Арахнид: Новый Виток

Две недели спустя. Вечерние патрулирование. Крыши. Питер Паркер. Последующие дни дались мне весьма тяжело. Мэй начала выходить из своей надломленности, только через четыре дня. Я проводил в её палате часы, но чаще всего тетя меня просто не замечала и горько плакала. Из-за этого в душе становилось пусто, а сердце наполняла ярость. Я думал, всё быстро наладится, но после похорон Бена, тётя лишь глубже окунулась в депрессию. Днём я, как мог, удерживал лицо балагура в школе перед друзьями. Вечером проводил время в палате Мэй и если бы не поддержка Мэри, я бы просто свихнулся. Но ночью всё менялось. Когда тётя засыпала, я вылетал из больницы и в ближайшем переулке облачался в свою униформу. Как Человеку-Пауку, мне становилось легче дышать. Была лишь прохладная ночь, паутина и небоскрёбы. Я совершенно открестился от своего идеалистичного образа Дружелюбного соседа. С преступниками, по типу взломщиков, воров или угонщиков я разбирался быстро и хладнокровно. А вот если мне попадался кто-то другого типа, они легко не отделывались. Хуже всего приходилось грабителям и рэкетирам. За некоторое время я сумел углядеть подобное безобразие на уличных точках в Гарлеме, на окраинах Центра, и так далее. Всех, кто угрожал невинным ждало лишь одно, — боль. Воспоминание.       В заброшенной многоэтажке, около Медиссон Сквер Парка, переводили дух, после успешного дела, Лерой и его банда. – Босс, что за херня?! Почему я должен был собрать лаве со стариков Монксов, а Билли достался тренер Крэнч? Это несправедливо, с немчуры денег сотрясается больше! – возмущался молодой латинос. – Токи, ты никогда не умел смотреть на картину в целом, мы разбиваем влияние по степени ответной реакции. Вот скажи, ты бы сумел напугать этого нацика? – Ну….нет босс, – понурил голову латинос. – Вот и я бы не смог, – наставнически произнёс крепкий негр. – А у нашего доброго друга Билли это отлично получилось. – И всё же… Перепалку бандосов прервал резко отключившийся свет. – ЧТО ЗА?! – Тихо! Билли, к окну, Токи, ты со мной к двери, – собранно произнёс Лерой.       Бандиты заняли позиции, как вдруг сверху раздался звук разрушаемого потолка. Вырубленный свет ситуацию не улучшал. Из-за темноты и поднявшейся пыли преступники не могли ничего разглядеть. Но им это и не помогло бы. Что-то с неестественной скоростью приблизилось к Билли. Он не успел и вскрикнуть, как его головой разбили окно. Этого хватило, и массивный бугай потерял сознание. – Что это?! – Я не знаю! Стреляй! – Лерой и Токи открыли пальбу, но силуэт скрылся с линии огня. – Стой, мы можем задеть Билли! – Да пошёл он! Ничерта не видно!! – Держимся рядом, он не мог уйти, – босс и его подручный двинулись в сторону выбывшего товарища. Они и не заметили, что нарушитель наблюдает за ними с дальней стены. – Билли, очнись Билли! – Лерой начал трясти одного из своих самых крупных бойцов. – Не верится, что блондинчику потребовался всего один удар… – шокированно произнёс Токи. Он ведь знал, какой урон переносил Билли, на тех же боях без правил. – Это значит, что наш гость не из слабаков, – произнёс преступник, перезаряжая пистолет. – Сорвиголова? – стараясь собраться, спросил латинос. – Возможно. Темнота это его фишка, но что ему надо на окраине? Дьявол не высовывает и носа из Адской кухни. Переговоры бандитов прервал летящий в их сторону диван. Лерой успел увернуться, а вот Токи знатно приложило. – Токи, Токи! Латинос лежал без сознания. – Ладно, мудак, вот он я! – Лерой начал стрелять по тёмным углам. – Я здесь! – очередной странный скрип и выстрел. – Ну же! – последующий выстрел ознаменовался лишь клацанием пустой обоймы. – Закончил? – из тени вышел парень в черном костюме* – Кто ты чёрт возьми! – бандит потянулся за новым магазином. Неестественно быстро одиночка приблизился к преступнику и, схватив его за ворот пиджака, бросил в стену. – Советую не вставать, – линчеватель подошёл к притихшему бандиту.       