Я мечтаю повернуть время вспять…

      Возвращение в сознание для Гарри происходит резко: он начинает слышать звуки, а именно, тихий скрип перьев, словно он находится сейчас на уроке, будто бы уснул на одном из нудных занятий профессора Биннса. Но, вроде, это невозможно, ведь он окончил школу много лет назад.       Открыв глаза, Гарри осознаёт, что находится вовсе не на уроке, а в чьей-то незнакомой спальне, на широкой удобной кровати, лежит, раздетый до нижнего белья и укрытый мягким персиковым покрывалом. А повернув голову влево, Гарри понял, что источник скрипа перьев — это Драко Малфой, сидящий за столом и что-то пишущий на пергаменте.       Память тут же преподносит всё и сразу и от обилия информации начинает сильно болеть голова. — М-м-м-м… - Гарри сжимает виски подушечками пальцев, пытаясь утихомирить пульсирующую боль, его манипуляции замечает Драко. Поднявшись с резного стула с высокой спинкой, блондин подходит ближе, взяв с тумбочки два пузырька из тёмного стекла откупоривая их и подавая Гарри. — Поттер, это животворящий элексир и снадобье, ослабляющее проклятье. Выпей их и тебе станет легче. — Спасибо.       Гарри принимает из его рук лекарство, глотая пряную микстуру и запивая водой, также любезно поданной Драко в хрустальном стакане с витиеватым узором.       Поставив пустой стакан на тумбочку, Гарри окидывает взглядом хозяина помещения, который вернулся к своему письму, запечатывая его в конверт.       Драко был одет как всегда элегантно и со вкусом: в серые брюки без стрелок, голубую рубашку и серую трикотажную безрукавку. Его блестящие, платиновые волосы лежали аккуратными прямыми прядками, рассыпаясь всякий раз, когда Драко слегка наклонял голову. — Сколько я уже здесь валяюсь? - спросил Гарри и его уши заполыхали. Он припомнил, как метался по стадиону в поисках Драко и как явился в мэнор. На этом моменте воспоминания заканчиваются, словно в голове чёрная дыра. — Второй день. Сейчас шесть часов вечера, - отвечает Драко, присаживаясь в кресло с изогнутыми ножками, с позолоченной обивкой, т закидывает ногу на ногу. — Как это второй? Что со мной случилось? - задаёт вопрос Гарри, думая, что было бы уместнее сказать: «во что я вляпался на этот раз?» — Поясняю: вчера, после того как мы с тобой выбрались живыми и невредимыми из Георгского леса, — на этих словах Драко отводит взгляд от внимательных глаз Гарри, стараясь сохранить невозмутимый вид, но Поттер прекрасно видит, как порозовели щёки Драко, — ты зачем-то аппарировал за мной в мэнор, а потом свалился в обморок, повиснув у меня на шее, введя в замешательство своим поведением и меня, и моих родителей.       Гарри становится не по себе от слов Драко, тот преподносит всё остро и недружелюбно, выставляя его не в лучшем свете, типа, Поттер остался таким же недотёпой, как и раньше. — А какие ещё события произошли, помимо моего обморочного состояния? И чем оно было вызвано? — Многого хочешь, Поттер. Драко сказал это таким тоном, что Гарри расхотелось вести с ним диалог и вытягивать информацию. — Хорошо, если тебе больше нечего добавить, то я, пожалуй, пойду домой.       Гарри стал осматриваться в поисках своих вещей, но их нигде не было, за исключением очков, лежащих на прикроватной тумбочке, рядом с его волшебной палочкой. — Бинки! — позвал Драко, бросив недовольный взгляд на Гарри. — Да, сэр. — Принеси мистеру Поттеру его одежду. — Слушаюсь. Через две секунды эльф снова появляется в комнате, держа в руках одежду Гарри. — Спасибо, — произносит Поттер, и начинает натягивать квиддичную форму, чувствуя себя при этом некомфортно. — Поттер, может тебе одолжить кое-что из моей одежды? — как бы между прочим произнёс Драко. — Спасибо, обойдусь. Я не собираюсь нигде разгуливать и сразу явлюсь домой. — А я думал ты ещё задержишься… Голос Драко был до неприличия интимным и завораживающим и Гарри не понимал, какого боггарта он так мурлыкает и для чего ему, Гарри, задерживаться в мэноре. — Спасибо за гостеприимство, но мне пора.       