Подкуп

Очередной раздраженный взгляд упал на Анатолия, и Ирина задумалась, почему волна эмоций накрывает её именно из-за этого человек, ведь, по сути-то своей, он не сделал, не сказал ничего, что действительно могло бы вызвать раздражение. Пока. Возможно, узнав, зачем на самом деле чиновник поднял всю документацию за последнее время, Ирина могла бы позволить себе испытывать данное чувство в адрес Аленикова, но пока не было должного повода. Блондинка объясняла это себе действием алкоголя на организм, однако выпила она всего три стакана вина, а если быть точнее, то даже и двух бокалов не набралось: один выпила полностью, а два других оставляля недопитыми, почти целыми. Не нравилось женщине чувствовать себя пьяной, но немного расслабиться частенько любила. Звук входящего вызова на телефон блондинки раздался вовсе не в кармане, а в коре головного мозга, отбивая ритм. Несмотря на весьма громкую музыку в ресторане, мелодия телефона казалась блондинке куда более громкой. Достав мобильные из кармана, на дисплее была фамилия одного хирурга из отделения Павловой, поняв, что пропустить и не взять вызов не может, поспешила выйти на улицу, дабы скрыться от шума музыки и гула людей. — Иван Николаевич? — Ирина Алексеевна, добрый… — осознание, что приветствие мужчина выбрал не самое удобное, потому что вечер как бы прошёл, но с другой стороны — ночь ещё не наступила. — В общем, к нам пациента привезли. Многочисленные травмы, но самое главное — перелом основания черепа. Нейрохирургов нет. — Вы звонили, объяснили, что травма очень тяжёлая? —  ощущение, что блондинка стоит в ужасный мороз на улице без верхней одежды, отошло на второй план. — Вместе с этим мужчиной привезли ещё двоих, там ещё хуже состояния. Все врачи на операциях. Интерн один остался в нейрохиргии, но… — Дневная смена? — Многие в отпусках, нет в городе, либо больничные. — Перенаправляйте в другую больницу. — Состояние тяжёлое. Его не довезут, пациент умрёт по дороге. — Значит так, я сейчас приеду, по дороге попробую связаться с другой больницей, чтобы прислали нейрохирурга. — блондинка зашла в ресторан и, быстро подойдя к гардеробу, забрала свою одежду. — Кто сегодня дежурит из наших? — времени искать Сашу, чтобы объясниться, не было, и женщина быстро вышла из ресторана, направляясь к проезжей части, желая поймать такси: времени заказывать и ждать машину не было. — Куликов, Лавренко, Орапова. — Куликова с нами. Я скоро буду. — блондинка сбросила вызов и, быстро листая телефонную книжку, искала номер приёмного отделения больницы имени Н. Н. Бурденко, где у неё ещё остались некоторые связи. Ирина быстро поймала пустое такси и направилась в родной Склиф. Увидев заведующую первого отделения в такой спешке, но без единой эмоции на лице, Алеников попытался понять, что сказал ей голос в телефоне, раз она подорвалась с праздника, тем более в такое позднее время. Мысль о том, что она заведующая экстренной хирургии почему-то не посещала его, и догадки о том, что её вызвали на операцию у него не возникало. Возможно, возникла бы, если он не знал, что блондинка была в нетрезвом виде, хотя внешне это не отражалось. — Здравствуйте, Ирина Алексеевна. — Таня посмотрела на быстровошедшую Павлову. — Хромов.? — Только в операционную увезли вместе с Сергей Анатольевичем. — блондинка направилась в кабинет, чтобы сменить свою одежду на хирургичку салатового цвета. — В какой операционной? — заправляя волосы в шапочку, Ирина посмотрела на медсестру. — Вторая. — Нейрохирурги не освободились? — Только звонила. Один интерн. — Этого нам не нужно. Таня, должен приехать нейрохирург из Бурденко… — Я поняла. Блондинка направилась во вторую операционную, а в голове принялась вспоминать, когда она, работая ещё в Бурденко, проводила операцию пациенту с переломом основания черепа. Единственный раз в своей карьере она провела данную операцию без нейрохирурга, а сейчас предстояло повторить. — Всем доброй ночи! — опустив руки под струю воды, Ирина посмотрела на хирургов. — Здравствуйте. — Ирина