Молоко объединяет души

      Уставший Чимин бредёт домой, когда стрелка на часах показывает пол седьмого вечера. Город уже сияет разноцветными огоньками, ведь осенью с каждым днём темнеет всё раньше. Пак сильнее закутывается в своё, местами потёртое, совсем не подходящее под такую промозглую погоду пальто. Омега ускоряет шаг, вспоминая, что Тэхён просил его не задерживаться.       День выдался длинным и тяжёлым. Чимин устало потирает глазки, в последний раз вдыхает уже немного морозный воздух и входит в подъезд своего дома. В голове полно ненужных мыслей, они роятся, как пчёлы, и не дают утомлённому рабочим днём мозгу отдохнуть.       После того, как Пак вышел из кабинета гендиректора (а ушёл он почти сразу за Намджуном и Сокджином, задержавшись только чтобы извиниться и, быстро кланяясь, удалиться с помещения) в приёмной, он привёл в порядок столик, за которым делался кофе, таким образом желая отвлечься. Уборка не заняла много времени, поэтому омега начал изучать все папки с документами, что лежали в столе и на стеллаже возле него.       Никаких распоряжений так и не поступало. Босс не подавал признаков жизни и бесшумно сидел у себя в кабинете, а у Пака из головы никак не выходило нежное: «Чиминни…» произнесённое его новой (омега уверен) головной болью.       Где-то через полтора часа к нему пришёл Сокджин, как всегда красивый, но совсем растрёпанный. Омега всегда следил за своим внешним видом и в таком состоянии Чимин его ещё не видел. Небольшие щёчки Кима окрашены румянцем, пышные губки стали ярко-красными, глаза лихорадочно блестят, а волосы находятся в лёгком беспорядке, хотя ещё час назад были идеально уложены волосок к волоску. Что бы с ним не произошло, омега об этом не распространялся, но Пак уверен, что в нынешней неопрятности друга, виноват заместитель директора.       Джин пришёл посвятить Чимина во все прелести работы секретарём Мин Юнги.       Ну что сказать… Это тихий ужас! Нет, ну честно! Пак не представляет как должен со всем справиться, хоть и не на большой (свято верит омежка) срок. Ведь в обязанности секретаря входит всё, как бы абстрактно это не звучало.       Джин присаживается на край стола Чимина, небрежно заправляет отросшую прядь волос за ухо и закидывает ногу на ногу, складывая на правой коленке ладони.       — Хороший мой, сразу предупреждаю — приятного я скажу тебе мало, но не расстраивайся, ты всегда можешь попросить у меня помощи! С сегодняшнего дня ты исполняешь все прихоти этого надоедливого альфача. Связываться он будет с тобой, в основном, через селектор, — Сокджин объясняет принцип работы прибора что расположен на рабочем столе. — Также ты должен составлять его расписание на неделю, от его раннего подъёма и вплоть до позднего ужина. Только делай его заранее и скидывай ему на электронную почту, чтобы уже вечером Юнги смог просмотреть план на завтрашний день и, желательно, приблизительный на всю неделю, включая выходные. На всех встречах ты обязан его сопровождать, поскольку за все важные документы и подготовки к переговорам отвечаешь ты. Не пугайся, там всё не так сложно. Юнги сам тебе расскажет что к чему. Это основные твои обязанности. Если говорить о мелочах, то ты вынужден приходить на работу раньше шефа, примерно пол девятого утра. Ты должен открыть его кабинет и проветрить, оставить на столе Юнги расписание в распечатанном виде, а когда он придёт, сразу неси ему кофе, иначе получишь рычащего и злобного зверька вместо начальства! Так, с офисом мы разобрались, — задумчиво тянет Ким, потирая свой подбородок пальцами. — Теперь переходим к самому интересному. Держи, — Джин достаёт из своего кармана связку ключей, — здесь ключ от кабинета, приёмной и пентхауса Мина.       — Подожди, а зачем мне ключ от дома шефа?       — А затем, что в твои обязанности входят все его поручения! От подготовки документов и до поездки в его дом, чтобы взять сменную одежду для него. Джиён он даже поручал заказывать в пентхаус ужин, встретить его и сервировать всё. Она устраивала все мелкие посиделки у Мина и не раз ночевала в гостевой комнате. Но это случалось не так уж и часто! Юнги любит напрягать этим меня, поэтому не нервничай. Ну вроде всё. Если будут какие-то вопросики, то мой номер телефона у тебя есть, — ободряюще улыбается Джин. — Мне будет скучно без тебя, Булочка. Всё, уже убегаю!       Сокджин быстро ретируется, пока маленький вулканчик по имени Чимин не разразился тирадой о неприкосновенности его пухленьких щёчек, за которые старший потискал его на последок.       Если честно, то Пак понял не всё из ранее сказанного парнем, ибо Джин СЛИШКОМ быстро разговаривает и воспринимать его, иногда, бывает крайне сложно. К тому же, мысли постоянно куда-то уплывали. Но ничего, разберётся как-то.       В половину шестого вечера из кабинета уверенной походкой вышел Юнги.       — Я ухожу. Появились неотложные дела. У меня на столе найдёте расписание на неделю. Остальное должно быть на почте компании. В шесть вы можете быть свободны. Не забудьте закрыть кабинет и приёмную, — безэмоционально отчеканив и в последний раз кинув взгляд на розовое воздушное облачко с запахом персиков, Юнги оборачивается и уходит.       — Хорошо. До свидания, господин Мин!

