Сероглаз

Глава 16

Давай сыграем в прятки

Последние несколько дней перед долгожданным отдыхом занятия Фрелий проводил в своей комнате, поскольку помещение, в котором они занимались, было отдано на ремонт: там протекали окна, да и в целом было сыро. Баст пребывала в приподнятом настроении: каждый год она с нетерпением ждала окончания учёбы. Конечно, ей нравилось получать новые знания, но атмосфера, которая царила в замке перед началом каникул, не могла сравниться ни с чем: по коридорам замка ходили весёлые и расслабленные дети, предвкушающие уже полное веселья лето. Заполненные ребятнёй коридоры с кабинетами начинали пустовать, уроков становилось меньше. Ари рассказывал, что большинство наставников уже ничего не преподают, так что дети просто сидят и тихонько общаются, обсуждая грядущие планы. В такие моменты Баст грустила из-за того, что прелести ученической жизни обходят её стороной: хотелось погрузиться в эту атмосферу радости и беззаботности. Фрелий уроки проводил до конца, не давая ученице расслабиться, но Баст это не тревожило. На уроках ей не было скучно. И вот в последний день учёбы, когда наставник озвучил результаты последних проверочных работ, Баст пребывала в прекрасном настроении: она получила высокий результат, которого сама от себя не ожидала. - Мне понравился твой анализ книги. Удивлён, что ты написала так много. Не думал, что за отведённое время справишься со всеми заданиями. Баст только улыбнулась в ответ. В последней проверочной работе ей необходимо было написать четыре сочинения по разным литературным произведениям, и хоть Фрелий уточнил, что эти сочинения должны быть небольшими по объёму, Баст слишком хотелось высказать всё, что думает. По итогу у неё даже закончились чернила, и Фрелию поспешно пришлось искать новые. В последние минуты экзамена Баст, осознавая, что не успевает, быстро дописывала последнее сочинение, и из-за этой спешки пергамент был усеян кляксами. Впрочем, Фрелий не стал снижать оценку из-за них. Баст вышла из комнаты наставника с лёгким сердцем: экзамены позади, а впереди две луны свободного времени! Конечно, от работы в клане это не освобождает, но времени теперь определённо станет больше. На ходу Баст перечитывала сочинения, чтобы узнать, какие ошибки Фрелий ещё нашёл в работе: на уроке она не успела изучить всё. И тут Баст в смятении остановилась: её смутил тот факт, что наставник исправил одну букву в имени персонажа, которого она упомянула в сочинении. - Разве его зовут Бонт? Не Бронт? – пробормотала Баст. Персонаж этот был второстепенным, так что девочка не была уверена в написании имени, и всё же этот вопрос озаботил её. Что, если Фрелий ошибся и сделал неверное исправление? Если это так, то её работа заслуживает ещё одного балла. Баст залезла с сумку, чтобы найти нужную книгу и посмотреть, как пишется имя героя, но той не оказалось на месте. Куда же она исчезла? Баст была уверена, что когда утром собиралась на занятия, взяла её с собой. Подумав, она пришла к выводу, что забыла книгу в комнате Фрелия. Но ей не хотелось сразу же возвращаться назад, поскольку уже подошла к своей комнате. Решив положить тяжёлую сумку с книгами, а потом уже пойти обратно, Баст вошла в спальню. Там была Люма. Увидев дочь, она, похоже, почувствовала желание высказаться, потому что попросила её задержаться, чтобы пообщаться. - А с чего ты взяла, что я куда-то собираюсь? - А ты всегда куда-то собираешься, - прощебетала Люма, - посиди со мной, у меня сегодня общительное настроение. Баст пожала плечами и плюхнулась на кровать. Желание Люмы поговорить её нисколько не удивило. Хоть мать и была молчаливой, порой и она нуждалась в том, чтобы выговориться. А поскольку подруг у неё не было, роль благодарного (или не очень) слушателя получала Баст. Люма стала рассказывать про спектакль, который на днях посетила в деревне. На моменте, где мать стала рассказывать, что ей предсказала гадалка на местной ярмарке, Баст почувствовала, как медленно погружается в сон… Проснулась Баст резко, пребывая в состоянии тревожности. Она быстро поднялась на кровати и осмотрела комнату. На своей постели сидела Люма, читая обшарпанный любовный роман, который начала ещё в начале года. Читателем она была рассеянным, так что часто возвращалась на несколько страниц назад, чтобы освежить воспоминания. Да и читала