Королевство кривых зеркал

около полугода назад. 12.07.20ХХ

— Сан, почему ты не учишь иностранные языки? — строго произнесла учительница английского, смотря на шестиклассника. — Ты либо прогуливаешь английский, либо просто ничего не делаешь на уроке! Это возмутительно. — Я — кореец. Зачем мне английский? Мне бы свой выучить, — лениво тянет брюнет, откидываясь на спинку стула и переводя взгляд со скучной учительницы на менее скучное окно. Он ещё путается в стилях речи родного языка, учит чёртов китайский по велению мамы, так от него ещё и в школе требуют английский, который пусть и проще его родного языка, но очень выбивается из восточных языков. — А если твоя судьба будет говорить на другом языке? Многие знают английский, так что это легчайший путь для понимания, — со вздохом говорит миссис Пак, отходя от парты негодника и возвращаясь к тому, чтобы вести урок. В спину ей упирается пронзительный взгляд, обладатель которого так и норовит кинуть ей в спину что-то колкое. *** До сих пор этот диалог крутится в голове юноши, хотя прошло уже порядком десяти лет. Единственная вещь, которую он помнит с шестого класса — слова учительницы о судьбе. Но вот Сану двадцать два года, а он так её и не повстречал. Да и, честно говоря, он не верит в то, что когда-то она объявится. Как гласит легенда, жил поэт. Красивый до потери пульса, к нему свататься ходила не одна и не десять девушек на дню. Но он считал свою красоту проклятьем, и желал найти ту, которая влюбится в его душу, а не лицо. Желал в стихах, желал всем сердцем. И Богиня любви, поражённая его прелестными стихами, спустилась в мир людей в лице простой девушки. Она не была красивой, не была особо умна, но была очень обоятельна и приветлива. Поэт и Богиня подружились, и он влюбился в неё. Влюбился страстно и ярко. Желая прожить с ней всю жизнь, он пригласил её под венец, но она отказала ему, подарив чудесное зеркало. Из бирюзы и граната была сделана его основа, украшенная жемчугом, и из аквамарина само стекло. Она раскрыла свой облик, но поклялась, что в зеркале скрыта сила, способная показать ему его истинную судьбу, с которой он был связан нитью судьбы. И пропала без следа. Поэт плакал пятнадцать дней, и на шестнадцатый всё же посмотрел в зеркало. Там он не увидел ничего, кроме бесцветного портрета образа Богини. С гнева и пьяного дуру он разбил зеркало об пол и вскрыл себя его осколком, выпустив магию в мир людской и соединив своё сердце с ней. С этого момента, в период с двенадцати до семнадцатилетия они начинают видеть в отражении зеркал не себя, а свою судьбу. И видят они её до тех пор, пока те не встретятся. Некоторые видят их раньше или позже положенного времени, но такое происходит редко. Если соулмейт умирает, его отражение становится чёрно-белым на 49 дней, а после человек вновь видит себя. Есть и те, у кого соулмейта не имеется априори, но таких, вероятно, всего один на несколько миллионов. Их называют «проклятыми». Видимо, их прокляли боги за грехи в прошлой жизни. Сан редко смотрит в зеркало, а точнее не смотрит без повода вовсе. Обычно, люди смотрят в зеркало раз по десять на дню, пока он посмотрит, дай бог, один раз, и то, когда умывается. Тёмные круги под глазами и очки, вызванные вечной работой за компьютером. Ежедневный ритуал — скрытие поцелуев луны и протирание очков специальной жидкостью, чтобы к ним не прилипала грязь, и они меньше потели. Когда ты студент, учащийся на дизайнера, хочешь не хочешь, а делать 3д модели домов на компьютере будешь. Много и долго. Всегда. Парня с детства тянуло к обустройству домов, к дизайнам, потому на трудах были одни пятёрки. Но вот языки… Что родной корейский, что английский — еле как тянул. Но берут в университет только при наличии отличного балла по английскому или китайскому, из-за чего с восьмого класса ему пришлось начать их учить. Учить через слёзы и желание стать