Вычурные похождения ВасВаса. Часть 3: «Богатыри земли русской».

СССР, город Москва | 1980 г.

      Васильев и Никитин покинули остальных, устроившись на балконе. Тесный балкон, заваленный каким-то хламом, как раз-таки мог вместить именно двух людей. Васько долго-долго курил, смакуя каждый вдох табачного дыма. Акакий стоял рядом и с вдохновенным выражением смотрел вдаль. На лице у того была пара пластырей, закрывающих свежие раны. Видно не было, но и у ВасВаса была перевязана рука, а вот дырку на пиджаке он самостоятельно зашил. Никитин всё не решался заговорить, пока Васько сам не подал голос:       — И с чего ты решил с нами ехать?       Акакий опёрся о балкон и немного стеснительно пояснил:       — Это мой долг. Вы спасли меня от этого проклятья. И я должен вам отплатить. Тем более… я не могу смириться с тем, что я натворил в твоей школе.       Брюнет проницательно посмотрел на сверстника, но, как ни странно, решил ничего не говорить по этому поводу.       — И это не только из-за совести. Я сразу увидел, что твоя мать, Ольга Васильевна, очень хороший человек. Я бы не хотел допустить её смерти. Если я могу помочь, я помогу.       — Как ты встретил Базарова? — неожиданно спросил Васько, поднося «Беломор» ко рту.       — Я… я путешествовал с друзьями. Мы отправились в поход вдоль Ангары. Несколько дней были в пути. Нам всё нравилось. И мне было хорошо. Редко кто зовёт меня с собой… Жаль, что по пути нам попался Он. Базаров зовёт себя «граф». Он пришёл именно за мной… Я снова стал причиной чужих страданий. А потом он дал мне этот гриб… Я не мог… — он стал нервно перебирать пальцами, — …не мог даже противиться. И после всё в тумане. Я бы хотел искупить все грехи, совершённые мной.       — Гм… — Васильев щелчком отправил бычок в полёт и тоже задумчиво уставился в небо. — Скорее всего нам предстоит столкнуться со смертельной опасностью.       — Я понимаю. И я готов. Блин… моя семья, наверное, уже объявила меня пропавшим. Стоит написать им письмо.       — Мы не знаем о местоположении и возможностях Динара. Вдруг он перехватит письмо? Твоя семья станет заложниками или жертвами, — цинично сказал ВасВас.       — Я… не подумал, — склонил голову Акакий.       — Эй, вонючки! — громко гаркнул Василий Васильевич, показавшись на пороге.       — Врач приехал? — сухо спросил Васько.       — Да! Этой мой старый друг. По секрету скажу, нас с ним связывает одно тайное общество… — старик прикрыл рот рукой. — Потому он легко присмотрит за Олей, пока нас не будет.       Брюнет удовлетворённо кивнул и двинулся обратно в квартиру. Никитин проследовал за ним. Ольга уже очнулась и рассеянными глазами осматривалась вокруг. При виде сына, она радостно улыбнулась, но было видно, как она сейчас слаба. Васько ничего не сказал и сел в кресло, скрывшись под картузом. Васильич же присел у постели больной и взял дочь за руку.       — Как состояние, Оля? — мягко спросил он.       — Ты спрашивал это минуту назад, папа, — он рассмеялась.       — Тебя покормить? Давай. Тебе нужны силы.       Василий Васильевич взял в руки тарелку тёплой каши, только принесённой Ахмедом, и первая полная ложка отправилась Ольге прямо в рот. Она с удовольствием её проглотила, почему-то задумалась, а потом спросила:       — А кто это готовил?       — Вкусно? — ухмыльнулся старик. — Я! Конечно, я.       — Ты её пересолил, папа! — надула губки Оля.       — Что? — встревоженно переспросил Васильич. — Так э-это Ахмед готовил… Ахмед, а не я!       — Вы меня звали, Василий Васильевич? — с акцентом раздалось из кухни.       — Нет! — ответил тот и виновато посмотрел на дочь. Та лучезарно улыбалась, ожидая новой ложки.       Не желая слушать сюсюканья деда и матери, ВасВас заговорил, изначально посмотрев на Акакия, а потом и на Васильича:       — Так где нам искать Динара Базарова? Все зацепки пока ведут к реке Ангара, в город Иркутск.       — Скорее всего, — посерьёзнел старик. — Рано или поздно я получу более точную информацию с помощью своего фамильяра. Но ждать нам нельзя.       — Акакий, — обратился к тому Васько. — Ты можешь сейчас же проверить расписание поездов? Мы возьмём тот, что на вечер.       — Понял, — кивнул каштановолосый и поспешно удалился. Скоро входная дверь хлопнула, и Никитин скрылся.       Васько расслабленно откинулся на спинку кресла. В комнате наконец показался врач — сорокалетний мужчина, по виду очень опытный. Он подменил Василия Васильевича у постели и приступил к осмотру пациентки. А старик позвал юношу за собой на кухню.       — Васько, — обратился к нему Ахмед, когда тот пришёл. — Ты, наверное, заметил, что наши фамильяры носят имена. Пора и твоему фамильяру получить имя.       — И как же? — скептически спросил брюнет.       — Согласно славянской мифологии, фамильяры получают имена в честь Богов или персонажей. Каждый фамильяр олицетворяет тот или иной вечный образ. Все вечные образы некогда были перенесены славянами в мифы. За это утро я освежил свою память и понял, что у тебя за фамильяр.       — Ну и?       — Покажи его.       Тяжело вздохнув, Васько послал мысленный сигнал. Его тело покрылось полупрозрачной кольчугой. На грудь ему упала белоснежная борода. На голове у него сверкнул богатырский шлем. Сложив мускулистые руки крест-накрест, фамильяр завис в воздухе. Из-под густых бровей сверкали яростные глаза. Мухаббат удовлетворительно кивнул.       — Посмотри на него. Настоящий богатырь! Но это не обычный богатырь, а сильнейших из всех. Про него говорят: «Выше леса стоячего, ниже облака ходячего». Мать — Сыра земля еле выносит его. Твой фамильяр, Васько — это 「Святогор」, былинный богатырь-великан!       — Понятно, — брюнет посмотрел на призрака.       「Святогор」 и правда был великаном. Исполинский рост, широченные плечи, гигантские кулаки — всё в этом фамильяре кричало о силе. Васько очень повезло. Однако он не был уверен, что удача вечно будет благоволить ему. Когда-нибудь и на его пути встанет противник с большей силой…

