Антология воспоминаний о незавершенном

— Аргх, ты издеваешься над нами? Сколько можно уже занимать ванную? — гнев в голосе златокурой красавицы не различил бы разве что глухой. Впрочем, Янг никогда не отличалась терпимостью, особенно если это касалось вопроса ухоженности ее пышной шевелюры. Девушка уже занесла сжатую в кулак ладонь над дверью, как та широко распахнулась, едва ли не ударив Сяо Лонг по носу, но рефлексы Охотницы сделали свое дело и та сумела в последний миг отскочить назад. — Тебя манерам не учили? Или думаешь, что парням в душ вообще ходить не нужно? Если это так, то я сочувствую твоему будущему партнеру. — холодный тон младшего отпрыска с фамилией Шни был полон недовольства и едва скрываемого высокомерия. Уитли вышел в комнату с мокрыми короткостриженными волосами, чей блеск благородной платины сейчас скрывало белоснежное пушистое полотенцо, которым тот активно смахивал лишнюю влагу. На нем были только пижамные свободные штаны лазурного оттенка, отчего было легко различить проступающие кубики пресса на фоне общей худосочности его тела. Янг сначала была удивлена, затем сбита столку, как только ее лиловые глазки выцепили точеные мускулы, но сразу после, подобно приливной волне, злоба и обида наполнили ее естество, проявившись в виде сморщенного носика и недовольного тычка ноготком в грудь товарища их совсем недавно созданной команды. — Что ж, уж простите, ваше высочество, что не посещала частные уроки у преподователей о том под каким углом кланяться в ноги и подлизываться к вышестоящим! — ее слова безмолвно обличали парня во всех известных грехах и пороках типичных магнатов и прочих бизнесменов. Но юноша стойко перенес что неприятный тычок в оголенную грудь после душа, что колкие фразочки девушки. Будто она первая, что попыталась уязвить его гордость, надавить на такую больную для Шни тему, как методы ведения их бизнеса. И всё же стоило признать, что по сравнению с профессиональными журналистами, желавшими чтобы не раз интервьюируемый Уитли пришел в гнев или еще как выдал состояние дел в их компании, оскорбления Янг звучали не то, чтобы наивно, но в совершенно неприкрытой, а потому, не угрожающей ему самому форме. — Хм, прощаю. — только и выдал он, чуть задрав подбородок, сумев тем самым посмотреть на нее сверху вниз пускай его рост слегка не дотягивал до такового у фигуристой Сяо Лонг. — Что? Да как ты?! — видимо, своими действиями он еще больше распалил этот спящий вулкан. Радужки глаз сверкнули алым светом, кулаки сжались в протестующем жесте, а сама красавица начала глубоко дышать, точно тщетно пытаясь подавить распирающий ее изнутри гнев. — Янг! Сколько можно? Мы и так опаздываем, а ты задерживаешь очередь! — позади послышался негодующий голосок девушки с точно таким же, как и Уитли цветом волос. Вайсс Шни вступила в их короткую перепалку на его стороне, что изрядно удивило самого юношу. — А ты почему так долго пробыл в душе? Тебе незнакомо понятие координированности с товарищами? — суровые небесно-голубые глазки обратились к нему, не предвещая ничего хорошего. Пожалуй, подобного стоило ожидать. Его старшая сестра не была бы таковой, если бы не кинула шпильку и в его адрес. Все так же жаждет походить на Винтер. Вот только у нее не было подобной властности их сестры, что одним своим взглядом и решимостью идти до конца могла подавить даже самого Жака Шни. Они оба это понимали, а потому, вместо того, чтобы нахмуриться или проявить неудовольствие, Уитли впился ультрамариновыми радужками в ответ, не говоря ни слова. Вайсс никак не ожидала подобного хода с его стороны, ей было впервой подобное, когда Уитли не совершал шага назад, тем самым уступая ей. Прошло время, когда они были под крылом Жака Шни. Сейчас они не были на банкете, где он являлся всего лишь третьим ребенком в семье Шни, а она наследницей Праховой Компании. Теперь всё будет иначе. Так себе пообещал сам Уитли, таковым была его воля на похоронах их матери. Именно в тот день, не наблюдая на лице собственного отца и толики печали, лишь бесстрастную учтивость, отпрыск Шни решил свою судьбу. Он станет мудреее, сильнее, умнее, чтобы просто быть лучшим человеком, чем он нынешний и Жак. Чтобы просто более не находиться под влиянием такого ублюдка. Только чтобы заполучить истинную свободу и обрести способность делать свой собственнвй выбор. И Винтер показала отличную возможность