Я мечтаю повернуть время вспять…

      Часть 1

             Завершив ещё один длинный нудный день, Гарри собирается покинуть рабочий кабинет, но не успевает — слышится негромкий стук и в помещение входит министр Шеклболт. — Гарри, извини, я не отниму у тебя много времени, — начал Кингсли. — Всё в порядке, я не тороплюсь. — Хорошо, — министр делает несколько шагов вперёд, останавливаясь посреди кабинета, пару секунд смотря на Гарри, подмечая слишком усталый вид и печальные глаза. — Ко мне только что поступило срочное сообщение — по всей Англии бесчинствует неизвестный маг-легилимент, который крадёт у людей важные тайные воспоминания, а потом шантажирует, заставляя исполнять его самые разнообразные желания, вплоть до причинения тяжкого вреда другим людям. Так что, будь осторожен, Гарри, держи своё сознание закрытым от постороннего вмешательства. — Хорошо, Кингсли, спасибо за предупреждение.              Гарри собирается пройти мимо, но министр останавливает его дотронувшись до плеча. — Гарри, как ты вообще? Не хочешь вернуть свою семью? — в тёмных глазах было столько сочувствия, что Гарри не сдержался и ответил немного резко, несомненно обидев Кингсли. — Со мной всё нормально! Умирать не собираюсь и возвращаться к Джинни тоже. Наши с ней дороги разошлись месяц назад, нас ничего не связывает, кроме общих детей. — Я понял тебя, Гарри, — министр вздохнул, очень сопереживая семейному разладу своего друга и надеялся на его благоразумие, что он всё же одумается, — не смею тебя задерживать, удачных выходных. — Спасибо, Кингсли, и тебе хороших выходных.       Идти в пустой дом нет никакого желания и поэтому уже которую неделю подряд с наступлением выходных, Гарри аппарировал в магловский центр Лондона, заходил в первое попавшееся заведение типа кафе-бара и проводил там время до самой полуночи, потягивая крепкие напитки и дымя сигаретами, просматривая совместные и одиночные колдографии с Драко, запечатлённые в счастливейший для них обоих период.              Сегодняшний вечер не был исключением, Гарри выбрал фешенебельный ресторан и решил там скоротать свободное время в самом дальнем углу зала, расположившись на удобном кожаном диване.       Приятная музыка расслабляла, ненавязчиво окутывая бархатным звучанием голоса сопрано молодой девушки, поющей лирическую песню о несчастной любви.       Такая обстановка способствовала острому ощущению одиночества и тоски, а также возникновению в памяти прекрасных моментов проведённых в обществе любимого человека.       Гарри запретил себе углубляться мыслями в тот счастливый промежуток времени, намереваясь провести вечер без лишней сентиментальности и ненужных грёз.

***

      Месяц, целый месяц, проклятая бумажка не давала Драко покоя. После ухода Поттера в тот злополучный день, когда он заявился к нему домой, Драко остался один на один с противоречиями и муками совести, разрываясь между колоссально трудным выбором.       Никогда прежде он не был в такой спорной ситуации, даже во времена господствования Тёмного Лорда, хоть тогда и было тяжело морально, у Драко была поддержка семьи и мнимые идеалы, созданные на основе всеобщей неприязни к нечистокровным волшебникам.              В настоящее время, ему надо было принимать решение — продолжать жить, тщательно делая счастливый семейный вид, игнорируя дикую тоску по любимому человеку, либо окунуться в омут с головой отбросив все сомнения и страхи.       Собственно, он свой выбор сделал ещё год назад, зимой, заглушив возникшие чувства к Поттеру, на треклятом Любительском турнире. После него, Драко намеревался избегать Героя, но просьба Макгонагалл приехать в Хогвартс выбила его из колеи, сразу поползли мысли: «а вдруг Поттер тоже приедет в школу?», «испытывает ли он ещё ко мне симпатию?», «если он будет там, то как мне с ним себя вести?».       Впоследствии, их обоюдное желание и запретная страсть переросли в любовь, от которой не так-то просто было освободиться. Но Драко как-то справлялся всё это время, до того момента пока Поттер не сунул ему под нос свидетельство о своём разводе!              И, вот, он стоит перед дверью с золотой табличкой, не решаясь взяться за бронзовую ручку, но слова Поттера о том, что он трус, подстёгивают Драко и он, наконец, отворяет дверь в помещение.

