ты когда нибудь влюблялся..?

9.12. Шум улиц разбавлял тишину мира, дети спешили в школы, богатые мужчины и женщины на деловые встречи, а торговцы громко созывали народ на покупки. Кружился в плавном вальсе снег, собираясь в пушистые сугробы. Те же самые дети делали снежки и шуточно атаковали друг друга, их родители также подхватывали их игры и лепили маленьких снеговиков, снега было ещё не так много, но всё уже пытались насладиться им. Лишь чёрная вырезная трость, непринуждённо задавала свои нотки. Классические ботинки с позолоченным каблучком так же под ритм стучали по асфальту торговых улиц. А чёрная водолазка с надетым поверх белым смокингом, выделяла из общей картины молодого господина, его часто называли ангелом за его светлые волосы, небесного цвета глаза и одежду, многие казалось видели за его спиной крылья. Тонкие пальцы парня были озолочены кольцами, запястья - тонкими браслетами и небольшими часами. Пройдя по улицам и выслушая зазывающие голоса торговцев, Ланга остановился у двойной тёмно-коричневой двери с золотыми узорами. Выше на вывеске яркими буквами красовалось название швейного бутика "La vie est comme un igloo" • жизнь подобна игле •, он был одним из дорогих бутиков Японии. Его открыл французский мастер - Рэнод Фейнман, приехавший сюда жить и ему довольно крупно повезло, в городе очень любили иностранные диковинки, даже если они были похожи на уже прижившиеся вещи, люди были готовы на всё ради печати изготовления. Также одним из факторов его популярности стало то, что никто не понимал сути названия из-за чего заходили спросить о "тайном смысле". В ответ на свои вопросы люди получали философское объяснение: "Жизнь подобна игле, ведь она может искривиться, сделать кривую строчку и ведь ты никогда не знаешь когда она сломается." Немного потупившись у двери Ланга зашёл в бутик, открыв дверь на половину на голову парня налетела шёлковая ткань, после чего последовал разъярённый крик – Мия, твою ж дивизию! – Упс, извиняйте! – спустя мгновение преграду зрения в виде ткани снял молодой парнишка, которого Ланга очень хорошо знал, их родители дружили и часто продумывали дизайны костюмов вместе. – Тоже рад тебя видеть, Мия – проведя рукой по волосам, он подошёл к недовольному мужчине за кассой и протянул ему руку. – Чёртов негодник, – пустив ещё пару недовольных взглядов на парня, он протянул руку в ответ – какие гости! Что привело тебя сюда, мой мальчик? – Хочу поручить вам подарок, на Новый год, для моей матери – рукой вытащил из кармана брюк, сложенный листок. – А не рановато ли? – Да, но я хочу что бы он был выполнен максимально качественно, ведь работа предстоит кропотливая – Ланга протянул мужчине свёрток – так же я попрошу вас передать макет кольца вашей жене. Широкие пальцы мужчины аккуратно развернули листок бумаги, с изображением фиолетового смокинга с золотистыми узорами и указаниями всех нужных размеров, также серебрянное кольцо с аметистом, показанное со всех сторон – ох, Ланга, твои эскизы как всегда на высшем уровне! Я передам твой заказ Юки. – Благодарю вас, – за спиной молодого господина послышался грохот, после чего знакомый голос. – С вами всё в порядке? – повернувшись пред Лангой, в дверях стоял Рэки, а перед вторым от двери шкафом на полу сидел Мия и трепал место ушиба на голове. – Мия! Нельзя быть чуть поаккуратнее? – приведя себя в спокойный вид Фейнман начал разговор с новым гостем – добро пожаловать, хотите купить ткань или сделать уникальный заказ? – Здраствуйте, я не буду делать заказ, – Рэки подал руку Мие и помог встать на ноги, после встал по левую сторону от голубоглазого парня – но мой господин скорее всего его уже его сделал. – Это, тот о ком я думаю? – Да, мой верный слуга и лучший друг. – Ты его выбрал?! Когда успел? – с удивлением ответил мастер и облокотился на стойку. – Серьёзно? – подхватил удивление покалеченный паренёк. – Почему вы все так эмоционально реагируете? – вопросительно переводил взгляд то на Мию, то на Рэнода. Около года Ланга не мог выбрать себе слугу, видимо заставив таким образом всех верить, что этого никогда и не случится. Многие знакомые оправдывали его завышенными стандартами, если это, конечно можно назвать оправданием. Но на всё вопросы: "ну когда?", " а почему?", Ланга оправдывался одной и той же фразой – время не пришло. – Ладно, ты молодец, будут ещё какие-то пожелания насчёт заказа? – мужчина убрал эскиз в ящик стола и закрыл его. – Нет, но если будет что-то не понятно, напишите мне, – Ланга положил руку на грудь и приклонился, после чего показал жестом в сторону двери, дав Рэки задачу – до свидания. – До скорого, Ланга! – мистер Фейнман проводил парня взглядом – ладно, Мия перенеси шёлк в третий шкаф, Мия? – оглядев весь магазин, парня нигде не оказалось – Мия! Чёрт тебя дери, опять смылился! * – Тут мы закончили – выйдя из здания, Ланга мельком пробежал глазами по местности. – Хотите ещё что нибудь посетить? – сказав, Рэки стал чуть вперёд от своего господина и заглянул ему в глаза, тем самым забирая и фокусируя его внимание на себе. – А ты? – Что? – Ты не хочешь куда-нибудь пойти? – побив по циферблату часов на руке – у нас ещё много свободного времени, а тлеть в поместье я не хочу. – Не думаю что хочу что-либо посетить, да и мне это не подобается – отрезал Рэки. – А вы миленько смотритесь – между парнями из ниоткуда появился Мия, этот парень был очень проворным и шустрым, и всегда мог улизнуть даже под строгим контролем. – Мия, ты же должен.. – Помогать отцу? Как бы да, но мне не очень хочеться тухнуть с тканями, когда на улице все резвятся! – после слов он посмотрел на детей которые играли в снежки не липким снегом, снежки разваливались прямо в руках. – Хитрый ты лис..! – молодой господин, буквально, чуть склонил голову на бок и недовольно покачал ей. – Не люблю, лисиц, лучше уж наглый кот и да, хватит