дворником. *** — Может, тебе купить линзы? Я могу подарить на день рождения, — говорил Минги — его лучший друг, поглядывая порой то на телефон, то на собеседника. — Нахуй они мне сдались? Я еле как очки вывожу, — съязвил тот, после чего послышался очередной звук уведомлений. Не с его телефона, а с телефона Минги. — Кто тебе весь день написывает? Мы в кои-то веки встретились, чтобы купить мне новые джинсы и поговорить, а ты от телефона глаз не отводишь. — Юци… Просто она уехала в Китай, и мы скучаем друг по другу, — жалобно произнес синевласый, глупо улыбаясь. Влюблённый идиот — так его звал Чанёль. — А… пх. Повезло тебе, что она знала корейский, иначе бы присосался не к ней, а к переводчику, — тот закатил глаза и усмехнулся, после чего откинулся на спинку стола, взяв стакан с газировкой и сделав пару глотков, смотря на ходящих мимо официантов. — Спасибо. Только вот, в отличие от некоторых, я учу родной язык моей возлюбленной, — отвечал он, не отводя глаза от телефона и покусывая коктейльную трубочку. — А зачем мне учить, если я и так знаю? Сан и Минги — друзья ещё со средней школы. Сначала они особо не общались, но так получилось, что их посадили рядом. Общительный и сильный Сан, желающий лезть во всякого рода переделки, и язвительный Минги с синдромом мамочки — смертельная комбинация. С седьмого класса, с тринадцати лет они друзья. Ссоры по мелочам, драки и недопонимания они давно прошли, и уже как три года не ссорятся, иногда подкалывая друг друга. Их дружба стала совершенной, вероятно, после того, как по пьяни они вывалили друг другу все проблемы и нормализовали эмоциональную поддержку. Минги увидел в зеркале свою избранницу в возрасте шестнадцати лет. На тот момент Юци было всего пятнадцать. Он упорно её искал, и встретился с ней на экскурсии одежды всего год назад. Сан просто забрал его с собой, потому что ему нужна была информация для защиты работы, а Минги согласился и увидел там её — брюнетку с длинными волосами и шоколадными глазами, проколотым носом и очаровательными очками, на которые был готов смотреть вечно. Когда их взгляды встретились, всё произошло, как в дораме. Они смотрели друг на друга, а после бросились в объятия. Девушка заплакала от радости, говоря на китайском, а юноша крепко обнимал её, гладил волосы и, не понимая её речи, просто молчал. Вскоре он узнал с помощью переводчика, а точнее Сана, что она здесь была студенткой по обмену из университета языков и пришла на экскурсию. С того самого дня Минги был потерян для брюнета. Иногда он даже шутил, что зря его взял тогда с собой. Но, конечно, он очень рад за счастье друга. Тот был влюблён в девушку с первого взгляда, как увидел её в зеркале, и с каждым днём влюблялся всё больше. — Передавай ей привет хоть, — пробубнил тот, садясь нормально и смотря, как его друг угукает, а после кладёт телефон на место, — и пошли в магазин одежды. Мне необходимы новые джинсы, как свежий воздух. — Есть, сэр Чхве! Когда те зашли в магазин одежды, то тогда-то Сан и понял, что не знает свой размер, и в принципе не был уверен, какие джинсы хочет. А может они ему вообще и не нужны. В течении минут десяти он просто рассматривал всякие модели, пытаясь взять что-то подходящее себе. Но уставший от этого Минги накидал ему джинс примерно его размера, а после отправил друга в раздевалку чуть ли не силком. И вновь перед ним зеркало. Большое и с хорошим освещением, позволяющее идеально разглядеть все детали. Детали своего лица. Нервно выдохнув, он отвёл взгляд от собственного отражения и надел первую пару джинс. Выглядели действительно неплохо, но неудобные… Вторые, наоборот, сидели отлично, но модель не нравилась в штыки. Третьи — узкие в бёдрах. А четвёртые — неожиданно положенные чёрные брюки, которые, к слову, выглядели действительно красиво. Они подчёркивали его фигуру и ноги, а также прекрасно сочетались с белым свитером. — Если бы