Искупление:Спустя годы

- Мне кажется, что в гостиной стоит перекрасить стены в другой цвет, - несколько лениво начала Манола, меланхолично усаживаясь на диван с бокалом вина в руках. - Этот оттенок угнетает. Ты не считаешь, Юджиния? - Не мне принимать такие решения, сеньора, - учтиво ответила я, по-доброму усмехнувшись. Манола подозвала Маттео, и тот, выбежав из кухни с подносом, на котором были бутылка вина и ещё один бокал, почти поклонился перед сеньорой. - Выпьешь со мной? - предложила мне она. - Я думаю, что ещё слишком рано для алкоголя. - Девочка, для алкоголя, а особенно для вина, всегда можно выделить минутку, - она махнула рукой, отворачиваясь к Маттео. - Пей сам, - улыбнулась она, после чего мой коллега ушёл из гостиной, не забыв улыбнуться краешками губ сначала Маноле, а после и мне, обнажая свои зубы. Я, закрывая крышку своего ноутбука, лишь закатила глаза, что не ушло от внимания Манолы. - Кажется, за эту неделю вы не особо подружились? - Я не обязана с ним дружить. Мы работаем и всё. - На моей памяти, Маттео ещё ни разу никому не оказывал знаков внимания. Кажется, ты ему понравилась. - Очень сомневаюсь. Разумеется, я лгала. За ту неделю, что я провела у сеньоров Риччи, продолжая работать няней для Киры, Маттео с каждым днем придумывал что-то новое, чтобы попытаться завоевать моё внимание. Если в первые дни моего нахождения в этом доме он лишь сально шутил, то и дело приглашая меня прогуляться, то сейчас его намерения стали серьёзнее. Например, вчера с самого утра я обнаружила на своей постели букет роз и записку со стихами о любви. - Тебе понравились розы? - спросил вчера Маттео, довольно потирая свои усы. - Где купил? - усмехалась я. - Малышка, такие розы не покупаются. Это секрет, откуда я их взял. - Сеньора Риччи! - послышался недовольный крик садовника, который уже залетел на кухню с самым растерянным видом. Манола, заняв свое любимое место, то есть сидя на кресле, лениво подняла голову, а Маттео уже загадочно ретировался, оставляя меня с вопросами. - Что такое? - спросила Манола, потягивая ароматный кофе. - Мой куст роз! Кто-то их срезал! Весь куст! Вспомнив о вчерашнем происшествии, я вновь усмехнулась, скосив глаза на дверной проём, из которого выглядывал Маттео, думая, что я его не вижу. - Ну, не лукавь, Юджиния. Ведь Маттео ради тебя старается, - продолжила Манола. - Что же с того? Сеньора, ведь я ещё в отношениях, - напомнила я, хоть то было не совсем правдой. Вспомнив об Итане, от которого за прошедшую неделю не пришло ни единого сообщения, я поджала губы, понимая, что сейчас мою голову заполонят мысли о нём. Что он делает, где находится, о чем думает - все это сводило меня с ума. Я понимала, что, задавая вопросы о Торкио Томасу, с которым я созванивалась каждый день, я очень надоедала другу, ведь и тот ничего не знает, но остановить себя не могла: мне дико хотелось увидеть и поговорить с Итаном. Теперь я смело могла признаться себе, что я по нему соскучилась. Однако он, видимо, и не вспоминает про меня. -И что? - встрепенулась Манола. - Хоть я и лезу не в своё дело, но я могу сказать, что Маттео - очень хорошая партия. Заботливый, добрый, не глупый, - Риччи задумалась. - Ну, или не совсем глупый. Да и к тому же, очень симпатичный. Как я могла догадаться, Маноле нравились полные мужчины, потому и глаз ее пал на Маттео. Он был человеком в теле, к тому же достаточно низкий, как типичный итальянец, и со смешными усиками, которые забавно дёргались, когда он разговаривал. Я не могла назвать его некрасивым, однако все же он меня не привлекал. Признаться честно, сама мысль того, что я могу посмотреть на кого-то, кроме Итана, казалась мне отвратительной. - Нет, сеньора, - рассмеялась я, махнув рукой. - А что же смешного? Когда я познакомилась с Габриэлем, он тоже был не красавцем. Но я рассмотрела в нем чуткого и очень доброго человека, - она придвинулась ближе, будто собираясь поведомить мне секрет. - Да и к тому же, он был очень богат. - А разве вы нет? - я удивилась, глядя на то, как мотает головой Манола. - Я думала, что вы тоже из высшего общества. - Что ты! - воскликнула