Via mortis. Принятие

Альфард Блэк всегда был любимцем всех детей рода Блэк, хотя взрослые, смотря на него, незаметно закатывали глаза к потолку. Он никогда не вписывался в изысканное чистокровное общество. Играя с детьми, он не обращал внимания на пятна травы на парадной мантии или нарисованные маленькими озорниками усы. Взрослых это просто выводило из себя, особенно его родную старшую сестру — Вальпургу. Ей с детства казалось, что тупые домовики младенцем уронили его головой о пол. Но младший брат Сигнус был от него в восторге. Между ними двенадцать лет разницы, но самые тёплые воспоминания у младшего Блэка связаны именно с Альфардом. Поэтому, если Вальпурга при виде своего среднего брата презрительно поджимала губы, то в доме Сигнуса всегда был рады старшему Блэку. Разумеется, обаятельный мужчина крупного телосложения со смешными старомодными бакенбардами и громким басистым смехом был любимчиком Беллатрисы, Андромеды и Нарциссы. Все они любили вечерами слушать его совершенно абсурдные сказки, представляющие собой адскую смесь из маггловских и магических сказок, родовых преданий и реальных фактов. — Прошли уже многие сотни лет, но маги всего мира ищут экскалибур, но я думаю, что Мерлин спрятал его в тайной комнате, которую оборудовал в собственном замке… — Дядюшка Альфард, но где его замок? Сохранился ли он? — шёпотом, чтобы не разбудить задремавшую у неё на коленях Нарциссу и прикорнувшую в кресле Андромеду, поинтересовалась Белла. — Сейчас этот страшный замок снится ночами коррумпированным чиновникам министерства Магии и другим преступникам, — глотнув вишнёвой настойки, поведал девочке мужчина, — это Азкабан. Тёмные глаза Беллы засветились от восторга. Она с детства обожала исторические тайны и загадки, поэтому Альфард, зная эту её страсть, всегда берёг какие-нибудь таинственные истории на конец, когда её сёстры уже уснут или устанут его слушать. В такие моменты старшая Блэк садилась ближе к дяде на пушистый ковёр, упиралась спиной о его ноги и, затаив дыхание, слушала. — Знаешь, Белль, сегодня я расскажу тебе совершенно особенную историю, — таинственно начал мужчина, отлевитировав маленькую Нарциссу на диван. — Садись ближе, и я тебе расскажу… Сгорая от нетерпения, Белла подобралась ближе к креслу дяди, устраиваясь на ковёр у его ног. Альфард завернул племянницу в плед и налил себе ещё рубиновой сладкой настойки. — Что ж… это непростая сказка, Белль, — смотря в огонь, таинственным голосом начал Альфард. — Много-много веков назад, когда магглы поклонялись силам природы, а маги, не скрываясь жили вместе с ними, жила волшебница. Она не блистала красотой, четно говоря, при первой встрече она могла показаться странной. У неё была родовая травма — вывернуты оба бедра, из-за чего при ходьбе она неловко переваливалась с одной ноги на другую, как беременная дириколь. Представив это, маленькая Беллатриса тихо захихикала, за что заработала строгий взгляд от дяди и поспешила прикрыть рот ладошками. — Несмотря на это, среди своих соплеменников эта женщина была очень популярна, ведь она была волшебницей, видевшей сквозь смерть, — продолжил Альфард. — Сейчас бы её назвали некромантом. Белла заёрзала от нетерпения на пушистом ковре. Тема некромантии была для неё всегда интересной. — Так вот, называли эту женщину жрицей, как я ранее говорил, соплеменники её любили и уважали, — продолжал мужчина, призывая свою курительную трубку. — Однажды на это племя с моря напали захватчики. Тогда жрица взмолилась своей богине и попросила у неё сил победить завоевателей. И богиня Морриган дала ей такие силы, каких свет до этого не видывал. Воины её страны вставали и даже после смерти продолжали защищать родной форд. Битва кончилась, завоеватели ушли, не солоно нахлебавшись, в родные края… — Но как заплатила жрица за эту силу, дядюшка? — нетерпеливо дёрнув дядю за штанину, спросила девочка. Мужчина хмыкнул, набивая табаком свою трубку. Маленькая Белла всегда задавала очень верные вопросы… — Сейчас доподлинно неизвестно, что попросила смерть у этой женщины, — отозвался дядя. — После стольких веков мы можем гадать. Но эта история реально произошла с нашей прародительницей, много веков назад, в этом нет сомнения… — Почему ты так уверен в этом, дядюшка? — склонив голову набок, поинтересовалась