твоя судьба тебя увидела — влюбилась бы тут же. Берём их, — констатируя факт, сказал голубоглазый, заглянув за ширму. — Я тебе сейчас ещё принесу парочку, стой здесь. Юноша тяжело вздохнул. Минги, как богатый мальчик, мог себе позволить оплатить другу вещи. Даже если его друг не хочет этого. — …Да-да, конечно. Купить книгу? Хорошо, — он глянул за ширму, протягивая три пары брюк и кивая другу, а после вновь вернулся к разговору. Конечно, было очевидно, с кем он говорит. С ней у него менялся даже голос, что уж говорить о взгляде. Сан всегда говорил другу, что не особо и заинтересован в любви, и не так уж и волнуется за несуществующего соулмейта, но сердце всегда кричит обратное. Он завидует другу. Без злобы. Тоже хочет иметь девушку, которая будет идеально дополнять его, души в нём не чаять, и, главное, — любить. — Блять… — тот сел на корточки и закрыл лицо брюками, которые были в руках, пытаясь прийти в себя. Вечно отвергать желание разбить проклятые стёкла сложно, особенно когда ты окружён парочками. Везде эти милые обжимания и химия, которая давит на него с огромной силой. Минутную тишину прервал друг, который к брюкам принёс и рубашки, а также галстуки. — Надевай, — строго приказал он, задернув ширму. Кажется, его телефонный разговор уже был окончен. На удивление, ему почти всё подошло. Потому, вместо джинс, они купили две пары брюк, две рубашки и галстук. Точнее оплатил всё Минги, пытаясь оттолкнуть Сана, который пихал свою кредитку. — Я и сам мог заплатить, чёрт подери, — недовольно пробубнил он, поправив очки и закинув пакет с запястья на предплечье. — У тебя со стипендии мало осталось. Я мельком глянул в твой телефон, когда ты счёт проверял. Прости, — не то чтобы ему было жаль. Он просто безумно хочет помочь другу всеми силами, чтобы оплатить за его доброту и помощь в подростковом возрасте. — Спасибо. Я опять у тебя в долгу, да? — парень усмехнулся, скрестив руки на груди. — Ты меня так и на проценты посадить можешь. Пока они шли в кафе, рядом с ними произошла интересная картина — парень и девушка, два соулмейта, нашли друг друга. Он увидел её в толпе, после чего догнал её, и они сразу же поцеловались. Как в романтичных дорамах, когда главный герой находит героиню спустя долгое расставание. — Пошли, Сан, — произнес синевласый, потянув друга за локоть от аплодидирующей толпы и счастливой пары, видя, как глаза брюнета наливаются завистью и обидой на весь мир. Минги не знал, но догадывался. Он не тупой и прекрасно всё видит, но он предпочитает верить своему другу, и хочет ждать, пока он сам всё расскажет, нежели самому давить на больное. Наверное, за это Сан и полюбил его — Минги никогда не лез туда, куда не просят. Он тактичный и соблюдает личные границы даже спустя столько лет дружбы. Он верит другу. Он всегда рад помочь и ради него готов бросить все дела. Даже отменить свидание с той, кого любит больше собственной жизни. И всё же в восемь вечера они разошлись. Мало того, что было поздно, так ещё и внезапно приехала Юци, которую нужно было встретить. Он ушёл, и оставил его одного, в качестве извинений оплатив весь ужин другу. Юци очень хрупкая девушка, и его беспокойство вполне объяснимо. Но даже так… Для Сана это был удар ниже пояса. Со злости и обиды тот пошёл в бар, желая выговориться кому-нибудь. Например, бармену, под шумок заказав пару напитков. Пиво, виски, соджу… Плач на барной и стойке и нытье рандомной девушке. — Я так понимаю вас. Мой мне глаза мозолит уже три месяца… — говорила она, опрокидывая очередной шот. — У вас он хотя бы есть, мадам, — ныл тот, также выпив шот и резко выдохнув в локоть. — Я Сан. — Наён, — произнесла она, махнув бармену рукой, чтобы тот налил ещё. — А я ещё и в другого влюблена… Мы с ним вместе уже шесть лет, и у него соулмейт не появился. А у меня появился! Но люблю-то я не отражение, а того, кто рядом со мной! — взвыла она, также