Unus
14 июля 2022 г., 17:32
Осторожно проползая по тёмному проходу вентиляции, Россия и Сербия то и дело останавливались на месте, прислушиваясь к гробовой тишине, что окружала их со всех сторон вентиляционной шахты. Где-то в абсолютной темноте коридоров и помещений раздавалось множество противно-шаркающих человеческих шагов, перемешивающихся с глухим мёртвым хрипом, словно предсмертной агонией, заполняющей каждый метр пустого звукового пространства. Россия прекрасно понимал, чем дальше им придётся зайти, тем больше мертвецов встанет на их пути, что лишь затрудняло их дальнейшее продвижение.
— И какой у нас общий план того, как мы с тобой проберёмся в медицинский блок?— тихо поинтересовался Сербия, достигнув очередного поворота вентиляционного лабиринта. — Пока вентиляция остаётся нашим единственным способом безопасно проникнуть внутрь нужного нам места, но я думаю, не всё так просто.
— На данный момент это и правда наш единственный способ избежать прямого столкновения с мертвецами, однако, как как-то рассказывал мне Великобритания, вентиляционная граница медицинского блока и всего убежища уже давно огорожена так, что мы вряд ли сможем проникнуть внутрь, упёршись в неприятный тупик, — также тихо ответил ему Россия, продолжая свой путь.
— Как же мы тогда попадём внутрь? — раздосадованно спросил его Сербия.
— Попробуем пройти через склад, — произнёс в ответ Россия. — Он находится не слишком далеко от медицинского блока, поэтому да и даже если нам придётся прорываться с боем, есть шанс, что общее количество мертвецов там меньше, чем внутри коридоров и помещений убежища.
Сербия положительно кивнул, понимая, что Россия явно не видел его немого ответа, дальнейший путь продолжа исключительно молча. Каждый из них думал о чём-то своём, лишь иногда останавливаясь то там, то тут, чтобы прислушаться к звукам, издаваемым мертвецами в очередном мрачном коридоре убежища. Наконец, они добрались до нужной им цели, большой вентиляционной решётки, ведущей внутрь не менее большого, если не огромного, складского помещения убежища. Привстав рядом с решёткой, Россия впервые за долгое время повернулся к своему товарищу лицом:
— Ты хорошо подумал о том, что будет, когда мы с тобой попадём туда? — тихо спросил своего друга Россия.
— О чём ты? — удивился Сербия, непонимающе глядя на него.
— Сербия, я предельно ценю твою отвагу и доброту, но, возможно, сейчас это будет твой последний шанс отступить, дороги назад уже не будет, — продолжил Россия, серьёзно взглянув на своего друга.
— Отступить сейчас - значит предать не только нас обоих и наших родственников, но и собственное доброе имя, — уверенно ответил он России. — Ты мой друг и я готов пройти с тобой через огонь, воду и медные трубы, чего бы это нам не стоило!
— Я в этом не сомневался, — улыбнувшись, произнёс Россия, быстро выломав решётчатый вентиляционный проход. — Тогда вперёд. Сквозь Ад и домой!
Убедившись, что под ногами не находится чего-то, что сможет привлечь на склад большое количество живой нежити, Россия осторожно, практически бесшумно спрыгнул вниз. Стараясь игнорировать неприятные болевые ощущения, что ударили в стопы ног, он тут же прислушался к возможным звукам шаркающих шагов, однако внутри складского помещения было удивительно тихо. Удивительная тишина склада была столь идеальна, что Россия смог прекрасно расслышать, как позади него, чуть менее болезненно для ног, косолапо приземлился Сербия. Глухо выругавшись про себя на родном языке, он быстро пришёл в себя, готовясь следовать прямо за своим товарищем в самую гущу непроглядной темноты большого подземного склада.
— Странно это как-то, в коридорах и прочих помещениях их хоть пруд пруди, а здесь тишина, — настороженно произнёс Россия, стараясь вглядываться в проёмы огромных стеллажей, расставленных по всему помещению склада.
— Возможно, сотрудники службы безопасности успели запереть часть его входных помещений прежде, чем мертвецы добрались до нижних уровней убежища, — тут же предположил Сербия. — В любом случае, для нас это большая удача, чем меньше встреч нам доведётся пережить, тем лучше для нас.
— В любом случае, осторожность терять будет глупо, — серьёзным тоном ответил ему Россия. — Если мы не встретили их здесь, это не значит, что их нет где-то поблизости. Одна непоправимая ошибка и премия Дарвина нам обеспечена.
Не дожидаясь ответа своего друга, Россия осторожными лисьими шагами направился вглубь длинных полок и стеллажей. Тихо перекатывая свои топы, парень неторопливо наступал на их внешнюю сторону, дабы сильнее уменьшить звуки собственных шагов, старательно следя за тем, чтобы не переносить весь вес на собственные ноги. Сербия, не видя действий России, однако зная повадки собственного друга, быстро последовал его примеру, внимательно вслушиваясь в гробовую тишину склада. Пройдя так некоторое расстояние, Россия неожиданно почувствовал руку Сербии на собственных плечах, быстро сообразив, что его товарищ требует немедленно остановиться.
— Первый ряд левого стеллажа, лежит чья-то фигура, — произнёс Сербия, почувствовав, что Россия полностью остановился, не поворачивая собственной головы в его сторону.
Сфокусировав свой взгляд на первом ряду левого стеллажа, находившегося в шаговой доступности от друзей, Россия стал внимательно вглядываться в пространство первого ряда, о котором говорил Сербия. Через несколько минут внимательного осмотра, ему наконец удалось разглядеть тёмную человекоподобную фигуру, лежащую рядом с первым рядом огромного складского стеллажа и находящуюся недалеко от его товарища. Фигура неподвижно лежала на холодном подземном полу, не подавая каких-либо признаков жизни, как живых, так и мёртвых. Несмотря на это, Россия не решался подходить к фигуре, не имея возможностей удостовериться в полной безопасности подобного решения, внутри жалея о том, что не смог захватить с собой какого-нибудь фонаря. Пока Россия обдумывал дальнейшие действия, Сербия, не желая терять минуты драгоценного времени, в тот же час оказался возле лежащей фигуры, приведя Россию в полное недоумение. «Безумец», пронеслось в голове России, краем глаза заметившего приближающегося к фигуре товарища, сильно сжав пальцы собственных кулаков, наблюдая за дальнейшими действиями своего друга. Оказавшись возле фигуры, Сербия осторожно прикоснулся к той пальцами своей тонкой руки, готовясь в тот же час отскочить от неё, в случае, если та с мертвецким хрипом бросится на него, однако, ответной реакции не последовало. Тёмная фигура продолжала неподвижно лежать, никак не реагируя на прикосновения к собственному телу. Убедившись, что фигура мертва окончательно, Сербия приступил к осторожному осмотру тела на предмет полезных вещей, что могли остаться при хозяине во время его смерти:
— Если человек погиб не от мертвецов, значит, при нём непременно должно остаться что-нибудь полезное, — тихо произнёс он, указывая на тёмную фигуру. — Да и судя по форме, это был не самый обычный гражданский.
Наблюдая за своим товарищем, Россия рефлекторно зажмурил глаза от света, что блеснул в стороне Сербии, в чьих руках мелькнул силуэт небольшого фонарика.
— Сотрудник службы безопасности, — произнёс он, осматривая тело умершего человека. — Честно говоря, дырка в его лбу намекает на то, что пред нами явно не самоубийство... Боже, такой молодой...
— Думаешь о том же, о чём и я? — спросил у друга Россия.
— Скорее всего он был заражён и его мучения прекратили прежде, чем тот присоединился к составу мёртвой "гвардии", — произнёс Сербия, достав из открытой пистолетной кобуры вполне целый и рабочий пистолет, магазин которого был наполовину использован. — И судя по тому, что эти "кто-то" не забрали пистолет своего почившего товарища, сделано это было в большой спешке.
Ещё раз внимательно осмотрев тело сотрудника безопасности, Сербия, прикрыв руками глаза умершего человека, быстро вернулся в сторону России, передав ему найденные им пистолет и фонарик:
— Пистолет можешь оставить себе, — произнёс Россия, играючи приняв в свои руки фонарик. — Я могу прекрасно управиться собственным кистенем, а тебе оружие нужно позарез, к тому же, будет глупо отказываться от стрелкового прикрытия, в случае неожиданной атаки.
