Мозаика взаимодействий

      Локи запрокинул голову, и зелень его глаз подернулась ледяной сизостью пасмурного неба. Шел третий день похода. Локи и Тора, взяв с собой лишь двух стражников из лагеря, продвигались по лесу к горам.       — Хеймдаль говорил, сколько нам идти от лагеря?       — Нет, ты же слышала, магия здесь слаба, поэтому ни Один, ни Хеймдаль не в состоянии сами найти преступников.       — Ну, хоть за примерное место спасибо, — пробормотала Тора, — могли бы веками прочесывать Мидгард.       — Людской век короток. Их тела сотлеют, а души примет Хель, не нам станется их судить. Тогда для чего это всё?       Тора, казалось, слушала его краем уха. Голубые глаза сверкали, осматривая окрестности, рука лежала на эфесе меча, толстая светлая коса рассекала воздух при каждом резком движении. Для неё и стражников лес, по которому они шли, и равнина впереди, окружающая горный хребет, оставались пусты и безмолвны. Осень в Мидгарде такой и была — прозрачно-серой, тихой, словно в дрёме.       Хотя, возможно, такое спокойствие являлось мнимым, и, притаившись за стволами пышных широких елей, сидели в напряженном ожидании разбойники.       Однако беспокоило Локи другое. В безлюдности простора он почти не сомневался. Но слабеющие заклинания по мере удаления от лагеря вызывали тревогу. Вполне вероятно, что анархисты, не так давно разгромившие несколько крупных сокровищниц и несколько отдельных поселений в Асгарде, додумались спрятаться там, где их никто и ничто не увидит.       Под ногами хрустели ветки. Стонали под весом тел упавшие, растрескавшиеся стволы деревьев. Воздух пропитался сыростью и мокрой листвой. Спустя час разведчики вышли на открытое пространство, на горизонте уже возвышалась громада гор. Внутренние пещеры и проходы решили проверить сегодня же, и лучший исход — это обнаружить логово преступников, а худший — какие-нибудь следы пребывания людей.       Магия ослабла ещё больше. Чары, позволяющие вытянуть любой предмет из ниоткуда, совсем перестали работать. Локи, по старинке вынув из поясной сумки записную книжку, перо и переносную чернильницу, на ходу стал набрасывать заметки и план местности.       Некоторое время спустя, он сообщил:       — Думаю, в северо-западной части гор нет ни крупицы магии, потому что по мере удаления от той точки магия усиливается.       — Постой, брат, — Тора, нахмурившись, придержала его за плечо. — Дай поглядеть.       Локи невозмутимо, даже слегка высокомерно отдал ей книжку, уверенный в своей правоте.       — С чего ты решил, что разбойники именно здесь? — обдумав написанное, она ткнула в левую верхнюю часть листа, где на схеме значилась жирная точка с незамысловатым обозначением «Логово р.»       — Возможно, я недостаточно ясно выразился, — он ловко выхватил книжечку из её пальцев и пояснил. — Если магии нет, то и влияния Всевидящих нет, ни одно заклинание не найдет это место. Разбойники знают, чей гнев они навлекли на себя, и придумали надежный способ скрыться.       — Наверное, им было бы лестно услышать похвалу от тебя, — улыбнулась Тора.       — Я польщен, дорогая, — Локи улыбнулся в ответ, и глаза его засияли насмешливо и довольно. — Ты считаешь меня мастером хитросплетений, — он склонил к ней голову. — Это приятно — быть в чем-то удалым, умелым, лучшим… — последнее сорвалось на выдохе и закружилось прямо у уха Торы, взметнув два-три волоска на виске. Да… Локи опять не мог отказать себе в удовольствии растягивать слова, проникновенно шептать их в такой непозволительной близости, и с такой интонацией… будто доверял свои самые порочные тайны и грязные секреты.       Тора отстранилась, толкнула его кулаком в плечо, расхохотавшись.       — Ну всё, хватит, умник. Нам нужно найти вход в туннель.       Они продолжили путь.       — Если всё так, как ты говоришь, — уже серьезно сказала Тора, — нам нужно пробраться вглубь, — она задумалась, приложив палец к губам. — И не потеряться…       Оставшаяся дорога прошла в молчании. Только у подножия Тора наконец вымолвила:       — Не думаю, что они вообще не выходят, надо же им чем-то кормиться.       Локи кивнул и ответил, продолжая её мысль:       — Пещеру не так уж трудно найти, поистине трудно выманить их оттуда и схватить.       — Уверена, ты придумаешь отличный план, — девушка обернулась к нему, лицо её сияло. — А схватим мы их старым добрым способом!       Локи в предвкушении улыбнулся, догадываясь, к чему ведет сестрица.       — Слежка и насилие!       В груди потихоньку разгорелось горячее, искристое, будоражащее кровь чувство азарта. Битва… Погоня… А сырой ноябрьский ветер по-прежнему холодил щеки, пробирался за шиворот и трепал волосы, только теперь этого совершенно не ощущалось.