женщина. - Я работала в одном ресторане, когда познакомилась с мужем, - она улыбнулась, отодвигаясь назад и позволяя себе погрузиться в воспоминания. - Да, я была официанткой. Молоденькая девочка из бедной семьи, которая хваталась за каждую копейку. А он был состоятельным молодым мужчиной. Я усмехнулась и, как и Манола, откинулась на подушки. - Габриэль обедал со своими деловыми партнёрами в ресторане, в котором работала я, - продолжала она. - Я принимала у них заказ, а он так глазел на меня, что мне даже стало стыдно! После обеда он пытался познакомиться со мной, звал погулять, а я вертела хвостом, потому что он мне не понравился. Но, как видишь, - она провела рукой, как бы показывая на гостиную. - Потом была свадьба, дом, появление нашего единственного сына.. - Сына? - перебила её я. - Да, у нас был один лишь ребёнок. - А.. - Он долгое время принимал наркотики. От них же и умер, - теперь Манола перебила меня. Мне стало неловко, ведь было ощущение, что я узнала что-то личное, чего знать мне не следовало. Но Манола в этом проблемы не видела. Она говорила спокойно, глядя вперёд и продолжая потягивать вино из своего бокала. - На сегодня я тебя освобождаю от работы, Юджиния, - нарушила затянувшуюся тишину Манола. - А в чём дело? - Мы с Кирой и Габриэлем поедем к одним нашим старым знакомым. Представляешь, они тоже поселились в этой глуши! - воскликнула она. - Тебе ехать не стоит. Думаю, мы никого из прислуги брать не будем. Я одновременно и обрадовалась тому, что не придётся целый день провести в доме, и сконфузилась, ведь мне придётся остаться с Маттео, общество которого меня знатно напрягает. Вероятно, мне стоит уехать куда-то, и сделать это стоит раньше, чем я получу очередное приглашение погулять от своего настойчивого поклонника. В голову тут же пришла идея прогуляться в окрестностях города, взяв с собой лишь телефон и наушники. Послушать музыку и просто разгрузить мозг - это было то, что нужно. Семейство Риччи покинуло дом почти вечером того же дня. Тепло попрощавшись с Кирой, которая очень не хотела уезжать без меня, я осталась на главном дворе дома, глядя на то, как железные ворота от дома закрываются. В доме остались лишь те, кто работает на семейство Риччи, среди которых была и я. - Джинни, иди к нам, - позвала меня одна из горничных, задорно улыбаясь и приглашая к скромному столу, устроенным тем же персоналом. Я, оглядев всех присутствующих в гостиной, махнула рукой и отказалась от предложения: все же с этими людьми мне не было о чем общаться, а ловить взгляды изподлобья от Маттео мне не хотелось. Однако косо на меня смотрел не он один. Для меня было не секретом, что меня не особо любят, ведь всем было известно, что Манола всячески выделяет меня от остальных. Начиная с отведенной для меня шикарной комнаты, заканчивая отношением: ни с кем другим в этом доме она не собирается вечерами за бокалом вина и обсуждением соседей. Я понимала, что одинокой женщине не хватало общения, однако другие - нет. Они шептались обо мне, обсуждали моего молодого человека, о котором так часто упоминает Манола, и придумывали всякое. Но мои ли это проблемы? - Куда ты уходишь на ночь глядя, Джинни? - сорвался с места Маттео, глядя на то, как я собираю сумку. Я, окинув его безразличным взглядом, продолжила класть вещи, мысленно обдумывая, что же я забыла положить. - Хочу прогуляться. - Одна? И тебе не страшно гулять по темноте? Захватив свое пальто, я вновь провела по Маттео скучающим взглядом и молча вышла в прихожую. Услышав за своей спиной шаги, я тяжело вздохнула, понимая, что Маттео пошёл за мной. - Маттео, прекрати, - тяжело вздохнула я, резко развернувшись, от чего голова мужчины ударилась о мою грудь. - Почему ты не хочешь обращать на меня внимание? Я ещё вчера предлагал тебе пойти погулять, а сегодня ты идёшь одна. Почему так? - несколько оскорбленно проговорил он. Я вобрала в лёгкие воздух, понимая, что начинаю раздражаться. Неужели после скольких отказов он не понял, что он мне не нравится? - Во-первых, я не хочу с тобой гулять, - сквозь зубы проговорила я, подойдя чуть ближе к входной двери. - Во-вторых, я в