начав рыдать в плечо нового знакомого. Эти двое после решили пойти на набережную. Захватив соджу, они спокойно обустроились на лавочке и продолжали ныть. Ныть из-за неразделённой любви и разбитого сердца. Они высказали друг другу все секреты, и могли бы бухать ещё долго, если бы Наён не забрал её молодой человек. Конечно, они обменялись номерами. Терять такого друга — величайшая глупость. Головная боль резко ударила в голову по пробуждении, а из воспоминаний только приход в бар и знакомство с… как там её? Наён, да. Девушка с каштановыми волосами и карими глазами, которая плакала о парнях. Тот приподнялся и посмотрел в окно. И зря. Стоило свету попасть в глаза, как сразу появился рвотный позыв, и, естественно, он побежал в туалет. Дважды проблевав, он пошёл в ванную. Открыв воду, он принялся умываться и чистить зубы несколько раз подряд, потому что изо рта ужасно несло перегаром. Было даже страшно посмотреть в зеркало, ведь там наверняка был бы ужасный видок — синяки под глазами, растрёпанные волосы, ещё и вмятины от подушки и, конечно, потрескавшиеся губы с ранами. Полный комплект алкаша, но у него был повод напиться. Только вот вместо собственного отражения в зеркале он увидел другого человека. Мальчика ниже его, со светлыми выжжеными волосами, которые явно регулярно осветляют, и голубыми глазами. Со светлой кожей. Тот был одет в рубашку и брюки, которые ему чертовски шли. А этот взгляд… Это… Было действительно симпатично. Но Сан не был рад, увидев соулмейта. В первую очередь, парень выглядел на шестнадцать-семнадцать. А Сан на все двадцать пять лет, хотя ему всего двадцать два. Помимо этого, его ни разу не привлекали парни. Как бы то ни было, у него были связи с девушками. Но с парнями… Даже думать об этом было чертовски мерзко. Он пошёл вновь в комнату. Взяв телефон, он открыл контакты и позвонил Минги. Сейчас он был ему не просто нужен, он был ему жизненно необходим. В первую очередь ради бесплатной доставки лекарств, а уже потом для раскрытия чудной новости. *** — То есть, ты всё это время был тайным геем, но молчал об этом? — удивлённый голос послышался из трубки телефона. — Тут из минералки только та, которую ты не любишь из-за вкуса резины, и с клубникой. Какую брать? — Да блять… Я же сказал, что нет… Бери с клубникой, и жду у себя, — злобно произнёс Сан другу, сбросив его номер и вновь повернувшись к зеркалу. На него все ещё смотрел мальчуган юного возраста. Рубашка и брюки, словно школьная форма, заставляли его ощущать себя педофилом, не иначе. Да и сам факт того, что это парень… Он не знал, от чего ему было хуже: от дикого похмелья или от пола соулмейта? Да он уже практически выкинул мысли о нём из головы (врёт сам себе), как вдруг он объявился перед ним. Словно он долго бросал курить, но когда желание почти пропало, он сделал затяжку. Ужасно. Тот уже давно умылся и привёл себя более-менее в порядок. Хотя, знать наверняка он теперь не может. Наверняка маска из слизи улиток с запахом цветов не сможет скрыть все последствия той ночи и сделать его разочарованное лицо красивее. *** Весна. Пока теплота только приходит, юноша, безумно счастливый, наконец-то делает то, о чём мечтал всю свою жизнь — операцию. Двойное веко, ринопластика, подтяжка. Лазерная операция на зрение. Не сказать, что Сан был полным… Он занимался баскетболом из-за роста, и вполне мог бы быть популярным у девушек, если бы не лицо, которое он ненавидел. Оно было немного полноватым, и так маленькие глаза становились меньше из-за очков, а ещё кривая перегородка носа. Эти изъяны милы, но не для него. В пятнадцать лет его жестоко отвергла девушка, указав на все проблемы внешности, подарив юноше комплексы на всю жизнь. Только вот от очков избавиться не вышло. Зато появилась возможность подобрать более красивые. Нынешний Сан красивый. Популярный. Но всё ещё не уверенный в своей красоте на все сто процентов.

