Ведьма и кот

— Ви! — громко позвала её Тиффани из зала. Быстро ополоснув руки, перепачканные мукой, Вики обтёрла их о фартук и выглянула с кухни. — Ви, у нас ещё остались круассаны с шоколадом? Тут один гость решил устроить себе шоколадный день: заказал мокко, два шарика шоколадного мороженого, кусок шоколадного торта и спрашивает про круассаны с шоколадом, а у нас… — Где?! — тут же начала озираться по сторонам Вики, высматривая этого самого гостя. — Кто? Гость? Он пошёл в другой зал, а почему ты… Вики рванула из кухни во второй зал, полная надежды на то, что этим гостем окажется не кто иной как Люцифер. Он ведь так любил шоколад! К тому же, не увидев её за стойкой, он мог решить, что её нет на рабочем месте, значит, можно было вдоволь побаловать себя любимыми лакомствами. Вот теперь-то она его и поймает! И они наконец-то нормально поговорят. Однако в зале, куда она неслась со всех ног, за столиком и с газетой в руках сидел один-единственный посетитель. И им был явно не Люцифер. Обычный любитель шоколада. Вики разочарованно вздохнула и поплелась обратно на кухню. С Люцифером они не виделись уже несколько недель, начиная с того вечера воскресенья, когда она заснула у него в квартире. Точнее, они виделись, но стоило ведьмочке открыть рот, чтобы сказать хоть слово, демон воинственно хмурил брови и задавал ей вопрос, ответ на который комом вставал в её горле. Тогда он разворачивался и уходил. Или захлопывал дверь. Или давал отбой. Стоило бы прояснить, с чего всё началось, и как ламповый ужин на матрасе с горячим вином (и фамильяром) превратился в игру кошки-мышки. Только вот котом выступал совсем не Люцифер. Она проснулась утром того понедельника в прекрасном расположении духа. Так сладко Вики не спала уже очень и очень давно. Правда, её немного смутило то, где именно она проснулась, и сначала она перепугалась, но заметив, что вся одежда была на ней, заметно расслабилась. Люцифера в квартире она не нашла. Возможно он снова решил попытать счастья с пробежками? Весело хихикнув, вспоминая его рассказ о неудачном опыте бега, она потянулась и встала на ноги. С удивлением заметила, что вчерашний импровизированный столик был расформирован на обычные стопки книг, а грязная посуда и остатки еды были убраны. «Какой хозяйственный у меня фамильяр», — улыбнулась тогда ведьмочка, поправляя волосы и одежду. И тут воспоминания о прошлом вечере окатили её словно ледяным душем. Она так и замерла на месте. Воскресный ужин был чудесным, но спустя какое-то время, сидя на почти что голом полу в неотапливаемой квартире, она начала замерзать — даже вино не справлялось. И тогда Люцифер её обнял в попытке согреть. А она вместо того, чтобы засобираться домой, начала говорить глупости про свитера и Рождество, позволила ему себя обнять, а потом разомлела от этих объятий, и вино ударило в голову ещё сильнее.

