Я мечтаю повернуть время вспять…

      Солнечные лучи летнего солнца проникали в гостиную, заливая золотистым светом просторное помещение, делая его ещё более уютным, по-домашнему спокойным, создавая неповторимый уголок комфорта и семейного благополучия, когда каждый день по-своему интересен и приносит только лишь радость.              Джинни сидела в удобном кресле, приобретённом Блэками в лучшем мебельном салоне Лондона ещё в прошлом веке, и вязала малышке прелестную розовую кофточку, думая заранее о зимних холодах, когда температура в доме понизится до оптимально-стабильной, но не для тех, кто ещё не умеет носиться по дому с этажа на этаж, а будет лежать в колыбельке и ждать своего часа, когда можно будет присоединиться к старшим братьям.       Увидев мужа, вышедшего из камина с похоронным лицом, Джинни медленно поднялась с места и устремилась к нему навстречу. — Гарри, что случилось?!       Стараясь принять более позитивное выражение лица, словно опомнившись, что он дома, что всё закончилось и теперь надо учиться жить без Драко, Гарри обнял жену, не ощущая себя как раньше счастливым от прикосновения к ней.       Ему было мерзко от самого себя, что придётся обманывать Джинни и делать вид, что всё осталось по-прежнему, они любят друг друга и являются образцовой семьёй. — Ничего, уже ничего, — ответил Гарри, отстраняясь от своей некогда любимой женщины. — Командировка в Хогвартс выбила меня из колеи, я вспомнил о войне, о погибших друзьях и в который раз почувствовал себя виновным в их гибели. — Гарри, не говори так! Это не твоя вина, что Волдеморт был одержим властью и твоей смертью.              Гарри посмотрел на жену, на её увлажнившиеся ясные глаза и тысячу раз пожалел, что завёл этот бессмысленный разговор и заставил волноваться Джинни. — Милая, я не хотел тебя волновать. Прости.       Гарри осторожно прижимает Джинни к себе, поглаживая по спине, мысленно ругая себя, что очень неудачно перевёл свою боль в другое русло, на другую тему, которую не стоит касаться. — Так что же всё-таки произошло? Почему ты так сильно похудел? Ты случайно не заболел, дорогой? - Джинни трогает своей ладошкой его лоб, проверяя нет ли жара.       Гарри не нужна сейчас её опека и забота, это совсем не то, что ему сейчас нужно.              Он ощущает, как внутри поднимается глухое раздражение, за то, что Драко так жестоко разорвал их прекрасные отношения, вырвал с корнём их любовь, в приоритете поставив на чашу весов свою семью. Может оно и правильно и по-джентельменски, но Гарри от этого не легче, он хочет сдохнуть здесь и сейчас, потому что без Драко его жизнь будет напоминать жалкое существование, одно сплошное враньё и серость, без ярких красок. — Нет, не заболел. Беготня по школе вымотала меня и как ты знаешь, лестницы любят менять направление, поэтому мне частенько приходилось делать крюк. — Ну теперь ты дома, через недельку-другую придёшь в форму на стряпне Кикимера, — радостно сообщила Джинни, улыбаясь, уже без грусти в глазах. — Это точно.       Гарри тоже попытался улыбнуться, выходило плохо и он отошёл от Джинни к дивану, где лежала крохотная розовая кофточка, немного недоработанная, но очень миленькая.       Почувствовав укол вины, Гарри кладёт вещичку на место и подходит к письменному столу начиная перебирать кипу писем, чтобы хоть как-то отвлечься и перестать думать о несбывшихся надеждах.       Оставив мужа одного, Джинни выходит из гостиной, чтобы распорядиться насчёт ланча и чая с мелиссой, по её мнению, так необходимого Гарри.       Одним резким движением смахнув письма на пол, Гарри не может сдержать неконтролируемую злость и сжигает разбросанные бумаги невербальным заклинанием, не вынимая палочки из кармана мантии.       В данный момент ему глубоко плевать от кого эта почта и каково её содержание. — Нет, я не могу тебя так просто отпустить, Драко… Не для этого нас снова свела судьба… — шептал Гарри будто находясь в бреду, в горячке, быстро поднимаясь по ступеням на третий этаж в комнату к Сириусу.       Там он ищет в персональной библиотеке крёстного, хоть какое-нибудь маленькое упоминание о том, как можно изменить свою судьбу и вернуться в прошлое, раскрывая тяжёлые фолианты и пробегая глазами по оглавлению, надеясь увидеть упоминания о каком-нибудь способе перемещения во времени.       Он отбрасывает книгу за книгой, пока не натыкается на искомое, но ничего полезного в тексте не находит, кроме как упоминание об известном Гарри маховике времени. К сожалению, он не подходил и не мог отбросить Гарри на десять или более лет назад, поэтому надо искать другой вариант. — Гарри, вот ты где, — в спальню вошла Джинни и Гарри поспешно захлопнул книгу, ставя её на место. — Кикимер сказал, что ты здесь. — Да, я искал кое-что. Но это уже неважно. — Гарри, идём вниз, в столовую. Кикимер накрыл стол для ланча. Джинни чувствовала, что с мужем что-то не так, он сильно изменился, побывав длительное время в Хогвартсе. — Да, конечно.       Спускаясь по лестнице на первый этаж вместе с Джинни, Гарри был словно на перепутье — надо было выбрать одно из двух: либо продолжать жить как и раньше, либо не отступаться от Драко, сделав всё возможное ради их совместного будущего.       Испытывая тоску и чёрную безнадёжность, что это конец, что ему никогда не быть с любимым, Гарри склонялся ко второму варианту, теша себя надеждой на вероятное счастье.       Проклятье! Он мыслил как подонок и от этого становилось ещё паршивее на душе, как будто он нарушал закон и действовал вразрез со своей совестью. Впрочем, так оно и было: Гарри нарушил брачные клятвы и предал Джинни, на этом пепелище примерного семьянина выросла любовь к Драко, чувство настолько сильное и крепкое, что можно было не надеяться будто оно испарится как роса под солнцем.              Несмотря на это, вполуха слушая Джинни, рассказывающую о проделках детей, Гарри решил последовать совету Драко и просто жить своей жизнью, сохранив в сердце все чудесные дни проведённые в Хогвартсе, как одно из лучших воспоминаний в жизни. Слишком сложно сейчас было решиться на ответственный шаг, слишком зыбким было душевное равновесие, нужна была холодная голова и время, и тогда верное решение обязательно найдётся.