отношениях, Маттео. И ты об этом знаешь. - Знаю. А ещё я знаю, что если твой парень позволяет тебе работать нянькой у состоятельных людей, то он не очень хороший человек. Я бы тебе не разрешил, - ещё более обиженно проговорил он, делая шаг назад. - Да что ты о нем знаешь? - Всё! Я слышал, как ты разговаривала о нём вчера с Манолой. Я знаю, что у вас произошло. - Ты подслушивал что-ли? - брезгливо выкинула я. Маттео лишь усмехнулся, уходя прочь из прихожей. Я же застыла на пару секунд, так и держа в руке телефон, на который уже звонил Томас, серьёзно задумавшись о словах Маттео. - Вот ещё! - фыркнула я, поморщив брови. Вновь бросив пронзительный взгляд на дверной проём, через который только что вышел Маттео, я вышла на улицу, отвечая на звонок Раджи. - Вы что там, бухаете за счёт хозяев? - усмехнулся в динамик телефона Томас. Я, осев на большой камень у дороги, ведущей в лес, достала из кармана пачку сигарет и зажигалку. Несмотря на то, что я не курила почти целый месяц, сейчас дико хотелось выпустить табачный пар. И, достав уже из пачки одну сигарету, я смяла её в руке, кидая после на сырую землю. Стало противно. Я ушла не так далеко, как мне хотелось, потому сейчас я сидела, слегка недовольная словами Маттео, который говорил об Итане. Да какое право он имеет высказываться о нём? Ведь никто не должен лезть в наши с ним проблемы! Вероятно, стоит прекращать говорить с Манолой о моей личной жизни. - Они мне не хозяева, - чуть погодя ответила я. - Да я и не бухаю. Я ушла гулять одна. - В твоём стиле. Я оглянулась вокруг, отмечая, что Риччи купили дом в очень живописных местах. Не упоминая тот факт, что рядом с их домом есть настоящая набережная, жилище также окружает небольшой, но густой лес. Именно рядом с ним я находилась сейчас, заняв место на большом и гладком камне, который был холодным от морозного ветра: до Рождества осталось не так много времени. Вероятно, если бы не было так темно, я бы прошла чуть дальше в лес, однако сейчас было страшно, поэтому я сидела, позволяя себе лишь вглядываться в тьму, будто пытаясь разглядеть в ней что-то. Я тяжело вздохнула в трубку, что не ушло от внимания Томаса,поэтому он опередил меня, продолжая разговор. - Нет, я не знаю, как дела у Итана! Я вообще с ним не общаюсь, как, собственно, и с остальными. Мы с Паулой уехали к моим родителям, - пояснил он. - И что с тобой происходит, Джинни? Продолжаешь страдать? Мне кажется, тебе вообще грех жаловаться! Живёшь с богатой семьёй, каждый день выпиваешь по бутылке вина, которое старше тебя в три раза, и нихрена не делаешь! - Заткнись! - рассмеялась я. - Я и не страдаю. Я действительно нихрена здесь не делаю, поэтому и думаю о глупостях. А ещё мне просто интересно, как у него дела. - Прекрасно у него дела. Если бы все было плохо, то мне, помимо тебя, ещё и он плакался. Я надумываю стать психологом, что думаешь? - усмехнулся он. Я поморщилась, ведь с психологом у меня ассоциировался Эрик, от которого, к слову, не было ни единой новости за все это время. Как и от Массимо, собственно. Это вызывало вопросы, однако я так устала от всего, что связано с этими двумя, что следовала совету Томаса: просто расслаблялась. Попрощавшись с Томасом и пожелав ему неспокойной ночи, ведь время он проводит с Паулой, я решила пройтись. Меня очень радовал тот факт, что у меня есть такой друг, как Томас. Он единственный, кто поддерживает меня сейчас. И у меня бы не было вопросов, если бы никто не знал о том, что я уехала, однако за несколько дней до отъезда из Рима я предупредила многих: Вик, Дамиано, Джо, даже собственную мать. Однако никто за все это время мне так и не позвонил, не поинтересовался, как у меня дела. Разумеется, я понимала, что никто не должен за мной бегать, но это ведь странно, что за такой промежуток времени никого не заинтересовало то, что я уехала почти через всю Италию в другой город. Если тому, что меня игнорируют Вик и Дамиано, я могла найти причину: они могли отдалиться от меня из-за нашей с Итаном ссоры - то насчёт мамы я не могла придумать ничего. Возможно, мама просто такой человек, и не стоит искать причины её поступка.