***

      — Мурашки по коже, — поежилась Тора, ступая за братом.       Локи осветил потолок туннеля, по которому они двигались. Серые мрачные своды нависали над путниками, кроша мелкие камни и пыль им на головы. Воздух трещал от мороза. Густая темень сгущалась вокруг, лишь слегка разбавляемая энергетической сферой.       — Согласен. Нам нужно быть осторожными, наверняка они тоже выставили разведку, и не ровен час, она попадется нам на пути. Держи меч наготове.       Сам Локи тоже не убирал ладони с эфеса. Ощущение прохладного металла оружия всё же придавало уверенность.       Постепенно шар становился тусклее. Локи, заметив это, удовлетворенно приподнял уголок губ.       — Мы на правильном пути. Достань спички и держи наготове факел. Скоро они нам пригодятся.       Пройдя ещё неизвестное, но многочисленное количество развилок, поворотов и переходов, они остановились. Точнее Локи, шедший впереди, вдруг резко притормозил.       — Ты чего? — прошептала Тора, в полумраке врезавшись носом в его спину.       — Я чувствую неизвестную магию, она очень хорошо ощущается, когда вся другая привычная магия выжжена колдовством этого странного места, — Локи замер, словно прислушиваясь. Тора переглянулась с шедшими за ними стражниками.       Они возобновили путь.       — Похоже на какой-то значимый артефакт. Следы присутствия слабые, но заметные даже здесь, — Локи красноречиво повертел рукой с еле-еле заметным огоньком света, бывшим когда-то мощной энергетической сферой. — Подумай сама, Один ни за что бы не стал так остервенело гнаться за ними просто потому, что они грабили и убивали сотни людей. Может быть, они унесли в Мидгард нечто важное?       Воздух загустел от напряжения. Тора долго молчала, а Локи пристально вглядывался в её лицо, ожидая ответа на свои слова.       — Если это так… — медленно начала она, — то всё намного серьезнее. Нам кроме всего прочего нужно добыть и доставить в целости и сохранности этот артефакт, чем бы он ни был.       Через какое-то время огонек совсем угас, и сколько Локи не пытался вновь его зажечь, ничего не получалось — магия пропала окончательно. Стих и таинственный зов артефакта. Видимо, он ощущался только вблизи и на каком-то таком стыке абсолютного нуля и небольшого проявления чар. То есть в том участке пещер, где основной магический фон не заглушал зов артефакта, но и колдовство этого места было ещё не настолько сильным, чтобы подавлять любую другую магию.       Все зажгли факелы и постарались ступать и на всякий случай дышать как можно тише.       Вскоре туннель расширился. Им даже повезло — они услышали какой-то посторонний неразборчивый шум, а впереди и чуть сбоку показался вход в пещеру.       Локи обернулся к сестре и кивнул вперед. Подобравшись ближе, они притаились за полосой высоких острых валунов и увидели отблеск света, затем услышали голоса.       — Этого ты добивался, Ивар? — интонация говорившего выдавала его гнев. — Сейчас мы не можем вернуться ни в родные места с нашей добычей, ни начать где-нибудь новую беззаботную жизнь! Мы могли бы слыть перед нашими земляками великими завоевателями и путешественниками. Наша земля страдает от голода и нищеты! А теперь мы вынуждены прятаться в этих убогих пещерах! — голос ненадолго замолк, но, видимо, никто не решился опровергать его слова. Пару мгновений в тишине слышался только лязг точильного камня о лезвие, но потом всё тот же голос вновь зазвучал, отдаваясь эхом от стен:       — Триста лет назад наши предки верили в богов, но мы думали они давно исчезли или не существовали вовсе… Мы так долго искали этот золотой мир, Асгард… Это немыслимая удача! Мы нашли всё, что хотели — горы золота, драгоценностей… Но заслужили гнев богов! Как нам выбраться? А, Ивар? Давай, думай, ты же у нас голова. Ты всё это придумал! — выкрикнул голос. Послышалась брань, одобрительные восклицания; громкие оправдания, очевидно, главаря банды…       «Как смешно, — подвел итог Локи, — они не верили в богов, но они верили в золотое царство, наполненное благами и богатством, — он отвернулся от пещеры, беседа перетекла в кашу из ругани, насмешек, пустых замечаний и грубых возгласов. «Неужели думали, — размышления потекли дальше, — что там никто не живет, и всё это можно взять просто так?.. С чего они взяли, что боги, в которых они перестали верить, исчезли? Это так не работает», — зло усмехнулся он про себя.       Тут послышался легкий шорох. Локи медленно повернул голову в сторону — это Тора отступила на пару шагов назад.       — Уходим, — еле шепнула она и кивнула в сторону темного прохода.       Он развернулся и последовал за ней. Они и так узнали всё, что хотели.