ужасно медленно, поэтому одну книгу могла тянуть по полгода. - Долго я спала? – спросила Баст хриплым голосом. Люма подняла на неё глаза. - Не знаю, час примерно, - ответила она, - ты уснула, когда я разговаривала. Сегодня же был последний день учёбы, верно? Ты жутко утомилась, наверное. - Наверное, - пробормотала Баст, протирая глаза. Она чувствовала прилив сил, и в то же время ей хотелось вновь погрузиться в пухлые подушки и забыться. За окном улица была освещена предзакатным солнцем, листья на ветках шевелил ветер. Вдалеке лаяла собака. - Как сдала экзамены? – спросила Люма без интереса в голосе, снова утыкаясь в книгу. - О, блестяще, - тем же тоном ответила Баст и поднялась с кровати. Она вспомнила, что хотела проверить ошибку в сочинении. - Чудно. Баст подумала, что как мать Люма определённо прогрессировала: в последнее время вон даже стала задавать вопросы об учёбе. Конечно, без особой заинтересованности, но над этим можно и поработать. В коридорах замка Баст обнаружила, что народ стекается в обеденный зал для вечернего приёма пищи. Гадая, у себя Фрелий или нет, девочка подошла к его комнате. Сначала постучалась – в ответ тишина. Потом подёргала ручку - дверь отворилась, но внутри никого не было. По всей видимости, наставник отправился на ужин, но забыл запереть дверь. Поколебавшись, Баст вошла внутрь и начала искать свой фолиант. Поначалу она подумала, что ошиблась и забыла роман в другом месте, пока не достала его из стопки книг Фрелия. Он, обнаружив её, убрал к остальным, чтобы не мешалась. И Баст хотела уже выйти, когда услышала приближающиеся шаги, а потом дверная ручка дёрнулась. Не успев сообразить, что происходит и как действовать, Баст молниеносно подбежала к дивану и спряталась за ним. Разумеется, вошедшим был Фрелий и он не заподозрил присутствия на своей территории посторонних. Баст зажмурилась: она поняла, чем было продиктовано это спонтанное действие. Ей не хотелось, чтобы мужчина узнал о столь наглом вторжении. Но обдумав эту ситуацию уже на холодную голову, Баст поняла: ей особенно нечего было стыдиться. Да, влезла в покои постороннего человека, но ведь не без причины: ей необходимо было забрать свою вещь. И она не взяла ничего чужого! Да и вообще, Фрелий сам виноват, надо было двери запирать. Оправдывая себя таким образом, Баст машинально открыла книгу и, стараясь не шуметь страницами, решила найти имя героя. В ходе этого исследования выяснила, что Фрелий всё-таки правильно исправил ошибку. Но от этой информации ей не стало ни горячо, ни холодно. Вот и как теперь быть? Подождать, пока наставник снова покинет комнату и понадеяться, что вновь забудет её закрыть? Конечно, изнутри она сможет отворить дверь, вот только обратно не закроет, так что Фрелий может по возвращении заподозрить факт вторжения. Или всё же вылезти из укрытия? Вряд ли Фрелий будет сильно её винить. Но как он отреагирует на её объяснение? Ведь и ошибку он исправил верно, таким образом, Баст оказывалась неправа вдвойне. И тут надежды на тихий побег покинули Баст: Фрелий подошёл к двери и заперся изнутри. Очевидно, он не собирался идти на ужин. Баст уже решила вылезти, как вдруг действия наставника её остановили. Он достал из одного ящика стола маленький ключик и отпёр сундук, стоявший в углу комнаты. Баст даже дыхание затаила: она несколько раз задавала наставнику вопрос, что же в сундуке, но он уходил от ответа. «Семейные реликвии», - вот и максимум того, что она добилась от Черноуха. И вот, представилась возможность увидеть всё собственными глазами. Но её постигло разочарование: мужчина достал из тайника пару склянок и мешочков, перевязанных лентой. Баст прикусила губу: ей было стыдно прятаться, всё-таки она проникала в личную жизнь наставника. И всё же любопытство пересиливало. Фрелий зажёг камин и установил над огнём котелок с водой. Когда содержимое закипело, он добавил в него смеси, что хранилась в мешочках. Насколько могла судить Баст с расстояния, это было похоже на измельчённые сушёные травы. Некоторое время Фрелий помешивал варево, попутно делая записи на пергаменте. Спустя время он снял котелок с огня и зачерпнул содержимое, налив в кружку. Когда оно немного остыло, осторожно отхлебнул. Потом застыл, словно ожидая результата. Пощупал запястье, потом шею, после чего подошёл к зеркалу и внимательно себя