Чудо

Одним осенним и дождливым днем, жестокие подростки избили худощавого парня сзади школьного двора. Его звали Хан Джисон. За что? Вполне возможно это самая глупая причина… мальчик пришёл в школу с накрашенными в чёрный лак ногтями. Ха-ха-ха. Прозвучало холодно и твердо, да? *** Can you hear the silence? Can you see the dark? Can you fix the broken? Can you feel, can you feel my heart? Джисон тот самый подросток, который считал, что, начиная с двадцать первого века, люди привыкли к тому, что влюбляться в свой пол — нормально, разрушать гендерные стереотипы — нормально. Кажется, это началось с рок-групп, потому что и парни, и девчонки пытались выделиться. Показать себя. С самого детства Джисон верил в людей. В средней школе, Хан увлекался роком. Больше всего он предпочитал: LINKIN PARK, NIRVANA, EVANESCENCE, BRING ME THE HORIZON. Это такой кайф: прийти со школы, кинуть рюкзак в дальний угол и, боже упаси, не смотреть на чертовые учебники. Включить наушники, уходя в свой вымышленный мир. В начальной школе отец Хана ушёл. Оставил «любимую» жену и сына одних. Мать не упала духом и послала неблагодарного мужа куда подальше, пообещав себе, что сама справится с сыном. У них были идеальные отношения. Мать и сын понимали друг друга с полуслова. Миссис Хан баловала своего малыша вкусняшками, водила в парк аттракционов, редко поднимала голос и просила лишь об одном: — Хани, прошу, береги себя и свое здоровье. В то время мальчик не понимал этих слов, но всегда соглашался с матерью. Для него она, как ангел. Джисон рос без отца, но в тёплой обстановке. Хани часто сидел дома один, уходя в себя, однако, оставался позитивным ребёнком. Любил смеяться, заниматься своим хобби да и «друзей» имел хоть отбавляй. Ах, да, его самое любимое занятие в то время - просмотр телевизора с мамой. Напротив них стоял маленький стол, где лежали чипсы и дешёвые сухарики. Они громко комментировали ситуации, происходящие на экране, а когда Миссис Хан неожиданно засыпала, мальчик осторожно брал её за голову и укладывал к себе на коленки: так намного удобнее и приятнее. *** Как-то раз, в начале учебного года в старшей школе, Хан прогуливался по торговому центру. Лениво осматривая магазины, ничего интересного не было. Остановившись перед дверями одного, подросток заметил женские безделушки, такие как: лак, крем для ухода кожи, маски и ещё разные штуки в которых не очень разбирался. В комнате у мамы такого полно и он никогда не понимал, зачем девушки пользуются всем этим. Для чего? Он считал их и так естественно красивыми. Взгляд упал на отдел с лаком. Куча разноцветных лаков. Выбирай все, что душе угодно. Рассматривая их, Хан уставился на чисто черный. — О, боже мой… — прошептал подросток и подошёл ближе, подставив лицо к витрине, всматриваясь ближе. У него была небольшая мечта, которая однозначно сделает его счастливым: хотелось походить на своих кумиров до чертиков! Джисон делал всё, чтобы вписаться в их компанию: причесывался также, таскал большие футболки одного цвета, и то, только темного. Ему было плевать на мнение других. Самое главное, что ему удобно и чувствовал себя в безопасности. Подкрашивать глаза казалось нереальным, потому что в школе никто не поймёт и просто выгонят. Для более точного эффекта ему не хватало маленькой изюминки то, что и правда заставило бы людей с восторгом сказать: «Ваау, он правда крутой!» В ванильных мечтах Джи все казалось именно таким. С радостью прикрыв глаза и представляя себя с чёрным маникюром, подросток собирался зайти во внутрь, но тут резко отпрянул. Я же парень. Не буду ли я выглядеть очень странно в таком месте? Обдумав все, Джисон неуверенно отступил назад. Очень рискованно. Он боялся. Боялся, что кто-то мог его увидеть. Подростки — те ещё сплетники! Они обожали раздувать из мухи слона. Джисон вздохнул и на пятках развернулся от желанного магазина, грустно топая на первый этаж. По пути домой, в голову пришёл неплохой план, что аж ухмылка потянулась вверх. *** Зайдя в дом, Хан прислушился на наличие лишнего звука. Он был один. Пробравшись в комнату