Часть, в которой присутствует заговор
11 декабря 2021 г., 10:00
Ранг моргнул, оптика медленно приспосабливалась к тусклому освещению затхлой кварты. Условия помещения были вполне ожидаемыми — в конце концов, «Немезида» находилась под водой, — и он был просто благодарен, что ему просто предоставили койку.
Он проверил внутренний хронометр и слегка застонал. Еще не было даже 04.00 часов. Обычно он спал крепко, так что же его разбудило?
Ответ на этот вопрос заключался в том, что он стоял в дальнем, тесном углу, сверкая красным визором. Саундвейв держал в манипуляторах то, что казалось пригоршней крошечных камешков, и, судя по неприятным ощущениям, которые Ринг испытывал по всему корпусу, бросал их в его бессознательный корпус в течение неопределенного времени.
Ранга это немного смутило, а также тот факт, что Саундвейву удалось проникнуть внутрь, не вызвав шума, так как он был уверен, что запер дверь, причем с помощью реального физического замка, так что был бы по крайней мере какой-то звуковой признак взлома. Но нет. Он посмотрел на дверь и отметил, что она была в первозданном состоянии (ну, настолько близко, насколько это было возможно), насколько он мог судить, без очков, без видимых признаков взлома.
Ранг бросил еще один взгляд на магнитофон в углу. Интересная способность для хакера.
— Саундвейв, — сказал он в знак приветствия, сверкнув дружелюбной улыбкой. Он заметил, что в программе не указан профиль эксперта по коммуникациям, что имело смысл. Зачем ему добровольно давать тому, кого считал врагом, информацию о себе? — Чем я обязан удовольствием вашего визита?
— Проверяю, — ответил Саундвейв, тусклый, монотонный голос жутким эхом отозвался в тишине.
— Если не возражаешь, я спрошу, почему лично? Обычно ты просто посылаешь сообщение, — Ранг опустил серво на пол, отметив его холод, прежде чем внутреннее отопление позаботилось об этом.
— Мегатрон: настаивал на том, чтобы Саундвейв стал более активным участником, — магнитофон, каким бы бесстрастным ни был его голос, казался совершенно не тронутым этой мыслью.
— Это… мило? — Ранг попытался, нащупывая очки, играя в игру, в которую все мы, носящие очки, играем каждое утро, когда, с тяжелыми конечностями и затуманенным взором, пытаемся найти и схватить упомянутые очки, фактически не раздавив их в процессе.
Саундвейв безмолвно пересек комнату и передал автоботу искомую вещь. На его вопросительный взгляд связист просто заявил, — Ранг: вчера оставил их в комнате отдыха. Саундвейв: до сих пор у меня не было возможности вернуть их.
Терапевт был совершенно уверен, что нет, он не оставлял очки в комнате отдыха накануне, и что Саундвейв либо вытащил их из своей квадратной синей кормы, либо у одного из них были проблемы с памятью.
Но он также был совершенно уверен, что на это не стоило указывать, — спасибо.
Шпион склонил шлем в подтверждении. Казалось, у него закончился словарный запас, потому что он просто стоял, высокой неприступной синей массой, прямо посреди кварты Ранга.
— Ты хочешь отчет, верно?
Саундвейв кивнул, в этом жесте чувствовалось легкое нетерпение.
Автобот вытащил довольно толстую папку из подпространства, за что получил наклон шлема.
— Ранг: не использует цифровые ресурсы?
Терапевт коротко покачал шлемом. — Нет, нет. Я никогда этого не делаю. За исключением тех случаев, когда составляю файл для отправки тебе. Это может показаться глупым, но я нахожу, что цифровым документам не хватает… определенной глубины. Я имею в виду, помимо отсутствия у них физических характеристик, — добавил он, заметив, то, что можно было описать как недоверчивый взгляд которым его одаривал магнитофон.
— Физические копии: отсутствие безопасности, — прокомментировал Саундвейв, но после этого оставил тему в покое.
Ранг молча передал отчет, который Саундвейв едва успел просмотреть, прежде чем вернул обратно.
— Отчет: не содержит ничего интересного, — нараспев произнес синий мех, скрестив манипуляторы на громоздкой грудной броне.
— Тогда что именно ты ищешь?
— Саундвейв: ищет потенциальных мятежников, — прямо заявил он, гораздо более прямолинейно, чем ожидал автобот.
Ранг поднял брови. Второй помощник никогда не показывал никаких признаков того, что это было приоритетом до этого случая, поэтому ему пришлось задаться вопросом, что так внезапно изменилось. Возможно, он всегда просматривал отчеты, бесконечно выискивая любые признаки подрывной деятельности.
Ранг слегка улыбнулся про себя при этой мысли. Если бы это было так, он подозревал, что половина армии десептиконов была бы выведена из строя.
Конечно, из-за конфиденциальности между пациентом и терапевтом, Ранг не включал в отчеты более личные аспекты монологов «десов» (потому что, на самом деле, это то, чем было большинство из них), и вместо этого составлял их так, чтобы они были больше похожи на обобщенные утверждения.