Soundtrack: Can't Fight The Moonlight — LeAnn Rimes

Он всегда был очень тёплым. Ей так нравилось его обнимать. Зарываться носом в ворот его рубашки, вдыхать полные лёгкие его запаха и жара его кожи, опускать голову ему на плечо и растворяться в прикосновениях его сильных рук. В тот вечер он не просто отогрел её заледеневшие пальцы, но словно растопил последнюю ледяную корку, сковывающую её истинные желания и потребности. Она поцеловала его, забыв обо всём на свете, и с каждым прикосновением его губ хотела чувствовать его ещё ближе, забрести ещё дальше в этой гонке за удовольствием. Голова кружилась, сердце стучало набатом, по всему телу разливалась эйфория от того, что все замки наконец сорваны. Она помнила это так, будто пережила всё лишь секунду назад. Как прикосновениями своих рук взъерошила его волосы, высушивая влажные пряди, как покрывала горячими поцелуями его лицо, как подставлялась под его губы сама, жаждая получить больше, как готова была сорвать с себя свитер. Как Люцифер её остановил. Как оттолкнул её, велев ей отправляться домой. Как она призналась в том, что хочет его. «О боже!» — с головы до ног залившись краской стыда, Вики Уокер пулей понеслась к себе домой. Она жутко боялась встретить его на пути, но опасность миновала. Пора было собираться на работу, и пока она принимала душ и одевалась, страх встретить Люцифера по дороге сменился на страх встретить его в кофейне. Проведя целый день на смене, она каждую минуту была в диком напряжении, кусала губы и всё думала, что она ему скажет при встрече. «Он ведь наверняка начнёт сыпать своими скользкими шуточками!» — гневно взбивая молоко для очередной чашки капучино, думала девушка. «И как я могла так опозориться!» Но Люцифера не было видно. Ни на лестнице, ни в лифте. Ни по пути в кофейню, ни за одним из столиков, ни в магазине по дороге домой. Он словно растворился. «Может, ему так же неловко как и мне?» — думала Вики на следующий день. Он не звонил, не присылал сообщений, не попадался на глаза и в какой-то момент она не на шутку испугалась: вдруг он решил, что из-за нарушения условий дурацкого пари, он его проиграл, а значит, должен был покинуть её раз и навсегда? Сердце защемило от таких мыслей, и в тот день Вики впервые за всё время существования «Ведьмы и кофа» оставила Тиффани за главную, уйдя с работы раньше положенного. Она прибежала домой, взлетела вверх на этаж своего фамильяра и забарабанила в его дверь так, что та ходуном заходила. Люцифер открыл ей, почёсывая костяшками пальцев сонные глаза. — Ты здесь! — взвизгнула ведьмочка, даже не пытаясь бороться с собой, и кинулась к нему на шею от нахлынувшего облегчения видеть его перед собой. — Я-я… я думала, ты ушёл! Почему ты вдруг пропал? — Я спал, — довольно сухо ответил демон, едва приобняв её одной рукой в ответ. — Двое суток? — Нет. Две минуты назад. — Но я… не понимаю… — она растерянно отпрянула от него. — Ты рассталась с ним? — Что? — Ты меня слышала, Виктория, — серьёзным поучительным тоном сказал демон. — Причём тут… — Ты рассталась с Джошем? — Нет, я не… — В таком случае всего хорошего. — Люцифер вывел её за порог и закрыл за собой дверь. Подобные сценарии происходили ещё с десяток раз с того дня. Если проснувшись утром понедельника на его матрасе и вспомнив вечер накануне, Вики испытала ужасную неловкость и боялась, как бы демон не решил усугубить это, то с течением времени спектр эмоций расширился. Она была растеряна, потом зла — гневалась на Люцифера за то, как бесцеремонно он её выставил. Гнев сменился чувством вины, и тогда она несколько дней к ряду пекла кексы с изюмом и грецкими орехами и приходила к нему снова, надеясь извиниться за своё поведение тем вечером, а ещё подсластить извинения выпечкой. Он согласно забирал кексы, задавал свой вопрос про расставание с Джошем и, не получив утвердительного ответа, снова закрывал дверь, не давая ей ни слова вымолвить в своё оправдание. На смену вине пришло одиночество — она скучала по нему. С ним одним она могла быть самой собой: колдовать, хвалиться своими успехами в этом мастерстве и каждый раз находить в его взгляде поддержку и безграничную гордость за неё. А он так и не вернулся ни разу в её кофейню. Зато вернулся Джош. Снова ночевал в её квартире, в её кровати. В одну из таких ночей, не в силах сомкнуть глаз, она схватилась за телефон и настрочила Люциферу гигантское сообщение, в котором искренне извинилась за те вольности, которые себе позволила, списала всё на вино, попыталась убедить его, что он сам ни в чём не виноват, и что она ему очень признательна за то, что он не воспользовался её состоянием и не сделал того, о чём бы они оба пожалели на утро. В ответ на эту текстовую «простыню» от него пришло короткое сообщение: 23:52 Люцифер: Ты рассталась с Джошем?

23:52

Вики:

Нет, но это не значит, что ты мне безразличен!