Получив возможность освещать собственный путь, Россия и Сербия двинулись вперёд, продвигаясь всё дальше и дальше меж высоких складских стеллажей. Фонарик ярко освещал их дорогу, лучи светлого оттенка спокойно пробивались сквозь массивные щели стеллажей, значительно расширяя поле зрения друзей. Их путь выдавался спокойным, несмотря на встречу с телом погибшего сотрудника службы безопасности, они долгое время не натыкались на какие-либо тела или признаки мёртвой "жизни", казалось, что склад был полностью пуст, а одинокое тело сотрудника было его единственным обитателем. Одна секция сменяла собой другую, фонарик без трудностей вылавливал из темноты полупустые коробки и прочий мусор, разбросанный в разных частях склада, вокруг друзей стояла идеальная тишина. Несмотря на явную безопасность складских секций, товарищей не покидало странное чувство дискомфорта, давившего со всех сторон. Смесь обжигающего страха и волнения полыхала в районе груди, гнала назад, подальше от склада, желала, умоляла покинуть его пределы, однако друзья продолжали двигаться вперёд. В какой-то момент вместо привычного мусора свет фонарика стал вылавливать странные небольшие неровные кучки, аккуратно расположенные возле стеллажей и надёжно накрытые брезентом. Подойдя к одной из таких кучек, Россия приоткрыл брезентовую ткань, с ужасом обнаружив под тканью человеческие тела с простреленными головами. Тела лежали чётко распределённо, товарищи не могли проследить какой-либо стихийности в каждом из захоронений, всё выполнялось педантично аккуратно. Женщины располагались в отдельных кучках, на отдельной стороне от детей, бинты и следы от срочного медицинского вмешательства не давали товарищам иллюзий того, откуда прибыло так много человеческих тел. Кое-где находились и кучки с дипломатами, попавшими в медблок после недавней давки во время выдачи пищи.
— Румыния... Чехия... Лихтенштейн... Аргентина... Австрия... Монако... Алжир... Боливия... Ирак... Иран... Монголия... Турция... Швеция... И это без учёта дипломатических представителей... — сухо перечислял Сербия, вглядываясь в знакомые лица дипломатов и их представителей.— За что их так? У них же нет следов заражения!
— Я скажу тебе больше, — произнёс Россия оборванным безжизненным голосом. — Ни у кого из убитых здесь нет никаких признаков заражения. Они все совершенно здоровы...
— Кралево и Крагуевац... — только и смог ответить ему Сербия. — Семьдесят четыре года назад одни моральные уроды расстреливали невинных людей, теперь таким занимаются другие уроды...
— Среди дипломатов есть кто из твоих? — осторожно спросил у него Россия.
— Черногории тут нет, — ответил он. — А у тебя... Надеюсь, тоже...
— Ничего... Её здесь нет... — с лёгким облегчением ответил ему Россия. — Возможно... Возможно, есть шанс, что они могли остаться в живых... Нам нужно продолжать путь...
Молча кивнув, Сербия последовал за Россией, проходя мимо всё новых и новых кучек, располагавшихся мимо них. Друзья проходили мимо десятков убитых людей, скопленных под кровавым брезентом, чем дальше они заходили, тем менее и менее аккуратно были собраны лежащие под брезентом тела. Тела могли лежать вперемешку, могли быть накрытыми брезентом в одиночку, лежать на абсолютно голом полу, находились и те, коих умудрялись запихивать даже на полупустые полки складских стеллажей. Россия старался не смотреть на тела, боясь увидеть среди погибших свою младшую сестру, ему было страшно увидеть её маленькую хрупкую, будто бы детскую фигуру, покрытую ещё тёплой кровью, алыми струями стекающими из её лба. Россия не хотел и боялся её потерять, после смерти отца Беларусь оставалась его единственным верным другом, уберегающим его от необдуманных поступков. С ещё далёких лет собственного детства младшая сестра России удивительно ярко выделялась на фоне остальных наследников Советского Союза. Хрупкая внешне, низкорослая девушка с длинными прямыми волосами, завязанными в самодельный "бантик" из собственных волос, не отличающаяся сильными физическими способностями, обладала весьма серьёзным и амбициозным характером, вперемешку с недюжинным упорством, готовностью идти до победного конца без сдачи в плен или капитуляций. Несмотря на то, что девушка активно участвовала в повседневной жизни собственной семьи, она не проявляла большой любви к детским забавам, вытворяемым её братьями и сёстрами, чаще всего занимая свободное время чтением или работой в своём небольшом садике, с юмором прозванным "Главным Центром Озеленения Жития Советских Социалистических Республик". Несмотря на это, никто из её близких не мог назвать Беларусь отчуждённой личностью, девушка всегда активно шла на контакт, отличалась искренним добродушием, а также огромным рвением безвозмездной помощи даже самому незнакомому для неё человеку. Отмечая характер своей сестры, её серьёзность, амбициозность, доброту и трудолюбие, Россия часто приходил к выводу, что именно она больше всех походила на собственного отца, имея огромные шансы стать его ближайшим преемником. Однако несмотря на силу собственного характера, Беларусь от рождения не имела сильно выраженных лидерских качеств, способностей без страха повести за собой людей, чем в свою очередь умело обладал её старший, что в первые годы свободной жизни не слишком ответственно относился к собственному наследству, доставшемуся ему после смерти их общего родителя.
«Она всегда была главным голосом разума в нашей семье... Стоп... Почему это сразу БЫЛА? Она ЕСТЬ... Она не умерла, Россия, ты идиот... Она жива... Это с виду она хрупка и наивна, на деле умная и сильная, с ней всё будет в порядке, Беларусь из любой передряги выберется...», думал Россия, проходя мимо всё новых и новых тел, мелькавших в ярком свете фонарика. Когда друзья почти достигли выхода из злополучной секции подземного склада, направляясь к одному из выходов, ведущих в сторону так нужного им медицинского блока, свет фонарика наткнулся на человеческую фигуру, находившуюся возле одной из стен. Заметив Россию и Сербию, фигура всем собственным телом вжалась в стену, направив дуло пистолета, мелькнувшее в трясущихся от страха руках, в сторону приближающихся друзей:
— К-кто вы!? На-назовитесь, живо, иначе я за себя не отвечаю! — дрогнувшим голосом произнёс человек, заставив Россию и Сербию тут же остановиться в нескольких метрах от него.
— Мы дипломаты, представляющие интересы Российской Федерации и Сербской Республики, — осторожно начал Россия, внимательно разглядывая молодого человека, форма которого была полностью покрыта каплями алой человеческой крови, что грозил им применением своего оружия. — Прошу, успокойся и назови нам своё имя.
— П-Питер Кё-Кёркленд, Департамент охраны и безопасности ООН, — громко произнёс он, продолжая держать друзей на прицеле собственного пистолета. — Кто вас сюда прислал? Отвечайте... Живо!
— Питер, прошу, меньше шума, ты погубишь и себя, и нас, — тихо призвал Сербия, стараясь прислушиваться к звукам, что исходили неподалёку. — Мы пришли сюда по собственной инициативе для эвакуации всех, кто в данный момент может находиться внутри медицинского блока...
— Вы врёте! — неожиданно крикнул молодой сотрудник службы безопасности, слегка отлипнув от стены. — Я не верю вам! Они тоже обещали нам эвакуацию, а в итоге... Вы такие же поганые лгуны!
— Мы не лжём тебе, Питер, — спокойно ответил ему Россия, стараясь глядеть сотруднику службы безопасности прямо в глаза. — Нам не зачем тебе лгать, поверь, мы готовы помочь тебе выбраться, просто скажи, внутри медицинского блока ещё остались выжившие?
— Они говорили также! — нисколько не успокоившись, крикнул он. — Они говорили, что вернутся после того, как мы разберёмся с этим чёртовым блоком... Они обещали, а в итоге заперли нас здесь... А я говорил, я говорил, что это плохая идея... Я говорил... Я говорил...
— О чём ты, чёрт возьми, говоришь!? — не сдержавшись, прошипел в его сторону Сербия. — Объясни, твою мать, что здесь творится... Почему одна из секций склада полна человеческих трупов без следов заражения!?
