миамо аж мяукнул от возбуждения, нет, он, конечно, проходил тесты, таким образом, но в школе кибершлемы были слишком устарелыми и часто не подключались к всемирной сети, а к рукам обычно подключались перчатки с проводками и датчиками, в общем, в бесплатных школах использовалась послепотопная техника. А тут кибершлем по новым технологиям, даже не надо перчатки одевать, из-за них ногти все время нужно было обрезать под корень. Вот бы еще разобрать его по винтику и изучить строение, но сейчас нужно было сосредоточиться на тестах. Задачки оказались довольно сложными, но решаемыми, особенно по кибернетике и галометрии, а также электроники. Миамо справился с тестами за два часа, и набрал даже на сотню больше балов, чем нужно было. Но чем больше балов, тем лучше. Теперь предстояло пройти медицинские тесты и анализы. Впечатленный консультант усадил Миамо в удобное кресло и к нему подъехал вызванный робот из медицинской службы. Неко очень боялся за свои анализы, ведь гормональный фон нарушен да и еще тот факт почему он только примерно через месяц открыл глазки и только к году у него появилась шерстка оставался не ясным. Но все, же протянул руку, что бы специальными иглами робот взял его кровь на анализ. После чего проверил его зрение, слух, сердцебиение и все необходимые показатели для зачисления. Примерно через пол часа ожидания робот, наконец, выдал все анализы и неко не поверил своим ушам, все анализы в порядке, единственное его половую принадлежность так и не определили, но бета консультант списал все на небольшой сбой в программе. Он поздравил, по его мнению, очень красивого и породистого кота с зачислением в Космоакадемию, да еще и на полное обеспечение за счет академии со стипендией. Миамо был на седьмом небе от счастья, когда ложился в анабиозную криокамеру. Ему предстоит двухнедельный полет в на пассажирском космолайнере, из-за того, что он все же опоздал на общее время зачисления и специальный челнок уже улетел, то ему предоставили место на борту этотго судна. За день до прилета разбудят, что бы котенок пришел в себя и, наконец, он прибудет в академию, что бы осуществлять свою мечту.