2019, Рим.

Я вбежала в собственную комнату в доме друзей и тут же полезла в шкаф, вынимая оттуда чемодан, попутно вытирая слезы. На глаза попалась наша с Итаном фотография, где мы, будучи подростками, улыбаемся и целуем друг друга. Меня одолела ярость и обида от измены, поэтому я, взяв фотографию за край деревянной рамки, с размаху кинула её в стену, без сил падая на кровать. Запустив руки в волосы, я продолжала рыдать, даже не услышав того, как дверь в комнату открылась. - Джинни! - воскликнула вошедшая Вик, глядя на моё страшное состояние. - Прошу, успокойся! Я, растирая руками тушь по лицу, истерично рассмеялась, вновь поднимаясь с кровати. Передо мной предстала Вик, которая бежала за мной от самого такси. Девушка была напугана: она боялась как нашего расставания с Итаном, что могло бы разрушить такую крепкую дружбу со мной, так и того, что я сгоряча могу наделать много идиотских поступков. Разбитое стекло и фотография на полу были тому подтверждением. - Как мне успокоиться, Вик? - страшным шёпотом произнесла я. - Я ему верила, слушала его речи о том, какая Селена святая, а он изменил мне с ней! Он с ней целовался! В комнату влетели не менее испуганные Томас и Дамиано, которые, вероятно, поехали за мной и Викторией на другом такси. Дамиано боялся за то, чтобы я не сделала чего-нибудь непоправимого, потому следил за моими движениями, а Томас же боялся за моё состояние, выставив руки вперёд и пытаясь придумать что-то, чтобы успокоить меня. Мне же было не до того, чтобы ощущать чувство стыда перед друзьями, который никоим образом не должны были быть вмешаны в происходящее. Дамиано в несколько шагов оказался рядом со мной и, крепко схватив меня, прижал к себе, не позволяя сделать и движения. Я чувствовала себя диким зверем, который пытался вырваться на волю. - Что ты делаешь? - крикнул Томас. - Ей нужно успокоиться! - прокричал в ответ Дамиано, а я уже стала ослабевать в его руках. Давид усадил меня на кровать, все ещё держа в руках, а я понимала, что даже если бы хотела, то не смогла бы вырваться: сил не осталось. Меня вымотала ссора с Итаном на радиостанции, а после истерика в такси и здесь, в доме. Спустя секунду меня облепили Томас и Вик, обнимая меня, как и Дамиано, будто бы чувствуя, что я так сильно нуждаюсь в поддержке сейчас. Сейчас мне не хотелось думать, что будет дальше: помирюсь ли я с Итаном или же мы расстанемся? Я не знала ответ на этот вопрос.

2021, Сирмионе.

Подходя к дому, я остановилась на пару мгновений: рядом с особняком стояла иномарка. Было темно, потому я не могла рассмотреть детально, как выглядит машина, да и стояла она на приличном расстоянии. Версия о том, что Риччи вернулись раньше, тут же отлетала в сторону: Манола бы точно предупредила меня. Меня бросило в холодный пот, как только я догадалась, кто бы это мог быть: Эрик и Массимо. Вот только впустила бы их охрана? Это маловероятно, учитывая, как Манола относится к этим двум. Перестав гадать, я пошагала вперед, кутаясь в складки пальто: подул холодный ветер. Только зайдя в дом, я ожидала услышать запах хмеля и громкие разговоры, однако было на удивление тихо. Я стала снимать верхнюю одежду, обдумывая, что же произошло, что никого не слышно, ведь все должны были продолжать развлекаться. Услышав громкие шаги, я стала ожидать, пока в прихожую войдёт Маттео, и через секунду передо мной показалась его взволнованная фигура. Он, потирая руки, а после и усы, озирался назад, будто сзади него стоял маньяк. - Ах, Джинни, это ты? - нервно проговорил он, даже не глядя на меня. - Что случилось, Маттео? - усмехнулась я. - Опять испортил клумбы сеньора Гарсии? А я тебе говорила, что не стоит подходить к ним. Маттео выпучил глаза, услышав шаги позади себя. - Джинни, а у нас гости, - нервно рассмеялся он, начиная белеть как полотно, когда за его спиной оказался мужской образ, почти на четыре головы выше его. Я, встретившись с мужской фигурой взглядом, застыла на месте, не в силах вымолвить и слова. Вечер обещает быть весёлым.