— Я не виноват... Я не хотел... Я... — с этими словами Питер неожиданно рухнул на холодный пол, вцепившись руками в собственный затылок, мокрые слёзы текли по его щекам. — Командиры приказали нам пустить весь блок в расход... Они сказали, что приведут подмогу и выведут нас отсюда, после того, как мы разберёмся с лишним грузом... Я говорил... Я говорил, что это была плохая идея... Роб... Он тоже был против... Я не хотел... Меня заставили... Боже, Роб, прости...
— Ты знаешь, кто отдал твои командирам данный приказ? — спросил у него Россия, с трудом сдерживая себя и Сербию от того, чтобы пустить остаток обоймы в голову рыдавшего на полу сотрудника безопасности.
— Я... Я не знаю... Я правда не знаю... — сквозь слёзы ответил он. — Похоже, они приняли решение сами... Пока мы... Пока мы выполняли всю грязную работу... Они просто заперли нас здесь с этими тварями... Они сожрали... Всех сожрали... Заживо...
— Ты единственный ублюдок, что смог пережить всё это? — громко прокричал Сербия, вырвавшись из заграждающей его спины России и приставив к голове молодого парня собственный пистолет. — Отвечай, сволочь, иначе я окончательно сведу число таких как ты до нуля!
— Не убивайте... Прошу... Я... Я знаю... Знаю, где находятся ещё выжившие из медицинского блока... — взмолился он, вцепившись в ноги Сербии. — Я... Правда знаю... Я видел, как они спрятались в одно из помещений... Я никому не сказал... Я... Я правда не хотел... Я просто выполнял приказы...
— Знавали наши народы людей, что тоже "просто выполняли приказы", — не сдержавшись, Сербия ударил молодого человека по заплаканному лицу, заставив того выронить собственный пистолет на пол. — Напомнить, сколько людей они погубили!?
— Не убивайте... Не надо... Пожалуйста... Не надо... — тихо проскулил сотрудник службы безопасности, приложив руку к месту удара.
— Мы... Я обещаю тебе, Питер, что мы поможем тебе выбраться отсюда, если ты расскажешь, где конкретно находятся выжившие, которых ты видел. — произнёс Россия, отогнав от сотрудника безопасности Сербию.
— В мужском туалете, недалеко от столовой... — быстро ответил он. — Я правда... Я правда никому не сказал...
— Мы верим тебе, Питер, теперь прошу, поднимись и мы вместе отправимся в медицинский блок, — сказал Россия, протягивая ему собственную руку.
Некоторое время молодой человек словно колебался, боясь нового обмана и предательства, однако всё же ответил на рукопожатие России, крепко сжав его руку в ответ. Когда Россия хотел было поднять парня с холодного пола, со стороны складских секций послышалось множество приближающихся шаркающих шагов, быстро перерастающих в целенаправленный бег, приближающийся с каждым новым пройденным метром:
— Нет... Нет... Я... Я не хочу... Я не хочу... О, нет... — произнёс молодой сотрудник службы безопасности, быстро схватив свой пистолет, лежавший на полу, приставив его дуло к своему лбу. — Не хочу... Только не так...
Звук громкого выстрела эхом прокатился по всем секциям складских помещений. Тёплая человеческая кровь обрызгала лицо России, наблюдавшего за тем, как безжизненное тело молодого человека, словно камень, рухнуло на пол. Не теряя лишнего времени на раздумья, Россия машинально схватил пистолет, упавший на пол вместе с прошлым владельцем, сделав Сербии жест рукой в сторону ближайшего дверного проёма, посреди которого стояла большая стальная дверь с вентилем и железной ручкой, ведущая внутрь нужного им коридора. Быстро поняв жест своего товарища, Сербия пулей оказался возле нужной двери, тут же принявшись поворачивать старый, слегка поржавевший от времени, вентиль. Старая конструкция поддавалась с большим трудом и лишь приход России помог его товарищу разблокировать стальную дверь. Когда Россия потянул железную ручку на себя, дверь, скрипя и лязгая, стала открывать свой тёмный, неосвещённый в кромешной темноте, коридор, пока Россия возился со скрипучей дверью, Сербия сделал несколько выстрелов по мертвецам, что подбегали на чересчур опасную дистанцию, грозя вцепиться в тела друзей, пополнив ими ряды собственных товарищей.
— Россия, прошу, быстрее, — крикнул он, мысленно отсчитывая каждый потраченный патрон своего пистолета. — У меня нет так много патронов, чтобы сдерживать их всех!
— Готово, — громко ответил ему Россия, осветив тёмный коридорный проход светом своего фонарика, убедившись в безопасности пути, он тут же развернулся, направив свой пистолет в сторону надвигающихся мертвецов. — Залезай, живо! Я прикрою!
Не став спорить, Сербия живо нырнул в тёмный коридор, где после нескольких выстрелов из пистолета тут же оказался Россия. Навалившись всем своим телом на стальную дверь, друзья закрыли старую подземную дверь, с трудом заблокировав проход еле закрывающимся вентилем. Тело ребят ломило от боли, ноги и покрытые ржавчиной руки дрожали от усталости, не сдерживая себя, оба товарища повалились на холодный пол убежища, упёршись спинами об стальную дверь, с облегчением переводя свой дух.
Россия бросил уставший взгляд на плохо освещённое пространство подземного коридора, уходящего вперёд на несколько десятков метров, совершенно пустое и безжизненное, стены и пол которого были покрыты тонким слоем осевшей пыли. На простой белоснежно-бледной стене висела крупная, пожелтевшая от времени карта, указывающая точное местоположение каждого из помещений текущей части подземного убежища. Среди подобных помещений был отмечен и медицинский блок, находившийся не так далеко от складских секций убежища, что значительно упрощало общий процесс доставки нужных припасов для его невольных обитателей. Ещё раз внимательно изучив общее положение помещений старой карты, Россия ловко вскочил на свои ноги, дождавшись, когда Сербия последует его примеру, он двинулся вперёд, углубляясь в темноту безликого подземного коридора. Пройдя несколько метров по пустующему тёмному коридору, поставив свои пистолеты на изготовку, осторожным темпом друзья смогли достигнуть больших, старательно выломанных дверей медицинского блока, широкий дверной проём которого был заложен стихийно созданными баррикадами из различной больничной мебели, в явной спешке, снесённой в одно место со всего медицинского блока.
— Мне страшно представить, для чего конкретно были собраны данные баррикады, — негромко произнёс Сербия, пролезая через самодельные оборонительные сооружения следом за своим другом. — Чтобы остановить мёртвых или же не дать уйти живым?
— Любой из этих вариантов не сулил обитателям блока ничего хорошего, — ответил ему Россия, осматривая внутреннее помещение медицинского блока. — Питер говорил о том, что выжившие спрятались внутри мужского туалета, если нам повезёт, возможно, что мы сможем увести от сюда хотя бы...
Не успел он закончить, как со стороны одного из бледных и неосвещённых коридоров медицинского блока послышался гулкий звук удара металла об бетонное покрытие пола, вперемешку с отчётливым рычанием мертвеца. Не долго думая, товарищи бросились в сторону источника звука, надеясь сделать это раньше, чем кто-либо из мертвецов, что мог находиться неподалёку. Освещая свой путь светом фонарика, Россия достал из-за пазухи свой кистень, желая сэкономить немногочисленные патроны собственного пистолета, одновременно с этим не желая привлекать внимания лишних мертвецов громкими выстрелами своего стрелкового оружия. Достигнув нужного места, в ярком свете фонарика друзья заметили мертвеца, что изодранным в кровь телом почти вплотную прижал к полу чью-то человеческую фигуру, еле удерживающую его мёртвую пасть на расстоянии отломанной ножкой металлического стула. Не доходя до мертвеца нескольких шагов, Россия сделал прицельный замах собственным кистенем, стараясь направить всю силу своего удара в конкретную точку его головы, дабы случайно не навредить его несостоявшейся жертве. Когда Россия достигнул нужного расстояния для безопасного нанесения удара, то с размахом заехал кистенем по правой стороне большой головы мертвеца, заставив того неуклюжа повалиться на бок, совсем рядом со своей жертвой. Не дожидаясь, когда мертвец поднимется на собственные ноги, Россия продолжал наносить ему один удар за другим, до того момента, пока кровавые ошмётки его головы не переставали подавать признаков жизни. Быстро забыв о мертвеце, он перевёл своё внимание на человеческую фигуру, молчаливо наблюдавшую за тем, как тот беспристрастно превращал голову мертвеца в большой кровавый ошмёток. Подав фигуре свою руку, Россия с удивлением заметил в неизвестной невысокой фигуре знакомые очертания Венгрии.