Резко Лерой вскочил и бросился с ножом на нарушителя. Однако костюм совершенно спокойно уклонился от каждого выпада и, схватив кисть преступника, заломал его руку, приложив лицом об пол. – Хватит, – холодно произнёс линчеватель. – Что ты за хрен, ебаный в рот! – проорал от боли и шока Лерой. – Вообще я Рукаракт, но делая скидку на образование твоё и тебе подобных, можешь звать меня просто Руктом. – Спокойно пояснил мститель. – Долбоёбское поганяло! – проорал мужик, пытаясь вырваться из стальной хватки. – Погодь-погодь, ты та самая тень уничтожившая три точки в нашем районе? Ребята тебя Сумраком кличут. – А мне плевать, – костюм прибивает бандита к стене. – Теперь слушай сюда, свою рэкетирскую деятельность ты прекращаешь. Дела ли у тебя с Щитомордником как у других в этом районе или нет, неважно. Я задолбался вбивать в мусор вроде вас, что обирать стариков, это не есть хорошо, поэтому, – тёмный перехватил предплечье Лероя. Раздался звучный хруст. – АААААААААА!!!!! – дикий ор бандита огласил заброшку. – Увижу, что ты продолжаешь проворачивать свои делишки, убью, обещаю. Оставив повисшую угрозу в воздухе, линчеватель выскочил в разбитое окно. Конец Воспоминания.       Разработка нового костюма прошла в рекордные сроки. Ничего удивительного, ведь с ним не пришлось изгаляться в деталях, как с тем же узором паутины на классическом костюме. Стиль вышел простым и понятным. К тому же в нём удалось совместить несколько соединений, сделавшие костюм более прочным и стойким к повреждениям. Решение создать новую личность, было обосновано желанием сохранить чистоту костюма как символа и личности Паука в частности, от особой жестокости. Теперь за грязную работу будет отвечать Рукт. Перелетаю над эстакадой. Очередная маска скрывающая меня. Всё-таки смерть дяди, и её последующее влияние на Мей, разбило меня на части.       Сначала мне казалось, что мрак развеялся: тетю прооперировали, я вернулся в социум, старался привести в порядок дела паука. Но всё вновь пошло кувырком. Воспоминание. – Бетти, привет. – Пит, хорошо, что ты пришёл, но боюсь босс слиш… – ПАРКЕР! В МОЙ КАБИНЕТ ЖИВО?! Девушка бросила на меня взгляд полный жалости. А я, ничего не понимая, прошел в логово Джоны. Сидевший за столом и полыхающий недовольством шеф бросил мне газету. – Смотри. Я взял свежий номер «Дэйли Глоуб». На передовице был снимок Человека-Паука и Капитана Стейси, пожимающих руки, сопровождающийся заголовком — «СЕНСАЦИЯ! УВАЖАЕМЫЙ КАПИТАН ПОЛИЦИИ ПРИЗНАЛ НОВОГО ГЕРОЯ НЬЮ-ЙОРКА». – А теперь скажи, Паркер, почему мой лучший фотограф НЕ ПРЕДОСТАВИЛ СНИМКИ ПРОИСШЕСТВИЯ, КОТОРОЕ СНИМАЛ КАЖДЫЙ РОТОЗЕЙ ГОРОДА?! – Мистер Джеймсон я… – Мне не нужны твои оправдания! Эти дегенераты воспели дифирамбы Паучьей Угрозе, а я не мог выпустить статью с твоими старыми фотографиями, это бы похоронило мою репутацию. В помещение зашёл Робби, старый наставник глядел на меня с жалостью. – О Робби, хорошо, что ты здесь. Станешь свидетелем. Поздравляю, Паркер, ты уволен. Я же стоял, но на моём лице не было разочарования, лишь гнев. Робби хотел что-то сказать, но в тот момент я взорвался. – А теперь послушай сюда, упёртый баран! Возможно, это станет для тебя новостью, но весь мир не вертится на твоём противостоянии с Пауком, иногда