вести себя как мой отец! – мальчишка опять перевёл взгляд на прохожих, только на этот раз в его внимание попала молодая пара, женщина шла со своим мужем держа его под руку и что-то мило ему ворковала, – придумал! Пойдёмте выберем вам кольца, голубочки! – ехидно улыбаясь, Мия почти бегом направился куда-то в доль домов. – Голубочки..? – удивился Рэки – Ох, пойдём, если потеряем его, нам может перепасть – Ланга не сильно взял за запястье Рэки и быстрым шагом направился по пути Мии, держа трость подмышкой. Быстрые шаги постепенно и плавно переходили в бег рысцой, пытаясь не потерять из виду мальчишку Ланга и Рэки часто извинялись перед людьми, за то что толкнули их или задели сумки. Поиграв в догонялки примерно минуты три или пять, резвый кот забежал в небольшую торговую палатку. Выглядела она как индейский шатёр, красного цвета, дверью служила одна из тканей, которую можно было скрутить на верху. Только добежав до места, Мия уже вышел обратно, а парни которые "водили" в этой игре пытались восстановить дыхание. – Держите, голубочки, – взяв руку Ланги, Мия вложил небольшие предметы ему в руку, и зажал. После отошёл на шаг назад, видимо ожидая реакции. Приведя себя в норму, восстановив дыхание, он медленно разжал руку, ожидая худшего. На ладони лежали два золотых кольца, переливающихся на еле выглядывающем солнце, кольца были просты, без рисунка или лишних деталей. В недоумении Ланга сверлил кольца глазами, Рэки же кусал губы, пытаясь не засмеяться или сказать лишнего. Спустя мучительно долгую минуту молодой господин посмотрел на размеры колец и заметив свой, отдал второе слуге. Тогда в недоумение пришёл Рэки, мало того что это превратилось в что-то странное из глупой шутки, похоже Ланга воспринимал это в серьёз. Мия так же вроде недоумевал, а вроде и был доволен, кто его знает? Но оба облегчённо выдохнули когда Ланга надел кольцо на безымянный палец левой руки, вместо правой. Скорее всего он сделал это чтобы никто не задавал лишних вопросов, а особенно его невеста. – Золото - дорогая вещь, – пояснил господин. – Ладно, голубочки, пожалуй оставлю вас, а то нахохлились – лицо беглеца расплылось в безумно довольной улыбке, казалось он сейчас замурчит – не стесняйтесь, я ухожу! – закончив, котофей улизнул куда-то в толпу. – Можешь не носить, – обернулся на к Рэки Ланга, – но оставь, продаж, если что вдруг. – Хорошо, – кивая, ответил слуга. После этого разговора они направились в сторону повозок, чтобы добраться домой, всю дорогу они не общались. Казалось, их смутила вся эта ситуация, но по прибытию, забыв всё как страшный сон, Ланга принялся за небольшие зарисовки в блокноте. *** 13.12. Утро. Ланга проснулся по первому звонку будильника, ровно в шесть тридцать утра, солнце озаряло белые стены и постельное бельё, золотистые рамки переливались и блистали, за окном падал мягкими хлопьями пушистый снег. Поднявшись, молодой господин сел на край кровати, всматриваясь в пейзаж за окном, всё белым-бело, что пестрило в глазах. Недолго думая и подойдя к окну, он полностью отворил его, вдохнув холодный воздух. Слабый ветерок подул ему в лицо, тело покрылось мурашками от холода, а солнце тут же скрылось за серой пеленой. Суббота – единственный выходной Ланги, и тот день который он ненавидел тратить на что-то бесполезное, развлечения и безделье. Простояв у окна примерно минут пять, и безмятежно медитируя, в грудь что-то внезапно ударяет парня, после следует чей-то голос снизу: – Приветик, молчок-волчок! – издевательски улыбается Мия. Снежок прилетевший к Ланге охолодил его ещё сильнее, несколько отлетевших от общей массы частичек снега попали ему под рубашку, и холодными каплями стекали по животу. Моментально пробудившись от всех мыслей, он начал прыгать на месте пытаясь избавиться от того, что ещё не успело растаять. – Ты что тут вообще делаешь? – разъярённо промычал Ланга, пытаясь сдержаться от криков. – Пришёл тебя проведать, – язвительно ответил на вопрос Мия – отец в гости пришёл, обговаривают что-то. – Понятно.. – над ними повисла неловкая пауза, которую спустя минуту прервали. За дверью послышался стук в дверь, Ланга уже знал кто это, ведь только этот человек так бережно относился к его личному пространству, - это Рэки. Он открыл ему дверь сам. Белая рубашка была тщательно выглажена, чёрный пиджак с брюками были чистыми и, если сильно вдохнуть можно было почувствовать запах порошка. В первые господин так пристально, не стыдясь рассматривал своего слугу, возможно так на него действовал недосып или он просто парил в своих мыслях. Но что он разбирал его чуть ли не по частям, вглядываясь в каждый шов, было действительностью. – Всё нормально? – прервал того слуга. – А..да – покраснев от стыда, он отвернулся и закусил нижнюю губу, придумывая объяснение своих действий. – Приехал господин Фейнман, со своим сыном – пытаясь смотреть куда угодно, но не в глаза, отвечал Рэки. – Я знаю, прохвост уже успел объявиться – покосился на окно Ланга. – Понятно.., есть планы? – их разговор был безумно неловким, что казалось оба скоро сгорят от стыда. Переводя взгляд то на балкон, с которого недавно он чуть не выругался на Мию, то на Рэки, с которым они недавно провели неловкий разговор. После его глаза вдруг вспыхнули от идеи, которая внезапно пришла ему в голову. – Ты, – он направил указательный палец на Рэки – иди и одевайся, – после перевёл на коридор – пойдём прогуляемся. * На улице было холодно и снежно, сугробы были большими и пушистыми, как будто облака приземлились на землю. Выйдя на задний двор, Ланга вдохнул полной грудью, холод пронёсся по горлу и разнёсся по лёгким, затем, с выдохом изо рта понёсся пар. В его репертуаре было одеться в бело-чёрных тонах, чёрную водолазку накрывало белое бархатное пальто прошитое внутри мехом, на голове были пушистые наушники, которые закрывали уши от мороза, а