4.
23 октября 2021 г., 20:45
Трудности начались уже через неделю, когда началось полнолуние. Все альфы стаи были растревожены, потому что в этот период возбудимость оборотней поднималась в разы. Не так, как при гоне, но это сводило с ума не намного меньше.
Волки без пары дрались между собой, чтобы снять напряжение через выбросы адреналина в кровь и болезненные ощущения. Те, кто был с парой, возбуждение выплёскивали другим путём. Им же сейчас было недоступно ни то, ни другое.
— Дарри, спокойнее, — прошептал Армо, прижав хвост альфы, что выдавал всё его возбуждение хлеще ошалелых взглядов и вздохов.
Младший приставленный был не из тех волков, что держат себя в лапах долго. Тем более, что у них есть пара, и все уже знают об этом. Одинокие альфы полночи завывали, вызывая других на поединок, но Дарри не уходил, как обычно. Армо решил, что тот не хочет прийти домой утром израненным, что обязательно испугает их мальчика. Но ему становилось всё труднее, и это было видно. Он постоянно облизывал клыки, что непроизвольно удлинились, волоски на его руках становились дыбом, дыхание становилось тяжёлым, а глаза переливались красным.
Армо тоже было тяжело, но не настолько. Обычно в драки он не лез, он всю ночь бегал по лесу, карабкался по скалам и выматывал себя физически. А сейчас не решался на это, опасаясь оставить более нетерпеливого и молодого приставленного рядом с омегой.
Они сидели вместе на крыльце, потому что внутри был Тео, и они волновались, что причинят ему вред. А ещё его концентрированный запах их возбуждал до предела.
— Не могу, — рыкнул младший альфа, резко встав и чуть не ударив ему в лицо хвостом резким взмахом. — Давай хоть побегаем, у меня зубы сводит.
— Оставим его?.. — нерешительно спросил Армо, обернувшись на дверь.
— Мы ненадолго, — обратившись волком, Дарри первым бросился в кусты и сорвался на бешеную скорость.
Армо вздохнул, встав, и спрыгнул с крыльца, приземлившись уже на лапы. Подняв морду, он принюхался, нет ли поблизости чего-то опасного, и взглянул на луну, что отливала горячей медью.
Тряхнув шерстью, он поймал запах своего приставленного и побежал, даже не надеясь его догнать, у него не было ни шанса. Он просто следовал по строчке его запаха, разгоняя горяче́е обычного кровь по жилам.
Вокруг остывали следы чужих схваток: брызги чужой крови и клочки шерсти. Лес был необычно тихим, стоял только стрекот насекомых. Ночные птицы молчали, чтобы не стать жертвой чужого буйства, а мелкие зверьки попрятались подальше от их воя. Лес бывал таким спокойным и молчаливым только три дня в месяц — когда луна смотрела на землю целым глазом.
Догнать младшего приставленного у него вышло. Вернее, тот ждал его у кромки воды у реки, бегая по берегу. Это труднее, потому что лапы погружаются в песок и вязнут, сил уходит больше. Армо сел, наблюдая за ним. Мощные лапы поднимали брызги сырого песка, а чёрная густая шерсть тускло блестела в свете луны, облизывая крупного волка с хвоста до носа.
По меркам Армо, Дарри — очень красивый альфа. По крайней мере, в форме зверя он действительно хорош собой. Такой сильный, что дух захватывает.
Из мыслей Армо пришлось выпутаться, когда Дарри с разбегу нырнул в реку и долго не выныривал. Он беспокойно залаял и подошёл ближе к воде, когда из неё показались чёрные уши. Остыть ему действительно не помешало бы.
Младший приставленный подошёл к нему, обтрусив шерсть, и рыкнул, пригнув голову вниз, что значило, что он хочет поиграть. Армо попятился, отказываясь, но Дарри не воспринял это и прыгнул на него, заваливая и качаясь по песку.