Он прочёл и не ответил. А она всю ночь так и пролежала рядом со спящим Джошем, буравя сердитым взглядом потолок. Что бы было, если бы он не остановил её? Они бы занялись любовью, а на утро она бы и впрямь устроила ему скандал? Списала бы всё на свой помутнённый алкоголем рассудок, заключила бы, что их пари безвозвратно нарушено, и что пора бы демону исполнить уговор? Неужели он бы и впрямь ушёл? «Неужели я бы и впрямь его отпустила?» Ей очень понравились те выходные. В них не было напряжения. Их беседы, шутки, вкусная еда, её магия и восхищение на его лице, когда она продемонстрировала ему, на что была способна. Так комфортно, безопасно и тепло. Хотелось гонять эти два дня на бесконечном повторе, как одну из её любимых песен восьмидесятых.

Soundtrack: Like a Prayer — Madonna

Последний раз они контактировали пару дней назад, когда Вики ходила за продуктами с Джошем. Тот катил тележку и въедливо проходился по списку, который она составила, а Вики в это время глазела по сторонам, то тут то там натыкаясь взглядом на то, что напоминало ей о её фамильяре. Вот мужской шампунь и гель для душа в одном флаконе, с ароматом морской свежести. Вот корытца с рамёном. Вот мебельный каталог, на обложке которого книжные стеллажи. «Они бы хорошо смотрелись у него в квартире!» Вот бутылка красного вина, которое они пили в тот судьбоносный вечер. А вот он сам. Стоит с задумчивым видом и выбирает между двумя совершенно одинаковыми апельсинами. Вики затормозила и уставилась на него во все глаза. Какой он красивый и статный. Чтобы не выделяться из толпы, прекратил расхаживать в конце ноября в одной рубашке и брюках и приобрел себе двубортное полупальто цвета мокрого асфальта. Так и не определившись, какой из апельсинов выбрать, он положил их обратно в гору их собратьев и наконец-то поймал её взгляд. Вики тут же улыбнулась и махнула ему рукой — их разделяло несколько рядов с фруктами и овощами, поэтому она решила не здороваться вслух и не привлекать к себе внимание. Он тоже улыбнулся, но чуть сдержаннее, потом тоже ей махнул. — Я скучаю, — одними губами произнесла девушка, чем спровоцировала ещё одну улыбку у демона, уже намного более радостную и открытую. — Я тоже, — так же безмолвно вторил ей Люцифер. — Я… я… — она хотела сказать, что любит его. Вот так глупо и просто. Посреди продуктового супермаркета, одними губами, через ряды фруктов и овощей, признаться, чтобы все посетители, сами не ведая, были этому свидетелями. Тогда у него бы не было шанса: он бы улыбнулся ей широко-широко, а потом бы побежал навстречу, или они бы синхронно побежали друг к другу. И словно в фильме бы остановились совсем близко друг к другу, пару секунд бы смотрели глаза в глаза, а потом бы поцеловались и побежали домой реализовывать то, на чём остановились тем воскресным вечером. Но была одна маленькая неувязочка. — Ви, я тебя потерял! — окликнул её Джош, подкатывая со своей дурацкой тележкой, заполненной дурацкими продуктами. — Ты не написала, какое масло нужно. Я взял сливочное, потому что оно вроде как универсальное. На нём можно и готовить, и на хлеб намазать, да? Вики раздражённо дёрнула руками и умоляюще посмотрела на Люцифера, но тот уже не улыбался. Он сунул руки в карманы и собрался уходить. — Нет! — не сдержавшись, воскликнула ведьмочка. — Нет? — удивился Джош. — Взять оливковое? — О Господи, Джош! — рявкнула Вики, чувствуя, как волосы у висков принялись завиваться в непослушные кудри. — Да мне всё равно! И вообще! Нам надо!.. Она резко прикусила себе язык. Джош не заслуживал быть брошенным возле прилавка с капустой и свёклой. Её тянуло кинуться вдогонку за своим фамильяром, но сначала нужно было разобраться с другим. — Нам надо поговорить. В тот день Джош после недолгой ссоры, когда они уже вернулись домой из продуктового, собрал все свои пожитки и съехал. А Вики, не обращая ни малейшего внимания на крошечные укоры совести, тут же побежала к тому, с кем хотела бы разделить каждую секунду своей жизни отныне и навсегда. Плевать ей было на Ковен, на грозных Повелителей Ада, на