***

      Тьма окутывала всё; проникала под кожу, забивалась в нос. В небе сквозь плотные тучи блекло сверкала луна. Ветер целовал щеки, теребил волосы и мех теплого плаща. Неподалеку тускло мелькал огонек дозорного. Слышались легкие шепотки засыпающих стражников, которые скоро сменились звучным басовитым храпом.       Локи, отогнув шерстяное одеяло, завел руки за голову и, наконец, позволил себе немного расслабиться. Шестеренки в голове замедляли свой ход, обрывки недавних размышлений уходили на второй план, постепенно мысленный фронт пустел. Почти, почти придумал план, теперь надо немного отдохнуть.       — Ты собираешься спать? — сбоку заворочалась Тора, устраиваясь поудобнее. Локи захотелось обнять её — всё-таки так было теплее. Не то чтобы он совсем замерз, просто посреди леса с редким снегом, ледяным ветром и промерзшей землей уютнее, когда прижимаешься к родному человеку.       — Я уже всё придумал. Только придётся слетать в Асгард за ингредиентами.       — Это еще зачем?       Локи усмехнулся:       — Нет магии? Не беда! Я — бог хитрости, уж ей-то я найду замену.       — Я на тебя надеюсь, — сказала Тора, прикрывая глаза.       — Я покажу им такие цыганские фокусы, — пообещал он, — во век не забудут!       Тора пожелала ему спокойной ночи и перевернулась на другой бок.       …Сон не шел. С неба мелкой порошей начал падать снег. Локи вдруг это показалось чем-то очень красивым. Будто в этом было что-то удивительное, например, для Йотунхейма! Но по-настоящему необычное для Асгарда, где он вырос.       Сразу вспомнилось, что мидгадцы отмечают какой-то праздник в конце первого месяца зимы. Кажется, тогда наступает самая длинная и самая темная ночь в году.       «Чтоб не было страшно, мы зажигаем огни», — сказал однажды какой-то мидгардец. Да, в светлоте и живется веселее. Но они еще обменивались свечками друг с другом и находили в этом какой-то сакральный смысл. Например, обоюдную симпатию. Тогда, пару столетий назад, когда Локи впервые увидел такое, он отнесся к этому скептически. Ну, как может быть свеча — символом любви? Что-то вроде: свеча такая же горячая и яркая, как моя любовь к тебе? П-ф-ф… А сейчас он вдруг понял: дело было даже не в том, что они дают немного тепла и освещают пространство мягким уютным светом, подобно искренней привязанности. Дело было в том, кто именно протягивал эти свечи, кто дарил вместе с ними любовь.       От этих мыслей стало как-то просветленно пусто в голове, а губы под влиянием момента едва шепнули:       — Я люблю тебя.       Эти слова стоило говорить регулярно дорогому тебе человеку. Только как набраться смелости говорить то, что по-настоящему важно?       Локи вздохнул, перевернулся на бок и натянул одеяло до самого подбородка. Пусть его услышали только звёзды, но они, холодные и сияющие, дарили спокойствие и слегка разрывали сердце накатывающей философской грустью.       Тора же вряд ли что-то услышала: она спала, мерно дыша во сне и сжимая в ладони рукоять клинка.