Гарри встаёт с постели, чувствуя небольшое головокружение, присев на край кровати, он ждёт, когда неприятные ощущения пройдут и можно будет идти к камину, или на улицу в аппарационную зону. — Тебе неинтересно послушать что же на самом деле с нами произошло? — Интересно, но ты же молчишь. — За всё это время, я сказал тебе больше, чем за всё наше общение в школе. — Пусть будет так, — Гарри начал терять терпение, он понимал, что Драко специально тянул время, забавляясь его реакции. — В то время как мы с тобой были в отключке… Гарри перебивает Драко, удивлённый его словами. — Мы с тобой? Ты тоже был без сознания? — Да, Поттер, и я тоже потерял сознание, успев аппарировать перед этим в свою спальню вместе с тобой. Мы лежали как два заколдованных принца, к счастью, мистер Кельн — наш семейный доктор и твой любезный друг, министр Шеклболт, выяснили причину обморока и странных обстоятельств на матче. Кто-то заколдовал снитч, он привёл нас в ловушку, очень грамотно и лихо составленную, из которой мы бы никогда не выбрались, если б не касались друг друга. Таков был план таинственного злоумышленника. Ещё в нас было пущено проклятие, которое пробило нашу магическую защиту и здорово навредило, практически полностью лишив волшебных и физических сил. — Значит, попросту говоря, на нас двоих было совершено покушение? У Гарри заработали мозги аврора, он стал выстраивать гипотезы, кто бы это мог быть, цель была очевидна — это месть ему и Драко, особо преданных своему почившему господину, Пожирателей Смерти. — Всё верно, Поттер. Таинственный недоброжелатель пришёл на матч, сделал свои тёмные делишки и как ни в чём ни бывало покинул его. Это мог быть любой игрок обеих команд или же зритель, это пока неизвестно, но я думаю, в скором времени вашим аврорам удастся разгадать эту загадку. — Мне надо срочно связаться с Кингсли, возможно, он знает ещё кое-что, — сказал Гарри скорее себе, нежели Драко. — Знает, — кивнул Драко, — он успел покопаться у нас в головах, пока мы валялись в кровати, как беспомощные младенцы и стать свидетелем наших, кхм, поцелуев. Он считает, что наша психика дала сбой, в здравом рассудке мы бы ни за что не сделали этого и даже не подумали об этом. Доктор Кельн тоже придерживается мнения, что наше своеобразное поведение — это своего рода психоэмоциональный сбой. — Лично я хотел быстрее выбраться из Георгского леса, поэтому и предложил поцеловаться. — Что касается меня, то я бы никогда тебя не поцеловал по доброй воле! Этот неопровержимый факт доказывает, что мы были под действием проклятия. — Я бы тоже тебя не поцеловал, но между двух зол «быть разорванным на кусочки зверюгой из леса» и «поцеловать Драко Малфоя», я выбрал меньшее. — Молодец Поттер. А теперь ты можешь с лёгкостью избавиться от столь неприятного воспоминания с помощью заклинания «Обливейт». — Я не собираюсь избавляться от прошлых пережитых моментах, какими бы они ни были. Я всё держу в памяти, Волдеморта, смерть Сириуса, войну… Такова моя жизнь и я должен уметь жить и с плохими воспоминаниями тоже. — Как хочешь, Поттер, дело твоё, — безразлично произнёс Драко, переводя взгляд на окно: снова начался снегопад, крупные снежинки кружили в воздухе и застревали в уголках оконной рамы, облепливая стекло и создавая уютную зимнюю картинку. — А ты, Драко, ты стёр воспоминания о вчерашнем дне? — Нет. Здесь наши мнения сходятся, я тоже не стёр ни единого жуткого эпизода за всю жизнь.       