запреты, на разницу в возрасте, на его бессмертие, на пари — на всё. Но он ей не открыл. Может, его не было дома, а может, он так расстроился, увидев её в магазине с Джошем, что всё-таки сдался и ушёл? Вики места себе не находила. Она за тот вечер ещё несколько раз поднималась к нему, чтобы проверить, не вернулся ли он, но каждый раз натыкалась на глухую к её мольбам запертую входную дверь. Прошло ещё несколько дней, а Люцифер так и не объявлялся. Она пробовала ему звонить, но гудки обрывались, а сообщения не доходили. Вики ругала себя за трусость и малодушие, за то, что так долго тянула эти обременительные отношения с Джошем, хотя никогда его не любила, чем истязала как минимум трое сердец: своё, Джоша и Люцифера. — Так что у нас с шоколадными круассанами? — поинтересовалась Тиффани, провожая унылую владелицу кофейни обратно на кухню. — Да… Сейчас испеку. Она вернулась на кухню и залезла в морозильник. Достала из него упаковку с замороженными шоколадными круассанами, включила конвекционную печь и продолжила ровно с того момента, на котором остановилась. У неё хотя бы была работа, которая не позволяла взвыть от тоски. «Вот и буду всю жизнь варить свечи и печь круассаны», — всхлипнула девушка, выкладывая последние на противень. — Ви, там, кажется твоя знакомая пришла, — на кухню сквозь маятниковые двери просунулась голова Тиффани. — Соседка вроде? — Соседка? — с остекленевшими от страха глазами переспросила Вики. Она сунула круассаны в печь, выставила таймер и вышла к нежданной гостье. «Должно быть это миссис Потс… Но она никогда не приходила в мою кофейню… О нет, нет-нет-нет! Он действительно ушёл! Ушёл, а она наверняка пришла, чтобы попросить меня забрать его вещи!» — Ох, Вики, а вот и вы! Выходит, Люмьер не обманул! — лукаво улыбнулась миссис Потс, после чего перевела всё своё внимание на витрину с выпечкой. — Люмьер… — выдохнула ведьмочка. — Что он вам сказал? — Сказал, что это лучшая кофейня в городе. С самой лучшей выпечкой. И что хозяйничаете здесь вы. Скажите, моя милая, он предпочитает клафути с вишней или турноверы с яблоками? Хочу его отблагодарить за работу. Он так славно постарался! — Он любит шоколад, — воинственно нахмурилась Вики, внезапно разглядев в пожилой соседке соперницу. — И с чем это он постарался? — Ох, да много с чем! — довольно рассмеялась миссис Потс, и Вики впервые видела её такой довольной. — Поклеил мне обои в гостиной, починил комод и несколько кухонных шкафчиков, заменил лампочки в ванной, а ещё повесил парочку картин! Ну прямо мастер на все руки! — она восторженно хлопнула в ладоши. — А я, пожалуй, возьму пару турноверов и, конечно, что-нибудь с шоколадом. Что у вас в меню с шоколадом? — Так он не уехал? Он был всё это время у вас? — Зачем бы ему уезжать? Он пришёл ко мне с предложением помочь по дому с мелким ремонтом. Сказал, что учится и ему нужно практиковаться. Что он собирается построить дом в скором будущем, ну вот я и… Вики совсем перестала слушать соседку, мысленно перенесясь в дом Фила и Саманты, на месяц назад. Когда они с Люцифером топтались в неуклюжем танце, и он потчевал её фантазиями о Париже и их будущем. — …Конечно, спустя какое-то время нам придётся вернуться. У тебя ведь здесь кофейня и свечи. К тому же, нам нужно будет где-то жить. И твоя квартира совсем для этого не подойдёт. Поэтому я решил, что я построю нам дом. — Ты построишь дом? — мечтательно хихикнула ведьмочка, прижимаясь щекой к его груди. — Да. И мы будем в нём жить. Ты, я и… пока только ты и я. Но в будущем этим не ограничится. Первый шок прошёл, и она ощутила приятное покалывание в кончиках пальцев на руках и ногах — облегчение. Он всё ещё здесь! Он хочет построить для них дом! — А вот и шоколадные круассаны! — весело объявила Тиффани, выныривая из кухни с раскалённым противнем в руках. — С пылу с жару! Сколько вам, мадам? — Тиф, — снимая с себя фартук, позвала Вики. — Остаёшься за главную. Все чаевые можешь забрать себе. — Что-то произошло? — удивилась Тиффани. — Да. Мне тоже надо отблагодарить Люмьера. Только не выпечкой.