Армо сварливо залаял, толкая его лапами. Его Дарри не кусал и не царапал, просто зажимал, потираясь крепким телом о его, но ему это не нравилось. Потому что он знал, как его воспринимает приставленный, и ему это не слишком приходилось по вкусу. Может, он и слабый альфа, но всё равно альфа, и принимать под хвост чей-то узел не собирался. Это было равно тому, чтобы проиграть, признать своё полное бессилие как самца. По крайней мере — для Армо это было именно так.
От Дарри пахло возбуждением и таким острым желанием, что хотелось чихнуть, чтобы прочистить нос. Чем больше он сопротивлялся — тем сильнее давил на него приставленный телом, феромонами и аурой одновременно. Зло зарычав и вздыбив шерсть, Армо ударил лапой по раскрытой пасти, с которой закапала слюна, приводя младшего в чувства.
Очнувшись, тот отступил от него, но блеск из глаз не исчез совсем. Он облизывался, смотря на Армо, хотя бросаться снова не решался. Дарри, может, и не обидел бы его, но когда тебя зажимает такая огромная туша — становится абсолютно некомфортно.
Старший альфа обтрусился от песка, сев, и склонив морду, показывая, что будет защищаться. Навострив уши, он резко вскочил на лапы и бросился к посёлку. Нос подсказывал, что случилось что-то неладное. Сбивая лапы и ударяясь о ветки кустов мордой, он сломя голову нёсся к дому, всё более явно ощущая, что запах их омеги стал горьким. Только горьким, без мёда.
Дарри вырвался вперёд, ощутив то же самое, и с разбегу запрыгнул в дом, где сразу послышался грохот и вскрик Тео.
Приняв причеловеческую форму, Армо подхватил омегу на руки, крепко прижимая к своей груди. Младший приставленный прижал к полу, усыпанному черепками посуды, другого волка, зажав лапой его глотку, и угрожающе залаял в его морду, дрожа от злости.
Таким даже Армо видел его впервые.
Тео схватил его руками, обливая голую кожу на груди слезами.
— Тише, зайчонок, мы здесь, — сорванным голосом зашептал альфа, прижимая человека к себе, и вышел из дома, оставив младшего разобраться сначала силой. — Что случилось?
Сразу ответить ему не могли. Тео задыхался, всхлипывая, и хватался за него пальцами. Армо мягко покачивал его на руках, прижимаясь губами к прохладному влажному лбу. Он уже забыл и о полнолунии, и о возбуждении. Был только омега и запах его страха. Была нужда утешить и приласкать свою пару.
Из дома доносились звуки драки, лай и безумное рычание. Должно быть, на утро окажется, что они разнесли всю мебель, но хоть бы стены остались стоять.
— Он вошёл... внутрь... — хлюпая носом, ответил омега. — Я совсем ничего не вижу в темноте, думал, это ты... или Дарри. Но у него не было запаха...
В ипостаси волка оборотни могут контролировать выделение запаха и феромонов. Это помогает спасаться от преследования охотниками, но без крайней надобности это запрещено. Тем более, чтобы пугать чужих омег.
Армо прижал уши, тряся хвостом, и понадеялся, что все клыки вторженца Дарри сложит на кучку.
— Зайчонок, — ласково прошептал альфа, отойдя подальше и присев на мокрую от росы траву. Усадив избранного на одно бедро, он взял его подбородок пальцами и поднял лицо, затем расцеловал солёные щеки. — Не плачь, мы рядом.
— Страшно, — прошептал человек и вздрогнул от раздавшегося неподалёку лая.
— Я знаю, мы не должны были тебя оставлять, — Армо вытер его лицо ладонью и прижал к своей шее, усиливая запах, чтобы успокоить. — Такого больше не произойдет.
— Где Дарри? — омега шмыгнул носом, зарывшись пальцами в его волосы на затылке и поглаживая влажную кожу.
— Отрывает обидчику хвост, я надеюсь, — усмехнулся альфа, покачивая маленькое тело на руках. — Не бойся, он скоро придёт.