чёрными ботинками отпечатывались ровные следы на снежной земле. Спускаясь с лестницы ещё один снежок от проказника прилетел в Лангу, только теперь уже в лицо. – В яблочко! – мальчишка прыгнул на месте, поднимая руки вверх, как будто забил гол. Стряхнув снег с лица, господин поморщился от холода, после обернулся к своему слуге, стоявшему позади спрашивая глазами: остался ли снег на лице. Отрицательно качнув головой, он успокоился и начал разговор – чем я заслужил такое неуважение? – Про уважение - не знаю – он сложил руки на груди – мне нравиться тебя бесить, интересно когда ты уже сорвёшся. Их семьи были довольно давно знакомы, после переезда мистер Фейнман начал делать себе имя в городе и знакомиться с влиятельными людьми. С момента рождения Мии их знакомство сразу не заладилось, он вечно доставал Лангу чем то, негодничал даже с малых лет. – Я уже привык, поэтому тебе придётся постараться – он утёр лицо шарфом от лишней влаги. Но буквально через секунду, ему в лицо прилетел ещё один снежок, только казалось размером больше. Бунтарь рассмеялся от того как постепенно выводил "братца" на эмоции, недовольно вздохнув Ланге снова пришлось убирать снег и вытирать лицо. Также повернувшись к Рэки, чтобы проверить чистоту лица, он незаметно для Мии слепил мягкий снежок, что бы вдруг не сделать мальцу фингал. После подтверждающего кивка Рэки, Ланга резко обернулся и отомстил Мии снежком в лицо. От удивления и досады мальчишка недовольно зашипел стиснув зубы, отряхнул снег и хватая руками снег, начал бросаться им в сторону старшего. Тот же не медлив, укрывался руками что бы ему не попало в глаза подхватил шуточную войну и бросал снег в Мию. Они бегали по заднему двору, прячась за деревьями и построениями, но ни на секунду не переставали бросаться снегом. Рэки же наблюдая за всем этим, стоял в стороне, не желая быть мокрым и холодным от снега, присев на скамью между накрытых туй, он ожидал окончания войны. * Закончили они довольно быстро, победителем оказался Ланга, он забросал его снежками по самую голову, тот сдался после трёх точных попаданий в лицо и упал в сугроб, притворяясь мёртвым. Отряхнув перчатки от скопившегося на них снега, он неторопливо дошёл до Рэки и сел рядом. – Фух, давно я так не бегал – он утёр лоб от пота перчаткой и развернулся к рядом сидящему – я победитель. Задержав взгляд на покрасневшем от холода лице господина, он промолвил – вы молодцы, горжусь – потрепал его волосы, искренне улыбаясь. Тот улыбнулся в ответ, обратив внимание на "мёртвого" он крикнул – вставай, а то заболеешь. На голос Мия откликнулся и из сугроба вдруг поднялась голова, так как тело было завалено снегом, выглядело это странно. Но быстро подскочив, он подбежал к парням. – Ты выйграл в бою, но не победил в войне! – после данных слов, Мия вскарабкался на сугроб на против, так как снег в каких-то местах успел немного замёрзнуть, сугроб его выдержал – я царь горы! Решив выиграть и войну, Ланга встал со скамьи, но не успев выпрямиться, сугроб затрещал. И тут же Мия оказался по пояс в снегу, от неожиданности он начал барахтаться пытаясь выбраться из заточения, но попытки успехом не увенчались. Смех различных голосов заполнил задний двор, их было даже больше чем три, что смутило Лангу, обернувшись на вход на пороге стояла Нанако Хасэгава и Рэнод Фейнман, они тоже смеялись от вышедшей картины. – Хватит смеяться! Помогите мне! – недовольно закричал Мия, обидевшийся на всех кто смеялся над ним. – Да-да, иду! – Рэнод с широкой улыбкой подошёл к сыну и достал его из снежного заточения, Мия отвернулся не желая видеть смеющихся над ним. – Мия, ну не обижайся, мы же не со зла, – Нанако так же подошла к Мии и положила руку ему на плечо, подбадривая. Тот вальяжно отвернулся полностью демонстрируя свою обиду, напрашиваться на извинения не пришлось, госпожа сразу стала извиняться, не желая портить отношения с его семьёй. Удовлетворившись парнишка ещё немного пообижался и завёл нейтральную тему. Не вслушиваясь в разговоры Ланга стоял и размышлял о своём, Рэки же стоял рядом ожидая приказа. – Ну хорошо, – мама Ланги сказала эту фразу намного громче остальных, – объявляю второй раунд снежной войны! – Да! Теперь то я уж точно не проиграю – Мия состроил лицо безумного учёного и потёр руки будто придумывая злобный план. – Что? – переспросил Ланга, такого резкого поворота он явно не ожидал. – Второй раунд битвы снежками – повторил Рэнод, – ты тоже учавствуешь. Поборемся же за право съесть первый мандарин! После странной фразы всё подбодрились и быстро разбежались по углам в импровизированные укрытия. Мия юркнул за сугроб, который полностью закрывал его, он вырыл там небольшую выемку, размером с него же чтобы точно укрыться со всех сторон. Нанако немного думала над укрытием как над снарядами, укрывшись за деревом, она приступила за лепку снежков, что бы точно не оставить врагов сухими. Рэнод же решил найти укрытие и скрыться там до конца войны, план хитрый, но довольно рабочий. Забежав за сугроб, из-за него он на цыпочках пробрался к лестнице поместья и укрылся там. Ланга, как всегда, попадая своими способностями терпеливо следил за тактиками соперников и учитывал и отмечал всё уязвимые места. Увидев всё что хотел он обратился к Рэки – ты не играешь? – Нет, но я буду болеть за вас – ответил на поставленный вопрос Рэки и улыбнулся. – Спасибо, – оглянувшись на места где таились соперники он продолжил – ты можешь заняться делами, если хочешь. – Думаю, я хотел бы кое что сделать. – Тогда, я тебя освобождаю – пошутил он и вальяжно направил рукой в сторону слуги. – Я буду следить за игрой, не проиграйте! – Я обязательно выиграю – напоследок посмотрев Рэки в глаза, он развернулся направляясь в подмеченное укрытие. Теперь он не мог сдаться. Не мог проиграть. * Все устало уселись на скамейку, они тяжело дышали, но улыбались, их