***

Имя фамильяра: 「Святогор」 Имя владельца: Васько Васильев Сила: α Скорость: α Охват: γ Стойкость: α Чувствительность: α Потенциал: α Способности: 「Святогор」 необычайно сильный дух, который физически превосходит большинство остальных фамильяров. Из-за боевого характера Васько 「Святогор」 всегда бьётся на пределе своих возможностей, не давая врагам и шанса.

***

СССР, где-то в Иркутской области | 1980 г.

      Свет еле-еле просачивался сквозь отверстия в дощатых стенах. Мистический сизый туман стелился по полу, вздрагивая от каждого движения. Под тяжёлыми шагами пол жалобно заскрипел. С прямой спиной и высоко задранным подбородком. По помещению шёл блондин. Своё бледное тело он скрывал одним лишь плащом. Но из-за недостатка света человек практически полностью был невидим. Блондин остановился на пороге, перед самой полосой света, проникающей сквозь открытую дверь. Его жёлтые, нечеловеческие глаза устремились наружу, где на крыльце замерли его гости. Стоило этому колючему взгляду упасть на них, как они тут же съёжились и почувствовали смертельный холод. С их губ начали срываться струйки пара. Недолго блондин смотрел на них. Он поднял длиннопалую руку и протянул к её к пришельцам, вопрошая:       — Вам удалось собрать их?       Его влажный голос оглушил обоих и заставил их тела обмякнуть. Они не сразу смогли ответить. Речь блондина пьянила, как воздушный спирт.       — Граф Базаров… — произнесла приземистая старуха, опирающаяся на кривую самодельную клюку. — Мы сделали, как вы просили. Десяток воинов в вашем распоряжении. Первый и самый молодой из них уже в столице.       — Замечательно, — с лёгкой улыбкой выговорил Динар. — Однако я узнал, что Васильевы уже в пути. Значит, юнец не оправдал ожиданий, — услышав это, старуха скукожилась от страха. — Пусть следующая остановка станет для них последней. Понятно?       — Мой граф, — уверенно заговорил второй гость, крупный мужчина в капюшоне, — позвольте мне расправиться с ними. Моих сил будет достаточно.       Базаров предостерегающе покачал пальцем и всё тем же плавным тоном ответил:       — Нет, Бутусов. Ты должен находиться здесь. Ты слишком ценен для меня, а я точно не знаю, каких фамильяров имеют Васильевы. Пусть с ними разберутся наши «боги».       — Как вам будет угодно, — Бутусов поклонился и умолк.       — Я больше не собираюсь рисковать попусту, — произнёс граф. — Последний раз… я был ослаблен. Я не имел тела. И если бы… я не смог овладеть этим телом, — он медленно провёл рукой от шеи до голой груди, — я бы так и остался на дне! С телом я получил и новую силу. Фамильяр. Но это дало силу и потомкам Вассиана. Монета о двух сторонах. Их нужно уничтожить раз и навсегда.       Базаров сжал кулак, и поверх того показалась призрачная рука. В полутьме её почти нельзя было разглядеть. Блондин пошевелил ей, как бы проверяя работоспособность. А потом незаметно от глаз гостей он резко пропал. Место, где он стоял, быстро затянулось туманом, и тот стал медленно течь наружу. Старуха сглотнула, но на лице у неё возникла безумная улыбка. «Ужасен, ужасен и так силён! Графу Базарову нет равных!»