Оборотень принюхался, улавливая смешанный запах крови, и владельца второй он тоже узнал. Эйнар — лис среди волков, почему-то больше всех он ненавидит людей и всегда рвётся убивать их первым. Ни Армо, ни Дарри никогда не убивали, но Эйнар в этом преуспел. Даже среди оборотней о нём ходит дурная слава, как о неконтролируемом.
Когда послышались крики, альфа закрыл ухо омеги ладонью, прижимая второе к своей груди. Он хотел, чтобы его омега больше не страдал, но не справился с этим, он снова боялся и снова плакал. А не должен был.
Через несколько минут Дарри нашёл их и, подойдя ближе, упал на брюхо, тяжело дыша. Облизав нос, он прижался им к лодыжке их мальчика, заскулив. Драка сбила с него возбуждение и спесь, теперь он мог себя контролировать.
— Что он хотел? — недовольно спросил старший приставленный.
— Поскандалить, — перекинувшись, ответил Дарри. Сев, он глубоко вдохнул, проверяя, смягчился ли запах омеги. Бровь и губа у него оказались разбитыми, на груди и плечах ещё кровоточили глубокие царапины и след от укуса. — Как ты, малыш? Он что-то с тобой сделал?
— Нет, — измученно покачал головой омега, закрыв опухшие от слёз глаза и сведя брови, образовывая складочку кожи, которую хотелось слизать. — Только напугал.
— Утром я пожалуюсь на него Хильмиру, пусть разберётся, — решил Армо, заправив волосы омеги за ухо.
В темноте, искупанный в лунном свете Тео выглядел как сказочный маленький эльф. Синяки под его глазами просветлели, острая угловатость понемногу сходила, и его формы становились здоровее. Вкуснее. Каждый день альфы замечали, как понемногу меняется их мальчик, поправляется и открывается. И они не могли позволить одному засранцу это испортить.
***
Утром Армо пришел к вожаку. Ещё издалека от их дома он ощутил терпкий густой запах Хильмира и его мужей. Они от полнолуния спасались по-другому. Дети играли у двора цветными камушками, и, увидев его, разулыбались и замахали хвостиками. Рана Юни уже подзатянулась, благодаря регенерации оборотней и уходу лекаря, но в тёмных почти чёрных глазках была грусть. Их родителей убили, и они не скоро с этим смогут смириться. Армо знает это по себе. Лину было проще, потому что он бойкий малыш. Альфа остановился у двери и громко постучал. В такое время нельзя было заходить в дом без разрешения, альфы защищали свою территорию и своих омег и вели себя агрессивно. Пришлось подождать, но он заметил, что запах Эйнара стал ближе. Видимо, решил, что без него разборки будут неполными. Армо дёрнул ушами, прислушиваясь, и, хищно прищурившись, рассмотрел приближающегося к нему парня. Эйнар расслабленно покачивал хвостом, сверкая на всю округу подбитым глазом. Голубая радужка была ярко высечена на красной, весь белок залит кровью, а от него исходил запах заметного раздражения. — Пришёл жаловаться папочке? — обнажив зубы в ухмылке, спросил оборотень. Сопляк. Армо цыкнул и снова постучал. — Может, между собой всё решим? Или у тебя лапы отвалятся? Ах, да, ты ведь у нас по силе что омега... — насмешливо прижав уши в притворном сочувствии, забрызгал ядом Эйнар. — А ты у нас по уму что двухлетний щенок, — Армо дёрнул хвостом, зная, что это провокация, но молча позволять себя унижать желания не было. — Я, может, ещё поумнею, но тебе уже сильнее не стать. Бедный Дарри, вынужден не только человеческую шкуру сторожить, но и твою. Недоальфа. Армо клацнул клыками, начиная злиться. Махнув хвостом, он сошёл с крыльца, свысока смотря на Эйнара, хотя тот был выше него. Немного старше Дарри, он был одним из самых ловких оборотней, Армо не было и шанса победить в драке с ним. Но слушать его оскорбления не было сил. Обратившись волком, он кинулся