Fix it

«И ведь ты даже не знаешь меня, Глубоко внутри спрятан монстр. Так скажи, что ты хочешь меня, Только когда сердце бьется быстрее, Я чувствую себя живым» Want me by NEFFEX

— Тебе нужно отдохнуть, Мёрфи. Он раздраженно дернул плечом и лениво оскалился. Не хватало еще, чтобы ему читали нотации. Мёрфи устроился на кухонном табурете возле большого кресла, на котором спала Андреа. Ни дать ни взять настоящая принцесса, уснувшая на своем троне, и ее верный пес, сторожащий покой хозяйки. — Аида дело говорит. — Гефест, сложа руки на груди, стоял у той за спиной. — Раны Эдриана и Афродиты уже обработали, они отдыхают, теперь твоя очередь. — Я же собака, на мне заживет, — отмахнулся Мёрфи. В обычных случаях так и было, только вот превращения… давались ему тяжело, особенно последнее. Мышцы ныли, а кости до сих пор ломило от жара. Что и говорить о ранах, которые оставил минотавр. Всё пустяки. Мёрфи тряхнул головой, отгоняя усталость и всем своим видом демонстрируя, что он не сдвинется с места. — Мёрфи, не будь глупцом и не заставляй меня приказывать, — раздраженный голос Аиды повеял холодом подземного мира. — Еще не хватало мне быть вашей нянькой. — А я и не просил, — огрызнулся Мёрфи. Он не отрывал упрямого взгляда от бледного лица Андреа. Все ждал и боялся пропустить момент, когда ее веки задрожат и откроются. — Мне просто нужно быть рядом, когда она очнётся. Хочу, чтобы она увидела перед собой человеческое лицо, а не… Он вдруг почувствовал, как женская ладонь легла на плечо. Аида склонилась к нему и сказала тихо, так, чтобы слышал только он: — Поверь, я лучше других тебя понимаю. Их глаза встретились. Безмолвный разговор, понятный только им двоим: чудовищам в мире прекрасных созданий. — Если правда хочешь её защищать, тебе нужно восстановиться и набраться сил, чтобы, когда она снова попадет в передрягу, ты смог о ней позаботиться. Голос потеплел. На холодных полях подземного мира робко распустились нежные цветы асфоделя. — Идём, Мёрфи, — добавила Аида, видя его сомнения. Он вздохнул. Бросил последний взгляд на Андреа. Поддавшись порыву, поправил ее растрепанные после битвы волосы. — Идём. Перед тем, как покинуть комнату, он задержался возле Гефеста и положил руку тому на плечо. — Присмотришь за ней? Тот с готовностью кивнул. — Можешь не волноваться и идти отдыхать. Мёрфи прикрыл сухие ноющие глаза. Силы почти покинули его, он едва волочил ноги вслед за Аидой. Он действительно безнадежно устал.

***

Её вежливо попросили из дома Ньюманов. Это казалось таким до смешного глупым, учитывая, что она когда-то здесь жила. Андреа почти физически ощущала, как Гефест провожал её взглядом, пока она шла к выходу из особняка. Нет, не шла — волочила ноги, продираясь через сомнения и спутанные мысли. О лабиринте и его испытаниях, о невыносимом сражении, которое они едва не проиграли. И о Цербере. «Я та часть, что ты подавляешь». Она вдруг остановилась, заметив тень, мелькнувшую в отражении зеркала прихожей. Показалось? «Я те чувства, та злость, настоящая Андреа, которой ты не даешь выйти наружу». Сомнения опутывали её тело терновником, что вгрызался в душу острыми шипами, но где-то там, в глубине уже зарождалась решимость. Она копилась, поднимаясь всё выше и выше, рискуя выплеснуться через край. — В конце концов, я богиня или кто? — тихо, но со злостью спросила Андреа саму себя. И её тело двинулось, подчиняясь божественной воле. Но не к выходу, а наверх по лестнице, на второй этаж. Дом Ньюманов превратился в очередной лабиринт с множеством комнат и дверей, но Андреа чётко знала, где находится та самая, правильная дверь. — Андреа?.. — растерянный голос Гефеста послышался откуда-то из-за спины. — Андреа? — голос Эдриана раздался спереди. Он выходил из своей комнаты, но так и замер, увидев Андреа в нескольких шагах перед собой. Он уже выглядел намного