— Ты не ранена? — негромко спросил он, вглядываясь в её широкие глаза, полные первобытного страха и ужаса.
— Эта штука успела не дать его пасти впиться в моё тело, прежде чем вы успели прийти мне на помощь... — произнесла она, указывая на металлическую ножку от одного из медицинских стулов, смущённо принимая руку России. — Я была настолько напугана тем, что могу привлечь ещё больше этих тварей, что еле сдерживалась, чтобы не закричать... Слава Иштвану, вы, ребят, уберегли меня от верной гибели... Я не думала, что кто-то вообще решится прийти сюда...
— Когда мы пробирались сюда, мы смогли наблюдать последствия приказа командиров службы безопасности, что руководили вашей защитой, — осторожно произнёс Россия. — Один из выживших сотрудников безопасности рассказал нам, что знает про уцелевших выживших в медицинском блоке, о которых он не доложил своим сослуживцам... Скажи, помимо тебя смог уцелеть кто-нибудь из обитателей медицинского блока?
— Да, — тихо ответила Венгрия. — Через некоторое время после того, как блоку смогли вернуть подачу электрического света, он вдруг снова пропал, а сотрудники безопасности неожиданно объявили эвакуацию всего блока... Всех выводили небольшими группами через склад, всё проходило принудительно, под угрозой оружия, я думаю, что первое время они пытались как-то это скрывать, а когда пошли слухи о том, что командиры их бросили...
— Хочешь сказать, что они продолжали делать это в открытую? — шокировано спросил её Сербия.
— Не все из них верили в это... Не хотели верить... — продолжила девушка. — А когда узнали правду, то начали расстреливать людей уже в открытую от безысходности... Чтобы не умирать одним... Я воспользовалась моментом, когда они в спешке пытались пробиться к своим и с несколькими пациентами блока, смогла спрятаться в первом попавшемся помещении. Боялась, что кто-нибудь решит его проверить, но, скорее всего, к тому моменту им было уже не до этого... Сейчас они находятся там же, я была вынуждена покинуть их для того, чтобы пополнить запасы нужных лекарств, они находятся в одном из подсобных помещений медицинского блока... Если бы не вы, то и назад не вернулась бы...
Выслушав Венгрию, Россия переглянулся с Сербией, тут же быстро, напрямую обратившись к своему товарищу:
— Сербия, отправляйся в мужской туалет, обеспечь должную защиту выжившим до моего возвращения, — произнёс он, передавая ему свой пистолет.
— А как же ты? — удивлённо спросил его Сербия.
— Я помогу Венгрии достать нужные лекарства и вернуться назад, — ответил ему Россия. — Лишний шум нам ни к чему, поэтому, чем быстрее мы добудем всё, что нам нужно, тем быстрее сможем покинуть это место.
Молчаливо и положительно кивнув, Сербия тут же исчез в густой подземной темноте, оставив Россию и Венгрию в гордом одиночестве.
— Идём, — сказал ей Россия. — Не будем тратить лишнего времени.
Положительно кивнув в качестве ответа, Венгрия поравнялась с Россией, стараясь не отставать от него ни на один шаг, оставаясь в безопасном свете фонарика. Двигаясь вдоль пустой белоснежно-бледной стены медицинского блока, они осторожно проверяли свой путь на наличие мертвецов, то и дело прислушиваясь к звукам, исходившим из ближайших к медицинскому блоку помещений. Время от времени свет фонарика проникал в небольшие медицинские палаты, созданные для расположения и отдыха больных, внутри которых Россия краем своего глаза замечал окровавленные одеяла, накинутые на оцепеневшие тела, чьи мёртвые руки свисали с краёв собственных кроватей. Редкие тела лежали прямо на полу, покрывая окоченевшими кровавыми пятнами белоснежно-бледные стены и бетонный пол мёртвого блока.
— Вы правда смогли встретить кого-то из сотрудников безопасности данной части убежища, что умудрился выжить? — неожиданно спросила парня Венгрия, когда тот проверял их дорогу на наличие мертвецов, что могли встретиться на их пути за поворотом или в одной из палат.
— Да, это настолько тебя удивляет? — не поворачиваясь, переспросил Россия.
— Я не думала, что хоть кто-то из них сумел выжить после того, как мертвецы ворвались в эту часть убежища, — произнесла она, двигаясь следом за Россией. — Насколько мне известно, большая часть из них попыталась организовать прорыв через коридоры и запасные складские выходы, но судя по тому, что назад вернулись сущие единицы, подобная попытка не смогла закончиться чем-то удачным.
— Они попытались забаррикадироваться внутри медицинского блока? — поинтересовался у девушки Россия.
— Я слышала и мельком видела, как они сносили большую кучу медицинской мебели в сторону главного входа, — ответила ему Венгрия. — Я слышала недолгие звуки того, как они отстреливались от назидавших мертвецов, а потом наступила тишина. Можно узнать, долго ещё прожил тот ублюдок, что встретился на вашем пути?
— Он пустил себе пулю в лоб после того, как на шум нашей встречи слетело огромное количество мёртвых "подслушивателей", — спокойно ответил Россия.
— Собаке - собачья смерть, — негромко произнесла она.
Дойдя до нужного подсобного помещения, в своё время переоборудованного в небольшое хранилище для медикаментов, Россия, убедившись в его полной безопасности, позволил девушке проникнуть внутрь помещения. Пока Венгрия занималась сбором нужных лекарств и препаратов, Россия сторожил выход, внимательно вслушиваясь в любые посторонние звуки, что могли прозвучать неподалёку.
— Знаешь, я даже рада, что мою жизнь спас именно ты, — с лёгкой улыбкой произнесла девушка, ища нужные медикаменты. — Если бы это сделал Британия или, скажем, Германия, мне явно пришлось бы выслушивать их двухчасовые нотации о том, почему подвергать свою жизнь такой опасности - очень глупая затея. Честно говоря, иногда мои союзники выводят меня из себя.
— Я думал, что их компания тебе только в радость, — удивлённо высказался Россия.
— Не всегда, — произнесла в ответ девушка. — Как не старались мои предки походить на своих соседей, а кровь своё берёт, характеры и менталитет у нас с ними всегда были разными. Думаю, что в моём характере больше схожестей с тобой, чем с какой-нибудь Австрией или Румынией, мы всегда будем выделяться на их фоне, как бы не хотели стараться на них походить.
— В этом я вполне могу с тобой согласиться, — согласился с ней Россия. — Первые годы собственной независимости я всеми силами старался походить на США, хотел приблизиться к пустым идеалам "американской мечты". Пытался играть в этакого добряка, что возьмёт на себя чужие задолженности и уничтожит, распродаст всё своё, лишь бы заслужить очередной комплимент от натовских "партнёров".
— И что же тебя остановило? — с интересом спросила его Венгрия.
— Когда я пытался делать что-то в собственных интересах, не важно, внутри своих регионов или в границах своих ближайших соседей, то неожиданно становился "ужасающей угрозой", "страной изгоем" и просто "врагом номер один", — спокойно ответил ей Россия. — В такие моменты из головы уходят любые желания пытаться строить дружественные мосты между собой и натовскими "партнёрами", когда тебя считают добряком-бензоколонкой без права на независимую политику для обеспечения своих интересов и безопасности собственных границ. Думаю, что приоритет собственного суверенитета и нежелание подчиняться кому-то в ущерб себе роднит нас больше всего.
— С этим очень даже согласна, — произнесла она, закончив со сбором необходимых медикаментов. — Всё готово, сейчас мы имеем полное право добраться до наших товарищей и вместе выбраться из этой мёртвой дыры!
Молча согласившись с девушкой, Россия быстро покинул пределы подсобного помещения, вновь оказавшись внутри небезопасного коридора. Несмотря на близость медицинского блока к складским и прочим помещениям, заполненным мертвецами, коридор медицинского блока продолжал пустовать, лишь где-то в самых дальних частях блока слышались редкие тихие звуки шаркающих ног. Быстро убедившись в безопасности своего маршрута, Россия и Венгрия осторожно отправились вперёд, стараясь не издавать лишнего шума, очень скоро достигнув помещения мужского туалета. Осторожно открыв входную дверь помещения, Венгрия тихо пробралась внутрь, дождавшись, когда Россия, не тратя своего времени зря, следом за ней тут же нырнёт в темноту неосвещённого помещения. Не успев сделать и нескольких шагов вперёд, Россия и Венгрия были вынуждены остановиться, наткнувшись на два холодных дула, выцеливавших их из темноты неосвещённого помещения.