***

      Бракоразводный процесс, продолжительностью в полтора месяца завершён и теперь у Драко в руках точно такой же пергамент как у Поттера, гласящий, что он свободный человек, без семейных обязательств.       Нет, конечно же он не перестанет видеться с сыном и будет навещать его при первой же возможности и как можно чаще, но вот с Асторией отношения испорчены напрочь. Мерзавец, наглец, эгоист, легкомысленный тип и ещё много разных названий дала ему бывшая жена, когда он завёл разговор о разводе.              Даже не верится, что всё это позади, теперь он может попытаться наладить отношения с Гарри, если тот ещё свободен. А вот этот нюанс нужно было срочно выяснить и прибрать своё счастье к своим рукам.       На лицо наползла улыбка, когда Драко представил лицо Поттера, при виде Драко Малфоя у себя дома, да к тому же ещё и разведённого.              Драко так глубоко задумался о своей новой предполагаемой жизни, покидая бюро магических разводов и шагая по вымощенному брусчаткой тротуару, что вторжение в его память было настолько спонтанным, что он не успел выставить защитный барьер и подвергся хищению самых потаённых воспоминаний. — Поверить не могу! Неужели между тобой и Поттером настолько всё серьёзно?!       Насмешливый голос раздался совсем рядом и Драко резко обернулся, отнимая руки от головы в которой стучали невидимые молоточки от неожиданной легилименции. — Кто вы? Драко рассматривал темноволосого незнакомца, лет тридцати и не припоминал, где бы он мог его видеть. — Чарльз Адамс, к вашим услугам, сэр, — ответил насмешливо мужчина, прожигая Драко тяжёлым взглядом. — Что вам от меня нужно? — Драко тоже сверлил незнакомца взглядом, полного надменности и высокомерия. — Не здесь, Малфой, идём в паб Диккенса, там и потолкуем.       Драко хотел было послать его к дементорам и пойти своей дорогой, но передумал — если этот проходимец украл его воспоминания, то дело плохо.       Драко молча последовал за Адамсом, ясно ощущая себя в ловушке. Только этого ещё не хватало, когда он собрался начать беззаботную и радостную жизнь. — Ну что, не буду тебя томить и скажу всё как есть, — начал разговор Адамс, когда они с Драко заняли дальний столик у окна, зайдя в полутёмное, скорее даже мрачное, помещение паба. — Я подсмотрел несколько твоих тайных воспоминаний, Малфой, твои жаркие ночки с Национальным героем… — Обливейт! — выкрикнул Драко нацеливая палочку на Адамаса, но тот даже ухом не повёл, только лишь подло ухмыльнулся. — У меня есть уникальный дар с которым я родился — на меня не действуют такие заклинания как «обливейт» и «легилименс». Моё сознание надёжно заблокировано и тебе не удастся стереть свои же воспоминания из моей памяти. Удивительно, но только я сам могу воздействовать на свою память.              Драко слушал его крепко стиснув зубы и соображая как выбраться из этой передряги. Если он кинется на него с любым заклинанием причиняющим вред, то его могут наказать авроры за нарушение правил, вплоть до отправки в Азкабан, ведь после суда, Малфоев ограничили в применении магии, в частности, в использовании её в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью людей.       В данную минуту Драко было плевать на всё, лишь бы выкрутиться из лап проходимца. — Подонок! Ты пожалеешь, что связался со мной! — зло процедил Драко, стараясь не привлекать к себе ненужного внимания — на них и так стали коситься редкие посетители, стоило им только пересечь порог паба. — Ну, ну, не горячись, Малфой. Сделаешь для меня кое-какую работёнку и ты свободен. Значит так… — Я не стану ничего для тебя делать, — перебил наглеца Драко. — Станешь, если не хочешь широкой огласки своей тайной интимной жизни, — Адамс похабно оскалился, довольный своим превосходством и эффектом от произнесённых слов. — Устрани любым способом министра Магии и можешь не беспокоиться насчёт своих прекрасных воспоминаний. — Что значит: «устрани»? — раздражённо произнёс Драко. — Убей его, — зловещим шёпотом проговорил Адамс. — Я не убийца! Найди кого-нибудь другого. — О-о-о, у тебя всё ещё впереди, если не хочешь прославиться на весь Магический мир, а также сделать ещё более известным своего дружка. Все газеты мира будут трубить на первых страницах о вашей любовной связи! Как тебе такой вариант?! А? — Зачем нужно убивать министра? — А вот это тебя уже не касается, Малфой. Просто иди и сделай, так как я говорю. — Где гарантии, что ты не блефуешь? — Мы заключим с тобой магический договор на непрекословное выполнение обязательств, как с моей, так и с твоей стороны.       Драко нахмурил брови, вовсе не желая заключать сомнительное пари. — Доверься мне, Драко, — сказал мягким голосом Адамс, протягивая свою ладонь Драко, тот нехотя дотрагивается до неё и в эту же секунду золотистые нити опутывают запястья обоих. — Ну вот и всё, ты получил свою страховку, - сказал Адамс, поднимаясь со стула и пристально глядя на Драко. — Я даю тебе два часа на выполнение задания. По истечении срока, встретимся на этом же самом месте, я проверю как ты справился с заданием, смотри не опоздай, Драко, и не глупи - не вздумай кидаться под защиту к Поттеру, он тебе ничем не поможет. Время пошло.       