Неудачники

      Шаги отдавались в тишине спящей Алфеи противным хрустом под ногами. Блум тщетно подавляла в себе мысли о паршивой организации уборки в Алфее и придумывала более-менее стройные оправдания повальному запустению. Может, усыпанный песком и мусором пол – это своеобразная сигнализация, призванная выдать нарушителя тихого часа? Хотя вряд ли Фарагонда додумалась бы до такого…       Если бы Блум была директрисой лучшей школы для фей, она бы отправляла провинившихся студенток не окопы зарывать, а драить полы да стены в коридорах. Ага, наверняка в Алфею запрещено входить посторонним не потому, что барьер ругается, а чтобы не позориться…       Волшебный мир опускался всё ниже и ниже в глазах Блум. Совсем не так она представляла себе новую жизнь в чужой вселенной. Здесь все были ненормальными. И, видимо, проблема эта была глобальной. Нормальность, в смысле. Или её отсутствие.       Тонкая подошва резиновых шлёпанец оказалась не предназначенной для похода вне квартиры. В собственно апартаментах девушки и Кевин убирались своими силами, чтобы не зарасти грязью по самые уши. За графиком тщательно следила Муза: если кто-то посмел пропустить свою уборку, она его живьём съест, но заставит отработать. Это потому, что она очень не хотела, чтобы ей досталось больше работы, когда все начнут отлынивать, кроме неё. В общем, Блум сделала неутешительный вывод, что их не самая прибранная гостиная оказалась чище коридоров Лучшей Школы для Фей. Как-то так.       Особенно острый и крупный камушек проткнул подошву и впился в ногу. Блум зашипела, привалилась к стене и принялась выковыривать камень из шлёпанца.       Наверно, именно потому, что её собственные шаги стихли, она смогла услышать кого-то другого. Причём, этот кто-то довольно тихо крался в её сторону.       – Только Гризельды мне не хватало, – проныла Блум себе под нос и притаилась у стены. Прятаться было негде, а своими шагами она точно привлекла к себе внимание.       Некто был осторожен, почти не хрустел камнями и шёл тихо, как будто выбрался ночью в тёмные коридоры не просто так, как Блум, – погулять. У неизвестного была цель, так что Блум только уверилась в том, что это Гризельда охотится на незадачливых нарушительниц режима.       Отрабатывать грехи в очередных окопах не входило в планы Блум на выходные.       Но, видимо, придётся.       Блум закатила глаза и посмотрела в другой конец коридора. Там пока никого не было видно, но шаги становились ближе. Она вспомнила, как много сил и времени заняли у неё в прошлый раз закапывание окопов, расчистка подвалов и каторга на кухне. Повторения она не хотела.       Она затравленно обернулась в конец коридора ещё раз и припустила обратно. Лишь оказавшись на влажных простынях своей кровати, Блум вдруг задумалась о том, что зловещие шаги резко оборвались, когда она побежала, и так же быстро удалились в другую сторону. Для Гризельды это было бы нелогично.       Хотя, где феи и где логика?