***

      На следующий день, придя утром на работу в Министерство магии, Гарри предупреждает своего секретаря, миссис Стоун, чтобы та без всяких проволочек разрешала мистеру Малфою входить в его кабинет, независимо от того, есть у него посетители или нет.              Миссис Стоун как всегда недовольно поджимала губы и хмурила брови, ведь просьба начальника никак не вписывалась в установленные порядки и выходила за всякие допустимые рамки, но спорить с начальством и настаивать на своём было недопустимо, поэтому миссис Стоун отметила мистера Малфоя в Книге ежедневных посещений, как важное лицо номер два, после министра Магии, разумеется.       Работа помогала отвлечься, но грусть и беспросветная печаль впивались в его сердце стальными когтями, заставляя помнить о Драко, даже будучи загруженным по самое горло.       Через три недели пустого проживания и ожидания, что дальше будет легче, Гарри аппарирует в Косой переулок прямо к зельеведческой лавке Драко. Джинни попросила его купить кое-какие зелья для беременных, вот Гарри и выбрал его лавку, для приобретения своих покупок.              Добротная дверь из чёрного дерева не была опечатана и окна не были заколочены как в последний его визит.       Радость и надежда затапливают Гарри с головой, ведь вполне возможно, по счастливой случайности, он встретится здесь с Драко.              Отворив дверь, Гарри входит в помещение, пропахшее всевозможными лечебными ингредиентами и травами, напоминая о кабинете Зельеварения и школе.       За стойкой, Гарри видит молодого продавца очень похожего на Драко, будто тот приходился ему братом-близнецом. — Добрый день, сэр! Чем я могу вам помочь? — любезно спросил молодой человек, приветливо улыбаясь и излучая позитив. — Добрый день. Мне нужны вот эти зелья. Гарри подал ему список написанный врачом Джинни, в открытую разглядывая его светлые волосы и симпатичное лицо. — Одну минуту. Продавец отворачивается от Гарри к полкам, заставленными разнообразными снадобьями и живо находит необходимые, выставляя их на банкетку. — Вы так похожи на Драко Малфоя. Кем вы ему приходитесь? — Я его двоюродный брат — Фиделис Малфой, сын его младшего дядюшки из Франции. После окончания Колледжа волшебных искусств, Драко любезно пригласил меня управляющим в его аптеку, — не без гордости сообщил молодой человек. — Вот как. А сам Драко, часто появляется здесь? — Нет. Он не был в Англии уже три недели и насколько я понял, он не появится здесь ещё долго — он собирается отправиться с семьёй в вояж по странам Европы, это займёт у него порядка месяца. — Что ж, благодарю за информацию, передавайте Драко от меня наилучшие пожелания. — Хорошо, сэр, непременно.              Фиделис улыбается, гордясь, что некоторые члены его семьи знакомы с самим Героем Магической Британии. Гарри расплачивается за покупки и выходит из аптеки, испытывая лёгкую грусть и разочарование. У Драко всё замечательно, он держит слово и посвящает время семье, вон, даже отправляется в длительное путешествие.       Скоро и Гарри ещё сильнее привяжется к своей семье с рождением дочери. Может именно тогда он перестанет тосковать по человеку, которого любил всем сердцем, с которым был необычайно счастлив и взаимно любим.