Драко снова почувствовал вторжение в свой мозг и как бы он не сопротивлялся прилагая максимум усилий, его защитный барьер был для легилимента словно тоненькая паутинка.       Когда головная боль немного утихает, Драко открывает глаза, потирая виски пальцами, судорожно соображая как ему поступить и есть ли способ избежать невинных жертв.       Мерзавец стёр почти весь их разговор, оставив только важное задание для Драко и что последует в случае неповиновения.              Бежать за помощью к Поттеру нет смысла, слишком велик риск разоблачения, слишком мало времени на раздумья, сомнения и страхи, надо действовать, пусть даже не получится убить министра, надо сделать хотя бы попытку.       Выйдя из забегаловки, Драко аппарирует на улицу Уайтхолл, намереваясь попасть в Министерство Магии и совершить ещё одно покушение на жизнь.       В Атриуме, Драко регистрируется у дежурного волшебника, объясняя цель визита — якобы к Гарри Поттеру по неотложному вопросу. Постовой пропускает его без лишних вопросов, даже палочку не проверяет, спешно занося данные в журнал посещений.       Был конец рабочего дня, поэтому на Драко мало кто обращает внимание в толпе спешащих по своим делам служащих Министерства. Это преимущество даёт ему возможность затеряться в гуще волшебников и занять лифт на первый уровень, набрасывая на себя чары маскировки внешности.              Кабинет министра располагался в начале коридора и попасть в него можно было только сказав кодовое слово. Драко вспомнил, как Поттер однажды проговорился в один из вечеров их безграничного счастья, когда у них речь зашла о школьных паролях в их учебное время, произнося самые запоминающиеся и вместе с Драко посмеиваясь над их порой нелепым звучанием, вот тогда-то Драко и узнал, что у министра Магии не лучше пароль — хвост кентавра.       Зелёная лампочка над дверью сигнализировала о присутствии министра в кабинете, что ещё сильнее усилило сердцебиение, а когда дверь отворилась от произнесённого пароля, то Драко почувствовал удары сердца у себя в голове.              Взмах палочкой — и в министра Шеклболта летит первое заклинание - Сектумсемпра, которое отражается невербальным Кингсли, мгновенно принявшим оборонительную позицию, встав со стула и пытаясь обезвредить неизвестного мага, проникшего в его кабинет.       Между ними завязывается схватка, в ходе которой Драко удаётся ранить министра режущим заклинанием прямо в грудную клетку, надеясь на задворках сознания, что Шеклболт всё же останется жив.       Кингсли также весьма успешно, несмотря на ранение, атакует Драко достигая цели и раня своего оппонента в плечо. Понимая, что с минуту на минуту здесь появятся авроры вместе с Поттером, Драко спешит сделать ноги, отступая к двери, держа на прицеле министра.              В коридоре, Драко продолжает отбиваться от посылаемых заклинаний, убегая к выходу, к чёрному входу показанному отцом ещё в далёком детстве.       Отпихивая министерских работников возникающих на пути к свободе, Драко пробирается к выходу несясь сломя голову по длинному коридору к неприметной двери, не забывая при этом уклоняться от заклинаний, так и норовящих его достать. Заклинание маскировки внешности ослабело из-за ранения и министр вынужден лицезреть Драко Малфоя, отчаянно отбивающегося от опасных для здоровья лучей.       Небольшая заминка от увиденного стоила министру серьёзного ранения: напоследок, прежде чем скрыться за дверью, Драко, выпустил из палочки струю огня, опалившую одежду и левую руку Кингсли.              Министр прекратил погоню, теперь его больше волновало собственное здоровье. Пострадавшую руку невероятно жгло, кровь из раны на груди лилась не переставая, накатила слабость, силы стали покидать волшебника и он осел на пол, не в состоянии держаться на ногах. — Министр! Министр! Вы живы?! Министерский колдомедик стал диагностировать пострадавшего, колдуя носилки и укладывая на них Кингсли. Прибежавшие авроры оглядывались вокруг, держа палочки наготове и выходя за открытую дверь чёрного входа, естественно, не обнаруживая там злоумышленника. — Кингсли, кто это был? Запыхавшийся Гарри тормозит рядом с носилками и встревоженно рассматривает не лучший вид своего друга и начальника в одном лице. — Гарри, это был Драко… — отвечает ему Кингсли, прежде чем потерять сознание. — Нет, не может быть…       Гарри остаётся один на один со своими мыслями, пробегающими с огромной скоростью в его мозгу, не находя ответов на всплывающие вопросы, так как единственный свидетель, кто может дать объяснение происходящему беспределу находится в крайне тяжёлом положении.