подобное совершить своим побегом под крыло генерала Айронвуда, получив с тем его защиту, но по итогу она всего лишь сменила покровителя с одного на другого. Вот только Уитли пошел иным путем. Там где не хватило Винтер учтивости, выдержки и терпения, он заплатил сполна, заключив с отцом контракт. Он обучался в Биконе, получал спокойно и без каких-то помех обучение, но после возвращался к своей семье в одинокие и холодные стены их огромного поместья в Атласе. Это даст ему достаточно времени, чтобы окрепнуть, чтобы превзойти Жака Шни, чтобы подвинуть того с кресла президента ПКШ, когда подобный момент наступит. Взамен он получил лучших учителей и программы для тренировок, что имелись среди Охотников Атласа на данный момент. А частные уроки от офицеров армии и экспертов из компании Шни значительно облегчили ему путь на вершину. Пока Вайсс посещала банкеты в честь того или иного мероприятия, жаловалась своему дворецкому на судьбу и то, что она ощущала себя, подобно канарейке в клетке, младшенький упорно трудился над собой, проливая пот, кровь и тщательно сдерживаемые слезы чуть ли не ежедневно. Утром и днем он подвергал себя жестоким даже для опытных вояк нагрузкам, под внимательным наблюдением профессионалов, а всё оставшееся время уделял заботам ПКШ и заключению взаимовыгодных контрактов с бизнес партнерами в различных сферах. Стоило ли говорить, как он выматывался в те годы? Жак не раз подвергал его психику тем или иным испытаниям, сам о подобном даже не подозревая. Мужчина был доволен тем, что сумеет значительно увеличить влияние своей семьи, если из Уитли будет хоть какой-то толк. Как у той же Винтер, как у той же Вайсс. Не прошло и дня, чтобы он не задавался вопросом о кровавой цене своего решения, но портрет погибшей матери в его спальне, казалось, беззвучно корил за подобные думы, а потому он продолжал эти истязания. Даже Вайсс заметила то, что с ним происходит. Постоянная раздражительность, мешки под глазами, неестественно бледный тон кожи и красные глаза. Вот только наивная сестренка смахивала подобное на очередной пустой по своему содержанию банкет или пьянку, что не прибавляло к Уитли тепла и любви с ее стороны. Девушка точно полагала, что Уитли наслаждается жизнью в этом замке во льдах, среди пустоголовых и неспособных ни на что недорослей, ведя полемику на деловых встречах и всего парой слов руша чужие судьбы. Она не понимала и не могла принять, что Жак стал относиться к своему младшему сыну совсем иначе, нежели раньше, и это было заметно. Девушку питала ревность и непонимание к нему. Да и были ли между ними теплые чувства изначально? В ее мирке для нее сияла одна лишь Винтер, подобно яркой звезде. А он же был где-то там, на фоне, в тени ненавистного Жака, что держал ее в плену. Вайсс не понимала, а точнее, не желала понимать родственника, а тот и не имел никакого желания раскрывать всё накипевшее у того внутри. Не таким он был человеком изначально и таковым он не стал. Отец не раз говорил, что открыться, значит проиграть. Дать слабину — опозориться. И пора было дать понять его сестре, что теперь, когда они товарищи в одной команде, когда Уитли уже был тайно назначен новым приемником ПКШ перед самым отъездом в Вейл, она не имела над ним и толики власти. — Если зашла речь о слаженности… Ты так и будешь продолжать тратить столь драгоценное время на перебранку со мной, или же займёшься более существенной проблемой? — выгнул он бровь и наклонил голову набок. Вайсс подобное раздражало, и та действительно слегка прикрыла веки, точно прищурившись. О, ее бесила данная его привычка смотреть чуть исподлобья, взирая в самые уголки души. — О чем ты? — в притворном спокойствии задала она вопрос, пока Янг еще не решалась, что ей вообще делать и стоило ли влезать между родственниками. Весь ее запал уже пропал, а разум размышлял как бы все обернуть в шутку, чтобы ситуация не накалилась еще больше. В то же время, пара голубых чистых бриллиантов и два темных, будто поглощающих сам свет, сапфира столкнулись в беззвучной битве взглядов. Блондинка отчетливо наблюдала напряженность в их отношениях и ее логика твердила о том, что требовалось начинать перетягивать одеялко беседы на себя, пока ледяная крошка не полетела во все стороны, и не задела ее саму. — Руби. — тихо проговорил он ровным голосом, а Вайсс содрогнулась всем телом. Тут же она обернулась и увидела