Белла. — Ты слышала что-нибудь о чёрной книге Блэков? — таинственным шёпотом поинтересовался мужчина. Девочка удивлённо посмотрела на дядю и покачала головой, разметав по плечам угольные кудряшки. — Что ж, девочка, тогда садись ко мне на колени, — похлопав по ногам, произнёс Альфард, — рассказ предстоит длинный, а на полу холодно. После того, как девочка забралась на колени дяде, мужчина завернул Беллу в плед и прижал к своей груди. Она уютно устроилась на руках мужчины и приготовилась слушать загадочную историю… — Что ж… наша прародительница, о которой я тебе только что рассказывал, вполне возможно не была первым жрецом и некромантом, — тихим голосом продолжил мужчина. — Но она была первым некромантом, передавшим свои знания. Она начала эту чёрную книгу. После неё следующие некроманты рода Блэк оставляли в ней свои заметки для потомков. — Но где она дядя, я хочу её прочитать! — Сейчас я не знаю, но отец, когда мы с твоим папой и тётушкой Вальпургой были детьми, постоянно носил с собой чёрную книгу в кожаной обложке, — продолжил Альфард. — Он брал её с собой на работу в министерство, говорят, она была при нём и во время битвы с Галлертом Гриндевальдом. Кстати, ты знала, что он тогда пошёл против родни и встал на сторону Дамблдора? Никто не знает, какой вклад в победу он внёс, но профессор сокрушил темнейшего мага всех времён, а отец вскоре после битвы сошёл с ума… Белла ловила каждое слово, буквально заглядывая в рот Альфарду. Она сжимала и разжимала кулачки, словно представляя, как берёт в руки эту таинственную книгу… — Однако, после того, как отца заперли в святом Мунго, я книгу больше не видел… С того вечера началась история поисков таинственной книги Блэков. Белла занималась этим в любую свободную от учёбы и уходом за маленьким Сириусом минуту. Изучая хроники рода, девушка убедилась, что книга, и правда, существовала, несколько раз она даже мелькала в завещаниях предков. Но Беллатриса так и не нашла последний след, и дедушка не мог ей ничего поведать на этот счёт… после победы над Гриндевальдом он окончательно повредился рассудком, не узнавал никого из родных, а себя считал канарейкой… спал сидя на корточках на спинке кресла и ел исключительно ванильные сухарики и только с рук. Погружённая с головой в разгадку тайны дневника и его поисков, Белла и представить не могла, как в конечном итоге она обнаружит древнюю пропажу. — Белла, Меда, поторопитесь, пожалуйста! Я очень хочу встретить Люца! — канючила у входа в хранилище Цисси, умоляюще смотря на своих сестёр. Андромеда и Беллатриса устало переглянулись, слышать имя Люциуса Малфоя обе уже просто не могли (за этот поход в Косой Переулок, который длился всего-то полчаса, Цисси уже раз сто его повторила). Их младшая сестра была сейчас на последнем курсе Хогвартса и уже мечтала о скорой свадьбе с распрекрасным белокурым лордом Малфоем. Она уже даже ткань для свадебной мантии приглядела. — Не переживай, я тоже задерживаться не хочу, обещала Сириусу… — последнее слово тонет в звоне золочёной посуды, которую Андромеда зацепила краем мантии и обрушила прямо на пол, скрыв Беллу от сестёр. — Прости, Белла! — с другой стороны завала воскликнула Андромеда. — Я случайно! — Ещё бы специально… — проворчала Белла, мысленно проклиная патологическую неловкость средней Блэк. К сожалению, использовать магию в хранилище было нельзя, поэтому выбраться на противоположную сторону завала она не могла… — Ох, Меда, ты могла быть внимательнее?! — раздался приглушённый голос Цисси. — Подожди, дорогая, мы позовём гоблинов! Пока её сёстры искали помощи, Белла решила осмотреть их приданное, а именно для этой цели была выделена эта ячейка. Это было удлинённое помещение, представляющее собой анфиладу из трёх комнат. Самая ближняя ко входу была заполнена приданым Нарциссы, средняя принадлежала Меде, а вот самая дальняя ей самой. И вот теперь, когда Меда порушила в своей комнате сложенные аккуратной горкой предметы посуды, Беллатриса оказалась отрезанной от выхода. Зато это шанс изучить, чем же она будет владеть после свадьбы… Львиная доля приданого представляла собой золочёную посуду и драгоценные камни, но среди них были старинные картины, скульптуры и книги. Белла подошла к стеллажу с книгами и пробежалась по древним кожаным корешкам. В