надела маску и была рада, что сейчас была в маске не только по санитарным нормам, но и потому что запах алкоголя нельзя было уловить. О нарушении протокола Павлова думала в последнюю очередь: если пациент умрёт, она получит намного больше чем за то, что Ирина оперировала в нетрезвом состоянии, но он может умереть и у неё под скальпелем — за это она получит намного больше. — Нейрохирург из Бурденко скоро приедет. А теперь приступаем. Работаем предельно аккуратно. — хирурги первого отделения встали вокруг пациента и посмотрели друг на друга. — Какие ещё травмы? — Открытый перерелом большеберцовой кости, закрытый перелом ключицы и вывих руки со смещением. — Константин осмотрел пациента. — Я думаю, вы знаете, в каком порядке мы будем действовать. Начинаем. — Ирина Алексеевна, вы же понимаете, такая травма и мы, без нейрохирурга. — в голосе Хромова слышались ноты страха, и хирурги понимали на что, намекает Иван. — Прекратите, Иван Николаевич. Я понимаю, это не ваш и не мой профиль, но, что вы предлагаете? — молчание. — Начинаем. Время наручных часов заведующей показывали три часа ночи, а хирурги только закончили операцию, исход которой был хороший, но точно дать прогнозы и говорить о чём-то можно будет только завтра. Врач из Бурденко приехал в Склиф к тому времени, как хирурги первого отделения уже закончили работу по его профилю. Блондинка была в состоянии между сном и реальностью, усталость и алкоголь сказывались на организме женщины. Зайдя в кабинет и буквально упав на чёрный диван, Павлова погрузилась в сон, как не прошло и минуты.  Следующий день начался для заведующей громким будильником и головной болью, которая усиливалась с каждой секундой звонка будильника и любым движением. Подняться с дивана и добраться до стола, дабы выключить телефон, тем самым остановив будильник, стоило Ирине пульсирующей боли, отдающей в виски. Причиной, скорее, был не выпитый алкоголь, а трудный день, сложная операция, короткий сон. На рабочий телефон поступил звонок, который Павлова, не хотя, взяла. — Да? — хриплый голос раздался, на секунду блондинка испугалась, что снова простудилась, не успев выйти с больничного. Но откашлявшись, стала уверена, что голос просто не успел проснуться. — Ирина Алексеевна, к вам Анатолий Борисович. — Вот чёрт! — взгляд упал на часы, вспомнить, на сколько именно заведующая ставила будильник, она не смогла. Десять утра. — Таня, попросите его подождать пять минут, скажите, что. Что у меня родственники пациента. — Я поняла. — телефонный разговор оборвался. — Как же не вовремя ты, Анатолий Борисович. — подойдя к зеркалу, Ирина удивилась, что вполне хорошо выглядит, но слегка поправить причёску и макияж не мешало. — Доброе утро! Можно? — взгляд серых глаз встретился со взглядом зелёных, которые сразу же разорвали контакт. Ирина направилась к столу, чтобы наконец принять сидячее положение. — А чего вы спрашиваете? Вы ж уже зашли. — Не выспались? — уловив ноту раздражения, спросил чиновник. — Что? — резко она смотрела на него снизу вверх. — Я говорю, отчёт по поставкам мне нужен. — Он у заместителя моего. — ком встал в горле. — А я проверил уже, мне нужны те, что у вас в документации. Или, — мужчина поставил портфель на стол, придерживая его одной рукой, а другую, впрочем, как и всегда, сунул в карман тёмно-синих брюк. — какие-то проблемы? — Нет, никаких. — женщина встала с места и направилась к шкафу с документами. — По поставкам чего? — Оборудования. — казалось, тяжёлый выдох Ирины слышало своё отделение. Достав с вёрхней полки нужную папку, она протянула её чиновнику, приглашая его другой рукой присесть на кресло. — Ирина Алексеевна, — на голос вошедшего Сергея обернулись Анатолий и Ирина, стоявшие спиной к двери, и посмотрели на Куликова. — Здравствуйте. — Добрый. — мужчина кивнул хирургу. — Там пациент, которого мы вчера с вами операцию делали. — остановился он. — В общем, вы в реанимации срочно нужны. — Простите. — кинув быстрый взгляд на Аленикова, Ирина вместе с Сергеем удалилась из кабинета.