Получив ответ на свой вопрос Гарри испытал облегчение, ему было важно, чтобы Драко оставил всё, как есть, какой бы реальность ни была. В первый раз в жизни они вместе преодолели трудности и весьма успешно. Это стоит того, чтобы помнить. — Драко, а почему я был дольше без сознания? — Видимо, ты сильнее подвергся действию заклинания и твоему организму потребовалось больше времени, чтобы привести тебя в норму. Кстати, я могу продиагностировать тебя. — А разве тебе хватит на это сил? Ведь ты же тоже ослабел. — Я чувствую себя прекрасно как магически, так и физически. Суточного сна и нейтрализующих проклятие снадобий хватило, чтобы организм восстановился. — Ну тогда ладно, диагностируй, я не против.       Гарри сел ровнее на постели, вспоминая, как медики из Мунго проводили над ним свои исследования, бубня заклинания и размахивая палочками у него перед носом.       Драко взял со стеклянного столика свою волшебную палочку и поднялся с диванчика, подходя к Гарри. Одновременно читая заклинание на латыни он стал водить над головой Гарри волшебной палочкой.       Гарри чувствовал, как магия Драко проверяет каждую его клеточку, выискивая слабые места и выявляя инородную магию, из-за которой пострадал организм.       Гарри смеживает веки, приятное тепло обволакивает, дарит спокойствие, Гарри словно плывёт на мягких волнах, расслабляясь и слегка покачиваясь вперёд и утыкаясь носом в твёрдый живот Драко.       Прежде чем тот успевает возмутиться, Гарри обвивает его за талию и трётся носом о мягкую ткань безрукавки. — Поттер! Ты совсем ополоумел? Драко отскакивает от Гарри, как ошпаренный, хмуря брови и метая молнии глазами.       Гарри даже не находит слов, чтобы как-то объяснить своё поведение. Ему просто было хорошо и обнять в этот момент Драко было своеобразным дополнением к приятным ощущениям. — Может я до сих пор нахожусь под действием проклятия?.. — пожал плечами Гарри, смотря как можно миролюбивее на рассерженного Драко. — А может причина в другом? — спросил Драко, приподняв одну бровь.       Гарри и сам затруднялся ответить, в чём причина его тяги к Драко. Возможно, его приворожили, только так можно объяснить странную реакцию распространяющуюся на Драко. — Я знаю к чему ты клонишь, и не буду с тобой спорить, ведь истинная причина может крыться в другом. — А вот я оспорил бы этот вопрос, потому что из нас двоих именно в тебе проснулась симпатия к человеку своего пола. — Драко — ты неисправимый зануда. Мы так и будем бесконечно спорить и не придём к единому мнению. — Да, Поттер, ты прав. Мы настолько по-разному мыслим, что единого мнения у нас никогда не будет.       В этот момент в спальне материализуется домовой эльф, испуганно прижимая большие уши, в ожидании гнева, за то, что внезапно вторгся и помешал хозяину вести разговор с гостем. — Сэр Драко, где вам организовать ужин — в столовой или же в комнате? — В столовой.       Драко с удовольствием бы выпроводил Гарри восвояси, но правила хорошего тона и чувство благодарности за защиту на суде летом 1998, не позволяют этого сделать и он против воли спрашивает у Гарри: — Поттер, не хочешь ли ты поужинать со мной? — Хочу. А кроме нас никого не будет? — Нет. Родители отправились в Лондон, у них там кое-какие важные дела. — Хорошо, тогда идём ужинать. Гарри улыбнулся и направился к входной двери, берясь за позолоченную ручку. — Поттер, вообще-то я хозяин дома и это моя задача пригласить тебя к столу. — Да какая разница? — Динки, накройте стол на две персоны. — Хорошо, сэр, — произнёс эльф, семеня за хозяином по длинному коридору.       