Вторая жизнь Египта

Тело окутывала жидкость. Иви словно плыла в тёплом море, так отчаянно пытавшимся сохранить её безмятежный сон. Тёплые волны накатывали на девушку, укрывая её, словно тёплый пушистый плед. Руками она водила из стороны в сторону, наслаждаясь блаженной теплотой, спокойствием, тишиной... Однако, спустя некоторое время, девушка почувствовала странный смердящий запах разлагающейся плоти, металлический запах крови ударил в нос, заставляя Иви сощурится и приоткрыть глаза. — А! Разлепив свои веки, она наконец поняла, почему ей казалось, что происходит что-то странное: всё это время Иви плыла не в потоке тёплой воды, а в кровавой реке. Её тело, одежда, лицо - вся она была окутана густой тёмной кровью. Запах металла въелся в её кожу. Куски некогда живой плоти плавали рядом, некоторые маленькие кусочки забрались под ногти, более большие плавали сгустками неподалёку от неё, а несколько кусочков рваной кожи запутались в её волосах. — Мамочки, а-а-а! Паника захлестнула голову Иви. Она начала кричать, изо всех сил срывая голос. Барахтаясь, девушка пыталась выбраться на берег, казавшийся совсем недалёким, но что бы она ни делала, выплыть не могла. Её словно засасывал огромный подводный водоворот. И вот, когда, казалось бы ей удалось схватиться за камень, близкий к берегу, кто-то под водой вцепился ей в ногу. Острыми когтями ей словно заживо снимали кожу. Но это не продолжилось особенно долго. Её рука соскользнула с камня и, не имея никакой опоры, Иви начала погружаться под воду с неистовым криком, полным мольбы. — Нет, отпустите! Пожалуйста!!! Только что уходящая на дно кровавой реки, она оказалась в неизвестном доселе месте рядом со смутно знакомым мужчиной, однако вспомнить того она была не в силах, и потому он остался для неё незнакомцем. Однако ненадолго. Резким движением руки неизвестный мужчина закрыл рот девушке и, подняв палец к своим губам, цыкнул: — Тише. Длинные тёмные вьющиеся волосы мужчины были окроплены кровью. Тёмные, словно бездна, глаза, казалось, смотрели прямиком в душу Иви. От такого взгляда нельзя было скрыться. Когда смерть смотрит тебе в лицо невозможно убежать. Остаётся только безмолвно трястись, немощно сжимаясь в ожидании своего часа. Однако всё меняется, когда взглядом встречаются двое богов. Иви отмахнулась от руки мужчины и вновь продолжила свою речь. — Где мы?! Почему я постоянно оказываюсь там, где мне не следует быть? Я хочу обратно! В Египет! — Неугомонная душа. Я же сказал быть тише. Раньше ты была тише. — Что? — Подумала бы о своей жизни. Ты вновь погибла той же смертью. Попав в руки Осирису, ты бы больше не смогла переродиться. Явное непонимание озарило лицо Иви. Она хмуро проговорила: — Что за чушь ты несёшь?.. Только вот стоило её подсознанию наконец осознать себя и происходящее, как вдруг девушку скрючило. Свернувшись пополам, она уже была готова разразиться криком боли, но стоящий перед ней мужчина подхватил её на руки, придавив лицо к груди, заглушая ритмичные крики. — Ты только приходишь в себя... Сколько ещё предстоит... ( Несколько месяцев спустя) Время в подземном мире течёт иначе. Что для мира живых пара минут, то для подземного мира - несколько недель. С одной стороны это может показаться ужасным упущением, однако, разобравшись в делах мира мёртвых, начинаешь понимать насколько это удобно. Подобное позволяет управиться с делами мертвецов, а затем приступить к делам живых, при этом не упустив огромного количества времени. Обязанности не копятся снежным комом, а подземные божества иногда могут позволить себе «минутку». Леденящая душу тьма своими омерзительными щупальцами грозилась поглотить столь желанную душу, изнемогающую от боли. Иви корчилась от боли, извергая сгустки совсем почерневший крови. Слёзы уже высохли, их не осталось. Всё уже давно было выплакано. Ведь это продолжалось не один день. В подземном мире не только время идёт быстрее, но и муки длятся дольше. Вот такой вот парадокс. Мужчина присел недалеко от Иви. Так, чтобы не запятнать себя чёрной кровью, однако всё же настолько близко, чтобы у него была возможность придержать её за плечи. — Совсем скоро всё закончится. — Ты говорил это несколько дней назад... — еле слышный осевший голос молвил почти из последних сил, — я сбилась со счёта, сколько дней это продолжается? — Анксунамун, ты ведь ненавидишь слабость. Теперь ты и сама её проявляешь. Что-то изменилось? — Спрашивая это, ты смеёшься надо мной или искренне не понимаешь? Немного