***

      В канун Рождества, семья Поттеров гостила в доме у родителей, проводя время с представителями семьи Уизли-Грейнджер.             Обсуждался благотворительный вечер, традиционно проводимый перед Новым Годом, для волшебников, потерявших своих родных и близких в страшные времена Первой и Второй Магических Войн.        — Там будет хуже, чем на похоронах, так что, я пас, — развёл руками Рон. — Рон, ты не можешь оставить меня одну и проигнорировать это мероприятие, — строго отчитала мужа Гермиона. — Герм, никто не заставляет тебя идти одной, ты тоже можешь пропустить эту скукоту. — Как ты не понимаешь?! Я не могу не пойти, я буду выступать с речью об убитых волшебниках, которые сражались за Хогвартс! — произнесла Гермиона, повысив голос. — Если честно, то я устал каждый год выслушивать соболезнования на этом долбаном благотворительном вечере! Так что, в этот раз я остаюсь дома с детьми! — Рон, ты не прав, семья Уизли обязана там присутствовать, так как… — Гермиона прекрати!              Вспылив, Рон вскочил с дивана, подойдя к камину, на котором были расставлены колдографии Фреда с самого рождения и до последнего года его короткой жизни. Его не вернуть глупыми ежегодными словами, произносимыми министерскими служащими. Только их семья по-настоящему знает, каково это хоронить любимого сына и брата, на момент смерти исполнившемуся всего двадцать лет. — Ну а ты Гарри, что скажешь? — спросила Гермиона немного недовольным голосом, особо не надеясь, что и друг ответит положительно. — Я пойду на благотворительный вечер. — Что?! Гарри, ты ведь всегда обходил стороной такие мероприятия, не вынося назойливых журналистов, — возмутился Рон услышав ответ друга. — Гермиона права, кто-то из нашей семьи обязан присутствовать на благотворительном вечере. — Спасибо, Гарри, но тебе совсем не обязательно идти туда через силу, тем более в этом году, — произнесла с нажимом Гермиона, бросив быстрый взгляд на Рона. — Я думаю, Джинни поймёт меня и отпустит на вечер, — Гарри повернулся к супруге, одаривая её ласковым взглядом. — И я иду на благотворительный вечер вовсе не через силу, а по своей инициативе. — Гарри, конечно, я не могу препятствовать тебе, и я также «за». Мы с малышкой будем ждать твоего возвращения и свежих новостей из волшебного мира, ведь там соберутся все сливки Магического сообщества. — Ну всё, решено. Гарри, мы встречаемся с тобой ровно в восемнадцать тридцать у главного входа в Министерство Магии. — Хорошо, Гермиона.       Гарри салютует подруге бокалом с виски и допивает жидкость до дна. Он не питает ложных надежд, он просто живёт настоящим, проживает свою жизнь, как должен, и исполняет свой гражданский долг.