Гарри шагал рядом с Драко и рассматривал древние гобелены, картины в позолоченных рамах, начищенные рыцарские доспехи и магические светильники. — Поттер, а ты не забыл, что ты женат? — спросил Драко, подходя к витиеватой лестнице, с ажурными перилами. — Нет, не забыл. Почему ты спрашиваешь об этом? — Я уверен, твоя жена сбилась с ног, разыскивая тебя. — Я сейчас пошлю ей говорящего Патронуса и скажу, что со мной всё в порядке, я скоро явлюсь домой. — Можешь этого не делать, вчера моя мама отправила ей письмо, в котором указала твоё местоположение и что ты под наблюдением у нашего семейного доктора, а сегодня я отправил ей письмо, написав, что ты ещё восстанавливаешься. — Ничего себе! Драко Малфой проявил человечность и побеспокоился о жене своего школьного врага, — сказал Гарри, обводя взглядом богато обставленную столовую. От мрачного помещения не осталось и следа, теперь это была комната, преимущественно в светлых тонах: с бежевым паркетом, бронзовыми портьерами, белой вышитой тюлью на высоких окнах и кремовой мебелью, обитой атласной тканью.       Камин уютно потрескивал поленьями, расстеленная перед ним шкура неизвестного зверя так и манила присесть перед камином с бокалом изысканного вина из погребов Малфой-мэнора. Гарри даже допускает мысль, что однажды его желание исполнится. — Драко Малфой ещё не на такое способен, — ухмыльнулся Драко, указывая Гарри на стул напротив. — Присаживайся Поттер, приятного аппетита. — Спасибо, — Гарри садится на стул, смахивающий на трон и кладёт льняную салфетку себе на колени, повторяя за Драко, чтобы не выглядеть в его глазах безкультурщиной. — Драко, ну а ты, женат? — Женат. Драко поднимает левую ладонь, демонстрируя вычурное обручальное золотое кольцо с мелкими камушками по всей окружности. — И как долго? — Я женился через год после… окончания школы. — Понятно. Я тоже.       Тема женитьбы не особо нравилась Гарри, было бы лучше её и вовсе не обсуждать. С ним действительно что-то было не так, раз он ни разу не подумал о своей жене и детях, находясь рядом с Драко. Наличие семьи воспринималось иначе, домой не тянуло, единственным желанием в данную минуту было остаться с Драко.        Драко ел молча, аккуратно накалывая кусочки рыбы на серебряную вилку и отправлял в рот, смотря в свою тарелку, Гарри же так и распирало от вопросов, которые крутились у него в голове от избытка эмоций, что он находится в Малфой-мэноре, ужинает с Драко и в общем-то неплохо с ним общается. — Драко, а почему ты играл за французов? Драко коротко взглянул на Гарри, поднося бокал с рубиновым вином к губам, делая глоток и ответил: — Во-первых, я предположил, что за Англию выступишь ты, и не ошибся, во-вторых — моё постоянное проживание на территории Франции, поэтому меня пригласили французы для участия в матче. — То есть, если бы они тебя не пригласили, ты бы не вызвался сам поучаствовать в соревновании? — Организаторы опередили меня, пригласив до объявления о проведении матча в газетах. — Вон как. А я самостоятельно вызвался поучаствовать, ну не без пинка Рона, конечно, — Гарри улыбается, глядя как ухмыляется Драко, наверняка подумал, что он и шагу не может ступить без своих школьных дружков. — Жаль, наше противостояние закончилось ничьей, такой матч сорвался. — Хорошо, что обошлось без жертв, — замечает Драко, отставляя пустую тарелку и принимаясь за десерт. Гарри тоже успел