основном тут были пособия по некромантии, некоторые из них она уже читала, а о некоторых только слышала. Но одна из книг её заинтересовала, её название было, кажется, на кельтском. Не зная языка, чисто для интереса, Балла достала книгу и поняла одну удивительную вещь… несмотря на весьма внушительные размеры она была очень лёгкой и очень пыльной. — Сколько же ты тут лежишь? — протянула девушка, сдувая с обложки внушительный слой пыли. Белла аккуратно открыла книгу и пролистала страницы, которых оказалось всего-то три. Остальная часть книги, представляла собой самодельную шкатулку, в которой лежала ещё одна книга в чёрном кожаном переплёте… — Мерлин и Моргана! Подцепив книгу ногтями, Белла достала свою находку. Она походила на дневник в мягкой кожаной обложке, а под ней был маленький конверт с выведенным каллиграфическим почерком «Белле». Девушка уже собиралась прочитать записку, как завал за её спиной со звоном разлетелся по своим местам. — Ох, Белла, прости! — заключая сестру в объятия, воскликнула Андромеда. — Я так виновата! Ты цела? — Спасибо, Меда, всё отлично! — обнимая сестру в ответ, воскликнула Белла, незаметно припрятав книгу и записку в свою сумку. — Всё просто замечательно… Пока младшие сёстры наперебой заваливали старшую вопросами о её самочувствии, Белла поняла, что сегодня им с Сириусом стоит посетить одного их родственника. — Белла, куда мы идём? — нетерпеливо поинтересовался Сириус, дёргая старшую сестру за руку. — Посетим дядю Альфарда, — коротко отозвалась девушка, отводя мальчика к месту аппарации. — Ура! — подскочил мальчик, восторженно смотря на Беллу. — Мама в ярости будет… — Так, мародёр, — наклоняясь к младшему брату, строго начала девушка, — тётя Вальпурга ничего об этом знать не должна, иначе я тебя оставлю дома. Кроме того, больше никогда тебя с собой к дяде не возьму. — Белла, ты же знаешь, я — урна в фамильном склепе, — изобразив, как накладывает на себя заклятье немоты, отозвался мальчик. Беллатриса улыбнулась и взлохматила кудряшки Сириуса, после чего крепко обхватила его ладошку и трансгрессировала к дому дяди… Шуму столицы и мраку фамильных особняков, дядя Альфард предпочёл уютный домик на окраине прибрежного городка Уитби. Там дядя жил в покое и уединении, на досуге изучая местные легенды и тайны. Это был живописный городок на восточном побережье Великобритании, в устье реки Эск, со старинными каменными домами и мощёнными улочками. Над городком мрачно высились руины древнего аббатства, выглядили они жутковато, но дядюшка Альфард безумно любил там гулять вместе с любимыми племянниками, особенно в час, когда руины купаются в свете закатного солнца, а в окнах мелькали жуткие тени. — Белль! Сириус! Какой приятный сюрприз! — открывая выкрашенную бордовой краской дверь, весело отозвался дядюшка. Сириус вместо приветствия накинулся на дядюшку с объятьями, мужчина даже чуть не упал от неожиданности. Всё-таки с их последней встречи мальчуган сильно вытянулся. — А ты подрос, мародёр, — хмыкнул мужчина, обнимая мальчишку. — Белль, прекрасна, как и всегда. — Здравствуй, дядюшка Альфард, — поцеловав мужчину в щёку, улыбнулась девушка. — Прости, что без письма… — Что за вздор! Вам обоим я всегда рад, Белль, — улыбнулся Альфард. — У нас на ланч сегодня яблочный пирог. — Ура! Я голоден, как волк, — воскликнул Сириус, забегая в столовую. — Он очень подрос, — улыбнулся дядя, наблюдая за любимым племянником. — Хотя остался таким же активным. — Если не больше, — отозвалась Белла, повесив своё белое пальто на вешалку. — На экзамене по зельям в этом году он умудрился взорвать пять котлов и довести бедного Слизнорта до заикания, мне больших трудов стоило перехватить его гневное письмо. — Настоящий Блэк, — гордо улыбнулся мужчина, беря племянницу под локоть и заводя её в столовую. — А как твоя практика в Отделе тайн? Бродерик тебя очень хвалит. — Да?! Я за всё время от него ни одного хорошего слова не слышала! — возмущённо отозвалась девушка. После сытного ланча, перед ужином дядя Альфард предпочитал прогуливаться в районе руин аббатства Уитби. Как правило, во время таких прогулок он рассказывал племянникам жуткие истории, связанные с аббатством, рассказывал о призраке аббатисы, до сих пор обитающим в развалинах, о таинственном звоне