щёки покраснели, лучше чем от свёклы. Второй раунд закончился с результатами: Нанако - 12 попаданий по врагам; Рэнод - 0 - так как сидел в укрытии всё время; Мия - 28 - его тактика была очень удачной, да и ловкость с проворностью помогли; Ланга - 44 - тщательно продуманная тактика хорошо справилась. – Фух, ну ничего, я отыграюсь в третьем раунде! – вскочил с места Мия. – Хах, нет уж, в следующем раунде выиграю я! – вступила с ним в спор Нанако. – Да, да, только давайте в следующий раз – Фейнман как всегда родство улыбался, хоть и не заработал даже одного очка – не думаю что даже у тебя, Мия остались силы. – Они есть! – недовольно воскликнул парень. – Да, мы тебе верим – мисс засмеялась, – ладно, пойдёмте домой, а то так и заболеть можно. Выпьем чаю, поговорим. – Хорошая идея! – поддержал её мужчина. – Ладно, но ты молчок-волчок, знай – он почти в притык подошёл к Ланге – в следующий раз, выиграю я! – Попробуй, – усмехнулся тот и огляделся вокруг. Красноволосый парень сидел между двух ёлок, которые стояли у террасы, и копался в снегу. Вся команда проследовала в дом, но Ланга направился в противоположную сторону, к Рэки. Подойдя ближе он сел рядом, на корточки, рассматривая что тот делает. Не заметив его, Рэки напевая себе песню под нос, лепил двух маленьких снеговиков, стоящих рядом. Они состояли всего из двух небольших комов, небольшие снежки служили им ногами и руками, из небольших камушков которые слуга скорее всего поднял с расчищенной дорожки служили глазами, ртом и носом. – Миленько выходит, – прокомментировал работу Ланга, от неожиданности Рэки дёрнулся и увидев господина с облегчением вздохнул. – С победой вас, – переключился Рэки. – Спасибо, – Хасэгава улыбнулся прикрыв глаза, – тебе помочь? – Нет, я почти закончил. – Хорошо. Ланга отошёл к на два шага назад, наблюдая за работой. Спустя пять минут, Рэки кивнул своей работе и отошёл к господину. – Какие чудесные! – светловолосого пробирало умиление, маленькие снеговики между двух ёлочек, которые тоже ещё не успели вырости большими, очень гармонично выглядели – я зарисую их! – Не стоит, это всего лишь вброс вдохновения и детских воспоминаний – было видно что слуга смутился от комплиментов в сторону его творения, покраснев он видимо решил смутить своего господина и поправил ему волосы, закрепив их на пушистом наушнике, затем, перевёл тему – пройдёмте в дом? – Да, иди, я сейчас догоню – тут Ланга поблагодарил высшие силы за то, что было не видно его покрасневшие, от смущения уши. Рэки молча кивнул и отправился в сторону входа, Ланга же ища подходящие предметы шарил по карманам. Найдя в одном из карманов пробник пряжи продолговатой формы, он окутал им "шею" снеговика, удовлетворившись он снова посмотрел на них с расстояния, затем ушёл в дом. Теперь это были снежные копии Ланги и Рэки, которые, казалось, тоже хорошо ладили. *** 20.12. – Ланга, Ланга! Встава-ай! – раннее утро, все люди ещё спят и видят сны, но парня разбудил знакомый голос, отогнавший все мысли – доброе утро! – Доброе утро, мам, – сонно произнёс Ланга, он пытался пробудить свой мозг что бы вновь не погрузиться в сон. – Не спать, – стала подбадривать сонного госпожа Нанако, похлопывая его по спине. Обратив внимание на время, Ланга одновременно удивился и прозлился, стрелки на белых настенных часах показывали примерно 5:20 утра. – С чего вдруг ты разбудила меня сама, да и в такую рань? – сонно пробормотал Ланга, похлопав себя по лицу. – Я проснулась час назад и меня не покидала одна мысль, – господа сена на край кровати и осматривала комнату парня, – я хочу украсить комнаты и ёлку, вместе с тобой! – Но, я не люб.. – Да, ты не любишь мероприятия и праздники, – перебила того госпожа – но я хочу зарядить тебя новогодним настроением! – Если получится... – Я постараюсь! – Тогда я переоденусь и прийду, – потрепав взъерошенные после сна волосы, он плюхнулся обратно на подушки. – Нет, переодеваться не надо, просто умойся и приди, не думаю что в официальном виде будет удобно. А ещё позови Рэки, ты прав он хороший парень. – Нанако широко и искренне улыбнулась. – Хорошо, – немного поражённый словами матери, Ланга задумался с чего её мнение изменилось, ведь именно она, при первом знакомстве была против. Женщина ушла. Ланга же все процедуры гигиены, осмыслял её слова, пытаясь увидеть в них скрытый смысл или коварный план. Но разобрав на частички каждую букву и ничего так и не найдя, он отправился вниз по лестнице, к комнате Рэки. Было довольно стыдно будить человека, который много работает и довольно мало спит, но было нужно. Постучав в белую дверь, ответа не последовало, после второго раза, тоже. Решившись, он выдохнул и толкнул дверь. В комнате не было света, он лился из коридора маленькой щёлкой. Не желая будить слугу, он прикрыл дверь и сел рядом, на край кровати. Ланга слабо потряс спящего за плечо, тот отмахнулся и укрылся одеялом с головой. – Рэки, хороший мой, – в шутку сказал господин, желая отрезвить его от сна, – вставай. Вышло. Рэки вылез из под одеяла, видимо услышав странные слова и знакомый голос, он хотел убедится что это не сон. Он посмотрел господину в глаза, в недоумении, он спросил: – Вы пьяны? – Что? Нет конечно! – лицо Ланги расплылось в улыбке, – Доброго утречка! Посмотрев на время, у Рэки начало возникать ещё больше вопросов. – Вы точно пьяны, с чего вдруг так рано? – Меня разбудили, а именно моя мать, сказала хочет украсить ёлку, вместе со мной – он указал на себя пальцем – и тобой – потом перевёл на него. – Хорошо, можете подождать за дверью, я оденусь – вылезая из под одеяла, он сразу подбежал к шкафу осматривая содержимое. – Не нужно, "не думаю что в официальном виде будет удобно" – Ланга процитировал свою маму. – Хорошо... – Пойдём, не будем заставлять госпожу ждать – передразнил он слова Рэки, которые были сказаны уже довольно давно. * – Ну