become human

      Итак… если кто-нибудь сказал бы Изуку, что тот самый день, которого он боялся, вероятно, больше всего на свете, в конце концов настанет так внезапно; мальчишка ни за что бы в это не поверил бы. По крайней мере, хотя бы мысленно, но старался бы отрицать услышанное.       Потому что до сих пор, даже если с момента подъёма с кровати прошло уже достаточно время для того, чтобы проснуться и обрести относительную ясность ума; Мидория не понимал и не понимает, как докатился до жизни такой… точнее, как момент «икс» настал так быстро.       Юноша не успел и глазом моргнуть — в буквальном, конечно же смысле; и вот, теперь он собирается на столь ответственное и невероятно важное — не только для него, но и для многих других учеников академии ЮЭЙ; испытание — на спортивный фестиваль, от одной мысли о котором голова попросту начинала кружиться.       Просто… ладно, не считая момент, на плечах Изуку лежит теперь невероятный груз в виде того, что ему нужно фактически показать себя и свои способности миру, также на спортивных — и на остальных, впрочем, тоже; фестивалях, как правило, всегда очень-очень много народа, очень много зрителей, желающих хоть одним глазком взглянуть на такое зрелищное мероприятие.       И Боги, Мидория не знает — искренне не знает, что из всего вышеперечисленного пугает больше всего: просто потрясающая возможность опозориться перед всей страной и даже, возможно, перед миром в целом, или же подвести тех людей, которые верят в него и надеются на его победу?       И если весь мир неизвестен мальчишке — в конце концов, у него не так много знакомых, а друзей и подавно; то подвести знакомых, и особенно — близких ему людей, гораздо страшнее, гораздо ужаснее, чем опозориться перед массой, перед всем остальным миром.       Ведь весь мир не помогал Изуку, как и не был с ним в трудные моменты, верно? Что нельзя сказать про Инко и тем более про Тошинори, который не просто подарил Мидории надежду — он дал ему самый настоящий шанс, самую настоящую возможность стать новым Символом Мира, но прежде — объявить о себе.       Маленькими шажками можно добиться громадных успехов, однако порой даже те самые маленькие шажки кажутся нереальными, выходящими за грани всех возможностей определённого человека, а в данном случае… Изуку, чистящего зубы щёткой так остервенело, что совсем скоро его зубы наверняка сотрутся в порошок.       Но как возможно иное, если он, несмотря на все упорные тренировки и старания Яги, его помощь; так и не научился пользоваться «Один за Всех» без особого вреда для себя? Не то чтобы Мидория ожидал, что с первого раза всё получится — дети тоже не с первого раза встают на ноги и ходят.       Тем не менее, от самого себя Изуку ожидал… большего. Как минимум того, что его навыки владения полученной от Всесильного причудой за прошедшее время улучшатся до такой степени, что впредь об этом не придётся волноваться так сильно; что всё пройдёт не так плохо, как могло бы пройти…       И нет, Мидория ни в коем случае не паникёр! Как можно так сильно паниковать, когда ещё ничего не началось, ничего не произошло? Вот только… он реалист, и именно поэтому, рассуждая логически и здраво оценивая свои нынешние способности, трудно не хвататься за собственную голову.       Сколько бы сил мальчишка ни вкладывал в попытки освоить причуду, хотя бы минимально разобраться с ней, результаты на данный момент абсолютно не радовали, не говоря уже про то, каким же «счастливым» выглядит сейчас Изуку, по-новой прокручивая всё в мыслях.       Что он имеет в конечном итоге? Ничего хорошего, а в частности: спортивный фестиваль, до которого осталось слишком малое количество времени, неспособность ладить с причудой и не ломать себе после каждого её использования кости, нежелание подвести Тошинори и Инко, боязнь толпы и многое-многое другое, не менее отвратительное.       Но если Мидория решил стать новым Символом Мира, нельзя сдаваться так легко и просто на первых же трудностях, на первых же испытаниях, какими сложными они ни казались бы, верно? И именно поэтому он, поставив зубную щётку обратно в стаканчик, с невероятной уверенностью в самом себе выходит из ванной комнаты… едва не поскальзываясь.       Кажется, день с самого начала обещает быть весьма весёлым и, мягко говоря, утомительным, раз уже за одно утро Изуку ощущает себя пропущенным несколько раз через мясорубку, или же расплющенным асфальтоукладчиком, что, возможно, даже лучше подходит к данной ситуации…