***

Через 15 минут в его квартиру уже стучался Минги, протягивая другу пакет с двумя бутылками клубничной минералки, пачкой таблеток от похмелья и пачкой конфет. Тот молча пустил его в квартиру, забрав покупку и сразу же сделав пару глотков минеральной воды, чтобы запить таблетку. Сладкая. Не то, что сейчас нужно, но пойдёт. Когда же они оба сели за стол, то повисла тишина на пару секунд, которую прервал синевласый. — Ты не пошутил, что твой соулмейт — парень? — уже не шутя, спросил он, подняв на него взгляд. — Нет. Это действительно юноша, причём на вид ему лет шестнадцать. Я его минимум на пять лет старше, чувак, — разочарованно ответил он, спрятав лицо в ладони, пытаясь успокоиться. Он был рад, что его судьба существует, но лучше бы её не было, чем такая. Сан не гомофоб, но он ощущает, что эмоционально не готов к этим отношениям. — Хей, тебя ведь никто не заставляет с ним встречаться. Тем более, мы не знаем, где он. И искать его не будем, раз на то пошло, — успокаивающе говорил тот, открывая конфеты и беря одну в рот. — Кстати. Там у твоей группы любимой будет концерт через месяц. Я нам забронировал билеты… — но договорить ему не дали. Стоило встретиться взглядом с ожившим взглядом Сана, как на лице появилась братская улыбка. — Это тот, который будет только в Сеуле и Осаке? Я клянусь, что верну деньги за билеты… Почку продам, но верну, — видя кивающего Минги, тот рассмеялся и также взял конфету. Они ещё долго говорили обо всём на свете. О мелочах, о Юци, о соулмейте Сана, а также о концерте, который будет не через месяц, а через три недели. Времени, казалось бы, куча, но он выпадает на рабочий день. А значит, придётся из университета просить допуск, чтобы не получить пропуск, из-за которого в дальнейшем могут появиться трудности. Отрабатывать пропуски — худшее, что существует в этом мире для Сана. Он буквально ходит на девяносто пять из ста пар ради автоматов на экзаменах, и чтобы не ходить на отработку. Тот самый пай-мальчик, который на короткой ноге с преподавателями и старостой. И он его выпросил. С большим трудом и коробкой конфет, но выпросил. Повезло, что куратор — дамочка, также увлекающаяся этой группой парней. Иначе деньги Минги ушли бы на ветер. Так или иначе, день икс настал. Парни добрались до центра Сеула на машине Юци, которая не шла на концерт. Ей не особо нравится жанр поп музыки, особенно мужские группы, она предпочитает американский поп и баллады, а ещё рок. — Юци~щи, спасибо, дорогая, — мило произнёс Минги, целуя девушку в щёку. Но та взяла его за подбородок и решила оставить лёгкий поцелуй на губах. — Чёрт, Юци, спасибо огромное, но, молю, не передо мной, — проязвил брюнет, выходя из машины с хлопком, после которого послышалось милое «я не специально» на китайском. Билеты были у Минги, так что пришлось ждать его у входа в здание. До концерта оставалось примерно минут сорок, но огромная толпа, в основном из девушек, уже собралась. — Как думаешь, мы дойдём до входа? — брюнет сразу убрал очки в футляр, а после и в сумку. Концерт концертом, но эти очки стоят как три почки. Они ему дороже собственной жизни. — Хах… Смешно. Пойдём пока возьмём воды? Всё равно у нас куплены конкретные места, наши не займут… Парни дошли до ближайшего магазинчика, где взяли одну бутылку воды. Больше нескольких бутылок брать было нельзя, да и смысл брать более