Было тяжело, но он справился

Наконец наступил этот день. Сегодня Антон был счастлив. В животе порхали стаи бабочек от чего в прямом смысле хотелось взлететь. Он был в предвкушении великолепного романтичного вечера. Парень ловил десятки удивлённых глаз. Да, так ярко, искренне и открыто он уж очень давно не улыбался. Уже целую вечность не ощущал такого спокойного тембра своего сердца, не испытывал такой лёгкости в животе и ещё дольше просто не улыбался. Улыбаться — казалось бы, совершенно обыденная для всех вещь. Люди часто улыбаются друг другу, будь это небольшая школьная переменка, или обеденный перерыв с коллегами, на работе, дома, в школе — все улыбаются. Почему у Антона не было этого желания? Он и сам толком понять не мог в чем проблема. Но он испытывал такой кайф и искреннюю радость при мысли об этом великолепном вечере и ночном продолжении. Сегодня ровно полгода как они встречаются с Эдиком. Да, да, Антон из тех людей которые со всей ответственностью подходят к таким казалось бы не значительным датам. Около месяца назад был ровно год как они поцеловались. И, о чудо! Антону удалось уговорить Эда на поход в ресторан. Шастун утонул в этом парне, просто в один момент шагнул в бездонную пропасть, от куда кажется уже никогда не выберется. Он просто погряз в этих пухлых, слегка розовых губах, он тонул в этих бездонных голубых глазах, изящные скулы, местами резкий профиль, взъерошенные после утреннего секса каштановые волосы — это все вызывало лёгкую дрожь в коленках, учащение сердечного пульса и лёгкое головокружение. А запах, Эд пах корицей, и этот аромат ему как нельзя кстати подходил. Он описывал его характер, его натуру. Когда Эд лежал рядом с Антоном в теплой кровати пасмурным утром, то это несомненно был приятный, слегка сладкий аромат, но когда дела касалось какого либо спора или Эдику что-то не нравилось, то четко можно уловить острый запашок, от которого аж глаза слезятся. Выграновкий никогда не стеснялся выражать свои агрессивные эмоции и чувства, и уж тем более не пытался их контролировать. Именно по этому в порыве гнева и злости в атмосфере летали ядреные частички которые, сопровождаясь отнюдь не приятными словами, оседали на языке, а горечь исходящая от них разрасталась по всей полости рта, и в конечном итоге окутывала горло до такой степени, что хотелось залить в себя не один литр молока. Антон любил Выграновского любым, будь он такой теплый, домашний лежащий в кровати или прыскающий на него всем ядом, который только мог уместиться в его словарном запасе — абсолютно любого. Именно поэтому в данную секунду Антон стоит напротив своего шкафа смотря на весьма скромный гардероб который к слову, во время переезда весь уместился в один чертов чемоданчик, обдумывая в чем же ему пойти. Джинсы и худи-как то повседневно и совсем не торжественно. Шастун не хотел в достаточно памятный для него день, надеть повседневные для него вещи и пойти в таком виде в ресторан. В обычные дни Шасту абсолютно плевать как он выглядит, но в этот день и впрямь хотелось выглядеть красиво. Какое-то детское волнение окутывает его сердце до такой степени, что оно так и хочет вырваться из грудной клетки. Парню хочется что бы все было идеально. После нескольких кружек чая, просмотра одной серии бесстыжих он все же находит подходящий вариант. Черные зауженные джинсы с небольшой вышивкой в виде Гомера Симпсона отлично гармонируют с чисто белой безразмерной рубашкой, дополненной одним нагрудным кармашком с левой стороны. Шаст решает разбавить весь этот официоз ремнем, на котором кстати как ни странно, красуется царапка из все того же мультфильма. –Шикарно– восхищается вслух парень, улыбаясь своему отражению в зеркале. В запасе есть ещё целый час, по этому он решает подобрать неотъемлемую часть своего образа — кольца. Если вы видите Антона Шастуна без колец и браслетов, то тут два варианта: либо это его очень плохой двойник, либо земля пару раз сделала оборот не в ту сторону. Бережно и с особой заботой парень достает шкатулку в которой и хранится сей великолепие. Выбор падает на металлический браслет кончики которого отделаны гладкими шариками, сделанными из того же металла, что и сам браслет, а на внутренней стороне виднеется надпись «любимому» — его как ни странно подарил Эд, а именно по этому Антон надевает его только в значимые дни. Неожиданно для самого себя, Шастун решает ограничиться лишь одним браслетом. Это очень не похоже на него, в повседневной жизни его запястья увешаны десятками различных украшений. Колец он выбирает всего два: первое, идеально гладкое, без каких либо надписей и рисунков, но достаточно широкое. Антону очень нравиться как оно блестит при свете вечера. А второе — немного грубоватое, массивное, чёрное, а на лицевой стороне изображён смайлик, у которого вместо глаз — два крестика. Антон любуется своим выбором ещё минут десять, все это время летая в раздумьях «а не добавить ли ещё чего-то? » Как раз в этот момент тишину комнаты разрезает звук уведомления, пришедшего на телефон парня. Антон в два шага преодолевает расстояние от стола до кровати и берет в руки гаджет. От СЕРЕЖЕНЬКА ПИРОЖЕНКА: «Тох я попозже позвоню, сейчас не удобно.» 18: 56 На секунду на лице Антон застывает удивлённая гриммаса, а только потом он понимает что Сережа имеет в виду. Где-то полтора часа Антон звонил другу, а тот не взял трубку. Как только взгляд падает на время получения этого сообщения, он в ту же секунду мчит в коридор. –Блять, блять, блять…– У Шастуна есть привычка разговаривать с самим собой. Так что не удивительно что и сейчас он ругается на самого же себя за такую халатность. Буквально через пару минут тишину подъезда нарушает звук громко захлопнувшейся двери. Антон со скоростью флеша в заднице спускается, перепрыгивая по две ступеньки за раз, и чуть не навернувшись прямо около выхода. Погодка в сентябре не радует. Холодный и мерзкий дождь стучит по крышам домов и машин, все небо затянуто могучими, темно серыми тучами и нет ни намека на улучшение погоды. Сменившись со своей участью, Антон, начинает путь к метро. Несмотря на депрессивное настроение погоды, настрой Антона никак не пошатнулся. Парень лёгким движением руки накидывает капюшон от лёгкой ветровки и включает наушники. Все же под песню «Rhinestone eyes» идти гораздо веселее. *** Антон налетает сзади знакомый довольно коренастый мужской силуэт. Он обнимает так крепко будто человек исчезнет в эту же секунду, оставив за собой противный холод и гнетущее одиночество. Это же его Эд, его Эдик. Он так сильно любит, любит его любого, пьяного, грязного, злого, уставшего — абсолютно любого. Но зачастую, как это бывает в большинстве случаев, его любовь — слепа. Он не замечает что от Выграновского нет такой же отдачи, он не замечает, что Эд никогда сам не звонит и не пишет, не замечает чужих засосов на его шее, не замечает того, что Эд просит приехать только ради секса, ну или просто не хочет замечать. Антону гораздо удобнее жить в розовом мирке где существует настоящая дружба, вечная чистая любовь и только честные люди, а ещё там летают стаи прекраснейших бабочек и всегда пахнет пончиками, а страшнее всего-то, что он всем сердцем верит во все это. Все эти пол года «отношений» Антон не снимает розовые очки, ведь в них серый, гнусный и полный лжи мирок, становиться ярким и честным. Вот и сейчас он продолжает трепетно обнимать любимого человека не получая ничего в ответ. –Привет. –Здоровается Эд, но в его речи слышны отголоски раздражения, и даже присутствует злость. Шастун пытается дотянуться, поцеловать как воздух нужные губы, но Эд довольно резко и не менее жёстко отстраняется, не позволяя этого сделать. –Что-то не так? –взволнованно, и с нотками страха спрашивает Тоша. — Нет, все нормально, давай зайдём внутрь.