***

По его подсчётам ему потребуется ещё около месяца. Как раз отгремят все праздники, он успеет поднатореть в строительстве, они с Викторией в волю находятся на вечеринки и рождественские ярмарки, она подарит ему свитер или плед, а он ей — кольцо. Как раз к тому моменту можно будет вернуться домой, попрощаться с родителями, извиниться перед Орианой и предстать перед судом. С ним быстро разберутся, вполне вероятно, что уже к весне он очухается в палате больницы, а его ведьма встретит его своей лучистой улыбкой, обнимет, поцелует и они наконец-то будут вместе без каких-либо преград. Он вынашивал этот план так долго, что составил в своей голове расписание на месяцы вперёд едва ли не по часам. Ему нужно было успеть набить руку в мелком ремонте и прочесть ещё с полсотни книг о том, как построить дом, разобраться с тем, как прокладывать трубы и проводить электричество, научиться водить машину. Деньги на всё это он собирался попросить у родителей перед своим падением, в качестве своеобразного «приданого» для новой жизни. Не собирался просить много, так как не планировал жить в роскоши. Вместе с короной он собирался оставить и свой королевский образ жизни: с поварами, слугами и отсутствием необходимости работать. Приступать к строительству дома будет разумнее всего поздней весной. Особенно если возникнут какие-либо осложнения со здоровьем после падения, и он не сможет обеспечивать семью. Они с Викторией должны пожениться сразу же, как только он преподнесёт ей кольцо, ещё до лишения его крыльев. Чтобы врачи в больнице как минимум предоставили ей всю информацию, случись с ним что непоправимое. Если он не выживет при падении, то «приданое» достанется ей. Она должна будет получить всё. Если же всё пройдёт гладко, то как только он очухается, они полетят в Париж. Конечно, не буквально, ведь крыльев у него уже не будет. Его крылья… То, чего Люциферу действительно будет не хватать, так это их и долгих полётов в одиночестве. Но он будет уже не одинок, а что может окрылять больше, чем взгляд родных зелёных глаз, преисполненных любви и нежности? После Парижа он и приступит к строительству, а когда дом будет готов, займётся поисками работы. Люцифер подсчитал, что до того момента суммы денег, о которой он попросит у родителей, им с Викторией хватит за глаза. Конечно, существовал и тот сценарий, в котором ему ни цента не выдадут, и в таком случае весь план начинал трещать по швам, но на этот случай у него был запасной. Если родители откажут в его просьбе помочь с финансированием его новой жизни в человеческом обличье, то он заложит пару бесценных вещичек из королевской сокровищницы каким-нибудь земным скупщикам. Или ограбит земной банк, пользуясь способностями бессмертного. Так сказать, в последний раз щегольнёт своим демоническим обаянием и наглостью. В общем, он разберётся и всё решит. Люцифер сделал пару пометок в блокноте, который приобрёл совсем недавно, чтобы фиксировать в нём свой план. Иначе он боялся, что может забыть о какой-нибудь важной детали или упустить из виду пустяк, который в перспективе мог обернуться настоящей катастрофой. Отложив блокнот, он размял шею и заглянул в холодильник. Из него на демона вяло взирало одинокое яблоко. «Надо наведаться в супермаркет», — подумал Люцифер, сдаваясь на милость клетчатке. Не успел он осилить и половину яблока, как в дверь позвонили. Практически сразу же постучали. И снова позвонили. Ещё, и ещё, и ещё. Забарабанили так неистово, что он уже подумал, что это прибыли гонцы из Ада во главе с Его Величеством. Нет. Это всего лишь его взбудораженная рыжеволосая ведьма с раскрасневшимися от холода щеками и взлохмаченными от бега волосами. Такая красивая! — Вик… — Почему ты не отвечал на мои звонки?! — возмущённо взвизгнула девчонка. — Где твой телефон?! Я столько раз поднималась к тебе и стучала, звонила, звала! Ты представляешь, о чём я начинала думать, когда раз за разом не заставала тебя тут?! — Я был… — он махнул рукой в сторону квартиры напротив, но ему не дали договорить. — Я рассталась, рассталась, рассталась с ним! — продолжала истошно вопить Виктория, страшно веселя его, потому что сделалась похожей на маленького злобного гнома. — А тебя нигде нет! Я люблю тебя, а тебя нигде нет! Люцифер расплылся в улыбке и с удовольствием продолжил хрустеть яблоком. — Чего ты так лыбишься?! — грозно продолжала ведьма. — Думаешь, это смешно?! Никогда больше этого не делай! Не смей пропадать просто так! Я так испугалась!.. — внезапно её голос оборвался, она понурила плечи и отвела взгляд, а спустя секунду он услышал тихое всхлипывание. — Я очень испугалась, что ты решил уйти… Я не хочу пережить это снова… Не поступай так больше со мной… Яблоко было съедено, самые важные слова услышаны. Он подошёл к ней и без какого-либо сомнения крепко обнял, примостив её голову себе на грудь. Пару раз успокаивающе поцеловал рыжую макушку и улыбнулся, когда она требовательно обняла его в ответ, прижавшись к нему так сильно, словно хотела за один раз компенсировать весь недостаток в их объятиях, длиной в целый год.