лучше, чем когда они разговаривали в последний раз. Успел отдохнуть и восстановиться? — Привет, Эдриан. — Она застыла, зажатая меж двух огней, пойманная в ловушку. — Тебе уже лучше? Его губы тронула мягкая улыбка. — Спасибо, я в порядке. А ты… — Чувствую себя прекрасно, — как-то слишком быстро сказала Андреа. Воздух уплотнился и окутал её вязкой пеленой, не давая двигаться. Она будто чувствовала физическое сопротивление, когда протягивала ладонь и сжимала пальцами ручку двери. Взгляд Эдриана, поначалу радостный, потяжелел, когда скользнул от её растерянного лица вниз. Лабиринт минотавра поставил окончательную точку в их с Эдрианом отношениях, когда Андреа поняла, что за тень следила за ней все это время. Лабиринт помог ей найти нужную дверь, которую она собиралась открыть, оставив все сомнения, подавленные мечты и прошлую любовь позади. В первую секунду он не поверил. На вторую — всё понял. Андреа сглотнула. Эдриан поджал губы, но коротко кивнул. Андреа выдохнула. А затем снова задержала дыхание, как перед прыжком в омут. Она неловко махнула Эдриану рукой на прощание и толкнула дверь. Ее затопило тьмой, теплом и запахом геля для душа. И Андреа, не колеблясь ни секунды, нырнула в эту тьму. Первое время глаза привыкали к темноте. Вскоре Андреа смогла разглядеть кровать и фигуру под одеялом. Прислушалась: дыхание было тихим и размеренным — он спал. Андреа медленно приблизилась: Мёрфи лежал к ней спиной, и она не могла разглядеть его лица. Она оглянулась, но не нашла какого-то стула, поэтому, немного поколебавшись, присела на край кровати. Теперь она даже не знала, что ей делать и как поступить. Будить Мёрфи не хотелось, но и уходить просто так — тоже. Тот никак не реагировал на её присутствие, похоже, действительно крепко спал. Мысли увлекли её к событиям последней недели. Возможно, это был первый раз, когда Мёрфи удалось полноценно отдохнуть. До этого ему пришлось охранять ее ночью в общежитии, прятать от Ская, разбираться с химерой, а потом и с минотавром. Похоже, даже у бессмертного существа был свой предел. Рука сама потянулась вперед, пальцы коснулись ещё влажных черных волос. Мёрфи что-то невнятно промычал, но не шевельнулся. Андреа склонила голову на бок, её глаза еще больше привыкли к темноте. Из-за событий последних дней она стала её бояться, но сейчас всё было как-то по-другому. Ей даже казалось, что тьма в этой комнате особенная, будто она тянулась к Мёрфи и подпитывала его, укрывая собой. В памяти вдруг всплыло одно из видений, про Аиду и Кору. Теперь Андреа была уверена, что видела именно их. Аида упоминала свое подземное царство и… Цербера с Танатосом. Только сейчас Андреа задумалась, сколько Мёрфи лет на самом деле. Вот и нашлось объяснение тому, что он иногда любил философствовать на тему жизни и смерти посреди непринужденного разговора, когда его лицо становилось вдруг серьёзным, а из глаз пропадала вечная усмешка. Андреа так соскучилась по этим разговорам. И ещё она совершенно неосмотрительно привыкла к тому, что Мёрфи всегда вылезал из передряг невредимым. Его не брал алкоголь, сбившая машина не оставила на нём ни царапины, и даже химера не смогла его потрепать. Но сейчас, после полноценного обращения и пережитого сражения, Мёрфи выглядел по-настоящему… уязвимым. Это выбило её из колеи. Вдруг вина разлилась неприятной горечью на языке. Андреа-то почти не пострадала, еще и опоздала на начало боя, заплутав в лабиринте. Какая от нее польза, если без подпитки сил друзей она даже не смогла сделать нормальный выстрел из лука? Если её собственная сила дремала где-то глубоко внутри, никак не желая пробудиться. — Прости, я такая бесполезная, — тихо вздохнула Андреа, не в силах удержать это в себе. Она собралась убрать руку, но застыла в нерешительности. Что дальше? Просто уйти? «Сгусток нераскрытых желаний, забытых