Хитиновый покров

На кухне было как-то суетливо – душно, что-то одновременно варилось и запекалось, по телику шла очередная советская комедия, через приоткрытое запотевшее окно с улицы доносились звуки взрывающихся петард. В целом – обычное тридцать первое декабря, наверное, хотя Олег все еще затруднялся с определением обычности своей жизни, но вот он здесь – резал оливье и собирался встречать новый год с, кажется, самым важным человеком в своей жизни. Который секунду спустя бесцеремонно выдернул его из размышлений – прижался сзади, привычно ткнул губами в шею, где чуть отросли темные волосы, собственнически положил ему на живот тяжелую руку, а второй потянулся к салатнику. – Вад, – Олег хотел было шлепнуть по чужой ладони, но передумал, – почти все готово. Тот все-таки стащил кубик картошки и сжевал его с таким видом, будто это самое вкусное, что он когда-либо ел, а потом довольно потерся о плечо Олега и окончательно устроился, прижавшись щекой к шее. Он стоял так молча какое-то время, и Олегу уже становилось неудобно и жарко, как вдруг Вадим негромко сказал: – Помнишь, нам один раз пришлось Новый год встречать прямо на задании? О, Олег помнил. – В жопе мира между Алжиром и Тунисом? – Ни пожрать, ни выпить, – Вадим хохотнул. – Я тогда загадал новый год вот так встретить. – Как? Вадим помолчал, вздохнул и объяснил: – С оливье, шампанским и одними и теми же фильмами по телику, – сжал руки на его животе чуть сильнее и добавил: – Дома. С семьей. Олег не знал, что сказать в ответ, у него сжалось все внутри от того, настолько тепло прозвучали эти слова. Выждав достаточную паузу, он признался: – Трудно мечтать о чем-то, чего у тебя никогда не было. Тут же он ощутил осторожный поцелуй за ухом и теплое дыхание на влажной коже. – Теперь есть. Олег отложил нож и положил ладонь поверх его руки, чуть сжал ее и погладил кожу большим пальцем. Так странно, но так привычно и хорошо. – Мне нравится. Кухонная суета сразу показалась какой-то уютной и умиротворяющей.