и зачем так много? – на столе в зале стояли деревянные ящики с новогодними украшениями, которые были заполнены дóверху. – Ну знаешь ли, дом у нас большой, – Нанако вытащила из одно ящика золотистую мишуру и положила её себе на плечи, шуршащее украшение отсвечивало свет лампы на стены, из чего происходили небольшие крапинки. – Да, но мне кажется этим можно украсить весь город. – Это, – Рэки подошёл к ящикам и начал рассматривать содержимое, его глаза горели детской невинностью. Перебирая в голове варианты украшения ёлки, мысли о празднике в детстве наводили настольгию и счастье. – Красиво правда? – перебила молчание женщина, – поможешь мне? – Конечно, госпожа – от неуважения которое, казалось, он проявил, приклонясь перед ней, Рэки стал мысленно молить о пощаде. – Вот и славненько, – госпожа потрепала его по голове и отправилась в сторону входной двери, приоткрыв её она крикнула что-то дворецким на улице. Через минуту в зал занесли живую ель, которою поставили между двух лестниц, ведущих на первый этаж. Равновесие ёлки держала крестовина, прибитая на отшлифованном стволе дерева, она была примерно два метра в высь. – Ну и зачем такая большая? – обратился Ланга к матери, после ухода дворецких на свои посты. – Что бы всё украшения поместились, – приструнила того Нанако, – чтож ,Рэки, приступим? – госпожа быстро открыла защёлки на всех ящиках и откинула крышки назад, множество цветных украшений и бус были аккуратно сложены друг на друге. Выгребая всё на стол Рэки перебирал всё больше и больше комбинаций украшения в голове, но не осмелился сказать в слух, не желая понести наказания, ляпнув что-то не то. Заметив небольшое напряжение своего слуги, Ланга положил руку ему на плечо говоря мол: " не бойся, прикрою". – Сложно, сложно, у меня глаза разбежались, – объявила Нанако, выложив все украшения на стол, – есть варианты? – спросила она, устремив свой взгляд на Рэки. Сжав руки в кулаки, тот всё же осмелился и произнёс – думаю комбинация золотого и белого больше всего подойдёт по гамме к поместью, – он открыл сомкнутые веки, которые "защищали" его от реакции госпожи, не смотря той в глаза, он подтащил три игрушки на нитках и положил перед собой – думаю их можно взять за основу. Повисла гробовая тишина, осмелившись Рэки поднял глаза, увидев что мисс Нанако широко улыбается, ему стало чуть легче. – Да, думаю будет очень красиво! – неожиданно разорвала своим воскликом тишину, мать Ланги. – Рад что вам понравилось, – с облегчением выдохнул парень. – Моё мнение тут важно? – неожиданно спросил Ланга. – Ты же вроде не любишь участвовать в таких вещах? – ответила вопросом на вопрос Нанако. – Да, спрашиваю если вдруг решишь спросить меня, не надо, – предупредил молодой господин. – Вот и хорошо, приступим? – она указала рукой в сторону ёлки, предоставляя Рэки время на раздумья. Пройдя вперёд парень встал на против ёлки, мысленно расставляя игрушки по местам, в итоге ответил: – Да, придумал, – после начал сгребать то что считал нужным в отдельное место, женщина молча наблюдала за действиями парня, иногда поглядывая на дерево, прикидывая как это будет смотреться, – для начала повесим - это, – он протянул один из концов золотых бус госпоже. – Хорошо, – она улыбнулась и направилась к ёлке, – знаю ты не хочешь участвовать, – ласково, даже с трепетом посмотрела она на сына, – но я тут не достану. Недовольно вздохнув, Ланга забрал из рук матери конец бус, и запрятав его среди веток сделал три круга вокруг, обвешивая верхнюю часть. Затем передал эстафету Нанако, та кивком поблагодарила его, после стала наматывать на дерево переливающееся украшение, раскладывая его по веткам она бормотала себе новогоднюю песню под нос, пританцовывая. Рэки упрятал второй конец так же в колючие ветки, после оценивающе обвёл всё взглядом. – Хорошо, а теперь по интуиции, – взяв белый стеклянный шар с золотистой полоской проходящей как пружина всю игрушку, он повесил её на одну из веток. Мисс, вторя его движениям взяла уже другую игрушку, полностью матово-золотую и повесила на противоположную ветку от первой. Так одна за другой, разных оттенков, с разными узорами, на колющих ветках появлялись всё новые, и новые игрушки. Обычные шары разбавляли колокольчики, цветочки, ленточки. Пока Рэки с Нанако занимались ёлкой, перевешивая с ветки на ветку игрушки и мучаясь с тем, что бы не было перевеса тех, или иных цветов на одну сторону, Ланга мирно украшал перила тонкой мишурой белого цвета, отмеряя что бы расстояние, между оборотами, было одинаковым. Рядом со стволом ёлки, отхватил себе почётное место золотой оленёнок, с повозкой за спиной, в которую положили несколько игрушек, что бы та не казалась обделённой. – Фух, – утёр лоб слуга, удовлетворившись украшением. – Это шикарно выглядит, – главнокомандующая отошла подальше, что бы полностью увидеть то что они сделали, – ты умница, Рэки! – Я действовал по интуиции, – смутился парень. – Но это правда шикарно, – так же похвалил его Ланга, – видимо тебе нравится Новый год, да и всё праздники видимо... – Лучше бы, они тебе так нравились, – недовольно проговорила госпожа Хасэгава. – Не начинай, мам, – отрезал Ланга. – Просто в детстве, праздники, были единственным временем которое мы с мамой проводили полностью вместе, – было слышно, что его слова были пропитаны грустью и множеством различных эмоции, но никто не стал ворошить прошлое. – Но теперь, ты будешь проводить праздники с нами, – приобняла его госпожа, тот отпрянул, но вспоминая кем этот человек ему приходиться, застыл на месте. – В каком смысле, – уточнил её сын. – Да, двухсмысленно немножко, – она скрестила руки на груди и уставилась в пол, видимо, подбирая слова, – я уезжаю, а ты, будь добр, провели с ним время как с родственником, – эти слова поразили обоих, впадя в ступор они начали переглядываться, как бы рассуждая, шутка это