Часть 2

— Я сделал так, как ты просил, а теперь удали информацию из своей головы относительно меня и Поттера. — Не так быстро, Малфой. Сначала мне надо удостовериться, что всё прошло гладко.       Адамс без труда проникает в сознание Драко, просматривая события получасовой давности как открытую книгу. — Плохо сработал — ты не убил его. — Я покинул Министерство в спешке, меня могли загрести авроры! Наверняка они уже ищут меня, поэтому, мне нужно сматываться из Англии и залечь на дно. — Ладно, так уж и быть, — Адамс усмехнулся, сверля Драко тёмными глазами. — Если ты использовал тёмномагические заклинания, то вероятность смерти министра высока, ну а если же нет, то он скоро оклемается и снова будет издавать свои идиотские законы! — Я использовал исключительно тёмные заклинания! — Хорошо-хорошо, я человек слова.       Адамс подносит к виску кончик волшебной палочки, вытягивая белую нить воспоминания и произнося заклинание «обливэйт». — Ну вот и всё, я удалил подсмотренный фрагмент твоих воспоминаний. — Отлично. — Теперь моя очередь печься о своей безопасности.       Адамс проникает в память Драко, стирая их разговор, чтобы в случае чего аврорам не за что было зацепиться.       Когда Адамс заканчивает копаться у него в голове, Драко поднимается с места и быстрым шагом направляется к выходу из помещения, продумывая план своих действий. Первое — попрощаться с родителями, с сыном он уже не успеет, вполне вероятно, авроры выслеживают его во Франции, во-вторых — снять денег в банке и аппарировать в Новую Зеландию, в глухую деревню, где не действует магия; в-третьих, надо постараться забыть о Поттере, им уже никогда не быть вместе.

***

      Гарри лично возглавил отряд по поимке Драко, ибо то, что натворил Малфой требовало объяснения, не говоря уже о наказании. Гарри не хотел об этом думать, сначала надо было выяснить мотивы преступления.       Аппарировав с группой авроров в окрестности Малфой-мэнора, Гарри, оставив людей патрулировать местность, с помощью домового эльфа проникает в особняк, предполагая, что Драко явится сюда.       Родители Драко стали утверждать в два голоса, что их сын отсутствует дома и никакого нападения на министра Магии он не совершал.       Гарри не очень-то верил в правдивость их слов, предпочитая проверить сам местоположение Драко.              Его истосковавшееся сердце подсказывало, что Драко находится в особняке, поэтому Гарри поднимается на третий этаж к спальне Драко, находясь в волнении от предстоящей встречи и выяснения подробностей покушения на министра.       Открыв дверь без стука, Гарри застаёт там хозяина комнаты спешно перебирающего в бархатной шкатулке какие-то предметы похожие на артефакты.       Бросив быстрый взгляд в сторону Гарри, Драко, казалось, совсем не удивлён его появлению. — Поттер, не хотел тебя огорчать, но ты не вовремя, я очень тороплюсь. Найдя искомое, Драко складывает артефакты в чёрный лаковый саквояж и намеревается выйти из комнаты, но Гарри удерживает его за запястье. — Драко, ты едва не отправил на тот свет Кингсли, может объяснишь, что это значит? — Так нужно было. — Я не понимаю… — И не нужно пытаться. Выдернув руку, Драко ринулся к двери, но Гарри преградил ему путь. — Прости, Драко, но я не могу тебя отпустить, ты обвиняешься в покушении на министра Магии Кингсли Шеклболта и поэтому я вынужден доставить тебя в камеру временного содержания.       Драко мгновенно меняется в лице, сузив глаза и стиснув челюсти, вынимая из кармана волшебную палочку. — Остолбеней!       Гарри невербально отражает от себя заклинание, обезоруживая Драко и надевая ему на руки магические наручники. Всё это не занимает и полминуты, его движения чётки, ловки и доведены до автоматизма за долгие годы службы в Министерстве. — Пожалуйста, расскажи мне, что тобою движило, чтобы я смог вытащить тебя из этой передряги.       Гарри всматривается в любимые глаза обхватив лицо Драко двумя руками и надеется услышать правдивый ответ. Тот, как будто бы сдаётся, видя бесполезность борьбы с Гарри, до мозга костей правильный и честный Поттер не будет помогать такой сволочи, как Малфой. — Я многого не помню, тот, кому всё это на руку, стёр мне память. — Тогда расскажи, то, что ты помнишь, хорошо? Драко кивнул, прекрасно понимая, что ничем хорошим эта история не закончится.

