Было тяжело, но он справился

Шастун чувствует себя героем какого нибудь дешманского романа для женщин, где главная героиня, на протяжении всей истории все страдает и ищет себя. «А нахуй потеряла тогда?» — Эта мысль проскальзывает в голове Антошки, пока он стоит у окна. И ведь картинка то, подходит для того, что бы погрустить. За окном шумно стучат крупные капли дождя, ветер воет разгоняя уже поблекшие грязно-оранжевые листья, город почти пустой и даже шума заебавших машин неслышно. Антон стоит лицом к приоткрытому на форточку окну и наслаждаться пейзажем поздней осени. На его плечи накинут серый плед со звёздочками, а в руках парень держит кружку с горячим чаем, от которой отходит горячий пар. Антон не пьет чай, он просто кайфует от ощущаемой теплоты в руках. Романтика ёпта. Правда, есть существенное отличие в жизни Антошки Шастуна и женском романе. В конце книги героиня обязательно встречает свою любовь, пройдя через все преграды которые ей подкидывает судьба, она обретает свое маленькое счастье и дальше это уже заезженное "долго и счастливо". Только жизнь - это не книжка где все хорошо, это гребаная реальность из которой порой хочется убежать не оглядываясь. Так что бы не догнал никто, что бы не заставил остаться. «Драматург из меня получился ахеренный.» — Пытается подбодрить самого себя парнишка, после горько усмехаясь. —«Дожился блять.» Плечи содрогаются в безмолвной истерике, а кружка с чаем летит к херам, а точнее в стену, распадаясь на десятки осколков. Почему истерика была безмолвной? Да потому что нет уже ни сил, ни слез, а теперь ещё и кружки. Антон уже сам себе по харе въехать хочет. Нет, ну серьезно. Казалось бы, было бы из-за чего убиваться. А ведь он реально из-за этого Эдика-Педика чуть не убился. Каламбур. Мозгом то парень соображает, что никогда бы не было у них ни долго, ни счастливо. Но ведь прикипел же, привык, залип, утонул... Полюбил. Каждую татуировочку, каждый сантиметр, каждую эмоцию, всё. А его очень "элегантно" послали, так еще и воспользовались. Отымел и выкинул. Не хватает только добавить "Занавес! ". *** Истерики истерикой, а чай от пола вытирать пришлось. Осколкам знаете ли пофиг в чьи ноги впиваться. А чувствительные пяточки Сереги такой пытки подвергать не хотелось. По этому тяжело вздохнув и утирая "воду" с лица, Антон поплёлся за половой тряпкой, хотя сейчас сам больше годился на эту роль. *** День сменялся ночью, Ночь сменялась днём, А шастун все так же, в мысли погребён. *** Сережа уже откровенно заебался смотреть на эту тушку подохшего тюленя, который из дня в день не поднимал свою тощую задницу с дивана. "Мертвую принцессу разбудит только поцелуй прекрасного принца."— Подумал хвостатый и в очередной раз поплёлся впихивать Антону куриный бульон. Тщетно. *** — ... А потом я отмывал от себя красную краску, а Тоха - зелёную. Она капец как липнет к волосам. — На том конце трубки послышался заливистый смех, а Сережа от болючих воспоминаний аж вздрогнул. — Представил тебя с красными волосами. — Ржачь усилился, и Арсу оставалось не долго, перед тем как задохнуться в нем. — А Антона с зелёными. — Мы были похожи на двух фиксиков. — Продолжал Матвиеныч, попутно передавая пакет из одной руки в другую. — Че у тебя там так гудит? — Да это мусоровоз проехал. — А че это ты так поздно решил мусоровозы по разглядывать? — Да я просто в магаз вышел и в аптеку надо заскочить, а то Антону Андреевичу перевязку надо делать. — Антон же вообще против перевязок. Как ты его заставил, надеюсь не пытал? — Да что ты, просто пару пальчиков чикнул, да и все. — Всего лишь... — Ага, ну а если серьезно, Антону сейчас так похуй на все, что даже если его заживо резать будут, он и не заметит. —Все ещё страдает по тем отношениям ? — Да ты как уехал, он вообще перестал на что-то реагировать. Уже на трупака ходячего похож, ни ест нихера, ни пьет, я уже молчу о том, что бы просто вставал. — Все настолько херово? — Да ваще жопа. Он вставал только блять один раз, даже чая себе налил, я уже радоваться начал, думаю, ВОССТАЛ, а не, хрен мне моржовый, он как этот чай заварил, так об стену и расхерачил. Я уже не знаю что делать. — Он просто лежит и смотрит в стену? — Да, тупо смотрит туда, и все. Молчит, иногда мне что-то отвечает. Слушай, может ты приедешь? Это он передо мной выпендриваться, не разговаривает, а перед тобой глядишь, и встанет даже. — Ну давай тогда завтра, ближе к вечеру приеду. — Спасибо, Арс. Будем воскрешать нашу мертвую царевну.