***

      В зале для особых торжеств Министерства Магии было полно народу, от самых простых волшебников, не имеющих отличительных высоких рангов, до самого министра Магии Кингсли Шеклболта. — Гарри, Гермиона! Рад вас видеть и надеюсь услышать с коротенькой речью, — министр сложил руки в просящем жесте, переводя взгляд с Гарри на Гермиону, — пожалуйста, друзья. — Министр Шеклболт, ты можешь полностью на нас рассчитывать, — произнесла Гермиона, беря Гарри под руку. — Спасибо. Вы отдыхайте, а я должен поприветствовать других гостей, — Кингсли улыбается белозубой улыбкой и отходит от друзей к новоприбывшим волшебникам.       Стоя почти в центре зала, Гарри с Гермионой дожидаются официальной части, когда мероприятие вступит в полную силу после обращения министра Магии ко всем присутствующим. Тогда настанет их черёд выступать с речью, не с заранее приготовленной, а идущей из самого сердца, где живёт память о погибших родных и близких.       Спустя полчаса, когда доходит очередь до Гарри занимать место за высокой трибуной и говорить, он замечает в разношёрстной толпе волшебников, Драко. Он был не один, рядом с ним стояла его жена Астория, красивая стройная шатенка в длинном чёрном платье и тёмно-синей мантии.              Собравшись с мыслями, Гарри всходит на пьедестал и начинает свою речь обводя взглядом присутствующих и останавливаясь на Драко. Тот тоже смотрит на Гарри, время от времени поднося к губам бокал с шампанским и мечтая дотронуться до любимого хотя бы на пять секунд.       Чувства к Поттеру не уменьшились ни на йоту, за эти долгие пять месяцев, Драко просто запрятал их подальше в сердце и заставлял себя жить, как того требовали обстоятельства.       Сойдя с трибуны, Гарри начинает перебирать в голове варианты разговора с Драко наедине. Собираясь на благотворительный вечер, Гарри не был охвачен идеей встретиться здесь с Драко, но раз уж судьба сама подкинула такой шанс, почему бы им не воспользоваться, спросив Драко любит ли он его ещё или же нет.

***

      Драко буквально кожей осязал на себе пристальный взгляд Гарри. Тот делал вид, что внимательно слушает свою подружку Грейнджер, на самом деле наблюдал за ним, взглядом говоря, как он неравнодушен к нему и жаждет остаться с ним наедине.       Извинившись перед Асторией, Драко оставляет её в компании знакомых, а сам отправляется вон из зала, сворачивая в полутёмные коридоры к уборным.       Зайдя в помещение туалета с изумрудной плиткой и сверкающими раковинами, Драко открывает кран и плещет на горящие щёки холодную воду, ловя своё отражение в зеркале.       Секунда, другая, третья… открывается входная дверь и также резко захлопывается запирающим заклинанием, и для Драко всё становится сном наяву, прекрасным сном, где он снова чувствует мягкие губы на своих губах, нетерпеливые пальцы, зарывающиеся в его волосы, слышит любимый запах и, наконец, смотрит в яркие зелёные глаза, прижимая к себе не менее крепко человека, о котором не забывал ни дня. — Только не говори мне, что ты не соскучился также, как и я, — выдыхает Гарри, утыкаясь лбом в лоб Драко и прикрывая глаза от переполнявших его эмоций. — Я и не спорю, что скучал по тебе. — Ты здесь из-за меня? — Отчасти. Я получаю каждый год приглашение от министра на благотворительный вечер, не всегда имея возможность присутствовать. В этом году я отставил все имеющиеся дела и вот я здесь. — Ты ещё любишь меня? - Гарри проходится губами по скулам, спускаясь на шею, оставляя на ней влажные следя от поцелуев. — Да, - еле слышно говорит Драко, наслаждаясь прикосновениями Гарри. — Так какого дементора мы не вместе, Драко? Давай разведёмся, прошу тебя… Гарри немного отстраняется, чтобы видеть его глаза, но Драко опускает взгляд, и как же Гарри ненавидит, когда он так делает! — Ты же знаешь, что мы не можем быть вместе. — Я устал каждый день врать Джинни! Думать и мечтать об одном человеке, а жить с другим! Пять месяцев прошло, но ничего не поменялось, я по-прежнему люблю тебя.       Гарри запустил пятерню в волосы, ероша уложенные пряди, а потом ослабляя узел галстука, так как ком в горле мешал нормально дышать и говорить.       Прикрыв на секунду глаза, Драко глубоко вздыхает и смотрит на Гарри серьёзным прямым взглядом, одной рукой обнимая его за талию, а другой обхватывая его лицо. — Поттер, как бы ни было, мы должны сохранить наши семьи, ты только подумай что будет, если мы разведёмся! — Да пошло оно всё! Ты просто боишься шумихи вокруг своего имени, боишься испортить отношения со своими родственниками… — Нет! — Да, Драко. Теперь мне всё понятно, что на самом деле тобою движет!       Взмахнув рукой, Гарри дезактивирует заклинание и отходит от Драко, оставляя его одного с круговоротом беспорядочных мыслей. Велико было желание наплевать на всё и пойти вслед за Гарри, быть с ним счастливым, но врождённая правильность и голос совести не дают сделать такой безрассудный шаг.

