Прикосновения

Шень Цинцю нежно перебирал волосы мужа, когда прямо из стены разверзлась знакомая дыра портала, и в неё вывалились две перевозюканные в пыли и крови человеческие фигуры. От одной из них веяло чем-то знакомым. Бинхэ низко зарычал, приподнимаясь, и с другой стороны послышалось что-то похожее, только тише и глуше. А от второго пришельца послышалась до того отборная ругань, что Цинцю чисто на рефлексе прикрыл покрасневшие ушки мужа. Бинхэ тихо хихикнул, чуть ослабляя напряжение в плечах. - Пр-роваливай, - рыкнул он почти лениво. - Бинхэ, - лёгкий хлопок по макушке, - перестань. Кажется, им нужна помощь. Человек в когда-то богатом, а теперь драном и вымаранном ханьфу, разразился ещё пущей руганью, когда полудемон отрубился на его руках. - Блядь, да ёб твою мать, какого хера! - он словно и не замечал зрителей. - Нахуя ты это сделал, сука?! Раз сдох, сожгли, два сдох, сварили, три сдох, убили, а теперь, блядь, какой-то ёбнутый куда-то меня упёр и решил сдохнуть! Вставай, блядь! Шень Цинцю потёр переносицу, аккуратно отстранил мужа и присел рядом с незваными гостями, проверяя пульс у бессознательного Ло Бинхэ. Энергия была смещена и спутана, ему явно не доставало светлой части. - Вы не ранены? - спросил спокойно. Незнакомец до того удивился чужой вежливости, что поперхнулся собственными ругательствами. - Да хули мне станется, - фыркнул небрежно, тряхнув волосами. - Этот вон, подохнуть решил. - С ним всё будет хорошо, - улыбнулся мягко. - Позвольте только спросить, вы же... Вы из другого мира? Не этого, и не из того, из которого пришёл он? Мужчина кивнул. Его лицо сделалось злым и бессильным. - Ага. Из другого. Где несколько раз подох, а потом вернулся к моменту своей первой смерти. А потом этот припёрся. Начерта я ему сдался, псих ненормальный... И всё же это прозвучало не зло, а грустно. Очень грустно. Вообще мужчина был красив, юный, едва ли ему было за двадцать, красивый, но не той правильной красотой, какую можно было бы найти в Бинхэ, рождённого от красивых, знатных родителей. Нет, его красота выглядела так, будто породистая кошка нагуляла котёнка от уличного кота. В аристократичной внешности, особенно видной в нижней половине лица, ярко горели дикие, резкие глаза, густые брови и немного островатый нос. - Чего ты на меня уставился? - Вы очень красивы, - честно ответил Юань, но вместо того, чтобы расслабиться и принять комплимент, мужчина ещё больше ощетинился. - Завались, мне эти шутки столетия назад настопиздили. Бинхэ недовольно сморщил нос, появляясь в пределах видимости и тоже рассматривая во все глаза. - Учитель... - сорвался на старое обращение, - вам не кажется, что этот господин похож на "того" учителя? В общем-то в словах мужа было разумное зерно. Есть что-то в этом человеке от Шень Цзю. Тот, конечно, никогда не позволял себе так изъясняться, но всё же... Та же ядовитость со скрытым (нет) самоуничижением... Шень Цинцю с грустью погладил спутанные волосы Ло Бинхэ. Бедняжка, ты снова на те же грабли... - Бинхэ, прибери пристройку, пожалуйста, - обратился к мужу. - Пока наши гости останутся там. Полудемон понятливо кивнул, но остался на месте, вопросительно склонив голову. - Чего? - мужчина нервно одёрнул рукав. - Подготовить господину одежду и ванну? - во взгляде промелькнуло что-то нежное и щенячье, и в Шень Цинцю вспыхнула вовсе не ревность, а тепло и лёгкая грусть. - Сам всё сделаю, - мотнул головой, но Бинхэ уже ускакал к выходу, оставив гостя недовольно хмурить брови. - Имя этого заклинателя Шень Цинцю, - склонился в изящном поклоне. - Дорогой гость представится. - Ци Жун, - как выплюнул. - Ха, давненько передо мной так не стелились. Обычно всё обожание дорогому братцу доставалось. - Всего лишь уважение и дружелюбие. Не расскажете о себе? Если хотите, этот Шень - учёный и страдает излишним любопытством. Ци Жун хмыкнул и принялся рассказывать. Слишком честно для того существа, которым он по сути являлся. Шень Цинцю кусал губы и давил в себе отчаянное желание обнять этого человека. Брошенного. Одинокого. Научившегося