***

СССР, Владимирская область | 1980 г.

      Поезд привычно трясло. Монотонный стук колёс и начинающиеся сумерки за окном усыпляли. Васько, закинув руки за голову, улёгся на верхней койке и о чём-то размышлял. Акакий, кажется, уже спал. А внизу, разложив географическую карту, над столом склонились Ахмед и Васильич. Старик что-то проверял, что-то записывал, пока его друг вёл пальцем по карте, примерно строя маршрут. Тусклый фонарик на кровати освещал им стол.       — Значит, пересядем в Зеленодольске, — уверенно сказал Василий Васильевич. — С этим решено. Оттуда ещё три дня пути. Прямо как на войне — план делаем! — он улыбнулся и отпил из кружки.       — Василий Васильевич, — обратился Мухаббат, — почему вы всегда так весело говорите о войне? Разве это не было ужасное время?       — У всех война была разная, — загадочной усмехнулся старик.       — Ох… Ладно.       Внезапно на пороге их купе показался незнакомец. Оба мужчины нахмурились и настороженно посмотрели в его сторону. Какой-то белобрысый юнец бесстыдно заглянул в купе. Поймав на себе сердитые взгляды, он ойкнул.       — Прошу прощения! — громко заговорил он, прогоняя дрёму Васько. — А вы… не знаете, где туалет?       Ахмед и Васильич переглянулись. Ничего подозрительного в этом мужчине они не видели, так что быстро успокоились. Ахмед показал в нужную сторону и сказал:       — Вон там. Прямо.       — Благодарю! — выкрикнул белобрысый и скрылся.       Мужчины вновь нависли над картой. Глаза у обоих уже слипались, голова начинала болеть. Тикающие на руке старика часы показывали одиннадцать вечера. В какой-то момент Ахмед не выдержал и решил-таки дать себе возможность отдохнуть. Он извинился перед Василием Васильевичем и вышел из купе. Пустой коридор вагона был призрачно-синим под светом луны. Такая атмосфера нравилась романтичному Мухаббату. Он мечтательно посмотрел в окно, где проносились тёмные силуэты деревьев, и неспешным шагом пошёл к туалету. Белобрысого больше не было видно, так что мудрец уверенно зашёл внутрь и принялся справлять нужду. Испытав божественное облегчение, Ахмед смыл за собой и стал медленно мыть руки. Пока он это делал и ничего не предвещало беды, он вдруг услышал стеклянный звон снаружи. Казалось, кто-то разбил окно, ибо за первым звуком последовал второй — продолжительный вой ветра. «Что там такое? — Ахмед начал волноваться. — Надеюсь, это не очередной фамильяр.» Быстро обтерев руки о халат, Мухаббат открыл дверь и выскочил наружу. Каково же было его удивление, когда снаружи не оказалось ни пола, ни стен. Часть вагона попросту отсутствовала, и не ожидавший такого Ахмед резко вылетел вон — за пределы поезда. Тюбетейка узбека улетела прочь. Земля стала стремительно приближаться, а поезд — уезжать всё дальше. «Вот же напасть! — воскликнул про себя Ахмед. — Как… как такое произошло? Сейчас меня расплющит!» И прежде, чем твёрдая почва достигла его, мужчина сложил руки крестом и громко позвал:       — 「Жар-птица」!       В мгновение ока над ним вспыхнули огненные крылья и мощным движением оттолкнулись от воздуха, поднимая хозяина вверх. Фамильяр подбросил Ахмеда над крышей движущегося поезда и резко опустил. Золотые лапы впились когтями в металл и остановили человека на месте. Он сразу пригнулся, чтобы ветер не сдул его наземь и оглянулся. Ахмеду очень повезло, ведь он приземлился практически в самом хвосте поезда. Благо, 「Жар-птица」 могла некоторое время летать с грузом вроде человека, пусть и не слишком быстро. Подставив руку встречному ветру, мудрец поймал ранее утерянную тюбетейку и вернул ту на голову. «Что это было? Это точно дело рук чьего-то фамильяра! — спешно думал Мухаббат. — Он хотел избавиться от меня, а сейчас… сейчас он наверняка двигается к нашему купе!» Спохватившись, Ахмед сорвался с места и побежал вперёд, обратно к пострадавшему вагону.       — Я был прав. Птица создана летать, — знакомый голос заставил узбека остановиться после первого же прыжка с вагона на вагон.       Он оглянулся на источник и увидел того самого юнца из поезда. Белобрысый замер за спиной Ахмеда, присев на краю одного из вагонов. В лунном свете его можно было куда лучше рассмотреть. В первую очередь его выделяли стоячие окрашенные волосы и бритые виски. В ушах у него блестели крупные серьги. На плечи чужака была накинута необычная косуха — с обрезанными по плечо рукавами, что давало человеку возможность продемонстрировать крепкие мышцы рук. А когда тот встал в полный рост, стали видны чёрные брюки-клёш. Встав в эпатажную боевую стойку, представший перед Ахмедом панк изрёк:       — Я слышал про твою силу! Я знал, что открытое пространство — твоя территория, поэтому и вызываю тебя на дуэль здесь!       「Жар-птица」 взмыла над узбеком, а тот мрачно нахмурил брови и сложил руки. Уже догадываясь об ответе, он хладнокровно спросил:       — Кто ты такой?       — Не представился, — наиграно виновато улыбнулся панк. — Перед тобой Иван Польстер! Я немец и был прислан сам знаешь кем. Готов ли ты сразиться?       Педантично осматривая белобрысого, Ахмед отрывисто произнёс:       — Го-тов.       Тогда Польстер весело хлопнул в ладоши, выкрикнул воодушевлённое немецкое «Ja ja!» и занёс руку за спину. Совершив манерный выпад, он резко выставил вперёд продолговатый предмет — двухпудовый меч, заключённый в клёпаных ножнах.       — Тогда позволь представить моего фамильяра! 「Меч-кладенец」 — олицетворение мифического клинка, способного резать любой материал!

***

Имя фамильяра: 「Меч-кладенец」 Имя владельца: Иван Польстер Сила: γ Скорость: α Охват: γ Стойкость: β Чувствительность: β Потенциал: γ Способности: Фамильяр в виде предмета является старинным клинком, способным резать всё, что угодно. Несмотря на такую смертоносную силу оружия, управлять им может только самый талантливый мечник, коим и является Иван Польстер.