матери, подросток решил поискать что-нибудь интересное в ее столике для косметики. Вау. Самое крутое решение всей этой ситуации. Комната Миссис Хан состояла из обычных вещей и конкретно отличалась от комнаты сына. Ему пришлось поежиться от белого и светлого цвета. Ничего удивительного. Мальчик подошёл к столику и, как можно скорее, принялся искать лак. На его удачу, он смог выкопать среди огромной части красоты то самое. В глазах запрыгали искорки от счастья. Аккуратно разложив косметику по местам, чтобы мама ничего не заподозрила, Хан вышел из комнаты и проскочил в свою. К завтрашнему дню, Хани решил изменить свою внешность. *** Сентябрь. В Сеуле слегка похолодало. Хан спрятал свои пальцы под рукава толстовки от «Нирваны». Накинув капюшон, мальчик с энтузиазмом шёл в школу. Время от времени, втихаря от толпы, посматривал на свои ярко чёрные ногти. Вот Чонину-то понравится! Пересекая порог класса, Джисон заметил, что Ян Чонин находился на месте, удобно устроившись на первой парте. Чонин — его хороший друг со средней школы. Они хорошо ладили. Чонин очень отличался от Джисона. Если Хан показывал себя по-бунтарски и подростка со своим вкусом, то другой же, проявлял себя, как примерный отличник, и являлся старостой класса. Чонин всегда помогал одноклассникам с любым заданием и часто улыбался. Подбегая к первой парте, Хан накинулся к нему с обьятиями и громко проговорил: — Чувак, я такую крутую вещь тебе покажу! Ин испугался неожиданного появления и вздрогнул. Оборачиваясь и, осознав, что это всего лишь гиперактивный Хан, Ян успокоился, активно хлопая по его ладошке. — Только не говори, что ты снова купил версию какого-то альбома, который уже давно сняли с продаж, но ты же у нас везунчик и выкопал его откуда-то… Если честно, то Чонин порядком устал постоянно слушать о хобби друга. У Джисона в голове одно: альбомы, плакаты и рок, а ну, ещё вкусная еда. Не смотря на это, он все равно общался с ним за то, какой позитивный Хан. — Смотри! Протянув свои руки, Чонину открылся вид на красивые чёрные ногти. Сказать, что Ин в шоке, ничего не сказать. Он побледнел и поднял обеспокоенные глаза на своего немного сумасшедшего приятеля. — Джисон, ты что натворил? Ты понимаешь, что, если кто-то из нашего класса увидеть, то тебе будет худо? Джисон нахмурился, не понимая, почему тот так отреагировал. Это же классно и очень чётко, тем более, такой имидж выделял его среди остальных. Слова Чонина задели Джисона. Правый глаз задергался. Он поспорил бы с ним или наворчал бы, но не хотелось ничего говорить. Лучше пойти на самый последний ряд, заткнуть уши роком и уставиться на тёмные тучи, надвигающиеся к ним. Беспокоясь и провожая взглядом друга, Чонин прикусил нижнюю губу. Он правда заволновался из-за него, так как в их классе учились неприятные парни, которые ненавидели Хана. Да, Хан веселый и яркий человек, но как говорится, самых ярких людей готовы уничтожить. Пока шли нудные уроки, Джисон что-то черкал на своей тетради, не обращая внимание на других детей и даже не скрывая свои ногти. Ему это нравилось и точка. Он делал только то, что хотел и любил, а лучший друг не мог остановить его в любом случае. После окончания очередного дня, быстро собравшись, и, чтобы не столкнуться с Чонином, подросток вышел из класса, а следом из здания. Погода превратилась в пасмурную. Как раз для унылого настроения парня. Он думал… вот придет, все будут ахать от вида такого прекрасного и невероятного Хан Джисона, а Хан радостно бы смеялся от большого количества внимания. Назревал дождик. Джи, снова накинув капюшон, спускался с лестницы. Не успев преодолеть до конца ступеньки, чужая рука грубо схватила его за рюкзак и потащила на себя. Немедленно обернувшись, чтобы высказать свое недовольствие, в ту же минуту, его ударили кулаком по лицу. Джисон пошатнулся, но успел схватиться за кого-то своими холодными пальцами. — Фу, не держи меня своими руками, — воскликнул незнакомец и отпрянул от него, не давая опору. Другие два парня схватили Джисона под мышкой и потащили в другое место. *** Дождь усиливался, превращаясь в