***

      Чимин аккуратно, не создавая лишнего шума, открывает входную дверь. Также тихо он снимает верхнюю одежду. Омега осторожно подходит к приоткрытым дверям спальни и видит, как Тэхён перебирает одежду в шкафу, примеряя что сегодня надеть, а Ёни сладко сопит в своей кроватке. Похоже другу всё-таки удалось покормить малыша смесью, иначе встречали бы его ещё на пороге квартиры и с воплями.       Омега вздыхает — увиденное даёт понять, что в запасе у него около тридцати минут. Не теряя времени, он прошмыгивает в ванную. Паку нужно освежиться и привести себя в порядок после такого тяжёлого рабочего дня. Он поспешно снимает свою одежду и загружает стиральную машинку. Взгляд парня останавливается на зеркале, что расположено над умывальником. Чимин частенько себя разглядывал, каждый раз с удовольствием отмечая, что находится в хорошей форме. С каждым днём тело возвращало свою былую стройность и подтянутость. Единственное, что не думает пока что покидать парня, это довольно пухленькие бёдра, которые совсем не уменьшались. Тэхён находил это милым и притягательным, в совокупности с вернувшейся тонкой талией Чимина, но омегу это совсем не успокаивало. Он только понуро кивал головой, пока Ким не начинал его за эти самые бёдра тискать и щекотать, дабы вернуть весёлого и улыбчивого ЧимЧима.       Чимин подходит ближе к своему отражению, пристально рассматривая себя. Он ведёт пальцами правой руки от подбородка по линии челюсти, поворачивая голову в разные стороны, спускается вниз к шее, еле касается ключиц. Нежно пробегается пальчиками по слегка набухшей груди с увеличенными тёмно-розовыми сосками, едва касаясь левой вершинки.       Проводит дорожку по впалому животу к аккуратной выемке пупка. Омега прикрывает глаза. Как будто наяву, нос щекочет запах чёрного шоколада, что почти весь день кружит ему голову.       «А что если бы это были руки… Юнги», — думает Чимин. Эти мысли сильно волнуют тело и разум парня.       Левой рукой он едва касается своих пухлых губ, оставляя правую покоится на плоском животике, и прикрывает глаза, ощущая трепет от своих касаний.       Он не церемонился бы с ним, как и с той девушкой? Или же… Снова назвал Чимини? Его Чимини. Это прозвучало бы до приторного сладко его грудным, хриплым голосом.       «Интересно, каково это, когда тебя желает Мин Юнги?» — замечтавшись, омега ведёт ручкой ниже с пупка к гладкому лобку и, наконец, небольшому подрагивающему и прелестно порозовевшему члену. Нежно проводит кончиками пальцев по головке, дразнясь. Омегу охватывает желание. Оно горячей лавой стекает по всему телу, скапливаясь в низу живота. Он не понимает что на него нашло, но потребность коснуться себя побеждает все здравые мысли.       — Мне будет очень стыдно… Но думать об этом я буду потом, — решает Пак и направляется в сторону душевой кабины.       Чимин залезает внутрь, открывает кран и регулирует температуру воды. Омега подставляется под тёплые, расслабляющие потоки. Внезапно нахлынувшее возбуждение не даёт о себе забыть. Поэтому Чимин снова возвращается к своей раннее назревшей проблемке. Едва касаясь, он обхватывает свой крохотный пенис, медленно проводит рукой вверх и вниз, представляя, что это делает его директор, своими жилистыми сильными руками. Тёплые струи воды падают сверху на подставляющегося Чимина, скатываются по телу, обласкивая каждый его сантиметр. Омега прижимается к холодной стене душа и слегка выгибается. Левую руку Чимин расположил на своей чувствительной груди, слегка потирая и пощипывая покрасневшие вершинки сосков.       — Аах… Юнгии.. — тихонечко всхлипывает Пак.       Парню стыдно до горячих слёз, что скапливаются в кристаллики в уголках его глаз. Чимин всегда был примерным, хорошим мальчиком. А сейчас, он бесстыдно мастурбирует на «светлый» образ своего начальника. Рука, что поглаживала маленький омежий член, спускается к гладеньким яичкам, перекатывая их пальчиками и тянется к обильно текущей щёлке. Средний палец нежно проходится по сморщенной дырочке, размазывая вытекшую смазку. Пак одёргивает руку и начинает хныкать.       — Это уже слишком! Я же ему в глаза посмотреть не смогу после такого, — отчаянно шепчет омежка, но нестерпимое желание не так просто игнорировать.       Малышу так хочется быть заполненным, его жадная и такая пустая дырочка очень хочет член, а ещё лучше узел. Узел Мин Юнги. В голову приходят совсем безобразные фантазии. Чимин чувствует, как горят щёчки и шея, настолько омегу смущали собственные желания, возникшие в голове, но и возбуждали они его не меньше.       