***

      Гарри пришлось допрашивать Драко в министерских казематах, строго следуя букве закона. Сыворотку правды он не применял, пользуясь исключительно гуманными способами допроса, веря Драко на слово и один раз пользуясь легилименцией, чтобы найти хоть малую зацепку и оправдать Драко.       Теперь, когда Кингсли был временно отстранён от своих прямых обязанностей, его заместителем стал Гарри, судьба Драко была у него в руках, что не сильно радовало, потому как, при всей своей огромной любви к этому человеку Гарри не мог ему помочь: преступление было совершено и Драко придётся понести наказание.              Чтобы не томить Драко долгим и нудным ожиданием приговора в камере временного размещения преступников, Гарри собирает в срочном порядке судей Визенгамота на следующий же день. Главным судьёй выступал Гарри и именно ему пришлось выносить приговор после длительного заседания, в ходе которого он старался выгородить Драко, к большому неудовольствию многих членов судейства.       Все, как один, были «за» отсидку Драко в тюрьме, лишь Мафальда Хопкирк да Генри Олдж считали, что Драко действовал под чужим давлением, уж слишком всё выглядело подозрительным.       В итоге, окончательный вердикт нужно было выносить Верховному члену судейства, то есть, Гарри. — Драко Малфой, исходя из показателей свидетелей и самого потерпевшего, вы признаны виновным по делу о покушении на министра Магии Кингсли Шеклболта. Вы осуждены на пять лет заточения в тюрьме Азкабан, начало действия приговора с сегодняшнего дня.       Гарри смотрел на побледневшего Драко, явно не рассчитывающего на такой суровый приговор, и сам не верил, что такое возможно, что он собственноручно упрятал своего любимого за решётку.              В зале заседаний присутствовали родители Драко, не меньше сына шокированные исходом дела, со скорбными, застывшими лицами достойно принимая беспощадный удар судьбы.       Им позволяют попрощаться с сыном, крепко обнять, прошептав ободряющие слова. Хотя, какое тут может быть ободрение, когда Азкабан считается билетом в один конец?!              Гарри также необходимо подойти к Драко, чувствуя себя виноватым и обязанным помочь ему во что бы то ни стало. — Драко, — Гарри останавливает Драко, когда тот в сопровождении двух стражников покидает помещение суда. Сделав знак охранникам, он отводит Драко в сторону. — Я обещаю во всём разобраться и найти того подонка, из-за которого ты пострадал. — А может и правда моё место в Азкабане, а, Поттер?! — зло произнёс Драко, смотря на Гарри ледяным взглядом. — Не говори так.       Гарри настолько было тошно от сегодняшнего судейства и от колких слов Драко, что он готов был разорвать на мелкие кусочки причастного ко всем бедам ублюдка.       Драко отворачивается от него и продолжает свой путь с молчаливыми стражниками на выход из здания Министерства. А Гарри смотрит ему вслед, безумно желая, чтобы всё это оказалось каким-нибудь кошмарным сном, а не тяжёлой давящей реальностью.

