Его рождественский подарок

Тарталья сидит на кровати, задумчиво вглядываясь в текст на странице книги. Снег барабанит по подоконнику, подчеркивая сияние луны. Атмосфера по истине зимняя, даже несмотря на отсутствие поющих детей рядом с семейным поместьем Аякса. Забавно, что парень решил покинуть излюбленный город прям накануне Рождества. Будь у него возможность, он бы с радостью поспорил, что воздух в городе ветра пропитан ароматом глинтвейна, а мерцание гирлянд по ночам, звездочками отражается в глазах любого, кто решит выглянуть на улицу. Без сомнений высокая сосна из Снежной, украшенная разнообразного вида пряниками, игрушками, и символами в честь архонта стоит посреди главной площади, заманивая озорных туристов. Воспоминания о предыдущих зимах, проведённых в Монштаде, поистине прекрасны. Только сейчас, задумываясь о подобной мелочи он осознал что вполне вероятно, соскучился. Однако из ностальгических раздумий его вытягивает светловолосое чудо, что смиренно сидит напротив, грея ступни у камина. Девушка определенно улыбается, аккуратно поправляя заколку в виде золотой, с синими переливами лилии. И продолжает натягивать носочки, желая заполучить как можно больше тепла. Ее силуэт настолько гармонично вливается в образ комнаты Чайльда, что тот бросает тщетные попытки дочитать предложение на странице и с потрохами уходит в плен, жадно улавливая каждое движение Люмин. Она несомненно выглядит как гребаный рождественский подарок. Его по истине совершенный рождественский подарок. Камин отбрасывает теплый свет на ее кожу и Тарталья ловит себя на желании загрести девушку в объятия, дабы ощутить родное, до безумия нужное тепло. Прижать как можно ближе и прошептать какую-то романтическую чушь. Услышав всхлип девушка обернулась, заметив мокрую дорожку на щеке парня. Она практически невесомо, на одних коленях подползла и перекинула ногу через него. — Тише. Рукой провела по волосам и носом уткнувшись в шею начала говорить что-то слишком интимное, нежное, понятное только им двоим. — Я снова могу любить. Признание слетает с губ быстрее чем до Аякса доходит смысл сказанного. Слова с легкостью рассекают воздух, зависая маленьким облачком посреди комнаты. Он одной рукой утирает свои слезы, после чего до боли преданно, будто верный пес, смотрит в глаза Путешественницы. Девушка с некоторым удивлением смотрит в ответ, рукой проводя по его волосам и невесомо целуя в лоб. — Тебя пугает любовь? — Немного. — Почему? — Как будто она не знает ответ. Слишком много предательств. Слишком много боли. Слишком много страданий, чтобы снова любить. И он не отвечает. А она лишь понимающе кивает, гладит его по голове, время от времени срываясь на поцелуи и без умолку шепчет, что любит, до безумия любит и никуда не уйдет. — Я с тобой. Снежные хлопья все еще стучат по подоконнику. Видимо, это Рождество он запомнит надолго.