— Это мы, Сербия, — осторожно произнёс Россия, направив свет своего фонарика на своего друга, тот с облегчением заметил, что Сербия тут же опустил свои оружия, облегчённо улыбнувшись своему другу.
— Ты говорил, что я должен обеспечивать должную защиту, а я своё слово держу! — негромко посмеиваясь, ответил ему серб, играючи подбросив пистолет России в его сторону, наблюдая, как его друг без большого труда поймал своё оружие.
Россия хотел было осадить своего друга за подобное действие, прокручивая неприятно громкий звук упавшего оружия вперемешку с множеством шаркающих шагов, приближающихся откуда-то из глубины убежища, однако, перед глазами, слегка ослеплёнными ярким светом фонарика, что освещал замкнутое пространство не слишком большого помещения, мелькнула знакомая низкая, но очень юркая женская фигура. Невообразимым мигом она тут же достигла места, в котором стоял Россия, крепко-накрепко обняв своего рослого старшего брата:
— Что же вы так долго!? — сдерживая свои слёзы, спросила Беларусь, ещё сильнее вцепившись в своего брата. — Стольких можно было спасти... Но их всех... Как скот...
— Я просил Великобританию провести эвакуацию медицинского блока сразу же после прорыва главных ворот, — ответил Россия, крепко обняв сестру, не желая её отпускать. — Он посчитал вас ненужным грузом ответственности, что затормозит эвакуацию остального убежища, поэтому оставил ваш блок на съедение мертвецам... Впрочем... Люди сами как всегда оказались страшнее, чем вся эта армия оживших трупов...
— Это уже не люди, а звери... — холодно произнесла Беларусь. — Люди с людьми так не поступают!
Погладив сестру по её растрёпанному, словно посоле большого взрыва на макаронной фабрике, бантику из волос, Россия сместил свой взгляд с головы родной сестры в сторону Венгрии, переместившуюся в незначительное отдаление от того места, где находился он сам. Девушка активно суетилась рядом с лежащей на старой плитке Польшей, сверлившей его не самым доброжелательным взглядом, то вкалывая своей подруге добытые разные лекарства, добытые в подсобном помещении, то проводя смену старых бинтов, наложенных на тело молодой девушки, на более чистые, ещё не заляпанные липкими каплями алой засыхающей крови. В подобном деле ей активно помогали две других женских фигуры, находившиеся неподалёку, коими оказались младшие сёстры его друга — Черногория и Хорватия. Тихо наблюдая за собственными сёстрами, Сербия, как и обе девушки, старались соблюдать некоторую дистанцию между друг-другом, стараясь лишний раз не пересекать давних невидимых границ. Глядя на это, Россия поймал себя на мысли того, что практически никто из них не был по настоящему рад подобной встрече. Отношения между братьями и сёстрами в семье Сербии уже давно было достаточно трудно назвать отличными, как и в семье России, семейные узы и старая дружба быстро забылись после гибели их деда, Социалистической Федеративной Республики Югославии, что как и Советский Союз, являлся единственной серьёзной фигурой, способной сдержать межнациональную рознь собственных внуков. Его дочь, Союзная Республика, не сумела остановить разбушевавшегося хаоса, быстро переросшего в серию жестоких военных конфликтов против собственных же детей. И если Сербия и Черногория, несмотря на противоречия в путях своего развития и признания последней независимости Косова, которое Сербия, восприняв как предательство, так и не смог простить своей самой младшей сестре, смогли сохранить некоторое подобие дружеских взаимоотношений, то взаимоотношения с Хорватией нельзя было назвать дружбой ни при каких обстоятельствах. Брат и сестра отличались во всём, начиная от языка и заканчивая серьёзным разногласием в области религиозных догм, казалось бы, единой христианской веры. Взгляды Сербии и Хорватии на жизнь, культуру, историю, разнились кардинальным образом. Если при первой встрече никто не удосужится представить их как брата и сестру, то никому точно не смогла бы прийти в голову мысль о том, что столь разные личности приходятся друг-дружке близкими родственниками.
— Россия, можно тебя на пару слов? — неожиданно спросила его Венгрия, закончив накладывать очередную перевязку на тело Польши.
— Конечно, — лаконично ответил ей Россия, заранее отходя в сторону от ненужных ушей.
— О чём ты собираешься болтать с этой свиньёй? — недовольно поинтересовалась Польша, заставив Россию обыденно закатить свои глаза.
— Во-первых, можешь считать его хоть грязной обезьяной, но для меня он не свинья и никогда зверем не будет, — неожиданно резко ответила ей Венгрия. — А Во-вторых, советую верить своим глазам чуть больше, чем ушам и не спорить, будем драться - останемся здесь в вечном плену!
Ничего не произнеся в ответ, девушка лишь презрительно фыркнула, отвернув голову в обратную от России сторону:
— Ты уверен, что Сербия и его сёстры не создадут нам проблем, пока мы будем выбираться от сюда? — тихо спросила у России венгерка, краем глаза взглянув в сторону выходцев из Югославии. — Ты не думай, я очень удивилась тому, что он вообще принял решение прийти сюда за ними, да и ведут они себя сейчас тихо, но это видится мне лишь затишьем перед скорой бурей...
— Не могу аргументировать приход Сербии большой братской любовью по отношению к Хорватии, но гибель Черногории он себе не простит, она для него как Беларусь для меня, — также тихо ответил ей Россия. — Не думаю, что Сербия и Хорватия будут в открытую конфликтовать прямо сейчас, они не глупы и сами понимают, что сейчас их ссоры не приведут к чему-либо хорошему. Но вот только...
— Только что? — обеспокоенно спросила у него Венгрия.
— Польша... Своим характером она нас всех определённо погубит... — ответил ей Россия, за что тут же получил кулаком Венгрии по своей голове.
— Ты сам её не лучше, — произнесла она, слегка смутившись от собственной вольности, боковым зрением заметив любопытные взгляды присутствующих внутри помещения, исподтишка направленных в их с Россией сторону. — Вообщем, нам нужно скорее придумывать план нашей "эвакуации" из этого блока, иначе твой грубый прогноз воплотиться в жизнь!
— Помнится, в кухонном помещении блока должен находиться свой кухонный лифт, что связывает верхний и нижний этажи убежища, — сказал Россия. — Доберёмся до него, автоматом сократим дистанцию до главного входа убежища, да и значительно уменьшим риски нежелательных встреч с мертвецами.
— Но ведь электричество отключено, как мы сможем использовать лифт, если он будет выключен? — удивилась Венгрия.
— На этот случай внутри устанавливается система тросов, что можно использовать как сверху, так и снизу, — в ответ произнёс он. — Так сказать аварийный способ использования на случай непредвидимых обстоятельств.
— Не лучше ли отправится к месту проведения эвакуации выживших? — тут же задала вопрос девушка.
— Даже если мы сможем пробиться сквозь увеличившееся количество мертвецов, то с бронированной дверью, коей заперли проход в нужное нам помещение, поделать ничего не сможем, — быстро ответил ей Россия. — Если говорить более прямо, лучших вариантов выхода отсюда, кроме гермоворот, на данный момент у нас нет, конечно, если у тебя есть идеи получше, я готов с удовольствием их выслушать.
— Хорошо... Правду-матку резать ты умеешь, — тихо согласилась с ним Венгрия.