на Эйнара, но тот быстро увернулся и расхохотался. Армо зарычал, усиливая запах, и повторил выпад, но тот ухитрялся отскакивать а, приняв облик волка, бросился на него в ответ, саданув лапой по рёбрам. Завалив старшего альфу на землю, он принялся кусать его за слабые места — лапы, покрытые шрамами. Армо залаял, отталкивая его, но челюсти на его шкуре смыкались только крепче, разрывая толстую шкуру. — А ну прекратить! — рявкнул вожак, и Эйнар пружинисто отпрыгнул, вздыбив шерсть. — Что тут происходит? Вы пугаете щенков! Армо принял причеловеческую форму, злобно буравя взглядом молодого альфу. Руки болели от его укусов, особо глубокий на предплечье пульсировал болью. Альфа сел, придерживая рану рукой, и поднял взгляд на вожака. Мужчина помог ему встать и раздражённо взглянул на Эйнара. Этот оборотень был занозой в лапе мало ли не для всей стаи. Провокатор и манипулятор, но незаменимый воин. — А теперь спокойно объясните, что произошло? — Ночью он вошёл в дом и напугал нашего омегу, — выдохнул Армо, взмахнув хвостом. — Сдался мне он, я просто хотел посмотреть. Вы же сами оставили его одного, — Эйнар пожал плечами, хищно улыбаясь. — Всё равно, что приглашение. — Ты знаешь правила, в полнолуние нельзя приближаться к чужим домам, в которых живёт омега, — сурово свёл брови Хильмир. — Так-то к нашим омегам нельзя, а то человек. Им, по правилам, тоже нельзя в посёлке находиться, разве нет? — альфа прищурился, отвернув коричневые уши назад. — Он здесь временно, — Армо крепче прижал руку к ране, хотя кровь уже остановилась. — Временно? Насколько? Пора и честь знать, у меня нос болит, как он на улицу выходит, воняет на весь посёлок человечиной. И не я один недоволен... — Заткнись-ка, — перебил вожак, скрестив руки на груди. — Я дал разрешение, потому что их человек помог моим детям. Только по этой причине я сделал исключение. К тому же, он остаётся омегой, а их мы не трогаем, даже если они люди. Или ты недоволен моими указаниями? Эйнар дёрнул бровью, молча поджав губы. Попробуй сказать Хильмиру, что тебе что-то не нравится. Лапа у него тяжёлая. Эйнар взмахнул хвостом, раздражённо рыкнув, и решил уйти, пока цел. В драке против вожака уже ему ничего не светило. — Ты в порядке? — спросил вожак, смотря на Армо. — Да, — альфа поджал губы и тряхнул волосами, убрав ладонь от раны, он осмотрел рваные края. За сутки должно зажить. — Через несколько дней после полнолуния мы уйдём. Я и сам понимаю, что всем не нравится наш избранный. — Ты уверен, что этот человек — ваша пара? Подумай, действительно готовы ли вы уйти ради него. — Мы готовы на всё ради него, даже умереть, — кивнул альфа, увидев в глазах вожака что-то знакомое. Кажется, это была гордость.***
Больше они не оставляли Тео одного, как бы не было им трудно. Ночами они сидели у дома, дрожа от напряжения, что не могли выплеснуть. Для Дарри это было самым трудным полнолунием из всех за всю его жизнь. С подросткового возраста он справлялся с этим, а теперь, когда не мог, сходил с ума. Армо, расстроенный произошедшим, всё время погружался в мысли, пытаясь придумать, куда им податься. Никакие другие стаи не примут человека, а люди не примут оборотней. По всему выходило так, что нигде не было места, в которое можно было приткнуться. Но время истекало, уходить было необходимо. — У Армо снова болят лапы? После полнолуния он снова повёл омегу в лес, но его глаза устали, и он сидел привалившись к его груди плечом, вплетая в свои волосы цветы. Он быстро учился, но видел плохо, а потому выходило всё у него недостаточно аккуратно. Альфы находили это милым и во всём ему помогали. Даже фыркать Тео стал меньше, ощущая их заботу и