жестокости и безумию, чтобы выжить. - И чем я в итоге стал? - хмыкнул, - Человеком! Не заклинателем, не небожителем, не демоном даже. Скоро состарюсь и сдохну, а этот дурак думал, что навсегда привяжет, хах. Шень Цинцю нахмурился, хватая мужчину за запястье - Эй! - Я чувствую очень сильное золотое ядро. Разве вы не занимались совершенствованием? - Из-под палки и не слишком усердно, - признался неохотно. - Но у вас отлично всё развито, вы выглядите не старше двадцати, совершенствование уже остановило ваше старение. Ци Жун удивлённо хлопнул глазами и расхохотался. - С чего мне верить тебе?! Они всегда говорили, что я бесполезен! Некоторые вещи одинаковы во всех мирах - злые, жестокие люди создают злых, жестоких людей. - Этот учитель не первый год занимается воспитанием заклинателей, - говорит твёрдо, чуть встряхнув, чтобы оборвать смех. - И он точно знает, о чём говорит. Вам может не хватать базы или знаний, но духовные силы в полном порядке и отлично работают. Ци Жун ухмыльнулся зубасто и даже как-то расправил плечи. - Ха. Стоило несколько раз сдохнуть, чтобы кто-то сказал, что я не бесполезный мусор. Поэтому этот, - кивок на полудемона, - меня забрал? - Я так не думаю, - насколько он знал Бинхэ, любого из них, его привязанность, его любовь не поддавалась никаким закономерностям. - Я думаю, что он просто... Искал кого-то, кто примет его. - И с хуя он взял, что это буду я? - Но ты же сейчас здесь, - невольно перешёл на неформальное общение. Человек, когда-то бывший демоном, зашипел. - Господин Ци Жун, ванна готова! - в дверной проём пролезла лохаматая голова. - Муж не хочет чаю? Ну вы только поглядите, чуть ли не хвостом машет. Юань даже не потрудился скрыть улыбку. - Давай подождём, пока наш гость закончит, и все вместе выпьем чаю. Рассвет уже близко, скоро прозвучит утренний колокол. - Я подготовлю закуски, - расплылся в улыбке. Когда дверь за Ци Жуном закрылась, Юань повёл плечами и глубоко выдохнул. - Бинхэ ещё долго будет притворяться спящим? - Учитель как всегда внимателен, - проговорил тихим голосом полудемон, не открывая глаз. Он всё ещё выглядел бледным и слабым. - Тебе больно? - обеспокоенно, поглаживая по волосам. - Мне всегда больно, учитель, - сказал тихо и честно. - С этим ничего не поделаешь. Ах. Этот Бинхэ должен быть старше его мужа, но почему... Почему его хочется утешить как ребёнка? - Что случилось в твоём мире? - спрашивает мягко, поглаживая. Интересно, если бы у них с Бинхэ были дети, на кого они были похожи? - Почему ты здесь. Полудемон вздохнул, перевернулся и зарылся носом в чужую одежду. - Я не могу спать. Шень Цзю наверно фыркнул бы на это - ученик повторяет путь своего учителя даже в таких мелочах. - Один или с кем-то? - Никак. Когда есть кто-то рядом, я вспоминаю Бездну и не могу спать. Когда никого нет... я не могу заснуть, потому что слишком тихо. Я жду, что кто-то придёт и нападёт. Учитель, я сошёл с ума, да? Бинхэ наконец-то открывает глаза и смотрит. И какие это глаза... Одинокие, уставшие, совсем безумные... - Бинхэ... - Учитель, почему никто не выбирает меня? - спрашивает пусто. - Я не нужен был Шень Цинцю, я не нужен тебе... И ему я не нужен, я знаю. Но я не мог оставить. Шень Цинцю грустно улыбается. У него нет ответа. - Ты можешь остаться. Я не прогоню тебя. - Я знаю себя, - грустная усмешка. - Он такого не стерпит. - Бинхэ - мой муж, - говорит твёрдо. - Он прислушается к моему мнению. Я... я не смогу любить тебя как его, но смотреть на твои страдания тоже не могу. Ты спас Ци Жуна, потому что он похож на Шень Цинцю? Он не говорит "на меня", и они оба знают, почему. - Не знаю, нет. У него похожие глаза, но я знаю, что он - не учитель. Я знаю, потому что сам убил его, разрушил его душу, лишая возможности переродиться. - Ты жалеешь? - Я жалею, что так и не смог дотянуться до него, - ханьфу немного влажное, но это не страшно. Юань гладит спутанные волосы, расчёсывая пальцами. - Я не знаю, смог бы на самом деле... Шень Юань тоже не знает. - Ты можешь остаться, - повторяет. - Ты