Кости перемыть или влюбить

На следующий день в Снежнеграде всё было тихо. Андайн быстрым шагом направлялась к дому скелетов, пока под ногами хрустел снег. (Стук в дверь) —Да да… кого там принесло? Низкий голос Санса звучал глухо из-за двери. Рыба в это время грубо крикнула, чтобы тот открыл. *** —Получается, мой братец в городской больнице? —Получается так. Андайн рассказала всё так, как это и было на самом деле. Она не видела смысла что-то скрывать. Последовательно она рассказала сначала про свою жизнь в академии и про то, как её там задирали… —Эй, скользкая! Ты чё прёшь, где не положено? Щас эта тропинка станет для тебя обедом, хахахаах. Вали её! затем про инцидент с этой толпой, а потом и про Папируса. —Да.. не зря я ему говорил с тобой не связываться, а? Хахаха. Он никогда меня не слушает. —Погоди, что?-Андайн пристально смотрела на Санса, по лицу которого что-то понять было просто невозможно. Он улыбался, наверное, всю жизнь. —Ой, хахаха, я не должен был говорить это вслух, да? В общем, последи за этим, пожалуйста. Мой братец просто без ума от тебя,-он посмотрел на рыбу и широко улыбнулся. *** Распрощавшись, Андайн вышла из дома. Она была уверена, что Санс имел в виду её, как Капитана Королевской Стражи. Папирусу действительно очень хотелось научиться всему и попасть к ней в подчиненные, ничего более. Ведь ничего более, правда??? Именно с такими мыслями она, незаметно для себя, дошла до Жаркоземья. Решив, что больше делать всё равно нечего, она постучала в двери лаборатории. —Д-да да? Кто там? —Альфис, открывай, это я. Дверь только разъехалась, а Альфис уже стояла с недовольным лицом. —Что опять с-с-случилось? Она всегда спрашивала прямо, несмотря на свою стеснительность. —Папирус в больнице, а я… И снова ей пришлось рассказывать эту историю с самого начала. Рассказывая об одном, она думала совсем о другом. Что имел в виду Санс? Может стоит вернуться и спросить? Может она действительно нравится Папирусу? А может это… —Любовь? Альфис оборвала её мысли. Андайн опешила. —Что? Ты к чему это?-спросила последняя. —Говорю, может он просто реально в-влюблён в тебя, милая? —Я не знаю.. я конечно очень этого хочу, но просто не могу поверить, что кто-то может влюбиться в такую как я.. —Милая, ты самая прекрасная, кого я когда либо знала! Поверь м-мне, тебя л-любить совсем не с-с-сложно. —Ты правда так думаешь?.. *** Врач зашёл в палату. В руках он держал медицинскую карточку с множеством вклеенных в неё листов. —Ну что там, док? —Ну… всё лучше, чем показалось на первый взгляд, поэтому оставлять здесь мы тебя не собираемся! Ты очень живучий, Папирус, на тебе быстро зарастёт! Скелет был крайне рад этой новости. Врач забинтовал ему несколько костей и отпустил домой, сказав напоследок, чтобы скелет отдыхал ещё несколько дней. Поблагодарив врача, Папирус вышел из больницы и сразу направился к паромщику (или паромщице….). —Снежнеград, пожалуйста. —Та-ла-ла… остерегайся того, у кого много рук… "Цветок"-пронеслось в мыслях Папируса. Он вспомнил про цветок только сейчас, ведь ему дали хорошую подсказку. —Извините, а можно всё же остановить в Водопадье? —Конечно. Мы приехали…тра-ла-ла… *** Папирус зашёл в небольшое помещение, следуя инструкции цветка. Там он увидел огромную стену, к которой что-то было сильно придавлено. Это "что-то" сжимали гигантские зелёные корни с шипами, которые периодически двигались на пару миллиметров. —Эй?.. Кто-нибудь? Корни, отреагировав на звук, перестали двигаться. Папирус пошатнулся и отошёл подальше. "Что-то" издало писк. Корни быстро начали убираться по сторонам, освободив заключённого. Но кто бы мог подумать, что… —Привет, друг.. Забытый голос Цветика звучал совершенно не так дружелюбно, как стоило бы говорить со своим спасителем. Он пристально смотрел в глаза скелета. И улыбался. Он улыбался своей самой жестокой улыбкой. —Спасибо тебе… ИДИОТ. Я обещал тебе помочь в ответ, свою награду ты скоро получишь. Но вот кто пострадает из-за тебя… этого ты изменить не сможешь… Цветок тихо растворился. —… *** Аарон мирно плыл по улочкам Водопадья. Он держал в руках очередной эхо-цветок. Вообще всегда с ними были связаны самые запутанные и интересные истории. Конь зашёл в каменную комнату. —Папирус, брат! Доставка, видимо, для тебя? Он просто заставил меня это сделать.. Нажав на цветок, Папирус услышал разговор. Говорили два монстра, но голоса разобрать было довольно трудно, можно ориентироваться только по интонациям….. что? —Это Альфис и Андайн? Сердце скелета забилось чаще. Он слышал этот разговор. Одновременно был очень рад, и очень не рад услышанному. —Говорю, может он просто реально в-влюблён в тебя, милая? —Я не знаю.. я конечно очень этого хочу, но просто не могу поверить, что кто-то может влюбиться в такую как я.. —Милая, ты самая прекрасная, кого я когда либо знала! Поверь м-мне, тебя л-любить совсем не с-с-сложно. —Ты правда так думаешь?.. —Я пр…. т… д…а.. о….нь ….о…ая! —А..и…. с…..си...о. —Почему запись плохо слышно? —А, я на тот момент уже отходил, так что… прости, там было что то важное?.. —Нет. Что сказал тебе этот выцветший? —Что, Папирус? Ты про цветок? Он..