Наскоро обрисовав общую ситуацию и план дальнейших действий остальным, группа приняла решение следовать намеченному плану России, быстро выдвинувшись в сторону небольшого помещения больничной кухни, находившегося неподалёку. Вооружённый пистолетом и освещая свой путь остальным, Россия осторожно двигался впереди всей группы, за ним, на расстоянии не больше метра, следовали Беларусь и младшие сёстры Сербии, а также Венгрия, на чьё свободное плечо при ходьбе опиралась раненная Польша, замыкал общую группу Сербия, внимательно следивший за тем, чтобы группа не была атакована мертвецами со стороны своего тыла. Очередной коридор, через который проходил Россия, вновь оказался безупречно пустым, словно в медицинском блоке и не было никаких мертвецов, шастающих где-то в непроглядной темноте подземного убежища. В прочем, время от времени взгляду России приходилось натыкаться на кровавые следы, липко тянувшиеся по коридору, иногда заворачивая куда-то за угол неизвестности очередного поворота. Подходя к очередной брошенной палате, возле которой порой обрывались засохшие следы алой крови, Россия с волнением наводил пистолет в сторону каждого открытого дверного проёма, встреченного на своём пути, боясь, что свет фонаря рано или поздно сможет поймать взгляд двух мертвенно-чёрных человеческих глаз, после встречи с которыми ему вынужденно придётся сделать громкий выстрел, тем самым приманив к себе ещё больше ненужных гостей. Время от времени свет фонарика вылавливал из темноты тела сотрудников безопасности, не подававших явных признаков жизни, испачканные собственной кровью, мертвецкой хваткой удерживая в оледеневших руках своё оружие, сотрудники безопасности в скрючившихся от предсмертных конвульсий позах встречались в разных частях коридора с хорошо различимыми следами рваных ран на собственных телах и точечных огнестрельных ранений.
— Похоже, мы были не единственными умниками, что решили сбежать из этого места при помощи местной кухни, — произнёс Россия, перешагивая очередное мёртвое тело.
— Но, по всей видимости, самыми удачливыми, — тут же ответила ему Беларусь.
Добравшись до кухни, Россия произвёл осмотр внутреннего помещения, убедившись, что внутреннее пространство небольшой кухни было пусто, движением свободной руки он дал группе знак того, что те могут спокойно проходить внутрь. Помещение кухни медицинского блока было не самым большим, заполненным узким металлическим столом, на котором находилось несколько кастрюль, ложек, вилок, да пара тарелок, такими же узкими умывальниками, предназначенными для мытья грязной посуды, а также двумя мини-холодильниками, скромно занимающими своё место на отдельном столике в самом дальнем углу кухонного помещения. Взгляд России быстро упал на узкое пространство кухонного лифта, что располагался в одной из стен возле металлического стола с кухонными приборами для приёма пищи. Как и ожидал Россия, отключение электричества обрубило им любые возможности использования автоматической системы доставки кухонного лифта, но спокойно оставляло им возможность использовать ручную аварийную систему, что могла оказать их группе неоценимую помощь при полном отсутствии электроэнергии внутри всего медицинского блока. Не успел он огласить план их дальнейших действий, как Сербия тут же вызвался отправиться на лифте первым, для проведения разведки кухонного помещения верхнего этажа убежища. Россия не стал спорить со своим другом, позволив тому разведать общую обстановку, творящуюся наверху, решив проконтролировать общий процесс эвакуации на текущем месте, пока все не покинут с безопасностью для своих жизней нижний этаж. Условившись, что Сербия подаст знак в два негромких стука, в случае, если обстановка наверху полностью безопасна для проведения эвакуации, Сербия быстро влез внутрь лифта, медленно исчезая с поля зрения России, осторожно поворачивающего старую ручку ручного управления лифта. Тревожно вслушивался в звуки, исходившие со стороны лифтового прохода верхнего этажа, нарушаемые лишь лёгким поскрипыванием старых стальных тросов лифта, Россия напрягся, когда на определённой высоте лифт неожиданно потерял часть своего веса, что означало лишь то, что Сербия покинул его пределы. Несколько минут вся группа находилась в плену тревожного ожидания, боясь сделать лишние движение, чтобы не пропустить условного знака со стороны Сербии. Тревога прошла лишь тогда, когда все услышали два негромких стука, исходивших откуда-то сверху и скрипучие отзвуки стальных тросов, самостоятельно вернувшихся вниз после того, как Сербия перенял управление лифтом на себя.
Рассчитав оставшееся количество членов группы, Россия без промедлений стал проводить отправку в верхнюю часть убежища, в которой уже находился один из его товарищей. Приняв во внимание не самые большие внутренние размеры кухонного лифта, что мог вместить не более одного человека за раз, Россия принял решение отправить наверх самых низкорослых членов группы, чья транспортировка не должна было потратить много времени и сил. Первой из группы, следом за Сербией, быстро отправилась его младшая сестра Черногория, за ней, не слишком отставая, помещение кухни покинули Хорватия и Беларусь. Предпоследней, после долгих уговоров со стороны России, отправилась Венгрия, оставив Россию и Польшу единственными представителями группы, оставшимися внутри кухни медицинского блока. Некоторое время Россия молча наблюдал за тем, как Польша пыталась самостоятельно забраться внутрь лифта, во время каждой своей новой попытки находясь в шаге от шанса неуклюже свалиться на холодный пол кухонного помещения. После очередной неудачной попытки Польши взять неприступный для неё лифт, Россия попытался помочь девушке взобраться внутрь, подстраховав её во время нового приступа лифта.
— А ну убрал от меня свои поганые руки, земляной червь! — громко крикнула Польша, неожиданно нанеся по грудной клетки России настолько сильный удар, что тот от неожиданности попятился в сторону, больно ударившись о край металлического стола, стоявшего рядом, с грохотом повалив на пол все кухонные приборы, стоявшие на нём.
Придя в себя, Россия пулей оказался возле девушки, силой затащив её внутрь кухонного лифта, он тут же перетащил злосчастный стол к входному проёму кухни, надавив всем весом собственного тела на старую дверь, что в то же мгновение стала разрываться от множества сильных ударов, исходящих с другой стороны. Мертвецы в одно мгновение облепили другую сторону дверного проёма, хрипя и рыча, нанося по двери множество ударов, разрывая об неё свои гнилые ногти и оставляя в ней свои жёлтые зубы, они из-за всех сил старались пробраться внутрь, услышав громкие звуки оставшихся обитателей подземного убежища. Напрягая все свои силы, Россия еле удерживал старую дверь от увеличивавшегося напора мертвецов, коих с каждым новым мгновением становилось лишь больше, а внутренних сил самого России на удерживание двери лишь меньше. Несколько раз мертвецам удавалось на несколько секунд приоткрыть кухонную дверь, тут же стараясь просовывать внутрь пальцы собственных рук, однако, прикладывая всё новые и новые усилия, Россия с большим трудом закрывал образовавшиеся щели в своей обороне, обрубая любые прорывы со стороны мертвецов и с хрустом пальцы их мёртвых рук.
— Россия, внутрь! — услышал он громкий голос своего товарища, исходивший откуда-то сверху, когда его последние силы еле-еле удерживали смертельную дистанцию между им и мертвецами с другой стороны двери.
Резко отпустив дверь, Россия, не оглядываясь назад, бросился в сторону пустого кухонного лифта, слыша, как мертвецы с грохотом вышибают дверь и металлический стол, мешавшийся на их пути, стараясь догнать незадачливую жертву. Одним прыжком очутившись внутри лифта, Россия тут же навёл на мертвецов свой пистолет, несколькими выстрелами сняв мертвецов, приблизившихся к нему чересчур близко, прежде чем кухонный лифт с опасливым скрипом взмыл вверх, лишая мертвецов новой жертвы. Вдохнув с наступившим спокойствием, прошедшему по всему его телу, словно удар электрического тока, Россия с облегчением наблюдал, как небольшое пространство лифта продолжало подниматься всё выше и выше, оставляя смертельную опасность в глубине неосвещённой части подземного убежища. Мысли в его голове сменялись одна за другой, противно скомкиваясь и смешиваясь в единую комкообразную кучку, мешая ему сконцентрированно обдумать происходящее. Лишь когда кухонный лифт достиг нужной высоты, а он сам, не успев выйти наружу, тут же был заключён в объятия своей младшей сестры, Россия наконец смог прийти в себя, приведя свою голову в должный порядок. Бросив беглый взгляд в сторону Польши, он заметил, что девушка чувствовала себя как ни в чём не бывало, лишь находясь на некотором отдалении от общей процессии, совершенно не обращая внимания на его появление, однако, иногда бросая в его сторону взгляд, полный ненависти и разочарования из-за сложившегося исхода событий.