***

      — Господа, здравствуйте, — на пороге пещеры возникла фигура в черном плаще. Из темноты послышался тихий вкрадчивый голос. Люди, чистящие оружие, лежащие на шкурах животных, мгновенно повскакивали с мест. В свете настенных факелов заблестели лезвия кинжалов. Крупный, особенно здоровый мужчина, видимо, главарь банды вышел вперед и осторожно приблизился к незнакомцу.       — Кто ты?! И откуда здесь взялся?       На нижней части лица, не укутанной тенями капюшона, мелькнула улыбка. Незнакомец молчал. Главарь внимательно осмотрел его. Полы плаща, отороченные мехом, распахнуты; на поясе висит сумка и меч в ножнах; в руках, затянутых в черные кожаные перчатки, что-то зажато… но явно не нож. Более опасное приспособление?       — Здесь лазутчик!       — Откуда он прознал о нашем убежище?       — Убить его! Иначе нам крышка!       Голоса, раздававшиеся за спиной, мало интересовали, мужчина терпеливо ждал ответа.       — Кто я — вы ещё узнаете. Интересно другое — почему я здесь, неправда ли?       Все напряженно молчали. Любой бы, наверное, испугался оставаться один на один с двадцатью крепкими вооруженными мужчинами. В глубине души Локи тоже было не по себе. Но спектакль — есть спектакль, шоу должно продолжаться, и это ведь его конек!       — С чего вы взяли, что здесь можно прятаться? Темно, холодно, не хватает воздуха.       — Ты зубки нам не заговаривай! Отвечай, чего надо!       — Как грубо. Извольте вы ответить, кто знает, может, и я открою вам душу.       Мужчина стиснул зубы и громко задышал:       — На кой черт, сукин сын, тебе эти сведенья?       — О, — наигранно ахнул Локи, — я думал, вы сразу меня в Хель пошлете.       — Куда?! — взорвался бандит. — Ну, держись, сволочь, на куски порежу!       Локи замахал руками, а потом в примирительном жесте поднял ладони вместе со стиснутыми в них предметами.       — Тихо-тихо, господа, я, может, помочь пришел. Где гарантия, что это место и правда безопасно?       Воины оружие не опустили, но прорываться вперед перестали.       — С нами чернокнижник, — отчеканил главарь. — Он говорит, что магии здесь нет. И тот, кто нас ищет, не найдет нас.       — Неужели вы перешли дорогу кому-то могущественному? — стараясь придать тону серьезный озабоченный тон, произнес Локи.       — Да! Но если ты можешь помочь, помоги! Или проваливай. Или мы убьём тебя.       Помолчав с задумчивым видом пару секунд, Локи предложил:       — Я могу вывести вас отсюда и направить в то место, где… ему не будет до вас дела, — и ведь не соврал: Всеотцу действительно не будет до них дела после поимки и изъятия артефакта.       — Ложь! — гаркнул глава. И со всех сторон послышались возмущенные поддакивания:       — С чего бы нам тебе верить!       — Ты кинешь нас сразу, как только выйдем!       — Катись отсюда!       Локи за всё это время уже успел тщательно изучить обстановку. Оценить ширину, длину помещения, сделать в голове кое-какие разметки и вычисления. И факелы рядом на стене, а ещё в руках этого здорового бугая оказались очень кстати.       — Это место не так надежно как вам кажется.       Напряженная пауза. И…       — Считайте, Одину известно о вашем местонахождении.       Такая осведомленность поставила бандитов сначала в ступор, а потом привела в ярость.       — Откуда тебе известно?! Кто ты такой!       Несмотря на повышенный градус гнева, голос Локи оставался спокоен, он, упиваясь ситуацией, произнес:       — Потому что магия здесь работает.       — ВРАНЬЕ!       — Ошибаетесь! Здесь работает такая магия, которая вам и не снилась. Всеотец, сильнейший во всех Девяти мирах узрел вас очень давно, и послал воинов на вашу поимку.       — ВЗЯТЬ ЕГО!       