***

      Ахмед всю жизнь пытался жить правильно. Он был воспитан и образован. Он всегда придерживался принципов, которые были сформированы в нём ещё в детстве. Пожалуй, он был доволен собой. Но когда в душе человека наступает покой, он начинает замечать хаос вокруг. И Ахмед не стал исключением. Он стал замечать людей, совершенно отличных от него. Он не считал их плохими или злыми, — он думал, что они ошибались. Потому Мухаббат стремился брать на себя роль учителя, наставляя заплутавшие души на путь, который он считал истинным.       Ныне на крыше поезда, стремительно двигающегося вдоль лесополосы, стоя в опасной близости от краёв вагона, Ахмед Мухаббат видел перед собой запутавшегося человека, которому одна ошибка стоила всей его личности. «Он — очередная марионетка Базарова. Наверняка он попался, как Акакий. Не думаю, что стоит ему вредить. Мы сможем спасти его!»       Иван Польстер стал уверенными широкими шагами сокращать расстояние до Ахмеда. Зацепив ремень ножен за руку, он дважды прокрутил те вокруг своей оси и изворотливо выхватил меч. 「Меч-кладенец」 упал ему в ладонь, как влитой. Оставив ножны на плече, белобрысый расставил ноги и поднял клинок над головой, указывая острым концом на Ахмеда.       — Я дам тебе фору. Нападай! — нетерпеливо воскликнул он.       — Я вижу ты слишком самоуверен, — покачал головой мудрец. — Думаешь, так легко можно победить мою 「Жар-птицу」? Посмотри, — он указал на небо над их головами. — Видишь? Вот облако закрывает луну. Я одержу победу прежде, чем её свет снова упадёт на нас.       — Как скажешь, — со смешком сказал Польстер.       Тут призрачная птица облетела хозяина и вырвалась вперёд, летя прямо на врага. За пару метров до него она резко остановилась, согнув крылья и издала пронзительный крик. «Легко, — думал Ахмед. — Я просто расплавлю меч этого панка. Ему будет очень-очень больно. Но так его душа будет спасена наиболее быстрым образом.» Из раскрытого клюва птицы вырвался поток горячего пламени. В отсутствии луны яркий свет от фамильяра осветил пространство на добрую дюжину метров, как днём. Жаркое пламя направилось прямо на немца.       — Пф! — вырвалось у того.       Иван Польстер ловко прокрутил меч в одной руке и выставил перед собой ровно в тот момент, когда пламя было ближе всего. Стальное лезвие сверкнуло под огнём и скрылось за горячими рыжими языками. 「Жар-птица」 сомкнула клюв и надменно глянула на противника. Огонь начал рассеиваться, и Ахмед не без удивления увидел, как пламя и дрожащее марево вокруг него, разделившись на две части, обтекали тело Польстера и улетали к концу поезда. Меч, который он выставил перед собой, даже не нагрелся. Уловив реакцию мудреца, Иван по-детски рассмеялся и заговорил с нотками надменности:       — Я же сказал: мой клинок может резать всё что угодно. Даже огонь! Нет ничего, что остановило бы 「Меч-кладенец」!       «Это и правда так?! — вскинул брови Ахмед. — Очень опасная способность. С этим врагом мне придётся попотеть.» Не успел он и глазом моргнуть, как Польстер сорвался с места и одним прыжком достиг 「Жар-птицы」. Меч в его руках внезапно приобрёл бешеную скорость. Даже со своей позиции Ахмед слышал, как пронзительно свистит воздух, рассекаемый клинком. Осознавая всю угрозу, мудрец мысленно приказал фамильяру отступить. Но птица не успел вовремя увернуться. Заострённая сталь успела несколько раз коснуться оперенья, и Ахмед ощутил жгучую боль в груди. На теле его фамильяра остались порезы. В воздух взмыло несколько обрезанных перьев и бесследно сгорели. Наконец 「Жар-птица」 отдалилась от врага на достаточно безопасное расстояние. Белобрысый панк манерно, но аккуратно, вытер лезвие 「Меча-кладенца」 о штанину и вновь принял боевую стойку, насмешливо смотря на Мухаббата.       — Ты хороший мечник, — заметил Ахмед, чуть хмурясь от боли в груди. — Но если ты отразил мою первую атаку, это не значит, что последующие будут такими же. Я могу управлять огнём, как захочу. И если не стоит атаковать в лоб, я атакую по-другому!       Мудрец выставил руки вперёд и те, подобно его фамильяру, тоже покрылись огнём. Ахмед совершил пару выразительных пасов, и 「Жар-птица」 повторила за ним своими крыльями. После чего пламя возникло прямо перед ней и образовало плотные огненные шары. Но Иван продолжал гордо смотреть на это всё, думая, когда же ему вновь представиться возможность показать своё мастерство. Шары огня по команде Ахмеда резко сорвались с места и полетели во врага, но не по прямой, а по дуге. Два шара приближались к нему с двух сторон с одинаково высокой скоростью. И пока противник отвлекался на эту атаку, Мухаббат и 「Жар-птица」 кинулись вперёд, чтобы добить панка.       — Ты узко мыслишь, — внезапно заявил Польстер, кажется, даже не собираясь блокировать атаку. — Чтобы всегда иметь шансы на победу, надо использовать окружающее пространство. А ты совсем забыл… что мы сражаемся на движущемся поезде!       Тут Иван Польстер, расставив руки, подпрыгнул вверх, и крыша поезда тут же ушла у него из под ног. Пара вагонов быстро пронеслась вперёд, оставив под ним только голые рельсы. Иван упал, пропав из виду и оставив Ахмеда в сильном недоумении. Его огненные снаряды врезались друг в друга и озарили всё вокруг, будто молния. «Что?! — не мог понять Мухаббат. — Не пожелал умереть от моей руки и решил сам себя прикончить? Точно нет! Что за хитрость он придумал? Я не могу даже предположить следующий ход этого панка!»       Мудрец остался стоять на месте, беспокойно оглядываясь по сторонам и ожидая подвоха отовсюду. Всё вокруг было тихо. Только поезд привычно стучал по рельсам и раздвигал потоки воздуха перед собой. 「Жар-птица」 прикрыла Ахмеда своими крыльями и тоже смотрела по сторонам, испуская свет из глаз, словно из фар. Напряжённый мудрец сразу обратил внимание, когда нечто пронеслось на границе его поля зрения. Сперва могло показаться, что это была птица, однако Ахмед знал, что ни комар, ни птица не летают быстрее поезда. Он резко обернулся. Теперь он видел ясно. По небу невероятным образом летел сам фамильяр в виде меча и тащил за собой Ивана Польстера, который ухватился за рукоятку. Жизнерадостно улыбаясь, белобрысый приземлился на поезд через вагон от Ахмеда и убрал 「Меч-кладенец」 в ножны.       — Мой самосек всё-таки фамильяр, — оскалился панк. — Он может и летать, таща меня за собой. Твой фамильяр сам животное — большой и сложный. А мой, к счастью, нет.       — Хороший ход, — прокомментировал Мухаббат, — но не победный. Твоя смекалка достойна уважения. Поэтому я подарю тебе быструю смерть. 「Жар-птица」!       «Если скажу, что убью его, он будет думать, что я не сдерживаюсь, — решил Ахмед. — Тогда я быстро его измотаю, хотя и буду пытаться всего лишь вырубить его. Давление на его психику поможет мне!» Он направил огненную птицу прямо на врага. Та взмахнула крыльями со всей силы и полетела вперёд. Воздушный поток ударил в лицо Ахмеду и встрепенул его одежды. Тюбетейку вновь чуть не унесло. Раскрыв когтистые лапы, фамильяр обрушился на Польстера, надеясь прикончить его одним ударом.       — Бесполе-е-езно! — пропел тот и обнажил меч.       