одной? У них буквально весь гардероб общий. Для них пить из одной бутылки — пустяк, что, кстати, не нравится Юци. Так или иначе, за несколько минут до начала они уже уселись по местам. Минги держал в руках лайтстик как преданный фанат, а Сан… он любит группу, но не считает нужным тратить деньги на мерч. У него есть один альбом, причём подписанный одним из участников группы, и этого вполне достаточно. Даже с головой, ведь участники уже как год не подписывают альбомы от руки из-за слишком большого количества предзаказа на них. В прочем, начался концерт как обычно. Парни выходят на сцену, приветствуют зрителей… И всё же они действительно такие очаровательные, а их вокал… Зачаровывает. Концерт шёл два часа, но уже через час Сану нужно было выйти. — Минги, мне не очень хорошо… Я пойду проветрюсь немного, — увидев в ответ кивок, тот поднялся с места, идя к выходу из зала. Тот даже не обернулся… Хотя, ничего удивительного. Ему сейчас не до Сана точно. Зайдя в мужской туалет, тот краем глаза увидел парочку парней, которые страстно изучали рты друг друга. Брюнет на них лишь вздохнул, подойдя к раковине и умыв лицо. Лёгкое головокружение отступило, как и небольшая тошнота. Но стоило ему посмотреть в зеркало по привычке, как взгляд пересёкся с бледноволосым парнем, который удивлённо смотрел на Сана, но продолжал целовать другого. Сан сглотнул и через секунду его уже не было в туалете. Тот шёл в сторону пуфиков, чтобы обдумать увиденное. Прямо сейчас он увидел, как его соулмейт целуется с другим парнем в туалете, пока на фоне выступает одна из самых известных мужских групп Кореи. Он не так представлял себе их встречу. Он вообще никак себе её не представлял. Он мечтал, чтобы она никогда не произошла. Возможно даже хотел, чтобы его отражение стало чёрно-белым. Только вот его резко схватили за край одежды, не давая идти дальше. Он рефлекторно повернулся. — Это… Это правда ты? Почему именно сейчас?! Ты не мог появиться через месяц, год? Да хотя бы завтра! — кажется, у него началась истерика. Его глаза начали слезиться, он быстро моргал, а речь была обрывистая с явным акцентом. — Это не то, о чём ты подумал! Но Сан молчал. Он действительно не знал, как реагировать, что говорить. И нужно ли что-то говорить в принципе? Обычно, парочки, находя друг друга, сразу целовались и обнимались, но тому было противно думать о поцелуе с парнем, который за минуту до этого целовался с левым чуваком. Тот оттянул свою руку назад, сделав шаг назад и отвернувшись. — Давай… Сделаем вид, что никогда не виделись. Мне не нужен соулмейт, — повисла пауза на пару секунд. Брюнет отвёл взгляд от пары глаз, из которых текли слёзы. — Такой соулмейт… Мне не нужен такой, как ты, — почему-то говорить это было больнее, чем должно было быть. Боли быть не должно, разве не так? Сан развернулся и поспешил вернуться в зал концерта. Он шёл то зажмурив глаза, то смотря в пол, пытаясь перебороть стойкое желание развернуться и посмотреть на парня. На того, кому отдана его душа и судьба, как бы он всё ни отрицал. Сердце болезненно сжималось с каждым шагом, а в лёгкие с трудом поступал воздух. Будто само тело не хотело уходить, и лишь разум заставлял идти вперёд. Стоило ему только вздохнуть полной грудью, как его запястье вновь крепко сжали, развернув к себе. И вновь их глаза встретились, но на этот раз отвести