Заметив это, к России тут же подоспела Венгрия, но не успев робко и тихо произнести и одного слова, как её тут же перебил Россия:
— Я не хочу выслушивать оправдания её поступка, — тихо и грубо процедил он девушке. — Не нужно считать меня добродушным лопухом, что будет прощать всех и вся, если подобное повторится вновь, клянусь, я за себя не ручаюсь.
Встав в настоящий ступор, девушка лишь незаметно кивнула, упёршись взглядом в холодный пол подземного убежища. Не успел Россия отойти от девушки, как его тут же окликнул Сербия:
— И каким же путём доберёмся до гермоворот убежища? — задорно спросил у него товарищ. — Напролом, бравым маршем, заглушив зубовный скрежет или же изберём более безопасную дорогу до нашего единственного выхода из этого места?
— Основная масса мертвецов перетекла в нижнюю часть убежища и судя по всему, сейчас слоняется именно там, — начал рассуждать Россия. — При таком раскладе шанс встречи с мертвецами минимален и мы могли бы быстро добраться до гермоворот на прямик, однако он будет работать из-за состояния Польши, что будет серьёзно замедлять нас во время прорыва. Поэтому, подобную идею в данной ситуации считаю не целесообразной, а значит, предлагаю выбрать самый разумный метод.
Сказав это, Россия тут же показал товарищу на вентиляционную шахту, находящуюся совсем рядом. Молча согласившись с идеей друга, Сербия очень скоро открутил вентиляционную решётку, в одно мгновение растворившись в темноте вентиляционного прохода, вытащив свои руки, чтобы помочь другим также попасть внутрь. Убедившись, что все без особых проблем проникли в вентиляционную шахту, Россия замкнул группу, следя за тем, чтобы никто не отставал от общего движения и не терялся в темноте замкнутого лабиринта различных поворотов. Безопасно минуя коридоры, в которых то и дело бродили одиночные группы мертвецов, группа России без большого шума окончила свою дорогу в одном из пустующих помещений, находившихся совсем недалеко от коридора, что вёл в сторону гермоворот. Убедившись, что дорога была открыта и чиста, Россия тут же покинул стены помещения, быстрым шагом перемещаясь вперёд, готовясь предупредить группу о любой опасности, что могла возникнуть на их пути ближайшие несколько метров, позволяя Сербии замыкать общую группу. Несколько раз натыкаясь на одиночных мертвецов, с жадностью голодающих, бросающихся в его сторону, он без большого труда расправлялся с ними при помощи своего самодельного кистеня, заливая и без того окровавленное пространство коридорных помещений новыми алыми пятнами крови, расплывавшимися по грязному полу. Достигнув главных ворот, открытых на распашку, словно призывая всё новых и новых мертвецов проникнуть внутрь уже погибшего убежища, глазам России предстала страшная картина десятков мёртвых тел, покрывших собой обширное пространство перед баррикадами сотрудников безопасности. Гражданские, мертвецы и сами служители порядка перемешались в общую кучу, мешая пониманию того, кто же и от чего погиб у ворот раньше. «Удивительно, каким чудом Корея смогла пережить это, находясь в самом эпицентре событий?», подумал Россия, забираясь на самодельные баррикады и помогая остальным перебраться через них, попадая в тёмное пространство нового коридора, ведущего на поверхность. Попав внутрь, Россия ощутил на себе лёгкие дуновения тёплого летнего воздуха, жуткий запах разлагающейся гнили ударил в его ноздри, грозясь выдавить из желудка остатки его небольшого пайка. Входное пространство коридора было наполнено телами, расстрелянными в день терактов, засохшая кровь покрывала всё внутреннее пространство от пола до стен, прочие же тела уже давно ходили по территории города или же смогли попасть внутрь убежища, обращая в себе подобных прочих выживших людей. Пробегая вперёд, группа быстро достигла длинной лестницы, каждая ступенька которой была также залита засохшей человеческой кровью, с каждым новым шагом теплота летнего зноя становилась всё более и более ощутимой, а воздух всё менее загрязнённым разлагающейся плотью погибших людей. Когда Россия вышел на поверхность, ярко освещённую золотым диском высокого солнца, его глаза, уже привыкшие к плохо освещённому пространству, невольно зажмурились от яркого света, наполнявшего всё вокруг. Где-то неподалёку слышались громкие звуки разрывов снарядов и нескончаемый рёв двигателей боевой авиации. Отзвуки далёкой стрельбы огнестрельного оружия то замолкали, то разгорались со всё новой, удвоенной силой. Случайно бросив взгляд в сторону крыши Генеральной Ассамблеи Организации Объединённых Наций, он тут же заметил два военно-транспортных вертолёта CH-47 «Чинук», на которых, судя по всему, должна проводиться общая эвакуация из штаб-квартиры ООН. Очень скоро наблюдения России заметили и другие члены группы, неожиданно для остальных, Хорватия тут же сорвалась со своего места, бегом бросившись в сторону главного входа секретариата. Не успела девушка сделать и нескольких метров, как неожиданный выстрел, просвистевший совсем близко к остальным членам группы, словно заставил её споткнуться в воздухе, пройдя ещё не больше метра, девушка неуклюже потеряла равновесие и упала на пыльную дорогу, всё больше и больше покрываясь огромным пятном ещё тёплой крови. Черногория хотела было броситься в сторону сестры, однако Сербия ловко поймал низкую фигуру, силой прижав её крохотную голову к себе, словно прикрыв сестру непробиваемым щитом. Быстро подтолкнув Беларусь, стоявшую совсем рядом, вперёд, Россия тут же увидел, как на место, где всего несколько минут стояла его сестра, со свистом прилетел новый выстрел.
— В рассыпную, змейкой, живо! — не успел скомандовать это, как второй выстрел чудом не задел его самого, просвистев всего в нескольких сантиметрах от его головы.
Услышав слова России, никто не стал перечить его команде, быстро послушавшись его словам, рванув в сторону главного входа, со стороны которого уже были видны знакомые глазу людские фигуры. Подталкивая отстающих, Россия старался менять направления своего бега, мешая стрелку хорошенько прицелиться, перед тем, чтобы сделать очередной выстрел. Первым главного входа достиг Сербия, тут же протолкнув свою сестру внутрь, он быстро развернулся и увернувшись от очередного выстрела, помог добраться внутрь Беларуси, что двигалась следом. Снаружи Ассамблеи тут же оказались Германия, КНДР и Китай, а также два сотрудника безопасности, что бросились на помощь отстающей Венгрии, помогающей еле передвигавшейся раненной Польше. Когда девушка случайно споткнулась, уволакивая за собой свою подругу, один из сотрудников попытался помочь раненной подняться, но был тут же сражён очередным выстрелом стрелка, замешкавшись, второй сотрудник безопасности оказался ранен новой снайперской пулей, гулко повалившись наземь, хватаясь за место собственной раны. КНДР и Китай быстро подхватили Польшу, быстро занеся её в более безопасное место главного входа. Германия принял в свои руки раненного сотрудника, быстро двинувшись с ним в сторону Ассамблеи. Россия и Сербия, чудом увернувшись от нового выстрела, помогли Венгрии подняться на ноги, бросившись в сторону входа, лишь чудом не став мишенью очередной пули стрелка, вновь просвистевшей совсем неподалёку. Оказавшись внутри штаб-квартиры, Россия с трудом перевёл свой дух, раненного сотрудника безопасности увели в другое помещение, а сам стрелок, судя по всему, быстро потерял интерес к укрывшимся в здании живым мишеням, переключившись на кого-то менее защищённого. Бросив оценивающий взгляд на просторные пространства внутренних помещений и коридоров, заполненных почти не тронутыми при прорыве обороны национальных гвардейцев подарками и картинами стран-участниц ООН, коими годами заполняли этот международный "музей", Россия с унынием заметил, как мало выживших обитателей убежища располагалось внутри здания штаб-квартиры.
— Если честно, я уже и не думал, что смогу увидеть тебя здесь живым, во всех смыслах этого слова, — обернувшись на знакомый голос, Россия с раздражением заметил приближающуюся фигуру Великобритании.
— Если бы мне не пришлось выполнять за кого-то его обязанности, то тебе не пришлось бы даже задумываться об этом, — сухо ответил ему Россия. — Если решил постебаться, то советую закрыть пасть, пока в ней осталось то, чем ещё возможно пить индийский чай.
— Грубо, впрочем, меньшего от тебя я не ожидал, — спокойно хмыкнул Великобритания. — И сколько же людей вы смогли вывести из медицинского блока?