Его рука двигалась поразительно быстро. Не успел Мухаббат заставить птицу уклониться, как из его правого плеча брызнула кровь. 「Жар-птица」 пронеслась мимо Польстера, так и не нанеся ему вреда, и спикировала за поезд, скрываясь от дальнейших атак.       — Ещё чуть-чуть и я бы поразил тебя в шею! — злобно улыбнулся панк. — Впрочем, я устал. Твой фамильяр малоинтересен. Давай закончим всё здесь и сейчас.       — Как скажешь! — воинственно прокричал Ахмед, твёрдым пальцем указывая на Ивана. — Давай! Попробуй!       Огненная птица вернулась к нему и села на плечи. Теперь со стороны казалось, что Ахмед — ангел с собственными крыльями. Не долго думая, и он, и Польстер побежали навстречу друг другу. Уже на ходу мудрец начал рисовать в воздухе огненный узор. Оба одновременно прыгнули на один вагон. Им хватило пары широких шагов, чтобы оказаться лицо к лицу. Самодовольный Иван умело размахнулся и сделал стремительный выпад вперёд. Что бы ни было на пути острия его оружия, оно преодолело бы всё. Не успел Ахмед завершить свой ритуал, как 「Меч-кладенец」 упёрся ему в грудь. Мудрец лишь испуганно ахнул.       — Я был рад сражаться с тобой, Ахмед, — сказал Польстер напоследок. — Ты даже…       Внезапно он умолк и впервые за время боя нахмурился, перестав улыбаться. В ответ ему усмехнулся узбек, весело спрашивая:       — Что такое?       Белобрысый, находясь в ступоре смотрел на то, как лезвие его непобедимого меча упирается в грудь врага, прорезав халат, и даже не думает двигаться дальше.       — Почему?.. — напряжённо спросил Иван. — Почему твоя грудь ещё цела? Почему кровь не хлещет из неё фонтаном? Почему мой меч стоит на месте?!       — Ха! — вырвалось у Ахмеда.       Грубый удар птичьей лапы повалил Польстера наземь. Не давая врагу и шанса, Мухаббат наступил ему на грудь и приблизил к его лицу один свой палец, на конце которого шевелился горячий огонёк.       — Не двигайся, если хочешь жить. Убери свой меч и сдайся, — угрожающе сказал узбек.       — Ч-чего? Но как ты это сделал? — шокировано смотрел на того Польстер.       — Всё просто, — второй рукой он залез под свой халат. — Когда я атаковал тебя до этого, я и не думал тебя бить. Я специально подставился под удар, чтобы незаметно взять это, — он показал панку его собственные клёпанные ножны. — Ты говоришь, что твой 「Меч-кладенец」 режет всё. Однако ты хранишь его в ножнах. Значит, ножны он не может порезать! Именно поэтому мой фамильяр сорвал их с твоего плеча, а потом я незаметно, прикрывшись огнём, спрятал их под свой халат. Так я и победил тебя!       Выслушав Ахмеда, немец вздохнул и закрыл глаза. Совсем печально он произнёс:       — Ясно. Значит, я проиграл. Был не слишком внимателен. Убей меня. Убей меня, пока я сам не умер от стыда!       — О-о-о! Ты думаешь о чести даже в таком состоянии! Это похвально!       — О чём ты?       — Ты одурманен Базаровым и его колдовством. Дрался не ты — не истинный ты. Я отведу тебя к Василию Васильевичу, и он изгонит из тебя всю нечисть. А сейчас… прости.       Даже не дав панку время ответить, 「Жар-птица」 ещё раз ударила его — по голове. Чувства покинули Польстера, и он оказался в полном распоряжении Ахмеда. И 「Меч-кладенец」, и ножны испарились. «Ещё одна душа спасена,» — удовлетворённо подумал мудрец. Взяв бывшего соперника под руки, Мухаббат стал двигаться по крыше по направлению к вагону, где было его купе. Луна вышла из-за облака, и лунный свет вновь осветил поезд. В ночной тиши раздался оглушительный вопль Василия Васильевича:       — О Боже! Почему в вагоне дыра?!