мечт, забытых чувств». Черная тень вновь возникла в зеркале на стене, на окне в проблеске между штор, на стенках недопитого стакана с водой на прикроватной тумбочке. «Я — та версия тебя, которой ты должна быть». Андреа закусила губу. «И от которой отказываешься». Выдохнув, Андреа отбросила все мысли. Скинула обувь и под торжествующую улыбку своего отражения забралась под одеяло. От Мёрфи веяло теплом даже на расстоянии. Андреа приблизилась к нему и осторожно прижалась к обнаженной горячей спине. Мёрфи зашевелился, с шумом втянул носом воздух и вдруг пробормотал сонным голосом: — Принцесса, если меня обнимешь, я не сломаюсь. Андреа вздрогнула. — Я тебя разбудила? — тихо спросила она. — Меня разбудил твой запах, — в его заспанном голосе угадывалась улыбка. — Прости, я не хотела… — Если продолжишь извиняться вместо того, чтобы обнять меня, я подумаю, что действительно напугал тебя своими тремя головами. Казалось, Мёрфи старался отшутиться, но в его голосе чувствовалось плохо скрываемое волнение. — Глупый, — фыркнула Андреа и прижалась к нему сильнее, рукой обвив талию и положив ладонь на подтянутый живот. Мёрфи выдохнул. Его горячие пальцы накрыли и сжали ее ладонь. — Нет, правда, Андреа. Прости, если напугал тебя. — Напугал? Мёрфи, я испугалась не тебя, а за тебя. Я просто… успела привыкнуть к твоей неуязвимости, но тот минотавр хорошенько наподдал всем нам. Очередной тяжелый вздох. Мёрфи шевельнулся и уткнулся лицом в подушку. — Я же не бог, принцесса. У меня ранг пониже. Из той нашей компании только вы с Афродитой — полноценные богини. Хотелось бы мне… Куда-то делись его привычные наглость и спесь. Андреа прижалась к нему сильнее, обескураженная его уязвимостью. — Будешь тратить силы на глупые разговоры, не восстановишься как следует к следующей заварушке. А я тебя прикрыть не смогу — ты видел, какая у меня стрелялка вместо нормального оружия. Послышалась глухая усмешка. — Я сегодня уже слышал что-то подобное. Её сердце тем временем колотилось так сильно от их близости, что даже Мёрфи почувствовал это. Он мягко погладил её большим пальцем по ладони. — Тебя правда не волнуют мои собачьи головы? — серьезно спросил он и обернулся через плечо. Андреа наконец встретилась с его глазами, слабо мерцающими золотом в темноте. — Ты так взволнована. У неё перехватило дыхание, но далеко не от страха или отвращения. — Если бы я испугалась твоего обличия, то не забралась бы к тебе в кровать. И вообще, говорят, две головы — лучше, чем одна, а у тебя целых три. Он моргнул. Посмотрел на неё, как на ненормальную, а затем вдруг тихо рассмеялся. Его плечи расслабились, а напряжение, наконец, ушло. Да почему она вообще его стеснялась? После того, что между ними было? Она ведь уже не школьница, она — богиня. По крайней мере, все вокруг только это и твердят, даже её отражение. «Богиня целомудрия…» Которая умрёт через две недели. «Ну и к чёрту тогда целомудрие». Раз она так далеко зашла, что рискнула сунуться в комнату к Мёрфи прямо на глазах у Эдриана, забралась к нему в кровать сама, пути назад уже не было. Не сейчас, когда Мёрфи, такой горячий, лежал в её объятиях, уставший и расслабленный, но вздрагивающий от каждого её прикосновения. «Я просто начну, — подумала Андреа, — а дальше посмотрю на его реакцию». Она потянулась к Мёрфи и осторожно коснулась его губ своими. Сквозь поцелуй уловила улыбку и, ободренная, спустилась ниже: к шее. Почувствовала, как бьется жилка и как участился его пульс. — Принцесса, ты чего… — с выдохом прошептал он. — Знаешь, я не успела разглядеть твой хвост. Ладонь скользнула с живота на спину и вниз по позвоночнику. — У тебя правда две змеи на хвосте? Они кусаются? — Они — нет, а я — да. Мёрфи изловчился и подцепил зубами нижнюю губу Андреа, а затем лизнул по ней языком. Его взгляд был сонным, но на дне желтых глаз уже загорелись