или нет, – я не хочу что бы вы оба провели праздники в одиночестве, потому что понимаю, это не очень приятно. По этому, разрешаю тебе на всё время что меня не будет дома, представь что ты не слуга, – она посмотрела в глаз Рэки, настолько серьёзно, что только глупец скажет что она шутит, – не думай о наказаниях и последствиях, я всё прощу. – Ты, прям серьёзно? – не веря её словам, переспросил Ланга. – Сейчас, я полностью серьёзно, – она перевела взгляд на него, сокрушая все теории, о том шутка это или реальность. Переступив порог недоумения, Ланга пришёл в то состояние, когда чрезмерная радость делила шок, стараясь как-то выровнять эту грань на нормальные эмоции, он застыл. – Ладно, у нас тут много работы, – Нанако похлопала в ладоши, переводя тему, после направилась к оставшимся украшениям. Было видно как зрение Рэки и Ланги сфокусировалось и только тогда они поняли, что всё то время они смотрели друг другу в глаза. Уши молодого господина покраснели, он откашлялся, как бы говоря не смотреть на него, слуга же, как ни в чём-то не бывало, направился к ящикам. Конечно, он тоже скрывал смущение из-за этой ситуации, но подавляя его другими эмоциями настроил мысли в нужное русло. * – Теперь я не буду возмущаться что Кэтсуо и Ивао украшают здание к праздникам довольно долго, – устало дыша произнесла Нанако, она с сыном устали при украшении зала и комнат друг друга, а у Рэки, казалось, ещё есть силы пробежать марафон, – но спасибо тебе, – обратилась она к парню полному силы – теперь наш дом выглядит красиво. – Рад помочь, – улыбнулся в ответ слуга, было уже примерно три дня, все, понятное дело, вымотались. – Теперь уж можно отдохнуть? – спросил Ланга, на что получил кивок, освобождающий от дел. Поднявшись на ноги, он отправился в верх по одной из лестниц, которая была ближе к его комнате, Рэки следом за ним. На ступеньки был накинут красный ковёр, который не до конца их прикрывал, оставляя пол метра по бокам. Коридор второго этажа тоже был украшен, но им занималась не наша троица, думаю им не хватило бы сил на весь дворец. С потолков свисали ленты белого цвета с перламутровым блеском, из каждого места где ленты соприкасались с потолком, был свешан золотой шар. Открыв и без того красивую дверь своей комнаты, Ланга вошёл, ёлкой не обделили и его комнату, небольшое дерево, подходящее по гамме к его белоснежной комнате неплохо уживалась на дальнем краю стола. Гирлянда висевшая пол потолком, в темноте очень хорошо освещала комнату. Ещё раз осмотрев свою комнату, Ланга, уставше сел на кровать, желание прилечь поспать не покидало его с самого утра. – Рэки, можешь сделать чай? – спросил он. – Конечно, сию секунду, – Рэки вышел в коридор, закрыв за собой дверь. – Как же я устал, – повернув голову он пустыми глазами смотрел на огоньки отражающиеся в окне и месяц, который скоро станет большой луной, озаряющей землю. *** 31.12. Все недели до этого дня проходили вполне нормально, каждый день проходил по расписанию, занятия, отдых, чтение книг, но за неделю до праздников Мэри объявила отдых и пожелая ученику весело справить новый год, оставила небольшой подарок в виде кольца. В гравировке которого были ноты произведения "Лунный свет" Клода Дебюсси. С самого утра все в поместье обменивались поздравлениями и пожеланиями на следующий год, госпожа Нанако, отъезжала ранним утром и Ланге пришлось перевести будильник на ещё раннее время. Он хотел лично вручить матери тот подарок, который готовился весь месяц. Утром, в громадные сборы парню удалось выхватить мать на пять минут, та была недовольна из-за того что он отвлекает её по пустякам. – Ланга, давай быстрее, я так опоздаю! – недовольно восклицала женщина, видя как её сын ищет что-то в шкафу. – Мам, успокойся, у тебя полно времени, – пытался успокоить ту Ланга, достав подарок, упакованный небольшой в деревянный ящик с узорами, – так как ты уезжаешь, – начал он подготовленную речь, – я не могу подарить тебе это в полночь, но хочу чтобы ты была в нём на многих праздниках, надеюсь тебе понравится. – парень протянул ей ящичек и сделал шаг назад. – Видно ты постарался, – мисс Нанако открыла защёлку и опрокинула крышку назад, придерживая её рукой. По первому виду содержимого понятно было что подарок из ткани или обёрнут в ткань тёмно-сиреневого цвета. Молча вынув свёрток, она положила его на кровати, развернув она улыбнулась настолько сильно, сколько могла. Увидев перед собой фрак излюбленного цвета, который был пошит строго под неё, вызванный восторг было не описать. Мисс кинулась обнимать своего сына, паралельно расхваливая подарок. – какой красивый! Ты сам эскиз нарисовал? – А как же ещё? – обнял её в ответ Ланга. – Ты такой молодец! После недолгой минутки взаимной радости, молодой господин вспомнил про ещё одну часть подарка. Нежно оттолкнув матерь, он подошёл к шкатулке со всеми драгоценностями, – я забыл про аксессуары для полного образа, – отодвинув указательным пальцем пару серебрянных колец, и найдя нужное он вновь развернулся к женщине, – дай руку, – кратко добавил Ланга. Та послушалась и протянула правую руку, не сильно обхватив ладонь он надел кольцо на её тонкий указательный палец. Серебрянное украшение хорошо дополняло бы любой образ Нанако, основание было резным, среди множества бессмысленных узором можно было увидеть скрипичные ключики, но тем что сильно бросалось в глаза был аметист. Камень был не слишком дорогой, но женщина любила его всем сердцем, "больше чем играть на скрипке или фортепиано", как говорилось в их семье, переливаясь всеми цветами фиолетового он привлекал к себе внимание, что было важным для госпожи. – Это обворожительно, – она вытянула руку перед собой, осматривая кольцо на пальце, – спасибо сынок. – Без благодарностей, ты многое сделал для меня, – ласково проговорил Ланга, переводя взгляд на часы, было почти семь