Заменитель сахара(зачеркнуто) любви...

      Звон... Стук... Тишина... Я дернулась и открыла глаза. Сон, это был только сон. Судорожно хватанула холодного воздуха, пытаясь стряхнуть остатки кошмара. Тело трясло в ознобе. Я повернула голову и поняла, почему так холодно. Балконная дверь нараспашку, по квартире гуляют ветер и сквозняк, в компании с трескучим морозом. Очевидно, вытаскивая на балкон ёлку, я плохо закрыла дверь и ее распахнуло порывом ветра.       Я закрыла балкон и накинула на плечи плед. Дрогнула от мягкого прикосновения ткани к телу, вспомнив, как Горшок накинул мне на плечи свой плащ. Вспомнила и тут же одернула себя. Горшок давно умер, а это был только сон. Эмоции, выданные подсознанием, после разговора с Михой. Слишком реально для сна. Я помнила все до мелочей: свои ощущения, запахи, звук его голоса, интонации и мимику.       Мне стало страшно. Страх накрыл внезапно, заполнив собой все пространство, не оставив места для других чувств и эмоций. Что со мной происходит? Почему я никогда не пыталась анализировать присутствие Горшка в моей жизни, считая его чем-то абсолютно нормальным? Если это выкрутасы психики, попытка отрицать очевидное - пора к психологу, а лучше к психотерапевту. А если это что-то реальное... По коже прошёлся мороз, я плотнее закуталась в плед, но это не помогло. Страх витал в воздухе и окутывал меня темным облаком.       Я всю жизнь любила мистические истории и разнообразные страшилки. Эта любовь уходила корнями в сказочные сюжеты песен "Король и шут", произведения Гоголя, Кинга, Толкиена и Эдгара По. Но мой мозг всегда отличался рациональностью мышления. Как я воспринимала ощущения присутствия Горшка? Ответа на этот вопрос у меня не было. Как что-то нормальное и само собой разумеющееся.       Кутаясь в плед, я вышла на кухню и поставила на огонь маленькую кофеварку. Достала из тумбочки тетрадь и откинув обложку, посмотрела на фото. В груди привычно защемило. Я погладила изображение и вспомнила свои ощущения, когда касалась руки Горшка во сне. Его ладонь была теплой и широкой. Он не был привидением, или духом. Вполне осязаемый человек, из плоти и крови. В снах он всегда являлся мне живым человеком. В то же время, его присутствие в реальности, обозначивалось лёгким касанием, похожим на прикосновение крылом.       От всех этих мыслей, голову стянуло железным обручем. Страх, боль потери, непонимание происходящего - все смешалось в одну массу. Эта субстанция шевелилась, меняла плотность и мешала нормально дышать. На колени приземлился Горш. Я заглянула в шоколадные кошачьи глаза и почесала любимца за ухом.       - Ты то наверняка все знаешь и понимаешь. Жаль, что сказать только не можешь. - Кот потянулся и потерся мордочкой о мое лицо. Я вздрогнула. Это прикосновение до жути напоминало касание иллюзорного крыла...       Утром стало немного легче. Яркое солнце и лёгкий мороз добавили оптимизма и хорошего настроения в целом. Я пила кофе, курила первую утреннюю сигарету и смотрела в окно. На черных ветках деревьев лежал первый снежок, выпавший ночью. Тротуары подсохли, белели газоны и крыши домов. Телефон запиликал уведомлением. Месседж от Андрея сообщал, что Андрей возвращается сегодня вечером и желал мне хорошего дня. Я вспомнила лучистые карие глаза, теплую улыбку и тоже улыбнулась. День стал чуточку лучше.       Вспомнив новогодние приготовления в доме родителей, я принялась за генеральную уборку. Веселья процессу добавлял Горшеня, всюду сующий свой любопытный нос и гоняющийся за тряпкой. К вечеру квартира блестела чистотой, а я вышла из ванной и почувствовала себя другим человеком. Кофе, сигарета, любимая музыка и уютно мурлыкающий на подоконнике Горш - оказалось, что для маленького счастья и относительного душевного равновесия нужно совсем немного.       Андрей отличался пунктуальностью и ровно в восемь вечера в коридоре прозвучал звонок. Я открыла дверь и зависла. Чёрное пальто нараспашку, под ним темная водолазка, волосы растрепались и блестят мелкими капельками расстаявших снежинок. Он улыбнулся и мне стало совсем нехорошо. Опять вернулось ощущение присутствия Горшка. Андрей уловил изменение в моем настроении и вопросительно приподнял бровь.       - Все в порядке?       - В абсолютном, проходи. - В коридор царственно выплыл Горшеня и даже позволил Андрею почесать себя за ухом.       - Привет, зверюга. Как ты поживаешь?       - Зверюга поживает хорошо.       - А ты? - Парень поднялся на ноги и оказался совсем близко. Прямо передо мной было красивое лицо, с правильными чертами лица и лукавыми карими глазами. Я не могла оторвать от него глаз. Смотрела и понимала, что меня затягивает в омут, а в душе еле слышно звенела нотка беспокойства. Это все неправильно. Он хороший человек и не заслуживает такого, тем более, после того, что пережил. Андрей провел ладонью по моему лицу и жалкие потуги совести улетели в преисподню. Он прикоснулся к моим губам лёгким поцелуем и улыбнулся.       - Идём, нас ждут великие дела.       Обратно мы вернулись через три часа, уставшие, порядком промерзшие и груженные коробками и пакетами. Было весело и легко. Мою ладонь сжимала большая теплая рука и дарила чувство защищённости и безопасности. Все это напоминало момент из моего сна, когда Горшок прикрыл меня собой от летящих осколков. Дома нас встречал Горшеня, он обнюхал все пакеты и коробки и уставился на нас шоколадными глазами. Кошачий взгляд был полон презрения и в нем явно читалось: "И что из этого всего мне?" Андрей звонко рассмеялся и достал из кармана яркий мячик.       - Держи, хулиган. - Горш понёсся по коридору, поддевая лапой шарик, внутри которого звенел колокольчик. Мне стало неудержимо весело и как-то светло. Отчаянно захотелось быть вместе с этим человеком и быть с ним честной. Я решила поговорить с Андреем. Рассказать, что я знаю его историю и рассказать свою историю. Мне хотелось быть с ним откровенной и если он не сможет принять эту правду, просто отпустить его. Будет тяжело, но точно не будет стыдно.       Только я собралась с этими мыслями и приняла сложное решение, раздался звонок в дверь. Горш бросил свой мячик и навострил уши. Андрей посмотрел на дверь, а потом на меня.       - Ты кого-то ждёшь?       - Нет. Может соседи? - Я открыла дверь и попятились, внутри прошел холодок и заныло от нехорошего предчувствия. На пороге стоял Дима. Какого черта ему здесь нужно? Мы не виделись хрен его знает сколько времени, не виделись и вообще никак не контактировали. Но факт оставался фактом, он был здесь.       - Зачем ты пришел? - Я не впускала его и разговаривала через приоткрытую дверь.       - Хотел тебя увидеть и поговорить. Впустишь?       - Дима, мы уже обо всем поговорили, уходи. - Я попыталась закрыть дверь, но ловко подставленная нога не дала этого сделать. Димка открыл дверь, оттолкнув меня и ввалился в прихожую. Меня окатило запахом алкоголя и холодящим ужасом. Андрей отреагировал моментально и Дима оказался прижатым к стене. Под ноги им кинулся Горшеня, выгнув спину в дугу и громко шипя.       - Ты что творишь, парень? Тебе же ясно сказали, что разговаривать с тобой не хотят. Что не понятно? - Димка поднял глаза и открыл рот от удивления. С него моментально слетела дурь вместе с опьянением.       - Охренеть можно. А я ещё думал, что ты хоть относительно нормальная. Ты его такого изначально нашла, или пластикой подправила? - Я подошла к ним и взяла Андрея за руку.       - Отпусти его. - Руки разжались, Дима одернул куртку и зло посмотрел на нас.       - Уходи.       - Боишься? Чего? Твой новый возлюбленный не знает, кем является на самом деле? - Мне стало нехорошо, меня прожигали две пары глаз, от которых хотелось спрятаться, послав к черту обоих.       - Ты ему не сказала? - Дима зло расхохотался, запрокинув голову.       - Мне ещё повезло, как оказалось. Дурак ты, мужик. Она с тобой, потому что ты просто копия ее возлюбленного. Она просто нашла себе заменитель, а ты, что-то вроде резиновой куклы. - Он продолжал брызгать ядом, а Андрей посмотрел на меня взглядом, полным недоумения.       - О чем он? Что он такое говорит?       - Я все тебе объясню, пусть только уйдет.       - Конечно, она все тебе объяснит. - Влез в разговор Дима. - А ещё почитает волшебные стихи, посвященные ему, фоточку пусть продемонстрирует и объяснит, что ничего такого в этом нет. Парень, она чекнутая. Она же сохнет по Горшку, хоть тот и скопытился от геры хуеву тучу лет тому назад. А ты... Ты что, в зеркало не смотришься?       Я видела, как потемнели карие глаза, на щеке дернулся нерв и Андрей сжал руки в кулаки. Я чувствовала, как его захлестнуло волной гнева. А Дима, порывшись в телефоне, повернул его экраном к нам.       - Сам посмотри. Вы как братья-близнецы. Брысь! - Он пнул ногой подошедшего кота, раздалось жалобное мяуканье и я бросилась к любимцу.       - Горш...       - Блядь, ты даже кота назвала в его честь. Парень, беги из этой психушки, если сам в адеквате.       Хлопнула входная дверь, Дима ушел. Я отпустила кота и подняла глаза на Андрея, сразу же натолкнувшись на ледяную скалу. В его взгляде больше не было теплоты и симпатии, мужчина смотрел на меня с презрением и отвращением.       - Послушай, я все тебе объясню, все совсем не так, как он сказал. Он просто зол и обижен. А ещё пьян. Все не так. - Злой взгляд прожигал насквозь, я сделала шаг вперёд, но Андрей шарахнулся от меня, как от чумной. - Я все хотела тебе рассказать, я хотела поговорить и все тебе объяснить.       Глаза застилали слезы. Я опять получила под дых. Что я делаю не так? Почему я теряю всех, кто мне дорог? Голова кружилась, я находилась в каком-то пограничном состоянии, почти не соображая, что происходит. Набатом гремела мысль, что он сейчас уйдет и я больше никогда не увижу лукавый огонек карих глаз, широкую улыбку и не услышу глубокий баритон с лёгкой хрипотцой. К горлу подступила горечь. Перед глазами все плыло, стены как будто пришли в движение и я очень явно увидела старые дома серого города, в котором жил Горшок. Сделала ещё один шаг вперёд.       - Мишка... - Я практически ничего не видела. Почувствовала только хлесткую пощечину, от которой голова мотнулась в сторону. В следующую секунду сильные руки оттолкнули меня, от толчка я покачнулась и отлетела в сторону, краем глаза увидела острый угол массивной тумбы и почувствовав, как со всей силы впечатываюсь в него головой, упала на пол. Резкая вспышка перед глазами. Странный хруст и острая боль в руке. Последнее, что я услышала, был хлопок двери. Все стихло и мир погрузился во мрак...       Я сидела на деревянной скамейке на каменной набережной. Светило солнце, водная гладь рябила яркими бликами и была спокойной. Я подняла голову и посмотрела в синее небо, по нему плыли лёгкие облачка, похожие на куски ваты, которыми украшали ёлочные ветки во времена моего детства.       Мы не успели нарядить ёлку, мелькнула в голове мысль, она так и осталась стоять на балконе, не дождавшись купленных для нее украшений. И Горшеня... Что теперь будет с моим котом? Кто о нем позаботится? Странно, но я помнила все произошедшее. Как-то по-другому представляла я себе этот переход. Неужели я здесь навсегда? В заброшенном и пустынном городе, где нет ни одной души. Отогнав эти мысли, я стала смотреть на воду, было спокойно, меня накрыло волной полного безразличия к происходящему внутри и извне. Время не ощущалось, солнце как светило, так и светит, как будто постоянно находясь в зените.       Вдруг на меня упала тень, я подняла голову и подпрыгнула.       - Мишка! - Повисла на могучей шее, чувствуя тепло большого тела. Горшок вздохнул и усадил меня обратно на скамейку. Сел рядом и закурил. Проводив взглядом очередную струйку дыма, повернулся ко мне.       - Наворотила дел? Я же тебя предупреждал. - Он не злился, в голосе сквозила какая-то печаль и обреченность. Я взяла его за руку и сжала ладонь.       - Теперь я могу быть здесь, с тобой. Наверное, это все логично и так должно было случиться. - Я подняла взгляд и посмотрела в карие глаза. - Я так люблю тебя, Миш.       - Образ... Отражение...       - Что?       - Ты любишь то, что увидела сама. То, что отразилось в твоей памяти и осталось в подсознании. Нельзя любить того, кого нет. Нельзя искать мертвеца в живых людях...       Он тяжело вздохнул и вдруг притянул меня к себе, обняв двумя руками. Прижал мою голову к своей груди и принялся легко покачивать, будто пытаясь убаюкать. В голове зазвучала мелодия, я вздохнула и удобнее устроилась в теплых руках. Плевать... На всех и на все... Плевать на тот мир, что никогда не принимал меня. Мне не было ни капельки жаль, что больше я туда не вернусь. Здесь тепло и безопасно, светит солнце и течет река. Здесь живёт он и сейчас он рядом, несмотря на его слова про образы и отражения.       Голова легко кружилась, но приятно и весело, как в детстве, после катания на каруселях. Веки тяжелели. Горшок продолжал качать меня в своих руках, напевая на ухо какую-то песню. Он наклонялся так низко, что я чувствовала, как длинные волосы прикасаются к моему лицу. Это были неимоверные ощущение, лёгкая щекотка, как от прикосновения крыла...