колоколов, доносящимся из морских глубин безлунными ночами, об окаменелых змеях, которые частенько попадаются под ногами туристам и местным жителям, а также о таинственном графе Дракуле… Но сегодня была очередь Беллы говорить. — Дядюшка Альфард, — кутаясь в свою пальто, обратилась к мужчине Белла. — Кажется, мои поиски увенчались успехом! С этими словами она достала свою находку и передала её дяде. Мужчина бережно взял кожаную книгу и принялся её рассматривать со всех сторон. — Похоже ты права, дорогая, — улыбнулся Альфард, возвращая книгу девушке. — Это именно та книга, которую я ребёнком видел у отца. Где ты её обнаружила? — Не поверишь, в хранилище Гринготса, в комнате с моим приданым! — взволнованно сказала Белла. — Её словно оставили там специально для меня, дядюшка. Мне даже письмо оставили! Альфард молчал, смотря на Сириуса, резвящегося по развалинам. Мальчуган выглядел абсолютно счастливым и беззаботным. Даже не догадываясь, какая опасность сейчас нависла над его горячо любимой сестрой… — Дорогая, ты понимаешь, что это значит? — осторожно взяв ледяные руки девушки в свои, поинтересовался мужчина. — Значит, что теперь я смогу изучить эту книгу! — горячо воскликнула Белла, смотря горящими глазами на Альфарда. — Ты знаешь, что я с детства об этом мечтала! — Белль, — серьёзно смотря на девушку, начал дядя, — видимо, ты следующая жрица… — Это же здорово! — воскликнула Беллатриса. — Теперь я смогу пройти к последним вратам! Проводить в смерти сутки напролёт! При желании я смогу поднять любого человека из мёртвых. Там столько разных интересных обрядов! Мне не терпится их все опробовать! — Белла, — покачал головой Альфард, — ты помнишь, что за любые силы необходимо платить? Когда я тебе, совсем малышке рассказал об этой книге, ты сразу спросила меня о цене. Почему ты не задаёшься этим вопросом сейчас? — О цене, наверняка, написано в книге, — упрямо отозвалась девушка. — Когда дойду до этого, узнаю и цену. Если она окажется слишком высокой — просто прекращу свои изыскания. — Белль, человек, единожды вставший на путь смерти, сойти с него не может, если только… — Если только не перестанет подходить по всем условиям, дядя, — перебила его Белла, аккуратно заправляя выбившиеся из косы кудри за уши. — Я немного знакома с теорией. — А теперь пойми вот что, — смотря в глаза девушке, начал Альфард. — Мой отец был жрецом, думаю, сейчас мы оба это понимаем, превыше всего он ценил свой острый ум и чистый разум. И вот он использовал свою силу по максимуму во время битвы с Гриндевальдом. И что же с ним произошло? — Он сошёл с ума… — отозвалась девушка, опустив взгляд. — То, что он ценил больше всего, стало его расплатой, понимаешь, Белль? — внимательно смотря на свою племянницу, продолжил мужчина. — А чем дорожишь ты? И готова ли ты это поставить на кон? Беллатриса вновь перевела взгляд на мальчишку, который по руинам забрался на уровень третьего этажа и сейчас, стоя в проёме окна, активно махал ей. Её расплатой может стать кто-то из близких… могла бы она ради научного интереса рискнуть жизнями сестёр или братьев? — Этой силой ты имеешь право воспользоваться только в случае крайней необходимости, — заключил мужчина. — Пообещай мне, что тогда и только тогда станешь жрицей, когда это будет единственный выход. — Да, дядя, обещаю, — отозвалась Белла. — Пока я изучу книгу. А там посмотрим. — Вот и умница, — улыбнулся Альфард, смотря на руины, объятые алым светом заката. — Кроме того, я боюсь, что у тебя ещё будет возможность воспользоваться данной силой по назначению… — Надеюсь, что нет, дядя, — положив голову ему на плечо, отозвалась девушка, — мы ещё не до конца оправились от войны с Гриндевальдом. Что ж, с того дня прошли года. Белла так и не смогла окончить свой путь жрицы. Но даже за возможность прикоснуться к тайным знаниям она заплатила сполна. Она отказалась от счастливой жизни с любимым мужчиной, не имела возможности видеть первые шаги дочери, в ясном уме провела бесконечные четырнадцать лет в Аду… А во всём виновата её трусость. Когда Белла всё-таки решилась сделать свой шаг на службу смерти, оказалось, что она ждёт ребёнка. Теперь единственное, что она могла сделать — передать книгу и возможность стать жрицей своей дочери. Оставалось надеяться, что она уже заплатила за двоих.