***

      И если раньше в спортивном фестивале участвовали, можно сказать, умудрённые опытом ученики — третьегодки, у которых и впрямь были какие-никакие, но всё-таки знания и умения; на сей же раз участвовали первые классы, что звучало весьма многообещающе.       Именно поэтому здесь собралось столько зрителей, что, впрочем, отошло сейчас на задний план для Мидории, с каждым прошедшим мгновением нервничающим всё сильнее и сильнее, потому что стоит ли говорить о том, какой настрой у всех остальных, и какая атмосфера витает в классе?       Ничего утешительного, на самом деле, совершенно ничего. И кроме того, до фестиваля, по подсчётам Изуку, оставались считанные минуты — если не меньше — судя по тому, как же быстро и без того быстрый Иида влетел в класс, объявляя так, чтобы всем было слышно:       — Ребята, все готовы? Скоро наш выход!       В целом, поскользнуться в ванной комнате и при всём этом хорошенько так удариться головой кажется очень даже перспективным занятием, ведь тогда Мидории вовсе не пришлось бы участвовать в сегодняшнем мероприятии — не так ли? Ладно, он просто-напросто испереживался почти сильнее, чем когда-либо ещё.       Да и не то чтобы у него есть возможность сбежать отсюда, либо отпираться… разве так поступил бы самый настоящий герой? Разве так поступил бы Всесильный? Нет, ни в коем случае нельзя опускать руки уже сейчас! Стоит как можно скорее успокоиться, как можно скорее привести себя в чувство… даже если на мгновение Изуку становится ещё более неспокойно.       Что-то вот-вот должно произойти — не то чтобы совсем серьёзное событие, но явно не самое хорошее, не самое радостное — странная тревога и предчувствие очередного подарка судьбы нарастает, становится всё сильнее и сильнее, в один прекрасный момент достигая апогея.       И пока практически все остальные ученики ведут себя не менее нервно, переговариваясь друг с другом и, возможно, пытаясь тем самым хоть немного отвлечься и успокоиться, Тодороки Шото появляется как раз вовремя. Или не совсем? В зависимости от того, с какой стороны на ситуацию посмотреть.       — Мидория, — внезапно говорит он, выдёргивая названную личность из мира раздумий в реальность, не радующую от слова «совсем». Ах, судя по всему, предчувствие нехорошего возникло не на пустом месте.       Отбросив все посторонние мысли и переживания в сторону — настолько далеко, насколько вообще возможно это сделать, когда вы волнуетесь слишком сильно — фактически сильнее, чем в любой другой день и в любой другой момент; Изуку обеспокоенно спрашивает:       — Тодороки, что-то случилось?       Несмотря на то, что уже сама Вселенная всеми возможными силами посылает ему знак, что стоит быть готовым ко всему, в том числе и к чему-то неожиданному, и к чему-то даже совершенно абсурдному; в глубинах души он надеется, что… хорошо, что могло приключиться у его одноклассника?       — С объективной точки зрении я сильнее тебя, — моментально отвечает Шото, и холод его взгляда неприятно обдаёт не только Мидорию — любого, кто находится в шаговой доступности от них двоих. Жутко, немного жутко — столь внезапные вопросы и не менее внезапные ответы накаляют обстановку.       И… стоп. В какой-то неопределённый момент в голове у Изуку происходит короткое замыкание, а вся краска сходит с лица так же быстро, как и нарастает новая волна неясной тревоги, граничащей с боязнью, что самые главные секреты вот-вот раскроются, как бы хорошо их ни скрывали.       — Чего? — единственное, на что его хватает, прежде чем выдать не менее лаконичное: — Ага.       Мидория старается выглядеть максимально спокойным, чтобы не выдать ни своё волнение, ни свою тревожность, ни что-либо ещё, когда, казалось бы, весь класс сфокусирован на развёртывающейся… ссоре? Соперничестве? Да, соперничество с большой вероятностью подходит сюда лучше всего.       — Но ты привлёк внимание Всесильного, верно? — продолжает Тодороки, и Боги, в его голосе и впрямь нельзя уловить ни одну эмоцию, что нельзя сказать про Изуку, про его мимику, про его позу и про то, с какой нервозностью он сглатывает, постепенно улавливая, что к чему. — Я не хочу лезть не в своё дело, но я выиграю.       …этого стоило ожидать, не так ли? Вспоминая Моному на вступительном экзамене и многих других учеников, в первую очередь Мидории нужно было подготовиться ко всему морально, а уже только потом физически. Впрочем, иногда это идёт на пользу.       Теперь Изуку точно обязан выложиться по полной, сделать всё, что в его силах, но только не ударить лицом в грязь ни перед Тошинори, ни перед мамой, ни перед учителями, одноклассниками и другими людьми, что будут наблюдать за ходом спортивного фестиваля.       — Я ни за что не останусь позади… я тоже поставлю на кон всё!       И хотя волнение никуда не пропадает — и даже, по-видимому, не планирует покидать Мидорию ни на мгновение; теперь у него столько решимости, что её хватает как минимум для того, чтобы дойти до места проведения спортивного фестиваля.       Он обязательно заявит миру о себе и не подведёт Всесильного, чего бы это ему ни стоило бы.