Терпение воинов лопнуло. Они кинулись вперед, но Локи оказался проворнее, он молниеносно метнул зажатую в руках пробирку в огонь факела главаря. Полыхнули искры, зазвенело лопнувшее стекло и в потолок взвилось зеленое пламя.       Бандитов, подошедших почти вплотную, ослепило, они попятились и уже в испуге заорали:       — Ведьмин огонь!       — Он колдун!       — Спасайтесь!       — Мы обречены!       Локи удовлетворенно взирал на поднявшуюся суету, но останавливаться не собирался. Они сейчас очухаются и так или иначе пойдут на него. У него есть примерно пять минут. Или сколько там длится первый шок…       Он, не торопясь, достал из сумки еще одну пробирку, зажигалку, и, сдернув пробку, поджег содержимое пробирки. Вновь полыхнуло зеленым пламенем.       Это было еще не все.       Он вылил горящую смесь себе на руку, и пламя зловеще заплясало на его ладони. Локи хрипло расхохотался, капюшон откинулся, и открывшиеся свету глаза дьявольски отразили огненные искры.       Спрятав зажигалку и пустую пробирку, Локи играючи перекатывал язычки с ладони на ладонь и с пальца на палец.       — Он управляет им!       — Оно его не обжигает!       — Дурак! Это же магия!       А пламя действительно не обжигало. До поры до времени. Поэтому, заметив, как огонь начал бледнеть и слегка перетекать в оранжевое, Локи красиво и быстро завел ладони под плащ, потушив его.       Люди были ошеломлены и обескуражены. Воины, не страшившиеся десятитысячного вражеского войска, испугались зеленого пламени, вырвавшегося по приказу настоящего посланника Преисподней.       Локи понял, что они в достаточной мере сбиты с толку и в ближайшее время точно ничего предпринимать не будут.       Он сделал шаг вперед. Люди шарахнулись назад. Но Локи всего лишь достал из поясной сумки веревку, пропитанную раствором и распределил её по ширине пещеры, от одного края до другого, фактически проводя черту и отрезая людей от выхода. Затем поджег край, и в воздух взметнулась низенькая, но довольно пугающая стена зеленого пламени.       Некоторые, самые смелые воины уже немного отошли от потрясения и с ненавистью смотрели на колдуна, чья магия была настолько мощной и древней, что перекрывала подавляющее колдовство этих гор.       Они порывались с места, отчаянно хотели пересечь светящуюся линию, но опасались не столько обжечься, сколько стать проклятыми во веки веков.       И Локи мысленно воззвал: «Тора, пора!»       А сам методично начал сыпать в линию красный порошок из мешочка. Он успел как раз к тому времени, когда зеленое пламя постепенно превратилось в белое, потом в оранжевое и угасло совсем. На полу остались обуглившиеся остатки веревки. Локи вновь взял зажигалку в руки. Подкрепление прибудет примерно через несколько минут, и эффектом дезориентации для разбойников будет «туман».       Зажигалка коснулась самого краешка красной линии. Яркое рыжее пламя тонкой струйкой потекло к противоположной стене; к потолку, клубами поднялся густой белый дым.       Через несколько мгновений, когда завеса дыма стала плотной, в пещеру ворвались, едва не сбив с ног Локи, стражники во главе с Торой. Они затоптали все его «эксперименты». Но это было уже не важно. Бандиты, пребывавшие в суеверном страхе и одурманенные ядовитыми парами кислоты, успели только схватиться за оружие, как их быстро повалили и связали. Асгардцам же в свою очередь химические испарения не приносили особого вреда.       После поимки преступников Тора и Локи занялись осмотром помещения, собрали всё награбленное добро, в том числе и магические артефакты, чтобы доставить их обратно в Асгард. Всему своё место. Сокровищам — сокровищница; бандитам — королевские темницы, а после смерти — Хельхейм, последнее пристанище бесславно почивших душ.