***

      – Я припоминаю, что ты говорила нам о том, что твоя бывшая соседка по квартире – большая шишка. Память меня не подводит, уважаемая Муза? – осведомилась Селина перед завтраком. Взгляд её был жадным, хотя Селина и пыталась это скрыть. Музу передёрнуло.       Она заметила, что остальные тоже выбрались из своих комнат и вроде как ждут ответа, и заговорила:       – Которая из них? Стелла – принцесса Солярии. Лейла – наследная принцесса Андроса. Флора – кто-то вроде лекаря у себя на Линфее. Текна – знаменитость с Зенита, её даже охраняет отряд стражей. По большому счёту их всех можно считать шишками. Большими.       Селина задумалась. Для финансирования её бизнеса и дальнейшего сотрудничества идеально подошла бы Стелла – некоторое представление о ней Селина имела из подслушанных разговоров. Но, если в наличии имеются ещё несколько источников дохода, грешно будет просто их проигнорировать.       – Все. Поэтому ты, многоуважаемая Муза, проводишь нас к ним для знакомства. Прямо сейчас.       Завтрак пришлось отложить. Селина выглядела увлечённой очередной богатой идеей и намеревалась во что бы то ни стало заиметь себе источник дохода и потенциального партнёра по бизнесу. Кто бы что ни говорил, особенно недоброжелатели и Кевин, её гаражные распродажи приносили стабильный доход, а если она начнёт продавать инопланетные безделушки, то разгромит рынок конкурентов и озолотится на раз-два.       Как стало понятно позже, оговорка Музы насчёт исключительности её прежних соседок стала её фатальной ошибкой. Но пока Муза этого не знала, и, пусть и с неохотой, рассказывала о подругах по пути к их квартире.       – Стелла в общем неплохая девчонка, но бывает очень противной, – морщилась Муза. Селина кивала и записывала. – Только в одном я её не понимаю: её парень – Брендон – однажды повёлся на чары Дарси, но Стелла его простила и дальше с ним встречается. Это же ужасно!       Блум не стала напоминать ей, что почти то же самое Муза провернула с её незабвенным Ривеном.       – Флора вообще лапочка, ни с кем не ругается, тихая, милая и всегда поможет. Текна творит настоящие чудеса с техникой. Ну, так говорят, по крайней мере, сама я в этом ничего не понимаю, – отмахнулась Муза. – С Лейлой говорить сложно, но она оказалась классной. Пока не заводит разговор о превосходстве женщин над мужчинами. Она ненавидит парней.       Говоря о Лейле, Муза как-то странно подергивалась, а ее лицо выражало нарочитую небрежность. Как будто она смертельно обиделась на Лейлу, но старалась это скрыть. Но наметанный глаз эльфийской королевы не обманешь: Блум сразу угадала настроение Музы и решила, что она злится из-за своего отчисления. Любой бы злился. Поэтому Блум поступила так, как велел ей разум. Шепнула Селину и втихаря поспорила с ней на доллар, что Муза таки отомстит и замочит Лейлу.       Бывшая квартира Музы выглядела более обжитой и уютной, чем обиталище Блум и компании. Пол островками покрывали цветные ковры, на диванчике пристроились пестрые подушечки. Повсюду валялись девичьи побрякушки. Вид портили только десять мужиков в доспехах, скучковавшиеся в уголке возле кадки с гигантским кактусом. Они прошили компанию острыми взглядами и подобрались, готовые к возможному нападению.       На том месте, где в квартире Блум стояла койка Музы и Селины, рос из горшка комок лиан. Из него торчала русая макушка и не подавала признаков жизни.       – Это Флора, – шёпотом пояснила Муза. – Она любит поспать подольше. Ей не нужна кровать, ей хватает и растений, поэтому отчислили в прошлом году только меня. Места для кровати тут не осталось, вот.       Муза громко поздоровалась, не стесняясь разбудить спящую Флору или потревожить стражей, и вальяжно уселась на диван.       Из комнаты показалась Лейла, хмуро осмотрела толпу и захлопнула дверь. Муза вздохнула.       – Муза! – радостно воскликнул светловолосый вихрь. Горластая девица налетела на Музу, крепко обняла и смачно чмокнула в щёку, оставив там след от помады. Только когда Стелла отлепилась от Музы, стал заметен её внешний вид, который не сразу бросился в глаза. Опухшие веки и мокрое от слёз лицо. Стелла не долго держала улыбку и через секунду разрыдалась. – Ты не поверишь! Это катастрофа! Самая ужасная катастрофа из всех! Мне срочно нужно рассказать тебе всё-всё, потому что Лейла меня слушать не хочет, Текна жуткая, а Флора и Нова слышали это уже несколько раз!       Стелла, как будто не замечая остальных, улеглась на диване вниз головой и закинула тонкие лодыжки на спинку.       – Это всё Брендон. Вернее, Скай.       – А при чём тут Скай? – удивилась Муза.       – А при том! Мы с Брендоном встречаемся целый год. Почти подряд, если не считать козней сучки Дарси, – разозлилась Стелла. Её густые волосы засветились, и она стала похожа на большую гирлянду. – Но папа не хочет, чтобы он был моим мужем. А когда я сказала ему, что он сквайр настоящего принца, тем более с самого Эраклиона, папа обрадовался. Я думала, что теперь-то он согласится на свадьбу, но он заявил, что союз с Эраклионом выгоден для Солярии, поэтому я должна выйти за принца Ская.       – Это ужасно! – воскликнула Муза. Блум не слышала ничего ни про Эраклион, ни про некоего принца Ская. Какая-то Магиксовая Санта-Барбара…       – То ли ещё будет. Папа связался с королевской четой Эраклиона, чтобы предложить помолвку, но ему отказали.       – Но это же хорошо? – осторожно спросила Селина, и Стелла метнула в неё сердитый взгляд.       – Ему отказали потому, что у короля и королевы Эраклиона не принц, а принцесса!       – Скай девка?! – Муза подскочила и уставилась на Стеллу во все глаза.       – Я… Я не знаю. По словам короля Эрендора, принцесса Скай всё это время находилась на родине. То есть Скай, которому служит мой Брендон – это не принц Эраклиона? Я ничего не понимаю, но я уверена, что этот мошенник Скай обманывает моего лапулю. Но что самое ужасное, что как только я сообщила Брендону эту новость, он перестал выходить на связь. Я думаю, ненастоящий принц что-то с ним сделал, тем более что у меня пропали все драгоценности, которые были с собой из дома. Бедный Брендон! – горько разревелась Стелла.       – Ну, теперь уже не особо бедный, – пожала плечами Селина. – Вернее, далеко не бедный.       Рокси бессовестно заржала.       Кевин хрюкнул в кулак.       – Эй, что смешного?! – возмутилась Стелла.       Очень вовремя открылась другая дверь. И словно валькирия, сошедшая с небес, на пороге возникла высокая красивая девушка в полудоспехе. Её стан был тонок, острый подбородок поднят, а резкая линия челюсти особенно выделяла длинную лебединую шею. Сие великолепие венчала аккуратная причёска на коротких ярко-малиновых волосах.       В отличие от прочих студенток, девушка не бросалась на других с воплями и объятиями. Выражение лица при взгляде на гостей ничуть не изменилось, а взгляд оставался пустым, словно девушка пребывала глубоко в мыслях или только-только отошла от тяжёлой умственной работы.       Десять мужиков разом поднялись на ноги и кивнули Текне.       Не меняясь в лице и даже не моргая, Текна кивком поприветствовала гостей и прошествовала было в ванную, но дорогу ей внезапно преградил Кевин. Он упал на колени и согнулся в три погибели, обняв ноги Текны. Стражи схватились за оружие.       – О, техножрица Текна! – взвыл Кевин со всей горестью. – Не откажи в милости!       – Да? – в уставших, чуть покрасневших глазах внезапно загорелся огонёк интереса.       – Мой… Мой телефон с другой планеты, где нет магии, но есть мультики и сериалы. Кабельное телевидение Земли не дотягивает до Магикса, поэтому мы все остались без единственной отдушины в этом чужом и сером мире. О, владычица технологий! Спаси нас! У меня нет с собой других устройств, кроме этого сотового, но… Можно ли сделать так, чтобы он показывал земные каналы?       – Интернет что ли? – подняла бровь Текна. Она приняла из его рук старенькую «раскладушку» и начала колдовать. Экран немного вытянулся во все стороны, панель с кнопками разделилась на две части по разным сторонам экрана, а из угла выросла антенна. – Это не совсем то, что ты просила, но земные технологии не позволяют собрать в одном устройстве все телевизионные каналы, в том числе и платные, онлайн-сервисы и всю доступную базу видеоданных. Был бы твой телефон поновее… Думаю, лет через десять технологии Земли продвинутся, и тогда я смогу уместить в твой гаджет всё, что пожелаешь. А, кстати, на всякий случай я поместила туда и сеть Магикса. Так что выход в Интернет свободный и без перебоев. У нас тоже есть, что посмотреть, – мило улыбнулась Текна и ушла в душ.       Кевин, не дыша, держал дрожащими руками навороченный гаджет и смотрел на дверь ванной так, будто за ней скрылось само божество.       – Мне кажется, или она за один раз сказала больше, чем за весь прошлый год? – шёпотом спросила Стелла и засмеялась.       Не отрывая взгляда от улучшенного телефона, Кевин с открытым ртом побрёл назад, в свои хоромы. За ним поплелась и Блум: она не видела смысла оставаться, потому что Стеллу не знала и никаких дел к ней не имела.       Через полчаса, забив на уроки и обед, на которые забивать им не рекомендовалось, если они хотели победить всех злодеев и благополучно свалить из Алфеи, Блум, Кевин и Селина склонились над горящим экраном телефона и залипли на новую серию «Тайной любви Люцифера…».       – Круто! Тут вообще без рекламы и можно самому выбирать любую серию, а не ждать, когда её будут крутить в повторе! – благоговейным шёпотом восхищался Кевин.       – Чш-ш! Сейчас начнётся! – шикнула Селина.       Муза на это безобразие только покачала головой и вместе с Рокси отправилась на уроки.