Soundtrack: Next to You — John Vincent III

— Как много времени тебе понадобилось, bon-bon, чтобы пройти весь путь: от гонения меня при каждой ссоре до просьбы никогда не уходить. Она рассмеялась сквозь слёзы и поцеловала его в плечо. — Ты решил проучить меня? — она немного отстранилась и подняла голову, заглянула ему в глаза в попытке вывести на чистую воду. — Я не такой жестокий как ты, — хохотнул демон, стирая большими пальцами дорожки от слёз с её раскрасневшихся щёк. — Не думал, что ты будешь наведываться так часто. Особенно после сцены в супермаркете. — Я рассталась с Джошем в тот же день. — Неужели? — он искренне удивился. — Я не знал, bon-bon, прости. — Ты заставил меня очень долго ждать, — она по-детски надула губы. — Ты заставила меня ждать почти всю мою жизнь, — он пригладил её волосы, заправил пару прядей за уши и снова улыбнулся. Эта ведьма точно его заколдовала. Никогда раньше он ещё столько не улыбался. — Замёрзнешь. Предлагаю спуститься к тебе или… — Я не замёрзну, — прервала его ведьма. — И я не хочу никуда уходить. Виктория отступила на шаг и сняла с себя зимнюю куртку, потом размотала пушистый шарф с шеи, сложила вещи неаккуратной стопкой прямо на полу и снова подошла к нему. Протянула свои руки вверх, коснулась его лица, погладила по голове, а потом поднялась на носочках и поцеловала его. Люцифер снова не смог сдержать улыбки и, обхватив её лицо ладонями, поцеловал в ответ. В этот раз никакой спешки, сжигающей его изнутри страсти или привкуса драмы. Они были просто двумя влюблёнными, которые целовались в его прихожей после долгой разлуки. Нежно, трепетно и неторопливо — так, как он никогда в жизни ни с кем не целовался. Его ведьма в какой-то момент расхрабрилась и, обняв его за шею, весьма неуклюже запрыгнула на него. Он не успел полноценно её подхватить, и она повисла на нём как обезьянка, из-за чего оба дурашливо расхохотались. Впрочем, всё было исправлено уже через минуту: Виктория снова попытала удачу, в этот раз Люцифер подхватил её за бёдра вовремя и прижал к себе, опершись спиной о стену позади себя. — Тебе… тебе не тяжело?.. — выдохнула девчонка, стискивая волосы на его затылке и продолжая отрывисто целовать его в губы. — Нет, моя комплекция… — он периодически отвлекался на чуть более углубленные поцелуи, поэтому его ответ растянулся на несколько минут. — Моя комплекция позволяет мне… носить тебя на руках… хоть целый день. — Сильный… — прошептала она ему на ухо. — Сильный и очень… — она поцеловала его в шею. — Очень… очень… горячий… — М-м, да?.. Что-нибудь ещё? — растянув губы в довольной улыбке, точно словно разомлевший кот, поинтересовался демон. — Да. Ты такой терпеливый… — Виктория поцеловала его в щёку. — И ещё очень надёжный, — теперь в висок. — Заботливый, — её губы опустились ему между бровей. — Щедрый, решительный, хозяйственный… ты… ты… — она прекратила осыпать его лицо поцелуями и посмотрела в глаза. — Ты мой любимый. — Твой, конечно. Чей же ещё? — Ну, миссис Потс явно имеет на тебя виды, — хихикнула девчонка. — Кажется, ты очаровал её при помощи поклеенных обоев и починенных комодов. — У каждого свой рецепт приворотного зелья. Она снова весело