Гость из темноты

      Как же любим мы драматизировать, сетовать на сложность перемен. Я не была исключением, всю ночь я провела в тревожности из-за мучительного обдумывания предстоящего будущего. Приехала я в этот город пару дней назад. Раньше я жила в тихом городке, светлом, уютном, но малоперспективном. В нем было прекрасно родиться, взрослеть, ну или, быть может, встретить старость, но на этом плюсы заканчивались.       Поэтому поехать в мегаполис казалось мне верным решением, хоть и с большим количеством открывающихся возможностей возрастает процент опасности. Из-за великой любви к кино я хотела стать режиссером. Для родных мое решение, в лучшем случае, казалось странным, ведь эта профессия была очень сложной и требовала многих жертв. Им слабо верилось, что из моей затеи, что-либо могло получиться, они больше ждали, что я найду профессию более приземленную. Ложных надежд я, конечно, не питала, но упертое желание искать удачу в этом направлении меня не покидало.       Настало время драмы. После посещения учебного заведения все мои внутренние монологи об уверенности и стальном внутреннем стержне рассыпались в пух и прах. В поток я не попадала и теперь должна была выложить крупную сумму за свое обучение. Время поджимало, средств едва хватало, нужно было искать работу, а затем снова пытаться поступить.       Работать мне пришлось в офисном кафетерии официантом. Я неплохо общалась с людьми, но меня все равно съедала внутренняя неуверенность и, возможно, внутренний страх перед людьми, который постепенно трансформировался в ненависть к ним. Несмотря на высокий полет мысли, которого, думаю, были лишены заурядные личности, я не считала себе кем-то важным. Наоборот, моя стремительная капитуляция казалась очень жалкой, ибо страх делал меня покорным рабом.       Кафе находилось внутри здания, где располагалась главная фондовая биржа. Многие спускались сюда пообедать, но иногда находились ленивые толстосумы, которые требовали кофе прямо в свой кабинет. Поэтому приходилось путешествовать по этажам словно курьер. И вот сегодня, мне выпала честь славно поработать. Двери лифта открылись, люди бешено шныряли между своих рабочих мест, стоял гул из-за доносившихся отовсюду телефонных разговоров и клацанья по кнопкам клавиатуры.       Все произошло внезапно, двери лифта снова открылись, но вместо работников в помещение вошли люди в масках клоунов, их было примерно десять, с оружием в руках. Они мгновенно рассредоточились по помещению, некоторые работники тут же побежали к запасному выходу, наивно полагая, что им удастся сбежать, но они ловили пули и замертво падали на пол, с застывшим ужасом в глазах.       Меня сковала паника, я нервно оборачивалась, глядя на все это безумие. Кто-то прятался под столы, но «клоуны» подстреливали и их, а остальных, кто не предпринимал попыток к бегству, постепенно сбивали в кучу, как стадо овец. Я оказалась среди этих людей, мы плотно прижимались друг к дугу, кто-то плакал, кто-то смотрел отсутствующим взглядом, кто-то бормотал под нос, — наверное, молитву.       Подстрелили еще пару людей за мольбы их отпустить, стало понятно, что проживешь дольше, если будешь молчать. Это было так тяжело, меня бил озноб, слезы наворачивались на глаза, мозг то и дело приказывал телу бежать. Вот снова я услышала, что двери лифта открылись, и оттуда вышло еще трое, все в тех же чертовых масках. Но если все были одеты в черные костюмы, то один из них явно выделялся по стилю одежды: на нем было темно-фиолетовое пальто, довольно поношенное и местами грязное. Он медленно, словно хищник, подходил к своим жертвам, но при этом, немного горбился и прихрамывал. — Так-так, и кто же это тут у нас остался, м-м? — произнес он и склонил голову на бок.       Говорил он нараспев, с удовольствием растягивая слова. Таким голосом можно вводить в гипноз, подумалось мне. Постояв меньше минуты, будто что-то обдумывая, он экспрессивно хлопнул в ладоши и торжественно произнес: — Думаю, участники заждались, я вижу, огонек азарта разгорелся в их глазах, им смертельно хочется сыграть в нашу игру, ну что, ребятки, устроим им это?!