утра, – не буду тебя отвлекать, можешь продолжить сборы. – Всё равно, ещё раз спасибо, – она повесила фрак себе на руку и удалилась из комнаты сына. Ланга сел на кровать, он был рад эмоциям матери, что что-то с самого утра не давало ему покоя, было чувство, что он забыл про что-то очень важное, но как не старался не мог понять что. * В семь тридцать в дверь постучали, Ланга знал, это был - Рэки. – Входи, – сказал он и дверь приоткрылась, юноша в чёрном как ночное небо, фраке зашёл в комнату. – Так и думал, вы не спите, вижу вашей матери понравился подарок? – Да, ну это понятно, эскиз был хорошим, – он смотрел на Рэки, его глаза выражали эмоции искренней радости, которую он видел каждый раз когда находился рядом с ним. Он не знал многих реакции парня, и как они выглядят, но его улыбка ему нравилась. – сегодня мы празднуем вместе, но если хочешь можешь не проводить время со мной, все говорят что я докучаю. – Докучаете? – с недоумением он наклонил голову на бок, – поверьте мне, но за всё время вы не разу не наскучили мне. Мне интересно проводить с вами время, возможно у меня заниженные стандарты, но я люблю каждый момент проведённый с вами. От такого количества различных приятных слов, у Ланги закружилась голова. В груди как то непонятно приятно затрепетало, казалось что пушистая шёрстка кроликов щекочет его живот. – Приятно слышать, – как бы он не старался складывать речи в своей голове, сказать он мог только это. Из коридора слышались голоса, но слов разобрать было невозможно. Но одно парни услышали точно, а именно громкий клич призывающий их спуститься. Выйдя из комнаты, Ланга подошёл к перилам лестницы, госпожа и правда звала обоих по именам, спустившись к ней он рукой показала дворецким выйти. – Чтож, я отъезжаю, с надеждой я-то вы проведёте время весело, – она пристально смотрела то на Лангу, то на Рэки, – развлекайтесь и да, под ёлкой и для тебя есть подарок, – она положила руку на плечо слуги. – с Новым годом и Рождеством! – крикнула госпожа, после ушла во двор, было слышно как отъезжает повозка и лошадки цокают копытами по камням. – До самого праздника ещё много, – сказал Ланга, после надолго задумался, подбирая развлечение обоим по душе. – Мы можем просто порисовать, – проник в молчание Рэки, – вместе. – Но это довольно... – Скучно? – перебил того слуга, – я говорил, что с вами не бывает скучно, да и рисовать нам обоим нравится. – Да.., думаю ты прав, – Рэки каждый раз удивлял молодого господина своими действиями или словами, так как они совершенно не совпадали с тем что говорили ему другие. * За рисованием время пролетело мимолётно, Ланга сидел за мольбертом, рисуя по памяти тех маленьких снеговичков, которых слепил в начале зимы Рэки. Маленькие и, к сожалению, не живые создания получались, казалось ещё милее чем они были, каждый рельеф запомнился Ланге на долгое время. На этот раз, Рэки не стоял рядом как зритель, а был привлечён к делу. Молодой господин отдал ему на пользование переноснóй блокнот и принадлежности, которыми рисовал в нём. За своей работой, слуга часто отвлекался на творение сидевшего рядом, восхищаясь чётко поставленными линиями, было чувство, что Ланга не боялся сделать ошибку, а если такое и случалось, то он исправлял недочёт от чего становилось даже лучше. Много они провели бы за творчеством, а особенно от навалившего вдохновения и снега. Буквально вчера снег расстаял и зимняя сказка превратилась в унылую осеннюю погоду, но видимо на праздник погода решила порадовать жителей города волшебным настроением. – Прогуляемся? – вдруг неожиданно сказал Ланга, закончивший работу пару минут назад. – Хотите вновь посмотреть на красоту падающего снега? – ответил тому Рэки. – Конечно, – кратко сказал господин. Они быстро оделись в зимнюю одежду, не застёгивая её, было не сильно холодно, шанс заболеть был высочайше мал. Ступив на заснеженный тонким слоем порог заднего двора, на земле остался след ботинка Ланги, за тем второй третий, рядом с одной тропой шагов следовала вторая, принадлежащая слуге. Уходе в глубь сада, они наслаждались холодком, опускавшимся им на лица, руки. Снежинки кружили в плавном вальсе, опускаясь на землю, нароставший пушистый покров выглядел как тонкое хлопковое одеяло, которое согревало в холодную погоду. Медленно прогуливаясь по знакомым тропинкам, обходя все места которые можно было. Рассмотрев каждый рисунок застывшей воды в пруду, все неровности дощечек моста. Исследуя каждый миллиметр территории, затем возвращаясь по тому же пути, Ланга впервые увидел дом снаружи, сразу поразившись красотой. Видимо все огоньки ушли на украшение карниза крыши, только одни эти гирлянды могли осветить главный вход и задний двор. Как будто скопившиеся в одном месте звёзды, сверкающие с неба. Деревья хоть и потеряли на сезон свою листву, но продолжали поражать изящностью тонких веток. Трава поникла, как будто засыпая под снежным одеяльцем. – Выглядит, как будто звёзды, как птицы сбились под крышу, чтоб не замёрзнуть, – взгляд Рэки был устремлён на огоньки под крышей, глаза его горели так же, как тогда, при виде украшений на ёлку. Молча изучив профиль парня, стоявшего рядом, Ланга продолжил двигаться в направлении двери. Дорожка по бокам которой росли туи, зимой выглядела очень волшебно, как будто в замке у снежной королевы. Месяц затерялся где-то в тёмных облаках, которые почти отчётливо было видно. В дом не было желания заходить, хотелось остаться подольше в сказке, не осознавая мутности настоящего мира. Но ветер, подгоняя к дверям тёплого укрытия, как будто заботился о здоровье юношей. Дом тоже выглядел как сказка, но что-то было не то, не хватало, то ли снега, то ли мигающих огоньков, нет, не было звёзд. – Пройдём, возьмём немного еды, – сняв куртку, Ланга не стал нагружать Рэки и понёс на руке, слуга, проделав пару попыток забрать одежду у господина, что, не