рассмеялась, а потом опять зацеловала всё его лицо, от чего Люцифер едва сдержался, чтобы натурально не замурчать от удовольствия. — Тебе точно не тяжело? — Нет, — едва ворочая языком от скакнувшего выше неба уровня серотонина в крови, ответил демон, крепко держа свою конфетку за бёдра. — Я просто не понимаю, почему ты стоишь. Ему пришлось мельком осмотреться, чтобы вникнуть в смысл подобной фразы, но уловить его он так и не смог. — Ты хочешь, чтобы я сел? На полу тебе будет ещё холоднее. — Я хочу, чтобы ты отнёс меня в свою спальню, Люцифер, — Виктория многозначительно дёрнула бровями. — Там где матрас, — на всякий случай она даже уточнила. — Ох, bon-bon, — он весело улыбнулся и мотнул головой, после чего аккуратно снял девушку с себя и поставил её на ноги. — Мы не будем заниматься ничем таким, для чего бы нам мог понадобиться матрас в моей спальне. Только не сегодня. — Не сегодня… — словно эхо повторила обескураженная ведьма. — Как это? Ты… плохо себя чувствуешь? — Нет, я чувствую себя прекрасно, — он поцеловал её в лоб и погладил по щеке. — Я не понимаю. У тебя какие-то планы сегодня? — Нет, Виктория. Как ты справедливо заметила в последний раз, когда проводила время на моём матрасе: сначала мне стоит сводить тебя на парочку свиданий. Пока она переваривала эту информацию, он успел поднять с пола её куртку с шарфом. — Что это значит? — Что мне нужно наверстать упущенное. В этот раз я хочу всё сделать правильно. Мы сходим с тобой на несколько свиданий. А потом обязательно вернёмся к «матрасу». Она в замешательстве дёрнула бровями, а потом нахохлилась от возмущения, скрестив руки на груди. — Люцифер, ты в курсе, что сейчас двадцать первый век? Я хочу «матрас». На свидание можешь сводить меня после. — Мы оба знаем, что после нам будет не до свиданий. Мне понравилось проводить с тобой время вне «матраса». Я хочу ещё. — Издеваешься? Ты раньше обижался на меня из-за того, что у нас было так мало «матраса», а теперь решил в праведника поиграть? — Я не играю. Это чистая правда. Виктория буравила его таким продолжительным и рассерженным взглядом, что не будь у него иммунитета к её магии и в частности к её огню, он бы наверняка уже превратился в горстку пепла. — Но я не хочу вот так прощаться сегодня!.. — обиженно буркнула в конце концов девчонка. — Я рассчитывала на «матрас» этой ночью! — Маленькая похотливая ведьма, посмотрите на неё, — он шутливо дёрнул её за нос. — Я больше с тобой не разговариваю, — она впопыхах замотала шарф на шее и накинула куртку на плечи. — Сиди на своём матрасе один! Он, конечно же, никуда её так просто не отпустил. Поймал за концы шарфа и притянул к себе, снова целуя, сам не веря в то, что теперь так легко и просто мог касаться и целовать её когда пожелает. — Ну пожалуйста… — захныкала Виктория после очередного поцелуя. — Один маленький «матрас», а потом я схожу с тобой хоть на сотню свиданий! — Я останусь непреклонным, но в полночь истекает срок проведения нашего пари. Поэтому я вполне смогу провести эту ночь с тобой в твоей постели. Различив на её лице признаки зарождающейся надежды, он тряхнул головой и, смеясь, добавил: — В обличье кота. Это тебя утешит?