–За все время что они стоят, Выграновкий ни разу даже не повернулся к нему, не сделал ни какого жеста и даже не пытался сделать вид что Тоша ему интересен. Антону больно от этого, но он пытается внушить себе, что это всего лишь его тараканы в голове слишком быстро начали бегать, а у Эдика просто плохое настроение. Да. Просто плохое. *** Они заходят в уютное, освещённое приятным теплым светом помещение. Год назад они познакомились именно здесь, и поцеловались тоже тут, и признались в любви тоже здесь. Антон признался. Эд ни сказал ни слова. Он вообще за все время «отношений» не разу не сказал что Шастун ему симпатичен, и уж тем более, упаси боже, не сказал что любит, а Антон опять пропустил это мимо, но все же вновь на его чистом влюблённом сердечке осталась новая трещина. Парни садятся за весьма симпатично украшенный столик, и в абсолютной тишине выбирают блюда в принесённой официантом меню. После совершения заказа, тишина начинает напрягать Антона чего нельзя сказать о Выграновском. — Что с тобой? Ты какой-то грустный. — Шастун действительно начинает не на шутку волноваться. –Все нормально.– сухо отвечает Эд, который по-видимому не заинтересован в общении поэтому просто утыкается в свой мобильник, периодически быстро печатая что-то и при этом нервно стуча ногой под столом. Антону попросту нечего делать в этот момент, поэтому он просто смотрит в расположенное около столика окно, периодически пытаясь скрыть выступающую на веках влагу. Ужинают они так же безмолвно, но это напряжение разбавляет лёгкая и мелодичная игра на флейте и разговоры рядом сидящих людей. –А где все твои кольца, браслеты и цепочки? — Шастун вздрагивает от столь резкого и совершенно неожиданного вопроса. Неужели, свершилось! Эд Выграновкий заговорил! –Настроение сегодня такое, хотел что бы все было идеально.–Как-то совершенно разбито и без какого либо энтузиазма отвечает Шастун. –Поедем ко мне? –Задаёт уже ожидаемый вопрос Эд, беря руку Антона в свою ладошку и поглаживая его длинные пальцы. –Да, конечно.– улыбаясь столь приятному жесту, отвечает Тоша. *** Парни вваливаются в квартиру Выграновского, спотыкаясь, и даже не смотря под ноги. Им не хочется отлипать друг от друга ни на секунду, хотя у каждого на это своя причина. Антону не хочется отпускать Эда. Никогда. А Выграновскому, ему просто хочется поскорее раздеть этого красивого парнишку. Пускай общение с Антоном ему вообще не упёрлось, а тем более «отношения», но это паренёк чертовски сексуален. Худые длинные ноги, выступающие острые ключицы, выпирающие тазобедренные косточки, впалый живот — это все сведёт с ума абсолютно любого. Эд хочет этого парня, не несомненно хочет, но он хочет просто секса, грязного, животного и без любви. Ему совершенно насрать на то, что парень действительно верит во взаимную любовь. Если бы той ночью Эд не был бы таким пьяным, то вря тли бы вообще стал слушать это нелепое признание в любви. Выграновскому очень нравиться нагибать Антона каждую ночь, слышать его пошлые громкие крики, доводить этого парня до дрожи в коленках, да, ему это нравиться, но ему совершенно не нужно это мозгоёбство на тему того что он совершенно не уделяет ему внимания и трахает без каких либо чувств. Кто сказал что Эд вообще умеет чувствовать. Хм… Пожалуй это великое заблуждение. Он не умеет любить, не умеет чувствовать, он не может быть домашним и теплым — это все, не для него. И уж тем более он не собирается учиться этому всему ради Антошки. А Шастун, он не хочет трахаться, он хочет заниматься любовью. Он не хочет быть просто куклой, которую можно ебать когда пожелаешь. Нет. Он