Молоко объединяет души

      — Я тебе не мешаю? — звучат слова, как гром среди ясного неба в тишине помещения, заставляя Чимина обратить внимание на новоприбывшего.       Вздрогнув, Пак широко открывает свои наполненные испугом глаза. Как будто привидение увидел, честное слово.       — Здраст… Ай! — попытавшись быстро подняться, чтобы натянуть пиджак, но не удержав равновесие, он падает вместе со стулом.       — Я в порядке! — кричит Чимин, сидя возле стола и потирая ушибленную ногу.       — Ох, Чимин, — растерявшись от неожиданности, но быстро взяв себя в руки, Юнги подходит к сотруднику и подаёт ему руку. — Давай я помогу.       Оперевшись на протянутую крепкую, с красивыми и длинными пальцами руку, омега поднимается, немножко прихрамывая на правую ногу. Юнги поправляет и опрокинутое кресло, чтобы секретарь смог присесть.       — П-простите, господин Мин. Я нечаянно, — смущённо тянет Пак, после того как альфа помог ему подняться. (Если честно, то больше омега смутился от окутавшего его орехово-шоколадного аромата мужчины, нежели от произошедшего минутами ранее, но в этом он ни за что не признается).       — Забудь, всё хорошо, — потерев переносицу и устало вздохнув, отвечает Юнги. — Как твоя нога, сильно болит? Давай я посмотрю.       — Нет, не нужно! — пискнул парень, вцепившись в ручки своего кресла, будто его сейчас силой осматривать станут.       — Точно? — обеспокоено спрашивает Мин. Кинув взгляд вниз, он заметил упавший пиджак, что раньше висел на спинке кресла. — Вот, возьми.       Подняв, альфа подаёт жакет Чимину. А юноша, опомнившись, быстренько прижимает его к груди, не иначе как прикрываясь.       — Эмм, да… Спасибо, за помощь, — покраснев, едва слышно проговаривает Пак, опустив розоволосую голову.       Тут Мина и прошибает воспоминаниями о злополучной портупее, ведь на фоне беспокойства за омегу он совершенно позабыл о надетой вещице. Кинув горящий взгляд на смущенный силуэт сотрудника, альфа понимает, что ещё немного и он начнёт проверку на прочность этих чёрных ремешков.       — Если боль не пройдёт, можешь уйти сегодня пораньше, — мужчина спешно разворачивается и идёт в свой кабинет.       Закрыв за собой дверь, Юнги прислоняется к ней лбом и прикрывает веки. Но, вместо спокойствия окутывающей взор темноты, перед глазами возникает портупея Чимина.       Блять. Она чертовски сексуально смотрится на омеге. Подчёркивает каждый его изгиб, делая ещё соблазнительней и порочней подтянутое тело. Так и хочется ухватить его за эти самые ремешки и притянуть поближе. Поцеловать пухлые губки. Потом спуститься ниже к длинной шейке, что выглядывает из-за ворота белоснежной рубашки дабы оставить там свой укус. Он ещё долго бы напоминал омеге о том, кто его оставил. Вдохнуть поглубже персиковый аромат, что пьянит голову сильнее дорогого виски…       Дальше, опустив взгляд сложно не зацепиться им о два небольших, немного приподнятых портупеей, холмика груди. Язык мужчины так и просился наружу, чтобы исследовать эту мягкую, манящую своими вершинками плоть даже сквозь белую блузку. Намокшая ткань раздражала бы нежную кожицу сосков, из-за чего они бы встали и по-блядски топорщили ставшую полупрозрачной рубашку. После, оторвавшись от сладкой и упругой мякоти, невозможно было бы удержать себя в руках… Сущность альфы так и просит продолжить исследования идеального для Юнги тела омеги. Не обратить внимание на контрастность фигуры этого малыша просто нереально…       Fuck.       Мужчине нестерпимо хочется проверить сходятся ли его ладони на этой тонкой, такой хрупкой на вид талии. Когда Чимин сел в кресло после своего мега падения, Юнги стало совсем не до смеха, ведь сочные бёдра слишком явственно оттеняли талию этого проказника.       Фантазии были настолько яркими, что в какой-то момент альфе показалось, что он ощущает жар желанного тела кончиками своих пальцев.       «Держать бы этого зарвавшегося парня за ремни портупеи и втрахивать его в диван прямо здесь, в кабинете» — взбесившись, думает Мин, поправляя слегка вздыбившиеся в районе паха штаны.       — Чёрт! Схуя он так оделся? — тихо возмущается Мин, делая пометку в голове позже отчитать Чимина за внешний вид.       «Неужели он, как и предыдущий секретарь, хочет залезть ко мне в штаны?! А хотя… Он же по отелям у нас бегает, мало ли для кого он так вырядился», — промчался в юнгиевой голове сумбурный поток мыслей.       Оставался ещё один вопрос, что не давал альфе покоя — почему его секретарь был одет, как танцовщик с клуба его друга? Единственным различием был цвет волос. Хотя, в современном мире это совсем не проблема.       Наконец усевшись за своё рабочее место, Мин слышит стук и тихое «Можно войти?» произнесённое нежным голосом его секретаря.       — Да, Чимин, — мысленно мужчина уже готовиться к следующему пиздецу, что приготовило для него это неуёмное создание.       — Может вы желаете кофе? — робко спрашивает Пак. Наконец-то он надел свой пиджак и прикрыл так смущающую его начальника портупею. Но, если подумать, омеге нужно было показать, что он выполнил долбанный указ, касающийся его внешнего вида, поэтому не всё так плохо. Только, как теперь обсудить это с Мином?       — Да, эспрессо, — Юнги снова окидывает взглядом парнишку, с облегчением нет увидев, что он в пиджаке. Хотя это не умалило его омежьей привлекательности.       — Хорошо, — немного взволновано отвечает Чимин и быстро ретируется из кабинета.       Вспоминая все наставления Сокджина, омега заварил кофе. Поставив на поднос молочник, сахарницу и эспрессо, Чимин возвращается к своему шефу. Несмотря на нервозность, парень всё же удачно преодолевает расстояние и ставит свою ношу на край стола.       Мин решил отвлечь себя кипой бумаг, что снова возвышалась на рабочем месте, из-за чего сначала даже не услышал, как его секретарь вернулся уже с кофе.       — Простите, что отвлекаю, но… — омега только открыл рот, чтобы наконец начать разговор о своем внешнем виде, но тут же был перебит альфой. — Чимин, почему ты… — поняв, что не дал договорить предложение сотруднику, Юнги сразу исправился. — Ты хотел что-то сказать?       Итак собранная по крупицам смелость враз покинула Пака, поэтому он решил, что затронет мучающую его тему позже. Может у господина Мина что-то важное. Очередная отмазка, ага.       — Нет-нет, извините, — опустив голову, отвечает Чим.       — Ну если так, тогда я продолжу. Насколько я знаю, в компании вы работаете более трёх месяцев, поэтому о дресс-коде фирмы должны быть осведомлены. Обычный деловой стиль. Только почему-то сегодня вы пришли, кхм, в ненадлежащем виде. То, что вы теперь мой секретарь не даёт вам права так своевольничать.       Чимин в шоке от услышанного. И это ОЧЕНЬ мягко сказано. Застыв на месте, он хлопает своими длинными ресницами и не понимает где он так согрешил. Почему именно его перевели к этому индивиду в секретари? Да он никогда на свою роботу не жаловался, а тут такое!       Омега всегда в отутюженных рубашечках и брюках в офис приходил. А тут бац и сообщение с утра пораньше от самого, мать его, гендиректора! Ну как так то? Может это шуточка от хёна? Да ну нет, бред же. Номерами телефонов они сами, без Сокджина обменивались. Тогда почему Чимин должен получать за приказ самого босса?       Мин с удовольствием вдыхает усилившийся запах персиков, наблюдая за сменой эмоций на кукольном личике омеги — от удивления к смущённому возмущению. Парня можно было читать, как открытую книгу. В какую-то секунду, альфе захотелось увидеть счастье в пылающих глазах юноши. Он уверен, что Чимин стал бы ещё краше.       — Господин Мин, я выйду на секундочку, — не дав шефу опомниться, Пак шустро бежит в приёмную за своим телефоном.       Бегло просмотрев сообщение, что с самого утра привело его в ступор и сверив номер с рабочей визиткой директора, Пак, с видом победителя, возвращается к своему страдающему склерозом работодателю.       