— Если ты не возражаешь, я спрошу, — начал автобот, и взгляд, который послал ему Саундвейв, ясно показал, что он не возражает, чтобы его спросили, — почему сейчас?
— Старскрим, — просто ответил второй помощник.
Ранг понимающе кивнул. — Ты боишься, что он устроит что-то вроде переворота? — Терапевт знал, что на самом деле это нельзя было назвать переворотом из-за отсутствия правительства в армии, но это было самым близким аналогом, который смог придумать все еще сонный процессор.
В любом случае, Саундвейв, похоже, не возражал.
— Нет, — связист развел манипуляторы, затем снова скрестил их. — Саундвейв: боится покушения на жизнь Старскрима.
Автобот моргнул. И снова моргнул. — Если ты не возражаешь то, я скажу, что у меня сложилось впечатление, что ты не испытываете к нему особо добрых чувств.
— Саундвейв: не испытывает, — согласился магнитофон. — Тем не менее, Старскрим: необходим для дальнейшего функционирования сил десептиконов.
Из того, что узнал Ранг, Старскрим был безжалостно умный, интриган-манипулятор, а также строгий, но блестящий военачальник, и носил титул одного из немногих меха десептиконов, готовых публично выступить против Мегатрона. Предположительно, ему пришлось немного прочесть между строк.
В то время как характеристики хорошего первого помощника — не обращая внимания на постоянную подрывную деятельность и паранойю — это были не такие уж и редкие черты. Война сделала многих меха проницательными, хитрыми мыслителями и развила таланты тех, кто уже был таковым. Или полностью разрушил психику.
Дело в том, что Мегатрону было бы не так уж трудно найти замену второму помощнику, если бы он, наконец, устал от Старскрима до такой степени, что казнил сикера.
Саундвейв издал звук, который отдаленно напоминал веселье, возможно, над одной из его собственных, личных шуток, или, возможно… Ранг на мгновение задумался, верны ли слухи о магнитофлне и его необычных способностях.
— Старскрим: незаменим. Действует как своего рода сияющий маяк надежды для остальных войск, — в голосе Саундвейва не было ни капли веселья, как и в любом другом его аспекте. Он был абсолютно серьезен, — Старскрим: продолжает выживать вопреки всему и всегда возвращается с очередным ужасным планом мятежа. Войска: испытывают некоторое одобрение в этом аспекте, несмотря на их общее презрение к самому Старскриму.
Ранг медленно кивнул. Это имело смысл, предположил он. Знание того, что кто-то, такой как Старскрим, который не был особенно здоровым, сильным или любимчиком, мог выжить под постоянным давлением своего положения, побоев от Мегатрона — если верить слухам — и все еще продолжать возвращаться на следующий раунд, несколько повышало бы боевой дух войск, которые могли бы быть в лучшем положении, чем он. Вычеркнуть. Наверняка так и было.
— Ранг: понимает, — сказал связист это не как вопрос, а как утверждение, — Раведж: вчера обнаружил на нижних палубах признаки заговора с целью убийства Старскрима. Саундвейв: совесть не позволяет допустить, чтобы это произошло, ради блага Дела и для собственного спокойствия Саундвейва.
— Я действительно понимаю, — сказал автобот, наконец отложив папку, понимая, как неловко он, должно быть, выглядит, держа ее перед собой, как импровизированный щит. — К сожалению, пока я не могу помочь. У ваших… солдат особое презрение к тому, чтобы делиться чувствами.
Визор десептикона зловеще вспыхнул. Так ли это?
— Я уверен, что они откроются в свое время, — поспешно заверил терапевт. — Я бы не ожидал, что закаленные в войне меха обнажит искры на первых же сеансах.
— Саундвейв: нет свободного времени, — с этими словами он повернулся на каблуках и потянулся к двери. Он не мог полностью подавить дрожь отвращения при прикосновении к неестественно влажному металлу. Связист даже не знал, что металл может быть влажным на ощупь.
Визор повернулся, чтобы еще раз взглянуть на автобота, — Ранг: имеет навыки создания презентаций в пауэр пойнте?
Терапевт покачал шлемом. — Не могу сказать, что умею, извини.
— Завтра: Саундвейв: отменит все встречи Ранга. — Саундвейв: у Ранга будут более важные дела.
С этим довольно зловещим заявлением Саундвейв плавно щелкнул замком надвое и, распахнув ржавую дверь на неохотно поворачивающихся петлях, исчез в темноте.
За то время, пока они разговаривали, он медленно и методично разложил камешки на столе в комнате Ранга в небольшую линию.
Автобот спокойно сел обратно на платформу. — Если он изначально не прикасался к двери, как он сюда попал?
Над шлемом, между двумя трубами, располагалось невинное маленькое вентиляционное отверстие, в котором резко возросла активность.