оскорблённый, Анубис отвернулся от содрогающейся в муках девушки. — Мне лишь непонятны твои изменения. Словно ты стала другим человеком, но при этом остаёшься всё той же Анксунамун. Ты более... более... — Живая? Человечная? Слабая? — Настоящая. Раньше ты напоминала хрупкую куклу с идеальной маской. Твои речи были подобны тем, что произносила сама Ра, будто бы своего разума у тебя не было. Теперь я бы не сказал подобного. — Ты сделал эти выводы всего лишь за каких-то несколько месяцев? Не слишком ли торопишься? Кха!.. Анубис похлопал закашливающуюся девушку. Почти прозрачный силуэт грозился совсем исчезнуть. Истерзанная душа не могла долго находиться в подземном мире, пропитанном тьмой и смертью, иначе постепенно душа растворялась в мучительных страданиях. — Мне нужно вернуться. — Куда? — Домой... — Куда? Вопрос казался глупым, но на самом деле актуальным. Куда?.. Где дом... Где ей место? Теперь она не Иви, но и не Анксунамун. Оставаться в подземном мире невозможно, но куда идти, когда у тебя даже нет сердца, дающего тебе воплощение. — Ладно. Тогда сердце. Ты знаешь где оно? Ты ведь ближе всех к Осирису. Немного сощурившись, Анубис скривился от подобных слов. Он не хотел быть близким к тому, кто обманул его мать, пытал дядю, почти уничтожил его собственную душу, превратив его самого в омерзительного Бога смерти. — Ты можешь переродиться. Вновь и вновь жить, проживать новые жизни. А я позабочусь о том, чтобы Осирис не узнал об этом. — Звучит заманчиво, однако... — сделав задумчивый вид, она немного поразмыслила и всё же решила умолчать о причинах, по которым желала вернуть своё божественное воплощение. Ответила лишь то, что звучало логичным: " Я хочу вернуться. У меня есть незаконченные дела". — Что же... тогда тебе придётся немного пренебречь правилами. Сердце находиться в конкретном моменте и месте истории. — Трон последнего фараона и его последние минуты жизни, так? Глаза Анубиса округлились в удивлении: — Откуда?! — Моё подсознание само стремилось туда, перенося меня посредством сна. — Вот как. Связь через сон. Очень сложный и крайне опасный метод. — Пока сердце не у меня я могу попасть в другое время, только одалживая часть своей души. Никак иначе. — Риск не то на что ты можешь идти в данной ситуации... — У меня ничего кроме этого не осталось. С минуту они смотрели друг на друга в ожидании действия или иного решения, но стоило им обоим прийти к мысли о том, что иногда пути нет, как Анубис тут же подхватил её и устремился к извивающейся тьме. Пред ним, она отступала, образуя проём, напоминающий врата перерождения, однако, выводили они прямиком в бескрайние пески пустыни. Обжигающее солнце опалило белоснежную кожу девушки. От яркого света и невыносимой жары та практически лишилась чувств. Высохшие и потрескавшиеся губы разомкнулись в немой мольбе. Руки потянулись к лицу Анубиса, но лишь безвольно упали. Совсем обессиленная, она рисковала умереть, но Анубис уже нашёл следующий переход, и они как раз вовремя перешли в одно из самых опасных мест: Река мёртвых. Лодка, вёсла и сопровождающий проводник, ведущий важных особ в последний путь. Высокие стены пещеры были созданы из тьмы, тянущейся к проплывающим. Вода в реке была алой, но это была именно вода, а не кровь. Внезапно мёртвую тишину прервал безликий проводник, облачённый с ног до головы в темную одежду. — Путь ждать не любит,— скрипучий голос повторял эту фразу несколько раз, а затем завершающе объявил,— пришло время. Анубис понимающе кивнул, опустил истерзанную и увядающую душу в лодку, всучив ей в руки жертвенный кинжал. — Это покончит с твоим жизненным циклом. Найди в себе смелость и реши всё одним моментом, если конечно не удастся вернуть сердце. — Сколько у меня времени? — Не больше 1/12 часа. Я сохраню в тайне твоё пребывание только на это время. Прощай... Не Иви и не Анксунамун. Она потеряла себя и обрела вновь. Теперь лишь один путь и, если в его конце её ждёт смерть, то так тому и быть. Девушка постаралась удобнее расположиться в ветхой лодочке. Проводник тут же тронулся стоило прозвучать последней фразе. — До встречи, Анубис. («» — таким образом будут обозначаться мысли персонажей.) «Я определённо помогу тебе. Только бы сначала самой выбраться.» Удаляющийся Анубис выглядел печально. Один. Совсем одинокий в непроглядной тьме. Оторванный от дома, матери... Чем дальше лодка отдалялась от берега, тем больше казалось, что тьма поглощает силуэт Анубиса. Это пугало. «Хочу домой...» Но