Часть 3

                          Белёсые клубы сигаретного дыма поднимались к потолку и рассеивались в воздухе кабинета, делая его слишком душным и спёртым, лишённым чистого кислорода, но его хозяину было всё равно, всё его внимание было приковано к отчёту министерских зельеваров, которым удалось получить сыворотку восстановления памяти — снадобье, включённое в список запретных зелий свободной продажи, из-за его побочных эффектов. Всего лишь один глоток мог привести к сильнейшему отравлению или же коме. Поэтому, сыворотку использовали в исключительных случаях, когда решался вопрос между жизнью и смертью.              Гарри был уверен на тысячу процентов, что жизнь Драко висит на волоске, потому как за прошедший месяц на него было совершено два покушения и это не считая постоянных нападок дементоров, развлекающихся таким образом, вытягивая счастливые воспоминания из узников. Не всех существ изгнали из Азкабана, некоторые из них ни за что не захотели покидать свой дом, к которому они привыкли за много веков. Они жестоко мстили за своих собратьев, нападая на людей живущих на материке, исходя из этого, десяток дементоров остались жить при тюрьме.              Естественно, это не афишировалось и мало кто был в курсе обитания дементоров, но только не Гарри, ему докладывался и расписывался каждый день проведённый Драко в Азкабане. И за разнузданность дементоров многие стражники были лишены места работы, а новый состав не отличался гуманностью, считая своим долгом натравить дементора на бедного узника и позабавиться таким образом.       И дементоров некуда было отправить, распустить, тогда бы они нападали на мирных жителей, без разницы маглов или же волшебников.       Вздрогнув от боли, так как фильтр сигареты, зажатой между губ, дотлел практически до конца, Гарри выбрасывает окурок в пепельницу и берётся за новую сигарету, листая новый отчёт с обнадёживающими фактами: маг-легилимент засветился в пригороде Глазго, шантажируя одного богатого лавочника, торгующего квиддичной атрибутикой — от шнурков до дорогущих сверхскоростных мётел.        Мерзавцу удалось скрыться, но продавец дал отличную зацепку аврором, предоставив свои воспоминания в полном объёме.       Полученный фотопортрет вымогателя, предоставленный при помощи памяти лавочника, был расклеен по всей Великобритании, для предупреждения жителей страны об угрозе от этого человека. — Мистер Поттер! Срочное сообщение — наши ребята поймали легилимента на окраине Лондона! Один заложник, двое раненых! — выпалила на одном дыхании миссис Стоунс, влетев в кабинет к начальнику. — Координаты, живо! — Гарри поспешно поднялся с места, запихивая волшебную палочку в футляр, а пузырёк с сывороткой возвращения памяти в карман зимней форменной мантии. — Семьдесят, сто сорок, пятьдесят пять. — Я отправляюсь на вызов, Брайтон — зам. — Хорошо, сэр.       Покинув кабинет, Гарри бегом несётся к аппарационной зоне, которая, (будь она неладна!), находится за пределами Министерства Магии.       Произнеся координаты, Гарри перемещается на грязную тупиковую улицу, сразу оказываясь в эпицентре событий.              На то, чтобы обезвредить преступника и отправить раненых в госпиталь, уходит порядка пятнадцати минут, ещё несколько мгновений и Гарри, без всякой жалости, вливает Адамсу зелье возвращения памяти, а затем применяет заклинание «Легилименс», собирая полную версию событий, главными героями которой стали Драко и Кингсли.              Следующий этап — это официальный допрос Адамса с применением сыворотки правды и оформление его документов в тюрьму.       Гарри бы отправил его туда без суда и следствия, за все его тёмные делишки, но закон есть закон — нужно было созывать Везенгамот, не обязательно в полном составе, и решать участь подлого шантажиста. И самое главное — прошение об освобождении Драко, его надо было подготовить в первую очередь и уговорить Кингсли подписать его.       Министр провёл в больнице святого Мунго две недели, полностью оправившись от ран нанесённых Драко и будучи человеком добрым и незлопамятным не держал на него зла, прекрасно осознавая, что Драко стал такой же жертвой как и он сам.       Когда заветная бумажка была подписана всеми председателями, министром и самим начальником отдела магического правопорядка, Гарри сию же минуту перемещается в Азкабан.       Всучив пергамент старшему аврору Дику Уэнгу и получив разрешение на амнистию преступника, Гарри торопится на десятый уровень к камере Драко.       Сердце стучит где-то в глотке, когда он мчится по зловещему тёмному коридору и ищет нужный номер одиночки.       Открыв тяжёлую металлическую дверь, Гарри входит в полутёмную камеру и бросается к Драко, который недвижно лежит на дощатом настиле, накрытом тонким матрасом. — Драко, ты меня слышишь? Гарри опускается рядом и холодеет от увиденного зрелища: глаза Драко открыты и безжизненны, волосы грязные и тусклые, сам он очень худой и бледный, губы бескровны, а костлявые ладони ледяные. — Драко, что они с тобой сделали? Гарри думает, что он мёртв, осторожно прижимая костлявое тело к себе и покрывая поцелуями его холодное лицо, оставляя на нём влагу от горьких слёз.       Слабое сердцебиение свидетельствует о теплящейся жизни в измученном теле и Гарри остро чувствует, как Драко нуждается в нём, в его магической силе.                   Прижавшись к сухим губам, Гарри целует Драко, и в этот момент слабое свечение окутывает их, сияя ярче и ярче, пока все позитивные и светлые воспоминания, высосанные дементорами, не возвращаются к Драко, наполняя его теплом и надеждой на лучшее. — Поттер… — взгляд Драко становится осмысленным, Гарри чувствует, как тонкие пальцы цепляются за его плечи и он облегчённо выдыхает, проводя костяшками пальцев по щеке Драко. — Всё хорошо, Драко, ты в безопасности.       Гарри снимает с себя зимнюю мантию и укутывает ею Драко, подхватывая на руки и аппарируя прямо на крыльцо больницы святого Мунго.       Там он передаёт Драко опытным колдомедикам и остаётся ждать в коридоре результатов диагностирования, послав говорящего патронуса родителям Драко.       Те появляются в больнице ровно через десять минут, как раз к окончанию обследования, когда Драко разместили в отдельной палате.       Гарри очень хотел увидеть Драко ещё раз живого и здорового, ведь по словам главного колдомедика больницы, жизни пациента ничего не угрожает и он вскоре должен оправиться. Но Гарри не позволили войти в палату: Нарцисса преградила ему путь. — Вам лучше уйти, мистер Поттер. Драко под надёжной защитой и вряд ли нуждается в вашей. — Но миссис Малфой… — Довольно! Из-за вас Драко чуть не умер, пожалуйста, избавьте нас от вашего присутствия.       Гарри не стал с ней спорить, молча удалившись из больницы и на улице закуривая сигарету, мысленно обещая себе, что это последняя, ведь Драко не нравится запах сигарет.       На следующий день Гарри также не пустили в палату к Драко, Малфои оберегали своего сына от плохого Поттера, выставив охрану у дверей палаты.       Ничего, он подождёт, теперь Драко от него никуда не денется.