Честно говоря, после бури, промелькнувшей на лице Чимина, Мину стало как-то не по себе, что очень странно. Мужчине должно быть побоку, он сделал своему сотруднику заслуженное замечание. Почему же альфе настолько неприятен произошедший монолог?       «А потому, что тебя бесит сексуальный вид твоего омеги…» — хуже ядовитой змеи шипит на Юнги его же подсознание.       — Такими темпами я совсем свихнусь с этим парнем! Почему с ним всё не так? — ворчит мужчина и замолкает, уловив движение у входа в кабинет, двери которого так и остались на распашку.       Чимин молча обходит стол и останавливается возле Юнги. С лёгким прищуром омега протягивает свой телефон директору и замирает в ожидании реакции.       Ну с такого поведения Мин немного прифигел. Он почему-то думал, что Пак будет оправдываться или хотя бы извинятся. Но паренёк смог его заинтриговать. Так что с немым вопросом в глазах, Юнги заглядывает в протянутый гаджет и… Ахуевает.       Выругавшись себе под нос и перепроверив номер, Мин берёт в руки телефон, чтобы в пятый раз перечитать грёбаное сообщение, что, без сомнений, выдало его взбудораженное вчерашним выступлением больное сознание. Вздохнув, Юнги протянул смартфон его владельцу.       — Тогда никаких претензий к вам пока не имею. Можете идти на своё рабочее место. И ещё, с завтрашнего дня действует старый дресс-код.       А что ещё можно было ожидать от Мин Юнги? Естественно ж не извинений. Так успокаивал себя один омежка, что повесив голову садился за свой стол. Чертова портупея!       Нервно расстегнув надоевший пиджак, Чимин повесил его на спинку, даже не обращая внимания на свои действия. Нежно-розовая голова Пака была забита мыслями об одном, как говорит Сокджин, несносном альфе, что не удосужился даже извинится. Хотя, правильно было бы даже не обращать внимания на закидоны своего начальства. Ведь у всех свои причуды, а работа и зарплата Паку очень нужны.       Зато теперь можно с уверенностью сказать, что Мин Юнги очень не предсказуемый человек и что ещё от него ожидать секретарь боится даже представить.       Наверное Чимин слишком глубоко ушел в себя, ведь совсем не заметил уже второго по счёту человека, который наблюдает за ним.       Раздавшийся чуть ли не над головой тихий свист, кажется, спустил его с небес на землю. Всё же парню стоит проверить слух и зрение. Хорошо хоть отделался лёгким испугом без падений и новых травм. На сегодня ему хватит.       — Я конечно ожидал увидеть милого омегу, но чтоб ещё и такого сексуального! — воскликнул довольно-таки красивый альфа, что смутно кажется знакомым Паку. — Если не ошибаюсь, тебя зовут Чимин и ты новый секретарь Юнги, верно?       Пунцовея щёчками и растерянно кивнув, Чим пытался вспомнить где видел этого человека раньше.       — Меня зовут Чон Чонгук, думаю ты знаешь кто я, — ухмыльнувшись, альфа замечает мелькнувшее озарение на лице розоволосого. Плавной походкой Чонгук приближается к омеге и ловит флешбэки вчерашнего похода в клуб. — Думаю мы сможем подружится.       — Я сообщу господину Мину…       — Не утруждайся, он сам позвал меня, — подмигнув и развернувшись, Чон уже подошел к нужной ему массивной двери, но в последнюю секунду замер и, не оборачиваясь, добавил: — Зачётная портупея, — и быстро вошел в кабинет Мина.       — Аайщщ! — вскрикнул омега, хлопнув ладошкой по столу и, наконец, понял в чём была причина странного взгляда Чона. Он опять забыл о пиджаке.       Терпение лопнуло. Вот серьезно. Со злостью оттянув надоевший ремешок, Чимин сдавлено ойкает и принимает решение больше так не делать. Больно. Всё тело как-будто оголённый нерв. Хитрые сплетения портупеи давят на чувствительные участки тела.       «Нужно побыстрее снять её», — думает омега и начинает прокручивать в голове воспоминания о том, как Тэхён помогал ему собираться.       — И как я их на спине расстегнуть должен? — задаёт вопрос в пустоту Пак.