взгляд было действительно сложно. Опухшие, размытые глаза смотрели на него пару секунд, после чего парень подался вперёд, соединив их губы в лёгком поцелуе, неожиданном для Сана. Но тело будто было обездвижено, и только губы могли двигаться в такт чужим губам. Светловласый лишь аккуратно подминал губы юноши под себя, не пытаясь как-либо углубить поцелуй. Держа того за запястье одной рукой, и разместив на его щеке вторую, он встал на носочки, чтобы не утруждать соулмейта, и открыл глаза. Глаза брюнета были закрыты, что заставило его легко улыбнуться, но продолжить столь приятный и сладкий поцелуй. Но, как бы приятна не была пытка, она не изменит того, что это приносит страдание. Сердце зелёноглазого трепетало от губ парня всего пару секунд, после чего его разум вновь включился и тот, почувствовав улыбку другого, открыл глаза и отстранил лицо, разрывая связь. — Т-ты что творишь?! Я... — Сан не смог договорить, потому что на его плечи рухнула голова соулмейта. Его рука с щеки переместилась на рубашку, а с запястья на ткань предплечья. — Пожалуйста, послушай меня… Я… Я столько искал тебя… Почему именно здесь… Пожалуйста, дай мне шанс. Я знаю, что ты разочарован, но… Я полюбил тебя с момента, как увидел в отражении. Даже тогда, с взъерошенными волосами и уставшим взглядом ты выглядел словно принц, нет, король. Король, которому я хотел подчиниться. Я был готов пасть на колени. Я каждый день рассматривал тебя. И те брюки, и рубашка. Тебе чертовски всё идёт… Ты такой сексуальный. Мне не хватает слов, чтобы описать эмоции, — всё это время он говорил быстро, делая вдох через каждые три слова, но сейчас повисла пауза на секунду. — Пожалуйста… — послышался вновь тихий всхлип, — я не так представлял нашу встречу… Если бы я знал, что ты здесь будешь, я бы всё сделал по-другому. Я думал, что когда мы встретимся, мы обнимемся, и ты прижмёшь меня к себе, но ты лишь отвергаешь мои прикосновения. Руки парня дрожали, а слёзы делали рубашку влажной. Он был прав. Сан ни разу не прикоснулся к нему сам, лишь отвергая попытки парня наладить хоть какой-то контакт. Он аккуратно положил ладонь на его голову, то ли из чувства жалости, то ли из чувств, которые появились в его сердце, и начал медленно гладить, пытаясь успокоить. — Чёрт… Чхве Сан. Кореец, родом из Намхэ, но учащийся на дизайнера в Сеуле. Двадцать два года. Пожалуйста, успокойся, и… Я изначально пришёл сюда на концерт, а не вытирать слёзы кому-то, — тот откинул голову назад, приложив тыльную сторону ладони свободной руки ко лбу и прикрыв глаза. — Я не знал, что мой соулмейт парень, и был удивлён, увидев в зеркале тебя. Я не хотел тебя искать, но у судьбы на нас другие планы… Не знал, что наша встреча будет в туалете, пока ты целуешь другого парня. — Пожалуйста, не говори об этом, — язвительно проговорил блондин, подняв глаза на свою судьбу. — Я ему был симпатичен, и я решил его утешить поцелуем. Не более. — Не оправдывайся, мне не интересно, — тот опустил глаза на паренька, а после посмотрел в сторону. — Твоя очередь рассказывать о себе. Я даже имени твоего не знаю. Честно, мне и не особо интересно, но я же должен знать, на кого тратится моё время. — Чон Уён. Восемнадцать лет исполнилось месяц назад… Учусь в школе. Я кореец, но с рождения живу в Америке, и моя бабушка кореянка, потому я знаю язык на неплохом уровне. А другие