осмотрел. Подошёл к столу и сделал несколько записей, скатал пергамент в трубочку и запер в сундуке. Баст наблюдала за ним с недоумением. После он писал что-то на пергаменте. Затем встал и снова отворил сундук, достав из него ещё несколько мешочков и склянок, но уже не пустых. Откупорив одну, ссыпал внутрь порошка из мешочка и снова отхлебнул. И на этот раз произошло странное: глаза мужчины загорелись на секунду, словно полыхнув ярким зелёным огнём, после чего он опустил голову и сильно зажмурился, а когда отрыл глаза, они больше не светились. Баст следила за этим, затаив дыхание. Она знала, что в мире могут происходить невероятные вещи, и та же нежить подтверждала существование неких невероятных сил, но чтобы чудеса происходили с самыми обычными людьми? Это казалось невероятным. Если бы не странности, которые происходили с ней, она бы ни за что не поверила, что человек может быть источником странной силы. И тут Баст стало действительно не по себе: если Фрелий её обнаружит, то что предпримет? Ведь она увидела то, чего не должна была. Девочка стала рассуждать, как бы незаметно покинуть комнату, но варианты оказались безнадёжны: через окно не получится, слишком высоко, к двери тоже незаметно не подобраться. Оставалось только ждать, но как долго? Возможно, Фрелий вообще не собирался покидать покои в этот день, а прятаться за диваном – не лучшее решение, потому что если хозяин комнаты покинет зону стола, ему не составит труда заметить нарушительницу. И тут раздумья Баст прервались самым неожиданным образом: в приоткрытое окно ворвался сквозняк и зашуршал открытыми страницами книги, которую она держала на коленях. Внутри у девочки всё сжалось: Фрелий прекратил заниматься делами и обернулся в тот миг, когда она поспешно отшатнулась от своего наблюдательного пункта. Прятаться больше не было смысла. Когда Фрелий подошёл и обнаружил её, Баст показалось, что у неё жизнь перед глазами пронеслась. Наставник выглядел растерянным. - Баст? Что ты тут делаешь? – вопрос прозвучал скорее удручённо, чем сердито. Она беспомощно показала на книгу. - Почему не дождалась меня? Я отошёл на пару минут. Поэтому и не запирал дверь. - Я этого не знала, - ответила Баст тихо, - думала, ушёл на ужин и забыл запереть комнату. Фрелий смотрел на неё внимательно и задумчиво. - А зачем спряталась, если пришла за своим? Баст чувствовала себя хуже некуда. Она сама не любила, когда вторгались в частную жизнь, поэтому представляла, что должен испытывать наставник. Всё-таки у каждого свои секреты – кому, как не ей, этого не знать? - Вставай, нечего сидеть на холодном полу, - произнёс Фрелий, протягивая руку. Баст с неуверенностью её приняла. - Ну что, давай поговорим, - произнёс он, когда ученица оказалась на ногах, - присаживайся. Баст села на стул, настороженно глядя на мужчину. - Ты что-то увидела? - спросил он абсолютно спокойным тоном, даже дружелюбным. В этот момент в Баст боролось желание притвориться, что она не подглядывала. Какие последствия ждут, если наставник поймёт, что она увидела? Собравшись с духом, Баст постаралась успокоиться: ну не убьёт же её Фрелий! А что если… он откажется проводить уроки? Тогда она вынуждена будет пойти в общую учебную группу. В этом, конечно, есть плюсы – с ней рядом будут Ари и Лия, но минусы были тоже значительны. Когда Фрелий не проводил уроки из-за болезни, то она с разрешения Верховных посещала коллективные занятия (ещё бы ей не разрешили!). И эти уроки не нравились девочке: она привыкла, что у неё с наставником есть контакт и она в любой момент может обсудить с ним то, что ей не понятно. В группе же помимо неё было множество детей со своими вопросами. Учителя, как правило, не разжёвывали тему каждому ребёнку, чтобы убедиться, что все разобрались в изучаемом материале. Также Фрелий, хоть и владел знаниями во многих областях, не стеснялся признаться, что в чём-то не разбирается, и иногда они вместе с Баст думали над какой-то задачкой, ища решение. Фрелий себя не возвеличивал, и если Баст в его словах обнаруживала неточность, мужчина благодарил за исправление и урок благополучно продолжался. На групповом занятии по географии Баст однажды осмелилась исправить преподавательницу, когда та поставила неверное ударение, и получила на это язвительное: «Умничать, Сероглаз, будешь на уроках по родной речи. То, что