***

СССР, город Муром | 1980 г.

      Поезд пришлось принудительно остановить в Муроме, когда обнаружилась огромная дыра в вагоне напротив двери в туалет одного из вагонов. Никто из пассажиров не мог даже предположить, как это случилось, кроме тихой компании мужчин крепкого телосложения, собравшихся в маленьком купе. Из-за нового попутчика в виде Ивана Польстера им пришлось потесниться. Василий Васильевич обнаружил в нём грибную заразу ещё ночью и изгнал её тогда же. Но белобрысый всё не спешил просыпаться. Дед во всём винил небрежность Ахмеда, а тот уверял всех, что обошёлся с врагом очень аккуратно. Васько скрылся от шума в тамбуре, где он неспешно курил в окно. Работники железнодорожной станции тем временем приняли решение отцепить пострадавший вагон и присоединить к поезду другой, целый. Однако на это требовалось много времени. Большинство пассажиров разбрелось по ближайшим от станции магазинам, поэтому мало кто услышал короткий визг из одного купе.       — А-а-а! Только не волосы! Не ешь волосы! — кричал Польстер, лежавший на кровати, так и не размыкая глаз.       Ахмед подскочил к тому и пару раз шлёпнул по щекам. В конце концов немец поднял веки и стал непонимающими глазами разглядывать купе.       — Так ты просто спал?! — возмутился мудрец.       — А… ну… наверное, — растерянно пожал плечами Иван, резко поднялся и тут же стукнулся свежей шишкой о верхнюю койку. — У-у-уй!       — Прости, — сказал Ахмед. — По-другому нельзя было тебя успокоить.       — У-у-у… — скорчив рожу, Польстер нащупал шишку и ещё раз ойкнул. — Я.. я где?       — Всё на том же поезде, — отозвался Василий Васильевич. — Твой разум было порабощён Динаром Базаровым. Теперь ты свободен.       — Ах он сука… — выругался панк. — А я ему поверил!       — Поверил? — переспросил Ахмед.       — Он тоже застал тебя врасплох? — спросил Акакий, свешиваясь с верхней полки.       — М-м-м… не совсем. У нас была сделка, — белобрысый стал чуть более серьёзный и опустил ноги на пол, садясь. — Как бы вам сказать… Лет пять назад у меня была сестра. Моя милая сестра Маша… — лицо Польстера заметно погрустнело, и все стали вдумчиво слушать. — Я любил свою сестру. А разве есть на свете человек, который не будет любить свою сестру? И однажды она ушла гулять с подругой. Наша семья жила в деревне, где все доверяли друг другу. И видимо… зря, — голос Польстера дрогнул. — По дороге они встретили неизвестного мужчину. Шёл дождь, а этот мужчина оставался абсолютно сухим… Он напал на Машу и её подругу. Последнюю он тут же убил, а Машу… Вот же конченный гавнюк! Он надругался над ней, а потом покалечил! Маша выжила, но уже через два дня её организм не выдержал… Тц… Но она успела рассказать, что тот гавнюк был уродом, — у него было по четыре пальца на руках. Как бы я хотел оторвать ему все эти пальцы и засунуть в глотку! — Иван перевёл дыхание и продолжил чуть спокойнее. — Я всю жизнь обладал силой, скрытой от других. И он, вероятно, тоже ей обладает. Базаров обещал мне, что приведёт меня к четырёхпалому и я смогу отомстить, если буду работать на него. Все эти годы я искал его. Но вместо того, чтобы сдержать слово, Базаров… надурил меня.       Он драматично замолчал, опустив голову. Ахмед дружелюбно похлопал того по плечу, а Василий Васильевич перехватил инициативу ораторства на себя.       — Да-а-а, он тот ещё ублюдок. Думает, что ему всё позволено! Из-за этого Динара умирает моя дочь. Я прекрасно тебя понимаю. Мы хотим убить Базарова!       — Да? — встрепенулся Польстер. — Возможно, поехав с вами, я отыщу-таки убийцу сестры. Или хотя бы выпытаю у Базарова, что ему известно.       — Если хочешь! — воскликнул старик.       — Я поклялся. Душа моей сестры не успокоится, пока её убийца не ответит за содеянное своей жизнью! Я с вами!       Иван уверенно протянул мускулистую руку, и её встретило крепкое рукопожатие руки деда. Послышалось, как скрипят их мышцы, но мужчины вполне по-дружески смотрели друг на друга. В этот момент в купе вошёл Васько и, посмотрев на всё происходящее с долей скептицизма, огрызнулся:       — Чего разорались?       — Васько! — обернулся к нему дед. — Сколько ещё этот чёртов поезд будет стоять?       При словах о поезде, Польстер невинно отвернулся и стал внимательно изучать муху, ползущую по оконному стеклу.       — Часа два так точно, — мрачно сказал Васильев-младший.       — Тогда мы с Ахмедом отойдём. Надо кое-что найти.       — Эй! — встрял Польстер. — Мне тоже надо! Ума не приложу, почему, но из-за фокусов Базарова я пустился в путь без средств личной гигиены!       ВасВас устало кивнул и сел. Уже скоро Васильич, Иван и Ахмед покинули купе. Решив насладиться наступившей тишиной, брюнет достал из сумки книгу и погрузился в чтение. Акакий понял, что он снова остался наедине с самим собой. «Нужно стать с ними ближе. Они добрые люди. Они меня понимают. Всю жизнь держаться вдали от общества из-за способностей, о которых он даже не просил — не лучшая судьба…»       Пока каждый из компании занимался своими делами, на перроне показался неизвестный в жёлтом шарфе. Он воровато оглядывался по сторонам, подходя к неподвижному поезду. Убедившись, что никто его не видит, он запрыгнул в тамбур через открытую дверь. Проникновение удалось, и он, оскалив желтоватые зубы, прошептал:       — Осталось найти… Васильевых…

Продолжение следует…→