эээ… он просто сказал "подслушай и возьми с собой этот эхо-цветок, а дальше получишь награду"… вот.. а-а что такое? Он что-то натворил, да? Папирус кинул цветок и пулей бросился в лабораторию. На выходе из пещеры что-то обвило его ноги и он упал. *** Когда Папирус всё же добежал до лаборатории, он увидел ужасную картину. Дверь была выломана. Внутри помещения была Альфис, которая вжалась в угол, пока цветок приказал своим корням схватить Андайн. Зачем он это делал?.. —ЭЙ, СУМАСШЕДШИЙ! Папирус кричал как можно громче, чтобы Цветик точно его услышал. —ОТПУСТИ ЕЁ, РОСТОК ТЫ НЕДОРОСШИЙ! —Хахаха. А ты думал, а реально тебе помогу? Да, теперь ты узнал, что Андайн влюблена в тебя… но не могу же я позволить тебе РЕАЛЬНО получить выгоду с этой сделки! Придется её убить. Тогда только у меня будет выигрыш, ещё и врагов меньше… Что????? В лицо цветка прилетело что то тяжелое. Оно быстро придавило его полностью так, что Цветик был обездвижен. —ХА ХА ХА, ДОРОГУША! Меттатон в своём новом теле поразительно элегантно прижал цветок рукой к полу. Схватив его за горло, он смог сделать Цветика беспомощным. —Папирус, не стой на месте, парень!! Иди спасай свою возлюбленную, пока я пожертвую собой.. о Боже, моё идеальное тело… Скелет и вправду кинулся на второй этаж лаборатории, не теряя ни секунды. Он быстро взбежал по эскалатору, чтобы быть ближе к Андайн, которая всё ещё была скована одним из корней. Папирус быстро схватил канцелярский нож со стола, который изначально был предназначен для вскрывания писем, но теперь стал оружием. Замахнувшись, скелет прыгнул… Как в замедленной съемке текли секунды. Он поднял руку с ножом вверх и молился, надеялся, что сможет долететь до Андайн. До корня оставалось несколько секунд. Он был не настолько толстый и огромный, так что его вполне можно было поранить, разрезать, освободить Андайн! Но судьба решила иначе. Наконец, достигнув корня, он замахнулся ножом в последний раз, как… —НЕЕЕЕЕЕЕЕЕТ.. … Две половины тела некогда живого Капитана Королевской стражи лежали по две стороны от Папируса. Крови не было. В следующую секунду тело растворилось в воздухе, оставив лишь браслет, который Папирус ещё два года назад дарил рыбе на день рождения. Пустота. Все в комнате молчали. Папирус упал на колени возле украшения. Слезы ручьями стекали из его глаз, полностью заливая руки и пол. Беззвучно плача, он не заметил, что Цветик тоже не дышал. —Хаха, Папирус! Я всё же справился,-радостно докладывал Меттатон, подходя к месту, рядом с которым упал скелет,—А ты думал я… что случилось? Папирус молча поднял красные, заплаканные глаза наверх. У него появилась возможность осмотреть всё вокруг. Половина лаборатории была разрушена вдребезги. Проходы на второй этаж сломаны с двух сторон. Цветок лежал посреди зала, а его корни, иссохшие, были разбросаны по всему помещению. Меттатон стоял над скелетом, закрыв рот рукой. Альфис всё также стояла в углу, пытаясь отойти от того, что сейчас произошло. Сам Папирус сидел всё на том же месте. Андайн. Андайн пребывала где-то в лучшем месте. По крайней мере, скелет надеялся на это. С его глаз всё ещё текли слёзы. В голову невольно лезли все моменты, связанные с его любовью. Как он первый раз пришел к её дому.. —Здравия желаю, Капитан Королевской Стражи и самый сильный монстр в подземелье Андайн! Позволите просить Вас принять меня в Королевскую Стражу и служить Вам верой и правдой! —… —Папирус, время ТРИ ЧАСА НОЧИ! ПШЁЛ ВОН! Как он впервые понял, что любит её.. —Боже, она всегда была такой красивой на тренировках… что?? О чем это я думаю, хаха?… Как она всё же согласилась попытаться его взять… —В общем, Азгор… он реально хочет к нам и тренируется… может, всё же дадим ему шанс? —Андайн, ты точно уверена, что готова? Вся ответственность на тебе… Как он провожал её до дома… —Я живу здесь. Хотя, ты это уже знаешь.. спасибо большое, что проводил, Папирус! Я реально очень рада. —Не за что, Андайн! Обращайся в любую секунду, я всегда буду с тобой! Да даже те недавние объятия в больнице… —Боже..Боже, Папирус! Это все я виновата, ужас мне ТАК стыдно,-обнимая скелета она кричала слова за его спиной. Слов он не слышал. Ему на них было все равно. Он крепко-крепко обнимал Андайн, закрыв глаза. Теперь этого ничего не было.. А самое главное, этого больше никогда не повторить. Андайн больше никогда не посмеётся над ним, не покажет, как правильно держать копьё, не заступится… никогда не ответит на его чувства. Они никогда больше не погуляют вместе и никогда больше не поймут друг друга. Теперь только эти слёзы, холодный пол и браслет. Браслет был собран из красивых фиолетовых камешков, вперемешку с красными. И зачем он только остался??? —Папирус, ты как?..-Меттатон опустился на колени рядом с ним. Папирус не мог ничего ответить. Ком в горле. Безысходность. Отчаяние. Душа такого монстра, как она, должна была жить ещё несколько минут. Несколько мгновений…. Но она исчезла так быстро, как будто её никогда и не существовало. Папирус встал, надевая браслет на правую руку. Он направился к выходу из лаборатории.