Храм мой — твоё тело белое

Смотрел на ночь какую-то дурацкую романтику, обревелся весь, потому что невозможно было не реветь, когда там, на экране, главный герой целует своего парня, и всё у них прекрасно и замечательно, а твоя единственная и навсегда любовь сейчас хрен знает где, и ты даже не знаешь, жив ли, вернётся ли. Наплакался и так и уснул. И закономерно ему приснился Олег, как он вернулся наконец из своей сраной командировки, как обнял, вытряхнул из любимого халата и пижамы, зацеловал, а потом развернул к себе спиной и… Он проснулся с рукой в штанах и сбитым дыханием, лежал, глядя в темноту, пытаясь успокоиться. Не вышло, сон был до ужаса ярким, он до сих пор ощущал жëсткие ладони Олега на своих бëдрах. Понял, что не уснëт, поднялся, — Марго, ночной свет, — достал из нижнего ящика стола смазку и вибратор. Вернулся на диван, сел, поглаживая член через штаны, закрыв глаза, представляя Олега, его руку, его губы на своих губах, на шее, его горячее дыхание… Скинул штаны, встал на четвереньки, как во сне, запустил пальцы в баночку со смазкой. Выгнулся в пояснице, представляя, как Олег тянет его за волосы, рычит ему в ухо «Мой!», растягивая его, подготавливая. Каждый раз осторожен, каждый раз заботится, даже когда крышу сносит от страсти, даже когда он сам просит быстрее, жёстче, когда сам хочет, чтобы больно — Олег всегда с ним бережно и всегда так, как нужно. Он вставляет вибратор и стонет, он так соскучился, он так хочет Олега внутри, его руки на своём теле, его губы, его шёпот и хриплое дыхание, он хочет отдаться ему, раствориться в нём, сгореть с ним. Он опирается грудью на спинку дивана, одна рука на игрушке, вторая ходит по члену, реальность больше не отличается от фантазии, Олег заполняет всё его существо, его мысли и его тело, и он с криком кончает, повисает на спинке дивана, руки по инерции делают ещё несколько движений. Он выключает и вынимает вибратор, падает на диван, сворачиваясь клубком. На глазах слёзы от переизбытка ощущений. Олег, возвращайся скорее, пожалуйста.