***

      Видеть Рокси за книгой было более чем странно. Особенно в то время, когда все её друзья с упоением вторые сутки подряд не отрывались от экрана с сериалом. И даже сон не отвадил их от долгожданного киномарафона. Собственно, поэтому никто и не полоскал Рокси мозги – некому было. Муза, наоборот, поддерживала рвение девушки к учёбе и горячо осуждала её раздолбаев-друзей.       – Дело в споре, – неохотно созналась Рокси. – Я не хочу продуть Селине, она меня с потрохами потом сожрёт и будет припоминать мой позор до скончания своих дней. К тому же, в книжке из дома Селины написано, что моя магия самая сильная, что бы там сама Селина и не говорила. У меня есть все шансы победить. Особенно сейчас, когда Селина занята и не сможет мне помешать.       – Ты правда думаешь, что справишься с Чёрным Кругом? – засомневалась Муза.       – Ну… Мне типа не нужно гасить их всех. Достаточно кого-то одного, так что, наверное, я смогу. Мне чудом удалось выцепить в библиотеке дополнительную книжку по животной магии. Пришлось пробраться за какие-то стрёмные ворота, – поморщилась Рокси. – Отстой, все самые нормальные книжки закрыты за решёткой, туда хрен пролезешь.       – Ты… Ты прошла в закрытую часть библиотеки?! – разозлилась Муза и сердито засопела. – Это запрещено! Если из-за тебя нас всех накажут, или меня снова отчислят…       – Ой, да кто там спалит, – Рокси закатила глаза и смачно зевнула. – В общей части библиотеки сегодня ничего уже не было, одни сказки остались, да и те унылые. Надо дать Блум почитать, ей зайдёт такой шлак. А вообще стрёмно, вчера типа были полные полки, а сегодня одна пыль осталась. Заговор какой-то против меня.       – Ничего странного, – ответила ходячая энциклопедия. – Это из-за вас и этого глупого спора девушки атакуют библиотеку. Понимаешь, с парнями тут напряг благодаря Ведьмам-Совратительницам, ходить на свидания с мальчиками после ведьм удовольствие так себе, а тут свежее мясо. И к тому же симпатичное мясо. В библиотеке утром было не протолкнуться, феи разбирают книги не глядя, чтобы в них хоть что-то найти о ком-нибудь из Чёрного Круга.       – Вот отстой. Хотя… Будет весело, если им сказать, что Огрон – папаша Кевина, – развеселилась Рокси. Внутри, однако, её царапнуло: если однажды ей придётся называть Кевина сыном, Селина точно загнобит и её, и будущего мужа – Огрона, и самого Кевина. – Я хожу в библиотеку по ночам. Тут почему-то многие стремаются выходить ночью. В закрытой части библиотеки никого нет, если хочешь, могу и тебе чего интересного найти. Я видела там даже порно-комиксы.       – Не смей! Я не хочу вылететь из Алфеи из-за твоей глупости!       Рокси пожала плечами и уткнулась в книгу. Она и представить не могла, что такое ненавистное занятие как чтение может принести столько пользы. Из одной украденной книги она узнала столько, что впору начинать считать себя сильнейшей феей. А если совместить это с информацией из методички, Рокси чувствовала себя непобедимой.       Она заулыбалась и продолжила читать о важности метаморфо-что-то-там в животной магии.       Естественно, слова Музы она благополучно проигнорировала.

***

      Метаморфосимбиоз также оказался полезен не только Рокси, но и шайке Огрона, которая прямо сейчас сосредоточенно уменьшала свои габариты, чтобы поместиться в узкий лаз канализации. Разведка в лице Думана показала, что проход действительно ведёт в школу, никакой барьер его не остановил, поэтому ход был свободен.       Думан превратился в мышку и шустро шмыгнул в трубу. За ним побежали уменьшенные до размеров пикси Огрон, Гантлос и Анаган. А следом тихонько проскочил ещё кое-кто, кого ни Чёрный Круг, ни Фарагонда, ни кто-либо из студенток не ждал.       Незамысловатый план был прост и своей простотой обречён на успех. Пробраться под прикрытием ночи в школу, когда все расслаблены и спокойно спят в своих фейских кроватках. Покончить с Фарагондой, окружить школу новым куполом, который не даст сбежать пятерым феям Беливикса, и всю компанию отправить в бессрочный отпуск на Тир Нан Ог.       Чем меньше пунктов, тем выше шансы на успех. Хотя в своих силах никто из магов не сомневался, быть готовыми к неожиданностям Огрон требовал постоянно.       Они выбрались из дамской комнаты на первом этаже, вернули себе прежнюю форму и, хрустя песком и камнями, пошли по указателям на стенах к бронированной двери директорского кабинета. Книга, в которую Фарагонда варварски внесла украденное знание о Беливиксе, подлежала уничтожению в первую очередь.       Из-за поворота навстречу донеслись осторожные шаги. Огрон замер и махнул рукой. Орава мужиков за его спиной остановилась в ожидании.       – Старуха Гризельда, – шёпотом предположил Думан. Огрон шикнул на него и встал в стойку.       Но из-за поворота показалась низкорослая студентка со светло-вишнёвыми волосами. Она прижимала к груди несколько увесистых книг и одну читала на ходу в темноте.       Младше своих сокурсниц на три года, юная фея, только-только узнавшая о магии и совершенно не умеющая колдовать, не была угрозой в глазах опытных магов.       Рокси пискнула, выронила книги и отступила назад под хищную улыбку Огрона и подельников.       Вот только, вопреки его ожиданиям, девушка показательно хрустнула пальцами, размяла шею и оскалилась.       – Вот вы-то мне и нужны, мальчики…