твой дед Верховный, не даёт права выступать, когда не просили». Баст тогда настолько опешила, что даже не нашлась, что сказать. И она терпеть не могла, когда её называли по фамилии. А ещё Баст не нравилось, что кто-то из детей постоянно начинал болтать и шуметь, что ужасно отвлекало не только наставника, но и её саму, пытающуюся сосредоточиться на теме урока. Как ни крути, в групповых занятиях Баст видела для себя одни только минусы. - Фрелий, я никому ничего не скажу! – испугавшись собственных домыслов, сказала Баст взволнованно. Тот удивлённо посмотрел на неё, явно не ожидая подобной реакции. - Чего не скажешь? - Того, что видела. Что ты тут что-то готовишь. Ты… колдун? – эта мысль пришла в голову девочки внезапно, и она не думала, что осмелится спросить подобное. - Нет-нет, - улыбнулся мужчина вдруг, - всё не так, как ты думаешь. Тебя испугали мои глаза, я полагаю? Скажем так, я готовлю тут разные отвары, свойства которых неведомы остальным. Например, тот, что я сейчас принял, должен улучшить зрение. Эффект есть, но ненадолго. Поэтому я пытаюсь усовершенствовать некоторые снадобья, опираясь на собственные записи и те, что достались мне. Зная свойства некоторых трав, я могу предугадать, какой эффект они могут произвести. Мне интересно этим заниматься. Что-то я придумал сам. - Но почему никто другой не может приготовить такой отвар? Откуда у тебя эти записи? – спросила Баст, удивлённая тому, как быстро наставник пошёл на контакт. Если, конечно, он сказал правду. - Дело в том, что многие травы, которые требуются для приготовления, здесь не растут. Здесь таких не бывает. Поэтому никто и не знает об этих отварах – из нынешней флоры такого не изготовить. - И откуда эти травы? - Издалека. Прости, но я не могу сказать всего. - И там, где ты их достал, люди умеют готовить такие зелья? Фрелий внимательно посмотрел на неё. - В вопросе ты допустила две ошибки. Но всё же отвечу: да, там умеют готовить такое. Хотя я бы не назвал это зельями. Снадобья, которые я делаю, не обладают магической силой, они делают то, на что в теории люди способны сами, отличие в том, что у моих отваров почти мгновенный эффект. Но не у всех. Они не отрастят крылья, не сделают невидимой, не помогут переместиться в другую точку планеты, не научат читать мысли. - И какой же у них эффект? – спросила Баст, которой начало казаться, что она слушает лекцию на очередном уроке. - Вот это, - Фрелий указал на полупустой пузырёк, - как я уже сказал, поможет улучшить зрение, но ненадолго. Ещё у меня есть такое, которое лишит зрения, и тоже на кроткий срок. Есть то, которое сделает слух острым и такое, которое лишит его. Есть такое, которое заставит потерять голос. Также могу изготовить одурманивающее, которое помутит сознание и заставит забыться на несколько часов. Также могу сделать такое, которое помутит сознание, но сохранит память. Есть такое, которое обездвижит мышцы, а есть то, которое сделает гибким. Снадобье, которое прибавит энергии, и с его помощью ты не будешь спать несколько суток. А также есть усыпляющее, причём мгновенно. Почти что у всех эффект временный, и я пытаюсь понять, можно ли его продлить. Часто использую новые рецепты на мышах, и если с ними всё в порядке, то пью сам. Правда, всё на мышах не проверить… что-то пью без предварительного тестирования на свой страх и риск. - Но почему ты не поделишься этими знаниями с нашими? Ведь у тебя много полезных отваров, которые могли бы пригодиться. - Я понимаю, и если наступит экстренная ситуация, когда на кону будет стоять жизнь или здоровье, я применю отвар. Но открывать знания всем не собираюсь, потому что тогда у окружающих возникнут вопросы, где я взял эти странные травы, а мне не хочется делиться такими откровениями. В первую очередь потому, что это не только моя тайна. Баст задумалась. Она была рада, что секрет Фрелия не связан с чем-то плохим, но сомнения ещё терзали её. - Можно попробовать отвар для улучшения зрения? - В таком случае, - ответил наставник, - я должен понять, какое у тебя зрение, чтобы определить дозировку. Если переборщить, заболят глаза, и ты не сможешь избавиться от дискомфорта несколько дней. С этими словами он взял книгу, раскрыл её на середине и отошёл на небольшое расстояние. - Прочти верхнюю строчку. Когда она сделала это, мужчина сделал шаг назад и перевернул