***

      — Здравствуй отец, — братья склонились в поклоне, представ перед владыкой Девяти миров.       — Приветствую вас, дети мои, — кивнул Всеотец. — С какими вестями пожаловали?       Локи выступил вперед:       — Мы сделали всё, как ты велел, отец. Поймали преступников и добыли важный магический артефакт.       Тора на вытянутых руках продемонстрировала золотой ларец, украшенный драгоценными камнями.       — Внутрь мы не заглядывали. Тебе решать, что с ним делать.       — Отчего же вы полагаете, что это важный и сильный предмет? — легкая улыбка тронула испещренное морщинами лицо Одина.       — Я ощущаю энергию, которая от него исходит. Она оставалась заметной даже тогда, когда вся магия перестала работать.       — Любопытно, — кивнул отец. — После отнесете в мои покои. Итак, вы поймали преступников. Доложите же, о ваших подвигах.       И они принялись рассказывать. Но говорила в основном Тора, очень уж ей хотелось поведать обо всём, что им удалось пережить.       — Это всё заслуга Локи, — Тора отступила на шаг и сделала демонстративный жест в сторону брата. — Он придумал воистину чудесный план. Золотая голова, ты должен вознаградить его, отец. Только благодаря ему мы живы и в безопасности.       Один оглядел их, задержав внимательный взгляд на сыне. Лицо его оставалось таким же непроницаемым. Он поднялся с трона и, стукнув посохом, произнес:       — Вы хорошо потрудились! Объявляю пир в честь славного завершения похода!

***

      Локи изумленно поднял глаза на Всеотца, зрачки его недоумённо расширились. Мозг уже вовсю обрабатывал полученную информацию, и до него постепенно доходило происходящее.       Вначале пира Один по традиции толкнул речь. Локи не особо вслушивался. Начало было всегда примерно одним и тем же — рассуждение о великих асах, перечисление старых подвигов. Да и середина с перечислением подробностей нынешнего похода, в честь которого и устроили пир, его мало интересовала — скучно слушать то, в чем сам участвовал.       Однако под конец речи слух зацепился за одну фразу, ожидал продолжения, но его не последовало.       Что значит: «Молодец, Тора, ты справилась?»… А как же я?» — пронеслось в голове, когда о младшем принце не сказали ни слова. Может, он просто забыл?.. Забыл про собственного сына, который сидит от него по левую руку? Забыл про сына, который и придумал всё, чтобы завершить с честью этот поход?       — … Что ж, во славу проделанной работы объявляю пир открытым! Почествуем героев! — закончил тем временем Всеотец. Речь получилась вполне воодушевляющей, однако Локи уже усвоил самое главное из неё. В груди зашевелилось тошнотворное горькое чувство, комом подступающее к горлу.

***

      Пир был в самом разгаре. Зал мягко освещали огромные люстры со свечами. Разнообразные блюда пестрели на белоснежных льняных скатертях, расшитых древними рунами. Асы ели, пили, смеялись, гомонили, выкрикивая что-то порой. Весельем сочились их красные разгоряченные лица. В воздухе приятно пахло жареным мясом, вареными овощами, мёдом и хмелем; п0том и благовониями прекрасных дам.       Тора относилась скорее к деве-воительнице, чем к прекрасной даме в щелках. Но она никогда не позволяла своему телу непристойно пахнуть. За ней всегда тянулся легкий шлейф нежных весенних цветов. Локи скорее вспомнил звучание её аромата, чем ощутил, подумав о ней — она сидела через двух персон от него, царя и царицы. За весь пир ему и кусок не лез в горло, отпитый из кубка мед на вкус казался кислым ядом. Локи всё обдумывал слова Одина. Иногда пытался поймать его взгляд, но всё напрасно. Что такого было в нём? Почему Всеотец так жестоко его игнорировал? Тора же ясно выразилась: «Это всё заслуга Локи. Он придумал воистину чудесный план».       Это было слишком. Такой наглости Локи простить уже не мог. Пальцы сжали кубок до побеления костяшек, глаза заледенели твёрдой решимостью. Он ещё покажет Одину чего стоит. Или заставит всех пресмыкаться перед ним.       «Посмотрим. Время покажет».