***

      После благотворительного вечера, Гарри не оставляет мысль, что нужно действовать, нужно, наконец, решиться и сделать первый шаг навстречу будущему со своим любимым человеком.              Прожив немало лет, Гарри совершенно не владел информацией о магических разводах. Может таковые вообще не практиковались в волшебном мире или же он был не осведомлён о таких неприятных моментах, в общем, спросить было не у кого, дабы не вызвать подозрений, так что пришлось полагаться на себя и однажды ему удалось выйти на нужный след.              Как-то просматривая «Ежедневный пророк» на работе, Гарри натыкается на рекламное объявление на самой последней странице печатного издания.       Некий волшебник, сэр Франсуа Боне, предлагал услуги по расторжению магического брака, в своём бюро «Феникс», расположенном на старом добром Косом переулке.              Уйдя с работы на час раньше, Гарри доезжает на метро до «Дырявого котла» и оттуда выходит на «Косой переулок», шагая твёрдым шагом по вымощенному брусчаткой тротуару к «Бюро расторжения магических браков».       Найдя нужную вывеску, Гарри открывает тёмно-коричневую дверь и входит внутрь помещения, ничем не отличающегося от магловского: шкаф со стопками бумажных папок, печатная машинка на небольшом прямоугольном столе, письменные принадлежности, раскидистое растение и два мягких кресла для посетителей.        — Добрый день. Мне нужен сэр Франсуа Боне, — обратился Гарри к мужчине средних лет, сидящему на стуле с высокой спинкой, за прямоугольным столом из красного дерева и перебирающего какие-то документы. — Добрый, добрый. Это я! Чем могу быть полезен? — Я хочу развестись со своей женой. — Да… собственно, за этим ко мне и приходят, — принял деловитое выражение лица Боне, указывая посетителю на свободное кресло. — Сейчас мы с вами заполним кое-какие бумаги, а в следующий ваш визит вы придёте ко мне со своей супругой. Мы проведём обряд расторжения и вы начнёте новую жизнь врозь. — Знаете, я не очень уверен, что расторжение брака — это простой процесс. К тому же между волшебниками. — Пф! А волшебники не люди, что ли? Всякое случается, и развод между волшебниками не исключение. Наше поколение весьма преуспело в этом деле: мой прапрадед основал это бюро в далёком 1850 году. По сей день, у меня немало клиентов, жаждущих начать жизнь с нового листа, соединить сердца со своей любовью юности или же новой любовью. Неважно, главное, всё законно и вам не о чем волноваться. — Хорошо, тогда приступим к заполнению необходимых бумаг. — Как скажете, сэр.                     В этот же вечер, придя домой после посещения бюро, Гарри набирается смелости и решительности и заводит разговор с Джинни, попросив Кикимера занять детей на некоторое время.       Гарри чувствовал себя ужасно, он осознанно делал больно женщине, которая родила ему троих детей, женщине, с которой он пережил много всего и хорошего и плохого. Он поставил крест на своём браке и перечеркнул все годы совместной жизни, разбил Джинни сердце и чудовищно предал.              Джинни, не ожидавшая ножа в спину от любимого мужа не могла поверить, что это правда, что Гарри бросает её, влюбившись в какого-то неизвестного человека, имя которого он категорически отказывается называть.       Не в силах вытерпеть ужасную душевную боль, Джинни переносится камином в дом своих родителей, выплёскивая на них своё горе.       В общем, за один вечер, Гарри возненавидело всё семейство Уизли. Новость о разводе докатилась и до Рона, который был краток как никто другой — он затеял драку с Гарри, разбив ему лицо и не желая останавливаться на этом, бросаясь на своего бывшего друга, но безрезультатно, из-за защиты Кикимером своего хозяина.              