говорят, что у меня Sexy American accent. Yes, baby? — Уши вянут. Как у деревяшки акцент, — тот поморщил лицо, после чего улыбнулся. — Уён… Красивое имя. Я думал, что тебе около шестнадцати лет. Ты заставляешь меня чувствовать себя педофилом, — Сан отступился от парня, доставая телефон. Его нет уже пару минут, и Минги вполне мог начать волноваться. Хотя… раз от него всё ещё нет и сообщения, а в зале играет Let's Rock, то ему и правда нет дела до друга. Винить его смысла нет, ведь это одна из любимейших песен Минги. Кажется, он ради неё бы даже Юци отдал. Между ними повисла пауза на секунд пять. Уён смотрел на соулмейта, а Сан в стену, но после перевёл взгляд на парня. — Так… дашь мне свой номер? — робко спросил блондин, протягивая свой телефон вперёд, словно школьница — письмо с признанием. — Я не люблю тебя и никогда не смогу полюбить, прости. Я не хочу давать тебе даже ложную надежду на хорошее будущее. Тот поцелуй был ошибкой… — парень положил руку на шею и отвёл взгляд в сторону, пытаясь хоть немного сделать сцену менее неловкой. — Ты не любишь меня. Нельзя полюбить за внешность, Уён. Мне неинтересны парни. — Дай мне хотя бы шанс, — неуверенно проговорил он, опуская голову вниз, — Ты чертовски… Блять… Obstinate… How's that in Korean? Fuck. — Упрямый. Это будет упрямый. You don't know Korean, — и вновь он сделал шаг назад, пытаясь вернуть дистанцию, скрестив руки на груди и готовый сделать ещё пару шагов назад. — Какой у тебя уровень английского? Скажи на нём что-то ещё. У тебя сексуальный акцент, милый, — тот широко улыбнулся, убирая руки за спину. — Где-то В2, наверное. Пришлось его учить в школе, чтобы не стать дворником, — тот взял телефон Уёна, вбивая свой номер и подписывая как «приятель». — Я пойду. Я пришёл сюда на концерт, а не ради кого-то другого. Тот развернулся и пошёл к залу, где и шёл концерт, но его вновь схватили за рукав одежды, не давая идти. — Давай будем друзьями! Я… Чёрт… В общем, думаю, ты прав. Нам надо узнать друг друга, а если не влюбимся, то так уж и быть. Согласен? Ты ничего не теряешь от этого, Сан. Я полезный и богатый друг, который может оплатить тебе многое~. Собственно, брюнет задумался. Он действительно ничего не теряет, просто общаясь с ним, да и он пообещал платить за него в случае чего… Но у него уже есть богатый друг. Богатый, красивый и умный друг, который ради Сана даже сбежал со свидания пару месяцев назад. Герой. — Хорошо. В конце концов, соулмейты не всегда возлюбленные. Иногда это очень близкие друзья. Сан вернулся обратно в зал, чего Минги даже не заметил. Но вот главный герой заметил одну важную вещь, смотря на сцену. Не хватает одного участника, да и зрители не особо шумные, а лица парней немного поникшие. — Что случилось? — спросил тот, толкая друга в бок, из-за чего тот вздрогнул. — Ты уже пришёл? Ну… Они пели песню о любви, и Джей разрыдался. Парни посовещались и рассказали причину… В общем… у него три дня назад отражение стало чёрно-белым. Он ушёл выпить успокоительное, чтобы после продолжить концерт. Сердце юноши пропустило удар, будто соулмейт умер у него. Тот вновь окинул весь зал, увидев светлую знакомую макушку, которая радостно напевала песню. Странное чувство прошлось по телу, вызывая слабую дрожь и учащённое сердцебиение. Сан чувствовал, что совсем скоро его жизнь перевернётся с ног на голову.