можешь попробовать ухаживать за ним. Я... тебя не сложно полюбить, Бинхэ. - Правда? - взгляд дрожит и блестит. Как у маленького недоверчивого ребёнка. Юань улыбается и касается высокого лба губами. Бинхэ смешно приоткрывает рот и потирает место поцелуя ладонью. - Муж хочет усыновить его? - раздаётся капельку насмешливый голос, и они оба подпрыгивают как кролики. Юань полыхает ушами и оглядывается в поисках веера, чтобы прикрыть лицо. - Бинхэ, - бормочет укоризненно. Ци Жун, зашедший следом, морщит нос и фыркает. Взгляд Бинхэ тут же прикипает к его лицу. - Слушай, сюда, демон, - фыркает и невоспитанно (но так мило, что супруги переглядываются и давят улыбки) указывает пальцем, - я остаюсь здесь. Ты - как хочешь, но в ещё один мир я перебираться не собираюсь, ясно? А сам смотрит так... Только попробуй оставить меня, и сожру твою селезёнку. Ло Бинхэ расплывается в улыбке. Немного (много) надменной и недоверчивой. Им обоим понадобится очень много времени. Бинхэ расставляет чашки, разливает чай и сервирует закуски. Юань чувствует, как рот наполняется слюной, и тянется за пирожным под довольную улыбку мужа. - Ты добавил орехи? - спрашивает Бинхэ, откусывая кусочек. - Зачем? В оригинальном рецепте нет такого. - Учитель захотел, - безмятежно улыбается, касаясь бедром чужого. Больше нет места ревности, он знает, что сидящий по левую руку мужчина полностью его. Он выбрал, он признал и принял. - А тебе что нравится? - Бинхэ хмурит брови и исподлобья смотрит на Ци Жуна. Тот громко клацает зубами. - Мясо. Юань улыбается и ласковым жестом вытирает испачканный в патоке рот. Бинхэ урчит, что учитель ведёт себя как мама утка, за что получает шлепок по макушке. - Они теперь наша ответственность, Бинхэ, - Ци Жун и Ло Бинхэ смотрят одинаково растерянно. - Мы должны заботиться и учить их. - Этот муж слушает, - а улыбка на губах такая яркая, что хочется сцеловать её прямо сейчас. - Постель тоже общую стелить? Ему явно не хочется этого делать, но его муж на самом деле очень добрый, и постепенно учится распространять свою доброту не только на любимого учителя. Не то чтобы Юань сам горел желанием делить супружескую кровать с кем-то посторонним, но... У Ло Бинхэ действительно был очень усталый и измождённый вид. Да и у Ци Жуна тоже. По крайней мере на время им обоим понадобится чьё-то присутствие, чтобы очнуться от кошмаров. - Стели. Да, уже занимался рассвет, но они не спали большую часть ночи, и даже заклинатель чувствовал себя уставшим. Кликнув Мин Фаня (бедный старший ученик едва не поседел, когда перед ним прошёл сначала один Бинхэ, а затем другой) и попросив не беспокоить по крайней мере день (нет, ничего не случилось, да, всё хорошо, нет, тебе не показалось, нет, муж у меня один, да, всё ещё), Шень Цинцю со спокойной совестью расчесал волосы, услышав недовольный скулёж мужа, лишённого любимого занятия, и занял место где-то посередине. Бинхэ, опередив гостей, быстро сбросил верхние одежды и пристроился рядом, по левую руку. Выражения лиц Ло Бинхэ и Ци Жуна были воистину бесценны, когда они вошли в комнату и осознали, что по сути места осталось два - у стены и с краю (Юань едва не захихикал). Померявшись взглядами и о чём-то беззвучно договорившись, они тоже сняли верхние одежды и забрались под одеяло. Ещё одного повелителя демонов прижали к стенке, а Ци Жуна аккуратно приобняли с краю. Юань улыбнулся, поцеловал мужа, сонно проурчавшего о том, что он не планировал заводить сразу взрослых детей, бережно подтянул к себе напряжённо замершего Ло Бинхэ, постепенно выравнивающего дыхание в тепле и спокойствии и через супруга коснулся плеча Ци Жуна, которого уже захватили в крепкую сонную хватку. Юань всегда хотел большую семью, ему не хватало этого. - Спокойной ночи, учитель, - проговорили почти робко. Его муж с другого бока чуть ревниво рыкнул, забрасывая ногу на чужое бедро. Ци Жун, охваченный одной рукой за талию, всё ещё с шипением пытался выбраться, но уже понимал, что это бесполезно, постепенно успокаиваясь и засыпая. Самолёт точно будет в шоке.