Анус парня без остановки сокращается, выделяя всё больше естественной смазки. Переборов муки совести, (а точнее не выдержав) омега заводит руку назад и снова нежно касается чувствительного входа, по пути собирая свои выделения. Он бархатно очерчивает по кругу свою маленькую и такую нуждающуюся дырочку, аккуратно поглаживает её слегка припухшие края.       Юнги. Снова воспалённый желанием мозг воспроизводит в памяти образ альфы. При мысли о начальнике он всё-таки не выдерживает и входит на одну фалангу в горячую узость собственного тела.       Чимину невыносимо стыдно. Он никогда не делал ничего подобного с собой и прямо сейчас его лицо беспощадно пылает. Но желание ощутить хоть что-то внутри себя тут же перечёркивает огненный стыд.       Выделения омеги, перемешавшись с водой, беспорядочно стекают вниз, к пухлым и подрагивающим в нетерпении бёдрам. Пак не выдерживает и вставляет свой пальчик полностью. Но разочарование быстро настигает его, ведь палец слишком коротенький. Дырочка хоть и совсем не разработанная, всё ещё не заполнена так, как того жаждет нутро омеги. Оно хочет альфу. Мин Юнги. Чимин жалобно поскуливает и осторожно протискивает второй пальчик в текущее отверстие. Смазка выделяется ещё обильней, член пульсирует, а с набухших сосков капельками вытекает молоко.       Чимин, весь красный, очень нуждающийся в разрядке, не переставая стонет. Наконец, его указательный и средний пальцы немножко растянули колечко мышц и теперь они могут двигаться в мокрой щёлке, доставляя удовольствие. Омега сильнее насаживается на собственные пальцы, представляя, как Юнги сжимает его тонкую шею своей большой ладонью и входит в него, такого хрупкого на фоне альфы, своим внушительным достоинством до упора. Пак ещё сильнее подмахивает бёдрами, грубее вставляя пальцы. Бархатные стенки туго обхватывают пальчики Чими, не позволяя вколачиваться в себя быстрее. Всё отчётливей слышатся хлюпающие звуки, что издаёт попка омежки, вконец смущая его. Другая рука всё также массирует чувствительную грудь.       Этого отчаянно мало. Хочется ощутить прикосновения в реальности, а не только удовлетворятся плодами своего воспалённого на одном конкретном мужчине мозга. Хочется чувствовать его руки и губы на теле. Очень хочется глубоко втянуть запах альфы. Услышать его горячий шёпот. Пак Чимину до ужаса не хватает Юнги.       Тело всё сжимается от собственного напора и сильной стимуляции, а в голове словно в реальности звучит хриплый, такой нужный голос босса:       — Мой маленький, такой жалкий малыш Чимини. Грязный, совсем избалованный омежка. Твоя смазка уже собралась в лужу возле твоих ножек, — оставляет укус на остром плечике. — Настолько хочешь чтобы я трахнул эту прелестную узкую попку? — вставляет два пальца в глубину Чимина. — Жаждущий моей ласки, чувствительный мальчик. Так славно течёшь для меня, — прикладывает ладонь к груди омеги, — ты даже не в состоянии контролировать свою грудь. Только посмотри сколько сладкого молочка ты пролил! Так отчаянно скулишь, насаживаясь на мои пальцы. Такой разбитый. Даже не можешь кончить без моей помощи, да, Чимини?       Фантазия Пака за гранью реальности. Но это то, что оказывается, ему необходимо, чтобы получить разрядку.       — Да, папочка… — пристыженно, но так сладко стонет омега, изливаясь в свою ладошку.       В эту же секунду раздаётся стук в дверь.       — Чими, у тебя всё в порядке? — взволнованно спрашивает Тэхён.       Чимин закусывает ребро ладони чтобы Тэ не услышал его поскуливания, что всё ещё вырываются изо рта. Уняв дрожь и прочистив горло, Пак уверил Тэхёна что всё хорошо и он сейчас выйдет.       Быстро ополоснувшись (и пообещав себе поставить крест на всяких фанфиках вместе со всякими извращёнными Ким Тэхёнами), омега завернулся в халат, что стоял в ванной, и, натянув улыбку на лицо, вышел из своего недавнего убежища.       Тэхён заметил, что с его другом что-то не так, но лезть с расспросами не стал — сам расскажет, если захочет. К тому же, Киму нужно быстрее собираться на работу, чтобы успеть к открытию клуба.       Поздно ночью, когда все дела были сделаны, а маленький Ёни уже спал, Чимин позволил себе задуматься о событиях минувшего дня. Впервые омега ощущал такое, это уже не говоря о его ванных процедурах. Такого сильного возбуждения и желания Чимин никогда не испытывал.       Одно Паку стало предельно ясно — работать на желанный объект Мин Юнги будет крайне сложно.