— Пятерых, — произнёс Россия.
— Технически четверых, — исправил его Великобритания. — Ты готов был обменять две вполне себе полезных жизни на четыре ненужных балласта, одному из которых, к тому же, требуется медицинская помощь. Не злись и не распускай кулаки, я не могу удержаться от того, чтобы сказать правду такой, какая она есть, лукавить в такой ситуации сможет любой идиот.
Россия показательно сжал кулаки, бросив в сторону британца взгляд, полный настоящего гнева, что впрочем нисколько не испугало последнего:
— Хорошо, извини, в такой момент нам не стоит сориться, учитывая, что для нас с тобой есть ещё много работы, — произнёс он, скрестив руки на своей груди. — Дела у нас идут не самым лучшим образом, поэтому я вынужден думать о безопасности тех, кого смог сохранить на данный момент.
— Меньше слов и больше сухой статистики, — сухо сказал Россия.
— Дипломатов здесь не больше сотни, а их многочисленных представителей и того меньше, — ответил Великобритания. — Бойцов Службы Безопасности едва дотягивает до штатной численности роты, про гражданских говорить ещё страшнее. Единственный плюс от того, что мы имеем сейчас, состоит лишь в том, что теперь транспортные птички США имеют хорошую возможность увезти нас всех всего за несколько заходов.
— Однако, как всегда здесь имеется одно неприятно "но", верно? — спросил у него Россия.
— Пилоты смогли спустить для нас портативную рацию, с помощью которой мы можем держать с ними связь, — продолжил говорить Великобритания. — Из-за того, что не мы одни хотим свалить отсюда на вертолётах, они не решаются садить его прямо перед штаб-квартирой, боятся попасть под огонь выживших со словами "так не доставайся же ты никому!". К тому же, некоторым выжившим удалось закрепиться в районе здания Библиотека имени Дага Хаммаршёльда, поэтому опасность того, что они решат помешать нашей эвакуации лишь возрастает. Вместо этого они смогли занять и в некоторой степени зачистить самый верхний этаж штаб-квартиры, где находится самый конечный этаж остановки местных лифтов.
— И в чём же состоит проблема? — с интересом спросил у него Россия.
— Электричество внутри самого здания не работает, а аварийное освещение находится на самом нижнем ярусе подземных этажей здания, чтобы в случае чего можно было быстро вернуть подачу электричества для его полноценной работы, — пояснил британец.— Мы с большим трудом зачистили и забаррикадировали некоторые части Ассамблеи, пробив себе путь и ко входам в подземный комплекс. Даже при общем размере комплекса, времени на то, чтобы попасть к нужному помещению и вернуться назад, нужно совсем немного, всё же это не лабиринты нашего убежища. До твоего возвращения я успел послать туда три группы своих людей, но до сих пор никто из них так и не вернулся, а рисковать людскими ресурсами более я права не имею.
— Говоря более прямо, ты хочешь, чтобы эту грязную работу выполнил я, — холодно предположил Россия.
— Не ты, а мы, — вновь исправил его Великобритания. — Идти в одиночку туда, это сущее самоубийство, похоже там что-то есть и при возможности, это нужно уничтожить. Конечно, судя по всему, ты уже хорошенько набегался по убежищу, но...
— Кто идёт с нами? — перебил его Россия.
— Китай, Вьетнам, КНДР, Израиль, Казахстан и Германия, — усмехнувшись, ответил он. — Говоря проще, все те, кто имеет хороший опыт пользования огнестрельного оружия в боевых условиях, конечно, про последних двух этого не скажешь, но они вызвались лишь для оказания помощи, поэтому доставят больше проблем, чем пользы. Если хочешь, можешь подтянуть к этому Сербию, думаю, что для нас он будет весьма ценной боевой единицей.
— Я поговорю с ним об этом, — тихо ответил ему Россия.
— Мы будем ждать тебя у нужного входа, я пошлю за тобой кого-нибудь, чтобы ты не заблудился, — произнеся это, Великобритания подал России свою руку для рукопожатия, однако тот будто бы этого не заметил, отправившись на поиски своего товарища.
Долго искать Сербию ему не пришлось, тот сидел в полном одиночестве рядом с одним из многочисленных подарков, что находились внутри штаб-квартиры. Взгляд парня утыкался куда-то в пол, словно не замечая того, что происходит вокруг.
— Ты в порядке? — спросил Россия, подсаживаясь рядом.
— Да, всё хорошо... — холодно произнёс Сербия. — Хотя... Честно говоря, чувствую себя не очень...
— Переживаешь из-за Хорватии? — осторожно поинтересовался Россия.
— Не думал, что всё закончится вот так... — тихо ответил он. — Мы ведь толком и не поговорили даже, думал, что всё это знак, что шанс всё таки есть... Я ведь и правда сожалею обо всём, а она даже этого и не узнает...
— Всё в порядке дружище... Всё будет хорошо, — в ответ произнёс Россия, искренне улыбнувшись своему другу. — Не стоит унывать, у тебя ещё есть ради кого жить и ради кого умирать, не дай жизни отнять и этого, цепляйся ей назло и не отпускай.
Сербия лишь молчаливо кивнул, бросив взгляд в сторону своей младшей сестры, что находилась неподалёку.
— А сейчас отдыхай, — тут же продолжил Россия. — Сегодня ты много кого сильно выручил и заслужил немного отдохнуть.
С этими словами он подал Сербии руку для рукопожатия и быстро получив ответ, крепко сжав его ладонь, быстро удалился в противоположную от него сторону. Прохаживаясь по просторному помещению и рассматривая самодельные оборонительные сооружения из мебели и некоторых экспонатов местных выставок, он неожиданно для себя наткнулся на низкорослую фигуру Кореи, целенаправленно кого-то выискивающую среди десятков выживших обитателей убежища:
— Выискиваешь кимчхи?— усмехнувшись, спросил он у девушки. — Соскучилась наверное под землёй по родной кухне!
— От кимчхи я бы сейчас не отказалась, но вот искала я как раз-таки тебя, — серьёзным тоном произнесла Корея. — Великобритания-Аджосси попросил провести тебя до входа в помещения подземного комплекса. Не будем терять времени.
С этими словами Корея быстро двинулась вперёд, заставив Россию также быстро двигаться следом, минуя забаррикадированные помещения и сотрудников службы безопасности, бросающих в их сторону десятки тревожных взглядов.
— Не уж то ты так сильно хочешь, возможно, в последний раз взглянуть на своего младшего брата перед тем, как он попадёт внутрь этой подземной бездны? — с любопытством спросил у неё Россия, проходя по длинному и просторному коридору штаб-квартиры.
— Он сильный, выберется, — быстро ответила ему девушка. — Я просто хочу как можно лучше выполнить указания Великобритании-Аджосси, да и Венгрия собственным розыском тебя уже начинает давить на нервы.
Ничего не ответив, Россия продолжил дальнейший путь молча, наскоро миновав залы Генеральной Ассамблеи и Совета по Опеке, он оказался в одном из просторных холлов всей штаб-квартиры, рядом с которым находились спуски двух застывших эскалаторов, что вели на цокольные этажи Генеральной Ассамблеи. Спустившись внутрь и пройдя ещё несколько метров, Россия заметил ещё один, но уже наскоро забаррикадированный спуск, ведущий к первому этажу подземного комплекса штаб-квартиры, рядом с которыми находилась ждавшая его группа и несколько сотрудников безопасности, что охраняли заданный им периметр.
— Ещё раз спасибо тебе, Корея, — произнёс Великобритания, заметив прибытие России. — Опоздавшему просьба приготовиться!
С этими словами в сторону России тут же полетело несколько пистолетных магазинов с патронами внутри:
— С самого начала приметил у тебя пистолет, — продолжил он. — Знать не хочу, как ты его добыл, но патроны лишними никогда не будут, поэтому отказов не приму.
— Спасибо, — глухо поблагодарил его Россия, быстро перезарядив обойму своего пистолета.
— Тогда вперёд, — быстро произнёс Великобритания, перепрыгнув через импровизируемые баррикады. — Чем быстрее восстановим здесь свет, тем раньше уберёмся из этого города!
Не успел британец произнести свои слова, как его товарищи тут же последовали его примеру, очень скоро растворившись в темноте подземного комплекса.