***

      Узнав от Кикимера о выписке Драко, поздним, мартовским дождливым вечером, Гарри аппарирует к Малфой-мэнору и терпеливо дожидается у кованых чугунных ворот, пока кто-нибудь не среагирует на его появление.              Домовой эльф любезно соглашается проводить его к хозяину, взмахом маленькой ладошки открывая калитку и впуская позднего гостя на территорию особняка.       Домовик сопровождает его в гостиную, в которой находился собственно сам хозяин дома, стоя у камина с бокалом в руке. Его вид был значительно лучше, чем в их последнюю встречу, тело не пугало болезненной худобой, светлые волосы блестели, как и серые глаза, неотрывно наблюдающие за Гарри, остановившегося на расстоянии вытянутой руки. — Драко, мы будем с тобой когда-нибудь вместе? — вопрос был риторическим и поэтому произнесён безболезненно и с долей сарказма. — Возможно, — Драко усмехается, допивая коричневую жидкость до дна и ставя пустой бокал на столик для напитков. — Я знаю о твоём разводе, теперь у тебя нет причин отвечать мне отказом.       Гарри подходит ближе, притягивая Драко к себе; руки привычно ложатся на тонкую талию, а губы приникают к розовым влажным губам в коротком нежном поцелуе. — Я и не собирался гнать тебя от себя… — ответил Драко отстранившись, — мне немыслимо сложно жить без тебя.       Драко обхватывает прохладными ладонями лицо Гарри, целуя напористо и страстно, изголодавшись по прекрасным ощущениям в обществе любимого.       Тихое «аппарейт» и через секунду они стоят посреди спальни Драко, освобождая друг друга от одежды, не прекращая целоваться, сгорая от нетерпения и желания.       Занимаясь любовью с Драко, Гарри ощущает себя невероятно счастливым, словно и не было этих долгих месяцев пустого существования, всё стало на свои места, его любимый с ним и их уже ничто не разлучит, кроме смерти.

***

      На следующее утро, испытав блаженство в двойном размере, Гарри задаётся вопросом над дальнейшей судьбой, а именно совместном месте жительства. — Драко, ты переедешь в особняк Блэков? — осторожно спрашивает он, не очень-то надеясь услышать положительный ответ.       Драко, до этого лениво разлёгшийся рядом, аж подскочил, сев на кровати и натянув на себя одеяло. — Нет, конечно! Не обижайся, Гарри, но там мне точно не место. — А где тогда мы будем жить? Ведь ты привык к роскоши, вряд ли магловское жилище тебя устроит, — слегка обиженно произнёс Гарри. — Малфой-мэнор отлично подойдёт в качестве нашего постоянного пристанища. — Мэнор? Если честно мне всё равно, но на счёт этого особняка я ничего не имею против. — Вот и отлично. Уверен, тебе здесь понравится. — А как же твои родители? Как они воспримут это известие? — Они давно в курсе, в кого влюблён их единственный сын и к тому же, в мэноре живу только я, отец с матерью переехали в Париж, чтобы чаще видеться с внуком. — Вот как. Это в корне меняет дело, вопрос с крышей над головой считаем закрытым. — Да, вот только тебе не жаль своего старого домовика? Ведь он останется в особняке совсем один. — Кому, если не Кикимеру я могу доверить уход и сохранность дома? Я хочу передать особняк по наследству детям, а до их взросления он будет служить своеобразным памятником, некая дань прошлому, ведь с особняком у меня связано много классных моментов. — Ты имеешь ввиду школьные годы? — Да, — лицо Гарри приняло задумчивое выражение, когда он окунулся в воспоминания, — собрания Ордена Феникса, семейные посиделки в кругу семьи Уизли, рождественские каникулы с Сириусом… — Гарри, время невозможно повернуть вспять, но у нас есть будущее, которое мы обязаны провести вместе.       Драко наклоняется к его лицу, целуя в губы, проходясь по ним языком. Настойчивый стук в окно, заставляет молодых людей оторваться друг от друга и впустить крылатого почтальона принёсшего письмо адресованное Гарри. — Оно из Хогвартса, — замечает Драко и Гарри кивает. — Да, верно. Макгонагалл приглашает меня провести несколько уроков ЗОТИ в школе, пятнадцатого, шестнадцатого и семнадцатого марта. — Так пятнадцатое число послезавтра, — нахмурился Драко, огорчённый скорой разлукой. Гарри же наоборот ничуть не расстроен, он с улыбкой на лице целует любимого в губы коротким чмоком и произносит как бы между прочим. — Я думаю, студентам не повредит несколько лекций от гуру в области зельеварения, так что, ты едешь со мной. — Но меня никто не приглашал, Поттер. Макгонагалл вряд ли обрадуется моему самовольству. — Я сейчас же ей напишу, заранее зная, что она ответит. — Хорошо, валяй.       Гарри встаёт с постели под пристальный взгляд Драко, ведь он не удосужился скрыть свою наготу, садясь за письменный стол и раскладывая перед собой пергамент.       Драко тоже поднимается с кровати, подходя к Гарри и обвивая его руками, наклоняясь к его лицу и присасываясь к губам. — Я буду ждать тебя в ванной комнате. Надеюсь, не очень долго. — Ты даже не успеешь заскучать, обещаю.       Гарри провожает глазами стройную фигуру Драко, так и сияя от обретённого долгожданного счастья. Понадобился целый год, и череда различных испытаний, чтобы они, наконец, стали единым целым, две половинки истинной взаимной любви.