***

      — Хён, твой секретарь сбежал из клуба Хосока? — не тратя времени на приветствия, Чонгук сразу переходит к интересующему вопросу.       — Даже не спрашивай! — ворчит Мин, не поднимая взгляда на своего донсэна. — Лучше отнеси это Намджуну, пусть позже глянет и вместе возвращайтесь ко мне, нужно обсудить новый проект, — Юнги передаёт чертежи Чонгуку, которые ещё со вчерашнего дня так и не удосужился изучить.       — Кажется ты вчера хорошо отдохнул, — хохотнул Чон. — Надеюсь, Чимин будет посговорчивее.       — Мелкий, только попробуй! — и пока Мин не взорвался от возмущения, младший, с чувством выполненного долга «подразнить хёна», решает, что пора идти к Киму.       «Хотя, можно и задержаться» — мелькает в голове молодого альфы, когда он покидает приделы кабинета старшего. С искорками в глазах, Чонгук смотрит на потуги омеги, что никак не может дотянуться к застёжкам на спине.       — Я могу помочь, — говорит мужчина, заслышав произнесённые вслух слова секретаря.       — Ой, нет, что вы, — невольно вздрогнув и резко опустив руки, отвечает Чимин.       — Поверь, портупею следует снимать вдвоём. Так ты ещё долго промучаешься, — широко улыбнувшись, вещает Чон.       — Спасибо, но думаю не стоит, — спокойно говорит Чимин, изогнув в улыбке губы. Чонгук выглядел очень мило, когда не пытался вгонять омегу в краску.       — Ну, как знаешь, скоро увидимся, — кивнув, мужчина оставляет секретаря.       Похоже этот день будет «весёлым».

***

      С горем пополам избавившись от своего нового «дресс-кода», Чимин принялся за изучение ежедневника Мина, поскольку никаких указаний больше не было, а понять, что ещё может взбрести в голову его шефу очень хочется.       У директора в кабинете если судить по доносящимся звукам, была пьянка! небольшое собрание, состоящее из трёх представительных лиц компании — Мин Юнги, Ким Намджуна, Чон Чонгука. Длилось оно уже где-то полтора часа, за которые Паку было велено заказать для них несколько видов закусок и убрать грязную чашку из-под выпитого кофе.       Поверхностно ознакомившись с записями предыдущего секретаря, Чимин накидал в свой блокнотик некоторые моменты и, как и положено ответственному работнику, черновик будущего расписания на завтрашний день.       Экран телефона показывал уже 12:57. С чувством выполненного долга, Пак начинает собираться на обед, а вернее — домой к своему чаду. Одевшись, Чимин решает не предупреждать Юнги о своём уходе, ведь тот был занят. Поэтому, прихватив с собой портупею, омега покидает стены офиса.

***

      Решив проведать своего бывшего милого бухгалтера, ну и убедиться, что Мин не загнал эту булочку, не дав даже отлучиться на обед, Сокджин плавной походкой направляется к ним.       Не увидев Чимини, Ким приближается к двери большого босса, но останавливается, заслышав разговор троих оболтусов. Как дети малые, честное слово!       — Ахх, интересненько...       Ещё немного потоптавшись у двери и сделав определённые выводы, с улыбкой чеширского кота, Сокджин пошёл обедать.

***