огоньки. Андреа ощутила, как кровь прилила к щекам, как приятно саднило укушенную губу, как между ног стало предательски жарко. — Принцесса, я… — в голосе Мёрфи вдруг послышалась неуверенность. — Боюсь, я сейчас не в той форме, чтобы дать тебе то, что ты хочешь. — Тебе и не надо ничего давать, — ни секунды не раздумывая, ответила Андреа. Она уже все решила, и отступать было поздно. Она снова поцеловала его в шею, на этот раз втягивая и покусывая кожу. Мёрфи выдохнул сквозь зубы. — Андреа, ты не должна… — Не должна, — согласилась она. — Но хочу. Рукой она провела по его крепкому бедру и дразняще коснулась напряженного члена. Даже сквозь ткань трусов она почувствовала, каким он был твердым и горячим. Это завело её ещё больше и придало смелости. Ей захотелось вернуть Мёрфи то удовольствие, которое он доставил ей недавно в ванной. Андреа приподнялась и мягко потянула его за плечо — Мёрфи послушно повернулся и лёг на спину. Андреа чувствовала на себе его прожигающий взгляд, который отдавался горячим зудом между собственных ног. Она закусила губу и нависла над Мёрфи, окидывая его такими же потемневшими от вожделения глазами. — Надо же, — хрипло прошептал Мёрфи, — да я сегодня просто счастливчик. Ради такого я и от Харибды готов отхватить. Он протянул ладонь и мягко дотронулся до щеки Андреа. Та нежно потерлась о его ладонь, прикрыв глаза, а затем легонько укусила большой палец. Мёрфи выдохнул со свистом и сглотнул. Андреа усмехнулась и наклонилась к его губам, касаясь их сначала нежно, затем жадно. Его губы были такими мягкими и непривычно податливыми, как и весь он сам. Андреа вдруг поняла, что ей нравилось играть по его правилам. Дразнить его, соблазнять. Сквозь поцелуй вырвался смешок, который принадлежал другой Андреа. Той самой, которая пряталась за стеной из комплексов и сомнений и все ждала своего часа. Пальцы снова коснулись члена, Андреа несколько раз, дразня, провела по натянутой ткани, а затем всё-таки сжалилась и стянула резинку вниз. Мёрфи выдохнул с заметным облегчением. — У тебя хорошо получается меня мучить, принцесса, — пробормотал он дрогнувшим голосом, когда тонкие пальцы прошлись от основания вверх. Андреа усмехнулась и повторила движение несколько раз, а затем принялась подушечками пальцев массировать основание головки. Его расширенные от вожделения зрачки, его шумное дыхание, его пульсирующий от ласк горячий член — всё это пробуждало в Андреа что-то тёмное, что дремало глубоко в её душе. Её улыбка и взгляд — если бы Андреа увидела сейчас себя со стороны — то заметила, что больше похожа на свое отражение, чем на привычную скованную себя. И ей, конечно, захотелось большего. Она наклонилась, очертила языком смутно различимую в темноте татуировку на груди. Оставила яркое пятно в глазнице черепа, укусила сосок, посылая по коже волну мурашек. Почувствовала, как его длинные пальцы зарываются в её волосы. Мёрфи тоже хотел большего, но молчал. Андреа подняла на него пронзительный взгляд. Он смотрел на неё несколько растерянно, но глаза выдавали его с потрохами. — Ты правда собралась… Не дав ему договорить, Андреа спустилась губами к животу, снова покусывая кожу. Мёрфи вдруг издал короткий стон и скривился. — Полегче, принцесса… у меня там синяк. — Прости, — спешно пробормотала Андреа. Она успела забыть, что Мёрфи еще не до конца восстановился после битвы. — Да я в целом в норме, не волнуйся. По крайней мере, та часть, которую сейчас ласкают твои божественные пальчики, не пострадала. Он жадно облизал пересохшие губы и нагло пошевелил бедрами. Андреа сглотнула, кровь прилила к щекам. Смущение снова одолело ее, и это срочно нужно было исправить. Вскинув бровь, она спросила в притворном удивлении: — Какая часть? Эта? Большой палец надавил на уздечку. Мёрфи не сдержал стона и впился клыком в нижнюю губу. — Чёрт, принцесса… Андреа