защиту. — Нет, зайчонок, а что такое? — Тогда почему он странно себя ведёт? — задумчиво покручивая в пальцах розовый цветочек спросил омега. Подняв лицо, он прищурился и ткнул его за ухо альфы, улыбнувшись краешками рта. — Что-то снова случилось? — Случилось, — Кивнул Дарри, прижав уши, и пролезая большим пальцем под рубашку омеги и поглаживая им его бок. Тоненькая кожа покрылась мурашками. — Нам нужно уходить из посёлка. Армо пытается придумать, как нам жить дальше. — Зачем нам уходить? — Ты человек, оборотням нельзя приводить людей в посёлок. — Я помню, — кивнул омега, положив голову на его плечо и вытянув свои бледные ноги. Загар к нему совсем не цеплялся, кожа только розовела. — Тогда зачем вам уходить? Я уйду сам. — Ты хочешь нас бросить? — Дарри жалостливо свёл брови и заправил волосы за его ухо. — Бросить? — удивился Тео. — Мы хотим быть с тобой больше, чем жить с остальными оборотнями, — альфа прижался щекой к волосам омеги, прикрыв глаза. — Ты должен запомнить: ты для нас самое дорогое и мы тебя не оставим. Даже не думай, что мы можем тебя бросить одного. Человек прикрыл глаза и чуть улыбнулся, расслабившись в объятиях альфы. Когда он задремал, грозно сведя брови, Дарри улыбнулся, откинув волосы с белыми васильками за его плечи, и погладил по шее. Ему хотелось сказать, что они с Армо любят его, и поэтому хотят его оберегать. Но старший приставленный не одобрял этого рвения, говорил, что ещё рано. Младший альфа не понимал, как может быть рано для любви, но молчал, потому что Армо умнее, а Тео — особенный. У волков отношения завязывались быстро, они просто выбирали друг друга, у людей существовал период «притирки», и он длился у каждого по-разному. Так ему сказал Армо. Не спешить было тяжело, потому что с каждым днём он хотел всё больше, а омега разрешал им понемногу. Немного поцелуев и поглаживаний. Этого было слишком мало, чтобы Дарри мог насытиться и показать свои чувства к своему омеге. — Дремлете? — прошептал Армо, подкравшись сзади. Дарри так задумался, что не учуял его запаха. Прижав уши, он довольно улыбнулся и повилял хвостом. — Он такой очаровательный, — старший альфа сел рядом, перебирая серебристые волосы и переплетая тоненькие косички. — Но всё равно хмурится, — тихо ответил младший альфа, кивнув на складочку меж бровей. — У нас мальчик с характером, — хмыкнул Армо, поцеловав омегу в макушку. — С наглостью. — Я с этой наглостью тебе уши-то откручу, — совсем не угрожающе сказал Тео, откинув голову назад и сурово смотря на альф снизу вверх. Оборотни засмеялись. Армо взял его лицо в ладони и прижался к бледному лбу губами. — Тео, малыш, — ласково то ли порыкивая, то ли урча, позвал старший альфа. — Мы отправимся с тобой куда захочешь. — В путешествие? — Ты хочешь в путешествие? — Дарри удивлённо вскинул брови. — Мы можем попробовать поискать для себя дом, — Тео пожал плечами. Взявшись за шею младшего альфы, он встал на ноги и откинул назад волосы, что сверкнули на солнце, как зеркальце. Глядя на оборотней сверху вниз, он улыбнулся. — А если не существует места, где мы сможем остаться, мы создадим его сами. Дарри удивлённо моргнул и опустил взгляд на своего старшего. Тот приоткрыл рот, не сводя взгляда с омеги. — Ты останешься с нами? — с надеждой уточнил Армо, завиляв хвостом. — Так вы же меня никуда не пускаете, — хмуро отмахнулся омега, будто его спросили о самой очевидной вещи в мире. Дарри засмеялся и опустил ладонь на руку Армо, сжав её, может, даже слишком сильно, от избытка чувств. Их омега признал их. В своем духе, но он согласился, чтобы они были с ним.
Примечания:
Спасибо за все ваши отзывы, это очень вдохновляет. ( ˘ ³˘)♥