хочет отношений, романтики, фильмы, милые подарочки, одинаковые футболки и плюшевые игрушки. Он всего этого безмерно хочет, но снова лежит под Эдом, в его кровати и снова не может удержаться от этих манящих губ, этого бархатистого и немного хриплого голоса. Это не в его силах. Они валяются на огромной, сделанной из темного дерева кровати. Штаны Антона моментально летят на пол к рубашке, а после к ним присоединяются и боксеры. Антон с похотью осматривает родное тело, полностью усыпанное татуировками и пирсингом. За это время он наизусть знает каждую, даже самую маленькую татуировочку и в каком именно месте она набита. Даже сейчас, целуя Эда прямо в губы, открыв глаза он встречает надпись «Not Guilty»* над левой бровью, а спускаясь ниже к шее с трепетом выцеловывает каждую буковку с тату «Breaking Bad»**, Антон не в силах остановиться, поэтому прямо сейчас уже сидя на коленях, обводит языком ажурную корону не оставляя без внимания даже самые мелкие частицы. Когда оба уже на пределе, Шастун тянется пробитыми тремором от возбуждения пальцами, пытаясь расстегнуть ширинку. Эдик издает весьма тихий, но в полное уверенный полу стон. Справившись с надоедливой-мать-ее-молнией одним движением, стягивает с чужого тела серые, рванные на коленках джинсы вместе с нижним бельем. Без лишних слов и раздумий Шаст рывком насаживается на возбуждённый член Эда, заглатывая почти до основания, угрожая Выграновскому кончить раньше времени. Этот малец чертовски хорош в сексе. Он одним движением может довести Эдуарда до длительного оргазма, а иногда и не один раз. Шаст видит состояние Эдика, ему очень нравиться доводить «своего парня» до этого таких эмоций, именно поэтому Тоша решает ни в коем случае не останавливаться. Он обхватывает уже стоячий как кол член руками, и начинает мягко, не слишком быстро надрачивать, затем снова беря в рот, при этом смотря четко в синие, холодные и абсолютно пустые глаза. Выграновкий хватает его за волосы, и начинает уже намного настойчивее вдалбливаться в ротик Антошки доходя до самого горла. Ему не терпится услышать как стоны будут буквально разрывать глотку мальчишки, он хочет услышать как Антон будет просить остановиться, а потом громко и истошно орать когда Эд не послушает его. Из глаз Шастуна начинают течь слезы, вокруг рта размазаны слюни, но он даже не думает остановится. –Эд. Давай, я не могу больше терпеть.– Антон подрывается с колен, и пластом падает на кровать разводя свои длинные ноги шире. При виде этой картины Эду становиться тяжело дышать. Прямо сейчас Антон лежит на его кровати весь такой доступный, развратный горячий… –О боже… Что ты со мной делаешь. –Выграновкий достаёт из прикроватной тумбочки тюбик со смазкой, специально приготовленный к приходу Тоши. Эдуард располагается между раздвинутых ножек мягко надрачивая член Антона. Пара минут и Антон уже сходит с ума от умелых манипуляций Выграновского. Влажный, теплый язык вылизывает узкое колечко мышц затем мягко проникая внутрь. Эд тоже умеет делать приятно. –П… Пожалуйста, давай! –Шастун задыхается от эмоций и чувств. Атмосфера в квартире Эда так и пропитана развратом: огромная темная кровать, большущее панорамное окно с видом на ночной город, мягкое и совсем тусклое освещение. После молящих слов, Эд обильно обливает дырочку смазкой и медленно вводит два пальца. Антон мягко стонет в подушку, тем самым заглушая звук. Эду это не по нраву, этого просто не достаточно, он хочет что бы Антон кричал, что бы он не сдерживался, что бы его связки рвались, а ушные перепонки взрывались от такого количества децибел. Эдуард плюет на все, резко выводит все пальцы и заменяет их на свой до предела возбужденный член. Такая замена Антону нравиться, даже очень. Эд медленно набирает темп, но уже буквально через пару минут бесконтрольно