откинула одеяло в ноги, наклонилась и замерла лицом над его бедрами, щекоча кожу длинными волосами. — А тут? — деловым тоном спросила она и оставила поцелуй на внутренней стороне бедра. — Не болит? — Зудит, — усмехнулся Мёрфи. — И здесь? — Она оставила такой же поцелуй с другой стороны, рукой легонько касаясь головки члена. Его пальцы снова зарылись ей в волосы. — Везде зудит. Не знал, что ты такая жестокая. Ответом ему был короткий смешок. Ей с трудом удавалось скрывать собственное возбуждение: заведясь не на шутку, она нет-нет да ерзала бедрами, сжимая ноги и чувствуя, как безнадежно намокает ткань трусов. Приходилось сдерживать себя и направлять всю энергию на Мёрфи. Над которым она все-таки решила сжалиться. Кончик языка легонько коснулся головки. Нетерпеливый взгляд янтарных глаз прожигал ее насквозь, но Андреа не торопилась. Она очертила языком головку, медленно провела им от основания наверх и только потом погрузила головку в мокрый горячий рот. — Тц… чёрт… Андреа… Ей нравилось, как звучало ее имя, когда он был возбужден. Когда находился в её власти, едва ли не умоляя ее. Вдохнув, она погрузила член глубже. Ладонь Мёрфи сжалась, натягивая волосы. Рот Андреа методично заскользил вверх-вниз, а пальцы, обхватив член плотным кольцом, плавно следовали за припухшими губами. Пальцы второй руки она просунула под свою одежду, с наслаждением дотронулась до разбухшего клитора и облегченно застонала. Мёрфи тем временем убрал волосы с лица Андреа и не отрывал от нее глаз, пока она двигалась. Воздух в комнате стал вязким, наполнился тихими сдавленными стонами и запахом возбуждения. Андреа в последний раз погрузила член глубоко, затем высвободила его изо рта. Сглотнула вязкую слюну, отдышалась. Потерлась щекой о мокрый ствол, кончиком языка провела по уздечке. Мёрфи прикрыл глаза и хрипло застонал, откинув голову назад. Он был таким податливым и чувствительным — Андреа не терпелось вновь услышать своё имя, когда он кончит. Она снова погрузила член в рот, но на этот раз неглубоко, пальцами и губами массируя основание головки, а второй рукой — себя. Их предел был уже близок. Андреа уловила момент, когда дыхание Мёрфи стало тяжелее, его живот напрягся, член окаменел и запульсировал у нее во рту. — Андреа… Вжавшись в подушки, Мёрфи застонал и сильнее сжал волосы Андреа, изливаясь ей в рот. Та, раззадоренная, плотно сжала губы, не давая пролиться ни единой капле, а сама пальцами надавила на клитор так, что у нее в глазах потемнело, а по телу прошла испепеляющая волна мучительного наслаждения. В один момент силы покинули обоих. Андреа вынула член из уставшего рта, вытерла губы и рухнула к Мёрфи на подушки. Он тяжело дышал и смотрел в потолок затуманенным взглядом. — Там… — слабо выдохнул он и махнул рукой в сторону. — Там на тумбочке… вода. — Спасибо, — прошептала Андреа. С трудом найдя в себе силы, она потянулась, достала рукой стакан и сделала несколько жадных глотков, прочищая горло. Больше отражение в черном её не тревожило. — Принцесса… а ты?.. — осторожно начал Мёрфи. Андреа расслабленно улыбнулась и вытянула перед его лицом мокрую от собственной смазки ладонь. — Я справилась сама, не волнуйся. — Прости. — Он прошелся носом по влажной коже, шумно вдыхая солоноватый запах, а затем жадно облизал её пальцы. — Какая ты вкусная. От его взгляда, его голоса и горячего языка Андреа мигом растеряла всю спесь и снова залилась краской. Мёрфи ухмыльнулся, заметив её смущение. — Ты продолжаешь меня удивлять. — Надеюсь, я не переборщила… Мёрфи закатил глаза и откинулся на подушки, увлекая Андреа за собой. — Если на утро это всё окажется моим мокрым сном, я навсегда запрусь в этой комнате! — На его губах заиграла привычная наглая усмешка. — Принцесса, обещаю: в следующий раз я верну тебе долг, и мы займемся этим в кабинете мисс Блэк. — Мёрфи!