где этот дом? Или это не место, а люди? — Нельзя. Время. Смерть Спокойный однотонный голос, приобрёл предупредительные нотки: — Я не буду плыть медленнее положенного. Время начало идти. Оставалось либо наконец пересилить себя и достать своё сердце, либо умереть. — Пора. Казалось, совсем недавно, эта особа жила своей жизнью, наслаждаясь всеми прелестями мира и спокойствия: археология, учёба в универе, друзья. Но стоило в её жизни появиться Египту, как вдруг всё снова пошло наперекосяк: её похитили, убили, она оказалась в мире мёртвых. Не самая лучшая история. — Госпожа. Анкс... Ив... Безразличный до этого момента проводник, наконец попытался как-то более уважительно обратиться к душе. Но как же это сделать? «И впрямь, что делать то? Нельзя же обращаться ко мне Иви, но и Анксунамун я больше не являюсь... точнее, я изменилась? » — Нефтра. — Госпожа Нефтра, вы разрешите обратиться к вам с личной просьбой? Застигнутая врасплох, Нефтра немного сконфузилась, но всё же положительно кивнула на вопрос проводника. — Не могли бы вы избавить подземный мир от гнёта Осириса? Это прозвучало скорее, как утверждение, нежели вопрос, и привело в замешательство богиню. Немного склонив голову на бок, Нефтра обдумала сказанное. Затем лишь выпрямилась, и, повертевшись, удобнее расположилась для сна. Руки скрестились на груди, лицо, высоко поднятое, обращалось к Ра, губы сухие, потрескавшиеся и обветренные, ноги немного согнуты в коленях. Приняв положение покойницы, девушка ответила лишь одно: — Помогу Анубису. Стоило этим словам раздаться во тьме, как всё вмиг потухло. Нефтра погрузилась в сон. Мгновенный и безмятежный, но всё циклично. Она вновь оказалась в этом аду: кричащие люди, вопящие дети, плачущие старики. Море крови, сотни трупов, бегущие люди, полные надежды скрыться. В их глазах была надежда на спасение. — До чего же ужасная картина. Нефтра всматривалась в лица людей, старательно их запоминая. Она собиралась молиться за их души, понимая, что такова их судьба лишь потому, что её ошибка заставила Ра и остальных богов отвернуться от людей. — Асси! Вдруг промелькнувшее знакомое лицо обескуражило девушку. Столь родное лицо её друга, появившееся из ниоткуда, заставило трястись от шока. Нефтра обхватила себя руками в попытках унять дрожь. Но всё тщетно. — Стой! «Я должна догнать его. Я должна узнать, что всё это значит. Это не может быть правдой...» Но, как известно, куда бы она ни направилась, дорога приведёт её лишь в тронный зал на распятие принца. — Стой! Нет, нет, нет! Асси! В следующее мгновение Нефтра уже стояла напротив золотого трона, рядом был напуганный принц, ещё не ставший фараоном, а за огромными золотыми дверями слышались яростные крики злобных людей, жаждущих пролития царской крови. — Ты вернулась? — жалобный писк юноши прозвучал из тёмного угла, в который он забился в надежде на спасение. — Забирай, забирай, забирай! — Где, где оно?! — У основания трона, там отверстие, — чуть выползая из тени своего убежища, мальчишка указал дрожащей рукой на нужное место. — Забирай и... и помоги мне, умоляю! Стоило произнестись последнему слову, как мальчишка вновь вжался в стену. Крики усилились, ворота в зал грозились упасть наземь и пропустить озверевших людей внутрь. Нефтра на шатающихся ногах подбежала к трону. Из-за нарастающей паники и напряжения она совсем не могла достать то, что ей было нужно. Вспотевшие ладони скользили по золоту, не давая открыть потайное хранилище. — Ну почему, почему же не получается?! — в панике она продолжала свои попытки, и вот, казалось бы, одна створка маленькой золотой стенки дрогнула, но ворота так некстати были сорваны. Множество людей начали наполнять зал, а саму Нефтру уносило из воспоминаний. «Только бы достать! Если вернусь ни с чем, то погибну!» Не контролируя силу, Нефтра попыталась вырвать треклятую дверцу. Металл резанул по её руке, кровь стекала не помогая ей достать то, что находилось внутри потайного хранилища, а где-то за спиной послышались жалобные крики схваченного принца. — Помоги, помоги мне! Люди вокруг него уподобились зверью и в ожесточении пытались разорвать несчастного ребёнка на части. Однако Нефтра наконец смогла дотянуться до своего сердца, лежавшего в самой глубине трона. — О Ра, прими свою грешную дочь! Не посчитай недостойной. Вмиг комната осветилась золотым светом, подобным ярким лучам солнца на восходе. Жестокие крики людей стихли, и комната наполнилась лишь жалобными мольбами о пощаде.