поесть и насытиться довольно-таки небольшими порциями. — Интересно, что же репортёры нацарапали в своих лживых газетёнках? — спрашивает Гарри, пробуя воздушное сливочное суфле. — Ну если ты не сболтнул лишнего, то всё будет нормально, наша репутация не пострадает. — Я не говорил ничего такого, что вызвало бы море ненужных вопросов и предположений. — Вот и славно, — Драко вытирает губы льняной вышитой салфеткой и поднимается со стула. — Поттер, я вижу ты уже поужинал, тогда идём я провожу тебя к гостевому камину. — Да, спасибо.       Гарри двинулся вслед за хозяином особняка, который привёл его в уютную гостиную, также в светлых тонах, как и все помещения мэнора. — Драко, значит ты вернёшься во Францию? — Да, завтра. — А почему ты переехал из Англии? — Потому что моей жене и сыну не подходит здешний климат. — Чем ты там занимаешься? — Поттер, какое тебе дело до моей жизни?! — Драко стал терять терпение, Поттер раздражал его своим неуёмным любопытством. — Да так, просто интересно. Гарри понял, что хорошее отношение Драко, это всего лишь показуха, чтобы выглядеть идеальным во всём. — Шагай уже в камин и всего тебе самого наилучшего. Гарри с Драко останавливаются около камина и Поттер берёт в ладонь горсть летучего пороха из позолоченной пиалы. — Чем ты сейчас будешь заниматься? — Спать лягу, что-то у меня глаза слипаются, наверное, ещё не до конца пришёл в норму, или же потратил много энергии. — Ладно, отдыхай.       Гарри скользит взглядом по лицу Драко, запоминая его совсем другим, настоящего аристократа с отточенными манерами и безупречным внешним видом.       Шагнув в камин, Гарри произносит свой адрес смотря прямо в серые глаза Драко и совсем не желая с ним расставаться. Но зелёное пламя поглощает его с ног до головы и Гарри переносится к себе домой, в особняк Блэков, выходя из камина и очищая себя от сажи.       В гостиной, кроме Кикимера, убирающего детские игрушки в большую плетёную корзину, никого из домочадцев не было, что было к лучшему для Гарри, потому что он чувствовал себя чужим в своём доме, словно его подменили.       Ощущения были странными и двоякими и поговорить даже не с кем было по этому поводу, разве что со своим домовым эльфом. — Господин вернулся домой живой и невредимый! Хвала небесам! Запричитал Кикимер, ставя полную корзину в угол около камина. — И я рад тебя видеть, Кикимер. — Ужин ещё горячий, миссис Поттер с детьми только что отужинали, сейчас накрою стол для вас. — Нет-нет, Кикимер, я не голоден, — эльф понимающе на него посмотрел, коротко кивнув. — Со мной кое-что случилось, на матче, и теперь я не нахожу покой, я словно потерял часть себя, — произнёс Гарри упавшим голосом, надеясь, что Кикимер чем-нибудь взбодрит его. Кикимер молчал несколько секунд, смотря на оранжевое пламя в камине, очевидно раздумывая над словами Гарри. Придя кое к какому умозаключению, эльф заговорил: — Скоро магия рассеется, вы придёте к своему обычному состоянию, но ваше сердце неспокойно и оно будет страдать, пока… — Гарри! Наконец-таки!       Слова Кикимера потонули в радостных криках Альбуса и Джеймса, а также счастливых восклицаниях Джинни, обнимающей Гарри, будто он вернулся с фронта.       Эльф оставляет их одних, медленно бредя к себе в комнату, а Гарри сожалеет, что не расслышал самого главного, всё станет на свои места, пока что-то там не произойдёт, вот только что? — Папа, папа! Мы так ждали тебя! Почему ты так долго спал? Мама сказала, что ты очень устал и спишь, — затараторил четырёхлетний Джеймс, забираясь к отцу на руки. — Ваш папа очень много работает, поэтому ему надо было хорошенько выспаться, чтобы играть со своими мальчиками, — произнёс Гарри, подхватывая на руки и двухлетнего Альбуса, отправляясь вместе с сыновьями на второй этаж, чтобы искупать их в большой ванне. Так уж у них было заведено в семье — Гарри купал детей вместе с Джинни, на радость мальчуганам, да и самим родителям.       