у людей случаются непредвиденные обстоятельства, но сейчас не о том. Если ты такой недальновидный идиот, что увольняешь своего НЕОФИЦИАЛЬНОГО работника за то, что не можешь потешить собственное самолюбие и в очередной статье облить помоями человека, который остановил настоящего преступника, пока тот не разрушил приют для бездомных и больницу, то пожалуйста! Уверен, мой талант фотографа оценят в нормальном издательстве, где ХОТЯ БЫ возьмут в штат, всего хорошего, Джона! После тирады, захлопываю за собой дверь, под шокированные взгляды не только Джеймсона и Робби, но и кажется всех работников на этаже. Бросаю Бетти прощальную улыбку и ухожу. Конец воспоминания. Да уж, после этого казалось, что хуже быть не может. Приземление на крышу. Воспоминание Три дня назад. – Так как мои дела, док? В последнее время всё так завертелось, что совершенно забыл о Марии. Благо сейчас удалось вырваться к Кроуфорд. – Извините, что пришёл не тогда, когда вы просили, сейчас моя жизнь идёт кувырком. – Ничего, Паук, даже хорошо, что ты дал мне время на дополнительные тесты, пусть и неосознанно, – голос Марии был сосредоточенным, но тревожным. – Как-то мне не нравится ваш настрой, док. Что со мной? – Я изучила твою кровь, и боюсь, что у меня плохие новости. Ты прав, твои клетки мутируют в прогрессирующем масштабе. Если бы ты помедлил с решением проблемы, последствия стали бы необратимыми. А сейчас у нас есть время. – Погодите! Время на что? В каком смысле необратимыми? Какие последствия?! Этого мне ещё не хватало для полного счастья. Дядя умер. Тётя в депрессии. С работы уволили, похерив огромные перспективы. А теперь ещё угроза превратиться в монстра. – Да, прости, я как всегда слишком прагматична. Смотри, – девушка уступила мне место за микроскопом. Спрыгиваю со стены, ставшей мне «стулом» в этой лаборатории, и смотрю. – Что видишь? – Клетки делятся неестественно быстро. Даже для мутировавшего организма это может стать угрозой генетической регрессии. – Ты учёный? – Мария не ожидала такого анализа. – Скорее просто умный, – стараюсь сохранить лицо перед открывшимися обстоятельствами. – Мне жаль, – видя, как меня придавило новостью, Кроуфорд старается поддержать. – Спасибо, док. Вы говорили о решении? – Да. Я уверена что мне удастся разработать сыворотку которая стабилизирует твоё состояние, но не уверена, что навсегда… – Попробовать стоит. – Хорошо, но ты должен каждые несколько дней сдавать свежий образец крови. – Понял. Женщина положила руку на моё плечо. – Мы справимся, Паучок. – Спасибо, доктор Кроуфорд. – Просто Мария. Конец Воспоминания.       С того дня я просто потерян. Морально я был готов к тому, что есть вероятность обернуться монстром-пауком, но почему сейчас?! Так не вовремя.       Ненароком прилетаю на крышу складской базы напротив Гарден Парка. Именно здесь я храню костюм «Рукаракта». Чтобы никто не провёл параллели между Рактом и Пауком, в нём я не пользуюсь паутиной. Конечно, глаза похожи, но думаю что общий мрачный вид костюма и моего поведения смажет эту деталь. Слишком уж мне нравился дизайн линз. Сколько времени? Смотрю на таймер, пробегающий в ближайшем рекламном павильоне. Пора, опаздываю. Нехорошо заставлять девушку ждать. Путь до столь знакомого, по маршруту многих патрулей, места, не занял много времени. – Почти не опоздал, молодец, Паучок.       Моему взору открылась небольшая область, выделенная для пикника. Цветное покрывало, украшало бетонную крышу, а общую картину дополняли корзинка для пикника, ведёрко с шампанским и, конечно, свечи. – Готов? – с лукавством в глазах спросила Черная Кошка.