увенчалось успехом, бросил затею. Взяв золотой поднос, только одни ручки которого выглядели, как произведение искусства. Хасэгава поставил на него пару блюд, после аккуратно, пристально следя за процессом направился в комнату, – с тебя чай, – ступая на первую ступеньку обратился к помощнику тот. – Конечно, – кивнул Рэки. Все ингредиенты и их пропорции он знал наизусть, его научила мама, семья в которой они проживали очень любили чаи. Казалось, это единственные знания, которые пригодились. Через пару минут, уже в комнате, всё было расставлено по столу, блюда выглядели как в одном из дорогих ресторанов, правда порции были гораздо больше. – Поставь там, – указал Хасэгава подбородком на пустое место. Проследовав указаниям, Рэки, по привычке встал на место рядом с Лангой, тот в недоумении повернувшись к слуге разъяснил, – когда имеется в виду - расслабиться, значит тебе можно пройти за стол. – Вы уверенны? – недоверчиво спросил слуга. – Более чем, садись скорее, последние двадцать минут нужно достойно провести, – он провёл глазами Рэки до места на против, – так мама говорила... – тяжело вздохнув, не понимая как можно провести достойно двадцать минут в молчании, он услышал. – У вас хорошая мать. Ланга поднял голову на говорящего, – да, но она всегда слушает только себя и других людей, меня как будто нет для неё. – Вам кажется, вы не видели как она смотрит на вас, так как не может позволить себе вашего непонимания, – Рэки не смотрел в его сторону, не то что бы ему было стыдно, он просто не мог позволить себе такое, а особенно за столом. – Смотрит? Возможно она просто скучает по отцу или размышляет о свадьбе, ей больше ничего не интересно, – потихоньку они приступили к трапезе, но так же не смотря друг другу в глаза, иногда они смотрели на руки собеседника, но не больше пяти секунд. – Не думаю, она хочет что бы вы были самостоятельным, не зависели от любви и людей, по этому отталкивает вас, не хочет причинить боль. Которую сама когда-то почувствовала, – слова звучали очень чисто, как будто соловей пел под окном. – И по этому не даёт мне выбора с кем жить? Тогда, могу сказать, она губит мою жизнь ещё больше, – слова Ланги же, звучали неуверенно, грустно. – Нет, скорее всего, она понимает, что ничего серьёзного не будет, просто... – он замолчал. – Что-то не так? – спросил того господин, – просто..? – Ничего, извините, ушёл в свои мысли, – Рэки убрал правую руку под стол, сжав кулак почти до хруста пальцев. – Хорошо.. – видимо, предав значения словам Ланги, Кян старался заполнить всё время разговорами, совершенно на разные темы, смех заглушал всё, звуки салютов и громкие кричалки соседей, что было удивительно, ведь находились они на достаточном расстоянии. – Ну что? С Новым годом? – Рэки поднял чашечку чая над столом. – С Новым годом, – на лице Ланги растянулась улыбка, подняв так же чашку чая над столом, издав тонкий "дзинь", они сделали пару глотков. Просидев за разговорами почти час что-то вызвало странную идею у Ланги, которую он пытался отмахнуть, придумывая отговорки для самого себя, но та назойливо сверлила ему мозг. – Слушай, – начал Ланга, – можешь послушать как я играю? – каждый раз когда начиналось занятие фортепиано, он строго приказывал Рэки уходить на всё время занятий, к себе в комнату. Вообще играть при людях он не стеснялся, но осуждения именно от своего слуги, почему-то, слышать не хотелось. – Вы правда разрешите мне?! – парень на против радостно воскликнул, пристав из-за стола. – Да, – смотря как горят глаза Рэки, было прекрасно, он любил когда тот радовался, видеть его улыбку. Ланга взял Рэки за запястье, медленно вводя того в предвкушение, открыв дверь зала он толкнул её от себя, перед их взором в лучах полной луны сияло белое фортепиано, на золотых резных ножках, стол был завален нотными тетрадями с пробниками мелодий, которые сочинял молодой господин. С горящими от радости глазами, слуга осматривал всё максимально подробно, проводя кончиками пальцев по листкам, затем оглядевшись по сторонам взирая на белоснежные скрипки со смычками, виолончель, стоявшую в углу, нетерпеливо произнёс, – я в предвкушении..! Ланга кивнул, после открыв крышку, он сел на стул. Почти положив пальцы на клавиши, он закрыл глаза, стараясь вспомнить любые произведения, но так же как первая мысль, в голове крутилось только одно. Решив довериться своим чувствам, он стал перебирать пальцы, исходящий звук был не знаком, но поразительно красив, как цветение лотоса, запах свежего воздуха, зимний ветерок. Все переходы мелодии эхом отзывались от стен, создавая, как будто, свою вселенную. Молча следив за движениями пальцев Ланги, слуга ещё раз осмотрел скрипку на стене, после встал, медленными шагами подойдя, он изучил её тщательней. Взвесив все за и против, он взял её и смычок в руки, затем вспоминая всё, чему его учили, он подхватил мелодию фортепиано. Два инструмента, становились одним целым. От неожиданного появления на заднем плане второго инструмента, не отрываясь от клавиш он повернул голову, что бы увидеть происходящее сзади периферическим зрением. Завидев как Рэки играет на скрипке, прикрыв глаза, в его груди что-то за трепетало. Его игра была не похожа, на то, как Ланга играл с матерью, он не испытывал ничего в те моменты. Но сейчас, этот человек, вдохновил его, дал насладится ему музыкой. Мелодия, стала ещё одной вещью, где они понимали друг друга без слов. – Я больше не допущу ошибок, я всё изменю... – тихо сказал Ланга, продолжая играть, что за музыкой никто не слышал его, но ему это было и не нужно, – изменю свою жизнь... – Я в вас верю.. – в полный голос проговорил Рэки, он как будто слышал слова Ланги, либо понял его выражение лица, прочитал по губам, но его поддержка была единственным что было нужно. – Спасибо, – так же, в полный голос, проговорил Ланга, после придался музыке.