Через два часа, когда дети были накупаны, сказки на ночь прочитаны, а сами маленькие сорванцы уложены в свои кроватки и убаюканы под тихие колыбельные песенки, доносящиеся из магловских радионянь, Гарри с Джинни посвятили некоторое время себе.       Поднося к губам сигарету, Гарри делал частые затяжки, выпуская дым в полумрак спальни и направляя его палочкой в приоткрытое окно. Он лежал на спине, рассеянно поглаживая свободной рукой обнажённое плечо своей жены, и был мыслями не совсем с ней. — Гарри, ты не представляешь, как я испугалась вчера за тебя, особенно когда ты убежал в неизвестном направлении, разыскивая Малфоя. Я была уверена на все сто процентов, что тебя заколдовали, иначе как ещё объяснить твоё неадекватное состояние. — Да, так оно и есть — я всё ещё не до конца избавился от проклятия. Я не очень хорошо себя чувствую. — Это скоро пройдёт, милый, ты же у меня самый сильный волшебник и справишься со всеми трудностями.       Джинни приподнялась на локте и поцеловала мужа в губы, Гарри ответил на поцелуй, зарываясь пальцами в медные длинные волосы. Продолжение напрашивалось само собой, но Гарри захотелось выяснить, что же написал Драко в письме к Джинни. Оторвавшись от нежных губ, Гарри задаёт интересующий его вопрос: — Джинни, а что было в письме, адресованном тебе Драко? — Оно было в стиле Малфоев, слишком по-светски, сухо и официально: «Уважаемая миссис Поттер, ваш муж до сих пор находится в Малфой-мэноре, в состоянии глубокого сна. Наш доктор его осмотрел и не нашёл ничего угрожающего его здоровью». А первое письмо было от Нарциссы, она предлагала мне посетить особняк и лично удостовериться, что с тобой всё в порядке. Я так и сделала, переместилась камином в мэнор, а дальше домовой эльф проводил меня в спальню, где я увидела своего мужа лежащего рядом с его недругом. Я хотела переместить тебя домой, но доктор Кельн посоветовал не тревожить тебя и оставить на некоторое время в особняке Малфоев. — И ты решила послушать доктора? — Конечно, ведь твоё здоровье важнее каких-то глупых принципов. — Спасибо, милая. В моём случае, сон — лучшее лекарство.       Гарри повернулся на бок, зевая и надеясь, что его отпустят всякие ненужные мысли, которые не желали его покидать, всё кружа и кружа в голове, пока он не отправился в царство Морфея, засыпая на этот раз крепким здоровым сном.       А Джинни перебирала в голове слова доктора Кельна, когда она заявила, что отлеветирует Гарри домой. На что седовласый доктор сообщил, что её муж, Герой Магической Британии, уважаемый Гарри Поттер, очень слаб и уязвим и в данную минуту прямиком зависит от мистера Малфоя, очень важно, чтобы они были вместе до пробуждения одного из них, так как выстраивается магический баланс.       Джинни посчитала слова доктора бредом, но спорить не стала. Как так, как Гарри может зависеть от Малфоя, от бывшего Пожирателя Смерти?! Малфой абсолютно недостоин даже в одной комнате с ним находиться, а тут такое!       В итоге, вернулась Джинни в особняк Блэков одна, но зато с кучей всякого рода мыслей, из которых была важной одна: Гарри ничего не угрожает, скоро он полностью восстановится и негативные последствия рассеятся. Она не сомневалась в этом, ведь её муж — сам Гарри Поттер, сильнее его, нет волшебника на Земле.