вдалбливается в узкого Шастуна, выбирая такой угол, что бы попадать четко по простате. Теперь уже Антон не может сдерживать криков. Он стонет, кричит, говорит слова любви и наконец ярко кончая прямо на идеально черную простынь. Сперма ярко блестит и переливается перламутровым оттенком. Ему очень хорошо, приятное чувство удовлетворенности и тепла окутывает низ живота. Секунд пять Антон действительно летает где-то в облаках, но вернувшись в реальность понимает что Эд и не думает останавливаться. — Э… Эд Хватит! Мне больно! — Антон уже не хочет, ему больше не приятно, он хочет обнимашки и поцелуев, хотя Эд не разделяет его желаний. Антон не получает больше никакого удовольствия, его просто ебут, в момент когда он против. Он кричит, но не от наслаждения, а от боли и отвращения. Из глаз снова текут слезы, руки трясутся, а горло уже болит от криков. –Ээд, П… Пожалуйста! Хватит! Прошу остановись! Не надо! — захлебываясь слезами умоляет Тоша. Только что им двоим было так хорошо, что произошло? И зачем выграновский его сейчас фактически насилует? –Кричи! Давай же! Громче! — наконец хоть что-то произносит Эд. –Отпусти меня! Не надо! — Уже орет Антоша пытаясь скинуть с себя Выграновского. Но парень не учел что Эдик, хоть и кажется на первый взгляд дрищем, он все равно намного силнее Антона. Получив смачную подщечину, Шастун откидывается довольно сильно придожившись головой об твердое изголовье кровати. –Да, да, Вот так! — –Эд!!! Остановись! — Антон делает ещё несколько ещё несколько жалких попыток отбиться, но все это не оборачивается успехом. Наконец Выграновкий ярко кончает в Антона и резко не менее болезненно выходит из него, даже не давая привыкнуть к пустоте. Выграновкий ложиться рядом и прикрывает веки. — Ч… Что это было… Зачем ты так со мной? –Антон не перестает рыдать. Его сердце рвется на куски от поступка некогда любимого человека. — Что-то не нравиться, дорогой? — сарказмом спрашивает Эдик. — Ты меня изнасиловал! –захлёбывается эмоциями Шастун. –Что-то я не помню когда ты отказывался? — –Мне было больно! Что ты творишь? Если ты не знал что и в отношениях принято спрашивать согласия, то я открою тебе эту тайну! –Дорогой, если ты ещё за эти пол года не понял, то я объясню…–Выграновкий поддается вперёд и смотрит прямо в глаза –я не люблю тебя, а до сих пор общаюсь с тобой, только для того что бы ебать тебя как грязную суку. Таков закон природы. Извини.– в конце фразы Эд ухмыляется и снова ложится закрывая глаза. Сердце Антона в этот момент разбивается на миллионы осколков. Вопрос «почему я?» всплывает в его голове и больше не даёт покоя. Он вскакивает с кровати, на которой недавно ему было очень хорошо, хватает вещи, и надев только джинсы выбегает из такой как казалось родной квартиры. –Ты же не думал всерьез что я, полюблю такого как ты?! –слышаться голос Выграновского, а ответом ему становиться лишь глухой хлопок двери. Уже только в лифте Шаст надевает рубашку, и осознает что забыл свою ветровку «похуй», думает он. *** Парень не помнит как именно добрался домой, ноги сами несли его уже по надоевшей, однотипной дороге. Входная дверь его квартиры хлопнула. Не в силах шевелиться, Шастун приваливается к ней спиной, пальцы сами достают смартфон из кармана и набирают заученный наизусть номер. Гудки… –Але.–весёлым голосом отвечает голос по той стороне. — Серёж, ты можешь приехать ко мне? — Антон еле-еле сдерживает слезы, что бы лишний раз не волновать друга. –Тох, я щас за городом, давай я завтра заскочу. — Ладно, извини. –Антон, все нормально? — чувствуя некое напряжение, интересуется Матвиенко –Да, пока.– быстро прощается Антон, и сразу же скидывает звонок. На часах всего 1: 56, Сережа приедет ох как не скоро. Шастун медленно сползает вниз по двери, и задыхается в безмолвном крике…