страницу, велев сделать то же самое. Несколько раз он отдалялся от ученицы, пока она читала строки. В конце концов, когда наставник уже находился на приличном расстоянии от ученицы, она застопорилась и сказала, что не различает букв. - У тебя хорошее зрение! - восхитился Фрелий, - мало кто может похвастаться таким. «Очевидно, это компенсация за то, что я не чувствую вкусы и запахи», - мрачно подумала Баст, не обрадованная похвалой. - Тогда хватит одной четвёртой чайной ложки, - сказал Фрелий, отмеряя дозировку, - даже не уверен, почувствуешь ли результат. Баст смутилась. Если она не убедится на собственном опыте, что Фрелий сказал правду, то как ещё его проверить? Попросить попробовать ещё один отвар? Когда наставник протянул чайную ложку, она подозрительно оглядела полупрозрачную серебристую жидкость и осторожно проглотила. Баст вдруг вспомнилась история о правителе, который каждое утро принимал крохотные дозы яда, и когда враги попытались его отравить, то у них ничего не вышло. Организм правителя привык и выработал иммунитет к ядам. Баст рассердилась на саму себя за эти мысли. Она ведь не считала Фрелия врагом. И тут произошло то, к чему девочка оказалась не готова: её ослепила яркая вспышка, на миг озарив комнату режущим глаза светом. Баст зажмурилась, а когда открыла глаза, всё уже было как прежде. - Ну что? – спросил Фрелий, с любопытством глядя на неё, - замечаешь изменения? Баст огляделась вокруг, внимательно разглядывая каждый предмет интерьера. Как ей казалось, она видела так же, как и всегда. Но способ проверить предположение был. Она протянула наставнику давешнюю книгу. - Становись туда же, где был, когда я не смогла ничего разобрать. Он сделал, как она просила. На этот раз Баст видела буквы отчётливо и прочитала предложение. - Рад, что зрение улучшилось, - сказал Фрелий, захлопнув книгу, - до последнего сомневался, что сработает. Баст снова начала с интересом разглядывать помещение, пытаясь уловить те небольшие изменения, которые произошли со зрением. - И надолго это? - Эффект продержится несколько дней. Если бы у тебя было плохое зрение, то действие могло бы продержаться около недели. Я, например, довольствуюсь хорошим зрением дня четыре. - И все отвары делаешь из трав? Но если они привезены издалека, то как хранятся так долго? - Они засушены. Для этих снадобий годятся. И храниться могут намного дольше, чем наши. Я однажды нашёл в нашей библиотеке книгу с засушенным цветком. Стоило прикоснуться, как он рассыпался. А травы, которые я использую в качестве ингредиентов особенные – они могут храниться до пятидесяти лет и сохранять свойства. Баст не верила своим ушам. - Как такое может быть? - Как я уже сказал, это особенные растения, и привезены они из особенного места. Больше не могу сказать. Некоторое время они помолчали, каждый был погружён в свои мысли. Баст испытывала некоторую неловкость, что усомнилась во Фрелии, и всё же почувствовала невероятное облегчение, когда выяснила, что он не солгал. Мысли о том, что она посвящена в его секрет, да ещё такой необычный, заставляли испытывать волнение. Но только ли она одна знает? Баст задала наставнику этот вопрос. - Из клана больше никто в мои дела не посвящён, - последовал ответ, - всё-таки мне следовало бы следить за тем, как часто я запираю двери. Сегодняшний день показал, что это надо делать, даже если я отлучаюсь на минуту. Последняя фраза прозвучала насмешливо. Баст не нашлась, что сказать. Она была далеко не самым прилежным ребёнком в клане, но в этот раз действительно и не думала шпионить. - Так что, ты хотела бы поделиться с кем-то полученной информацией? - А что будет, если я расскажу? - Мне было бы неприятно, если ты сделаешь это, - ответил Фрелий спокойным голосом, - в мои планы не входило делиться этой тайной с кланом. В таком случае, увы, я вынужден буду покинуть замок. - Но куда же ты пойдёшь? Ей вовсе не хотелось терять едва ли не единственного человека, с которым у неё сложились хорошие отношения. - Это не имеет значения, - пожал плечами наставник, - жаль было бы покидать это место, я к нему привязался. - Не уходи. Я никому не скажу, даю слово, - сказала Баст, надеясь, что у неё в голосе не было слышно сентиментальных ноток. Фрелий только улыбнулся в ответ. Он, похоже, и не сомневался, что ученица не собиралась разбалтывать.