***

— Поттер, ты можешь мне объяснить, куда мы едем на этом магловском поезде? — Это сюрприз. Впрочем, ты и сам скоро всё поймёшь. — Гарри одарил любимого хитрым взглядом зелёных глаз и перевёл взгляд в окно.       За окном стали появляться знакомые здания и сооружения, и Драко понял, куда они приехали. — Мы что, отправимся в школу на Хогвартс-экспрессе? — спросил громко Драко и сидящий рядом тучный мужчина оторвался от чтения газеты, бросив недоумённый взгляд на Драко.       Гарри ничего не ответил, приложив палец к своим губам, еле сдерживая смех.       Сойдя с электропоезда, Гарри с Драко идут к платформе номер девять, к волшебному барьеру, между магловским и волшебным миром. — Давай, Драко, ты первый.       Гарри кивает головой на кирпичную стену, слегка подталкивая Драко вперёд. — Вместе.       Драко берёт его за руку и они переходят барьер вдвоём, оказываясь на платформе 9 и ¾. Там было не так много людей, так как дети находились на учёбе в школе и поэтому молодые люди без труда нашли свободное купе и отгородились от внешнего мира заклинаниями, ведь вряд ли они смогут не целовать друг друга целых восемь часов.       Сразу, после отправления поезда, в вагоне послышался голос колдуньи, везущей тележку со сладостями. — Драко, что будем покупать? Я даже не знаю о твоих предпочтениях, чем ты лакомился по дороге в школу, — с некой грустью произнёс Гарри, жалея, что был так далёк от Драко в юности. — Если честно, то я не был любителем местных сладостей. Мама всегда давала мне с собой целый мешок разных вкусностей: фруктов, орехов, батончиков, шоколадок, купленных в проверенных магазинах, изготавливающие кондитерские изделия вручную. Она не доверяла качеству продуктов, которыми торговали местные бабушки-колдуньи. — Драко, ты не поверишь, но сейчас я буду угощать тебя своими любимыми вкусняшками.       Гарри улыбнулся, открывая дверь купе и подзывая к себе колдунью-продавщицу. Он покупает желатиновых червячков, нугу, несколько плиток молочного шоколада, кислые шипучки, драже «Берти Боттс», тыквенные пирожки и одну шоколадную лягушку. — Поттер, не думаешь ли ты, что я стану есть эти сомнительные драже? — Драко покрутил в руках упаковку с конфетами «Берти Боттс», кладя их к остальным сладостям. — Гойлу однажды попалась со вкусом тухлой рыбы. — Они не все имеют отвратительный вкус, многие драже вполне себе съедобны. — А шоколадная лягушка? Как её вообще можно есть? — Драко взял синюю упаковку, извлекая оттуда прыгающее земноводное, которое тут же стало искать путь на волю. — Только вот так, — Гарри зачаровал её, обездвижив и стал спокойно есть, протягивая шоколадную фигурку Драко. — Нет, спасибо. Я лучше отведаю нуги. — И кислые шипучки. — Хорошо-хорошо, ты же не отстанешь от меня. Вон, даже на карточке твоё изображение.       Драко показал картонную карточку из упаковки от шоколадной лягушки с колдографией Героя Магической Британии. — Оставь себе на память, — махнул рукой Гарри, — я не собираю вкладыши с четвёртого курса. — Точно, она будет первой в моей будущей коллекции, — пафосно изрёк Драко, пряча карточку в карман пиджака.       Гарри улыбается, целуя Драко в висок и заговаривая о делах насущных. — Знаешь, мы не будем с тобой напрягать школьных эльфов и попросим приготовить всего одну комнату на двоих. Как думаешь? — Ну если учитывать, что мы с тобой больше не враги, то Макгонагалл может спать спокойно: третью магическую устраивать не станем. — Мы устроим кое-что поприятней.              Гарри прижимается к сладким губам Драко в чувственном поцелуе, переходя на гладкую шею, оставляя всё самое вкусное на потом, ведь у них уйма времени впереди, а сейчас можно просто смотреть в окно на знакомый родной пейзаж, перебирать светлые шёлковые волосы любимого, уснувшего под мерный стук колёс у него на коленях, и ни о чём не волноваться, ведь он достиг многого в жизни и сумел изменить свою судьбу, влюбившись в Драко. •••••••••••••••••••••••••••••••