Еще только раз

Около недели Эжен только осваивался в огромной библиотеке: запоминал расположение отсеков, пытался сортировать книги, составлял расписание по которому горничные должны были убираться среди бесчисленных полок. Лишь спустя семь дней работа стала более менее организованной, и парень образно запомнил расположение библиотеки и своей комнаты. Ален появлялся здесь нечасто, целыми днями занимаясь своей работой. Не имея полноценного собеседника, Эжен обратился к книгам. Слуга, умеющий читать? Да, так и было. Каждый раз, открывая одну из бесчисленных книг, юноша ненадолго погружался в свои мысли, вспоминая ласковый голос, исправляющий неправильно произнесенные слова или помогающий держать перо правильно. Печаль накатывала волнами, заставляя дальше погружаться в воспоминания об ужасных событиях. Хлоп. Входная дверь на другом конце библиотеки закрылась. Кто-то вошёл. Эхо отразило медленные размеренные шаги. Поступь вошедшего была лёгкой, местами даже пружинистой. Эжен некоторое время не шевелился. Неизвестный гость прошел чуть вглубь, остановился у второго ряда стеллажей. Какое-то время он выбирал нужную ему книгу. Найдя то, что искал, посетитель удалился так же невозмутимо, как и пришел. Эжен так и не увидел даже фигуры неизвестного. Подождав ещё немного, парень все же пошел осмотреть полки на предмет странностей после гостя. Быстро осмотрев все шкафы, Эжен заметил пропажу лишь с третьего раза. Пропала книга с полки королевского фамильного древа, а рядом с этим местом едва ощутимо пахло дорогим парфюмом. Заметно, но не приторно. Лаванда? Аромат лаванды должен быть резким и терпким. Тогда как парфюм неизвестного гостя резкостью не отличался. Он совмещал в себе признаки высокой аристократии и плавной ненавязчивости. Парфюм - дорогое удовольствие. Похоже, юноша упустил возможность хотя бы мельком увидеть герцога Кларенс. И, возможно, это грозило ему выговором: кто угодно может прийти, взять книгу, а библиотекаря на месте не видно. Оставалось лишь надеяться, что его не вышвырнут и все обойдется выговором или дополнительной работой. Пару раз печально вздохнув, Эжен вернулся к работе. Предстояло разобрать ещё очень много книг. Герцог заказывал книги и не читал, а упорядочить и поставить их на полки было нужно. Грех жаловаться, когда работа не пыльная. Руки не в мозолях или занозах, никто не орет у тебя над душой, требуя поторапливаться, даже основного работодателя ещё ни разу не было видно на горизонте.