После словесных и телесных оскорблений, начинается переезд Джинни и детей в «Нору». Она ни минуты не может находиться с предателем в одном доме и спешно пакует многочисленные вещи детей и свои в том числе, с помощью миссис Уизли.       Этот немыслимо тяжёлый день заканчивается за полночь, Гарри остаётся один в огромном доме, в холодной постели с сигаретой в зубах и мыслями о Драко. Это пожалуй единственное, что могло сейчас поднять ему настроение и вселить надежду на счастливое будущее.       Развод Гарри и Джинни состоялся не через месяц, как было оговорено с мистером Боне, а гораздо раньше — всего через неделю после драматичных событий.              Не откладывая ни минуты, Гарри аппарирует портключом в Париж, останавливаясь прямо перед домом Драко, разузнав его домашний адрес через некоторые полезные связи в Министерстве.       Взявшись за серебряное кольцо на дверной ручке, Гарри несколько раз стучит в дверь, дожидаясь реакции на своё появление. Через несколько секунд дверь открывается и на пороге появляется домовой эльф. — Сэр Гарри, хозяин примет вас в своём кабинете. Идите за мной.       Гарри следует за маленьким существом, рассматривая внутреннее убранство особняка. Где живёт Драко, там всегда присутствует роскошь, даже некая вычурность, присущая королевскому дворцу, отголоски прошлых эпох и стилей.       Эльф останавливается около дверей кабинета и щёлкает пальцами, открывая створку. Гарри входит в образовавшийся проём и видит перед собой хозяина дома, стоящего у окна, засунув руки в карманы серых брюк, слишком собранного, натянутого, как струна и не настроенного на радушный приём. — Поттер! Это уже слишком! Зачем ты явился в мой дом? — Чтобы показать тебе это.       Гарри подходит ближе и протягивает Драко свиток о расторжении своего брака.       Развернув свиток, Драко молча ознакамливается с его содержимым, поднимая на Гарри серые серьёзные глаза. — Ты что натворил? Ты же разрушил свою жизнь. — Да, чтобы начать новую жизнь с тобой, — Гарри подходит вплотную к Драко, обвивая его одной рукой за талию и вглядываясь в его грустные глаза. — Пожалуйста, Драко, сделай тоже самое, отбрось все сомнения и сделай нас счастливыми. — Я не могу, Поттер. Я не смогу этого сделать.              Поменявшись в лице, Гарри отходит от Драко, горько усмехаясь и делая несколько шагов назад, разочарованно качая головой. — Какой же ты всё-таки трус! Прожить всю жизнь воспоминаниями и не попытаться воплотить мечты в реальность? Ты этого хочешь?! — Прости, но мне больше нечего добавить, — ровным голосом произнёс Драко, сжав губы. — Да пошёл ты! Счастливо оставаться в своём мнимом идеальном мирке! — Уходи из моего дома! — Я-то уйду, но пройдут годы и ты обо всём пожалеешь, но будет уже поздно, потому что я не собираюсь оставаться один, не ты, так кто-нибудь другой займёт своё место в моём сердце, потому что я свободен от предрассудков и мне неважно мнение окружающих!       Завершив свою пылкую речь, Гарри покидает кабинет, быстрым шагом направляясь на выход из особняка.       Внутри растекалась жгучая обида, от того, что ты со всей душой к человеку, делаешь всё, чтобы быть с ним, а он стоит на своём, ставя под сомнение свою любовь.              Переместившись обратно в Англию, на набережную Темзы, и побродив по Тауэрскому мосту, немного остудив голову, Гарри допускает мысль, что требует от Драко слишком многого, можно сказать, невозможного.       Драко не бросится сломя голову в Бюро разводов, рушить свою устоявшуюся идеальную жизнь, по всей вероятности, он никогда такого не сделает.