ливень. Парни затащили подростка на задний двор и кинули на твёрдую землю. Ударяясь локтем об стенку, у Хана не получилось подняться: нос кровоточил. Произнести хоть что-то нет сил. Страх охватил полностью. Четверо подростков уставились на лежащего с натянутой улыбкой и переглядывались. Им нравилось смотреть на такого слабого Хана без вечной улыбки. Подняв голову, Хан сфокусировал свой взгляд и понял, кто эти отпрыски. Те самые одноклассники из-за которых он и не решался изменить что-либо в своей жизни. Они состояли в банде и имели свои правила. — Что, Золушка, нравятся женские вещички? — произнёс самый высокий из них, — Ах, ты нам давно не нравился. Весь такой из себя принц мира, пай-мальчик, который строит из себя крутого. А на деле, ты кто? Парень присел на корточки и схватил Джи за волосы. — Ты баба, Джисон! Джисон не мог ответить на их оскорбления, но все слышал. Из-за ядовитых слов органы сжались. Та самая вера, что люди примут его таким, какой он есть медленно угасала. В этом мире слишком много козлов. Одноклассник отошёл в сторону от обессиленного Хана и перешептывался со своей свитой. Первое, что почувствовал Сон это сильный удар левой ногой в живот. Громко кашляя, подросток пытался вдохнуть кислород, но удары последовали непрерывно. Парни менялись: кто-то бил по животу, кто-то специально наступал на его пальцы, а кто-то, с довольной лыбой, тянул за портфель и отпускал на землю, чтобы Джисон с треском ударился об неё. К сожалению, Джисон никак не реагировал. Толку нет. Ему страшно. Мальчик готов прямо здесь закрыть глаза и больше никогда не открывать их. Молился, чтобы это был всего лишь сон. Если бы кто-нибудь пришёл и помог… Расплывчатый взгляд Хани переместился с длинных ног на чей-то силуэт невысокого роста. Он прятался за стеной. В такой ситуации из-за сильного ливня, сложно разглядеть кто там, но, тот факт, что этот незнакомец видел как избивали Джисона. Пытаясь сопротивляться и показать, что он жив и ему нужна помощь, подросток вытянул руку и пальцами потянулся в сторону. Один из парней, заметил, что Хан смотрел в сторону и последовал за ним. Одноклассник догадался, кто там стоял. Взгляд превратился в новый безумный блик. Подойдя к Джисону, наклонился и прошептал: — Хочешь знать, кто там? — измывался голос, — Тот, кого ты считал самым важным. Поначалу, до него не доходило, о ком шла речь и кто был для него важен. Мысли упорядочились и, морщась, мальчик разглядел в нем фигуру Чонина. Ян стоял далеко и держал в руках зонтик. Руки тряслись. С ужасом смотря на то, что творили с его другом, у него не получалось шевельнуться. Чонин хотел подойти и разогнать этих зверей, но не мог. И ни одного шага не сделал. Джисон молился, чтобы Ин подошёл к нему и протянул руку помощи, улыбнулся своей обычной улыбкой и тихо погладил по голове. Это часто бывало, когда Хан чувствовал себя не очень. Облизывая губы, Джисон почувствовал кровь. Единственное, что ему оставалось делать, снова протянуть в сторону свою руку и без слов позвать Чонина. Но. Чонин ушёл. Медленно, на пятках развернувшись от этой сцены, и, пошатываясь, Чонин ушёл прочь. Что это было? Слова застряли комом в горле. Кажется, если этот ком свалится в желудок, то все, Хану не жить. Теперь он умрёт прямо здесь? Девственником, грязным, с позором и с накрашенными в чёрный цвет ногтями? — За что?.. — губами произнёс Джисон и закрыл глаза. Четверо подростков наклонились к нему и проверили его дыхание. К счастью, он жив. Они бы с удовольствием прибили его здесь, но не собирались таким образом рушить свои собственные жизни. Напоследок плюнув ему в лицо, они посмеялись и ушли. *** Неизвестно, сколько Хан Джисон пролежал в одиночестве, под ливнем и еле подавал признаки жизни. Капли ливня расползались на щеках и на остальных открытых участках тела. Как же это унизительно. Лучший друг предал, его избили и, кажется, он умирал. Лучшего исхода и быть не могло. Джисон последний раз улыбнулся и полностью отключился. Can you help the hopeless? Well, I'm begging on my knees Can you save my bastard soul? Will you wait for me?