самую страшную картину, что только могла себе представить. Последний член их команды и по совместительству их молодой лидер мерно сопел, свесив ногу со своей кровати, подвешенной под потолком. Еще совсем недавно Вайсс с большим трудом сумела ту разбудить и не позволить той вновь погрузиться в дремоту, но отвлекшись на склоку Уитли и Янг, совсем забыла о девочке, которая не преминула воспользоваться сладкой возможностью понежиться еще какое-то время. — Руби Роуз! — топнула ножкой по полу, застеленному ковром с толстым ворсом, Снежная королева, а девчушка с локонами цвета вороненого пера даже и не пошевелилась. Только перевернулась на другой бок, тихо промычав. Но юную Шни уже ничто не могло остановить, а потому, с настойчивостью бульдозера, та вернулась к исполнению такой обязанности, как пробуждение ее ленивого лидера. Янг глядела некоторое время за возобновившимся произволом ее напарницы, что нагло отшвырнула одеялко с ее младшей сестрёнки, но та, бормоча себе под нос нечто вроде «еще минутку, еще чуть-чуть» и «Янь, еще слишком рано», свалилась со своего лежбища, так и не пробудившись. И, наверное, она так бы и продолжила стоять и молча взирать на всё больше распалявшуюся Вайсс, как и на не уступающую той в своем желании понежиться чуть дольше, Руби, если бы Уитли не нарушил устоявшуюся между ними тишину. — Если всё ещё желаешь привести свою гриву в относительный порядок, то дверь пока открыта. — равнодушно заметил парень и направился в сторону комка сцепившихся девичих тел. Сяо Лонг хотела что-то ему бросить в ответ, но, передумав, с резким поворотом вокруг своей оси скрылась в дверях душевой комнаты. Забота о ее драгоценных волосах не могла подождать, а вот Руби сумеет выиграть более чем достаточно времени для Янг. Похоже, Руби в поисках своей подушки или плюшевого медвежонка перепутала вышеупомянутое с Вайсс и схватила ту в обьятиях. — Отпусти, прическу испортишь! — негодовала платиновая блондинка, пытаясь вырваться из стальной хватки, а мисс Роуз хоть бы хны. Даже столь мощная звуковая атака не повлияла на нее и Руби продолжила под нос шептать нечто связанное с печеньем и пускать слюни. Удивительная решительность. Но в то же время, зная характер Вайсс, Уитли беспомощно покачал головой, подозревая, что ему еще придется спасать свою напарницу из лап разьяренной сестры. А это означало еще больше стресса, как и предвещало немало проблем для их команды в целом. Жизнь в роли новоиспечённого Охотника всё больше приносила ему неожиданностей, но Уитли готов был их встретить с распростёртыми объятиями. Ведь что не убивает — делает сильнее. А убить столь уворотливого типа, как сын самого Жака Шни — это надо постараться. Размышляя подобным образом и надевая чистую и выглаженную белую рубашку с длинными рукавами, парень не заметил за своей спиной скопление лепестков розы, что в стремительном темпе разорвало дистанцию с в конец взбесившейся Вайсс. Руби так и не успела свернуть в сторону, а он ее даже и не видел. Тут же послышался грохот комода, в который отлетел юноша от баллистического снаряда под кодовым названием «Паникующая Руби». — Ай-ай-ай… — шептала девушка, потирая свой ушибленный лоб, а затем распахнула свои длинные ресницы встретившись взором серебрянных глаз со столь же пораженным напарником. Верхние пуговицы на рубашке были растегнуты, а сам он то открывал, то закрывал свой рот, не зная даже как реагировать на произошедшее. — Проснулась? — с тяжелым вздохом поинтересовался он, на что та вся покраснела, подобно бутону мака. — А? Да, вроде как… — неловко почесала она щеку указательным пальчиком, все еще сидя на нем. — Тогда рекомендую бежать. — Что? Зачем? — вскинула девчушка бровь, а Уитли невольно поежился, ощутив приближающуюся угрозу его психическому здоровью. — Потому что… — он даже не успел договорить, поскольку его безапелляционно перебили. — Да что с тобой не так, Руби Роуз! — позади появилась фигура истинного воплощения мегеры, источая эманации бешенства, от чего бывшая над ним напарница пискнула, подпрыгнула и устремилась в противоположную сторону от Вайсс. В тот же миг из ванной вышла Янг, довольная до безумия тем, что таки привела свои волосы в идеальный порядок. Руби, словно находясь на поле боя перед Гримм, анализировала ситуацию крайне быстро и точно. Сделав единственно верный выбор, она тут же скрылась за дверным косяком душевой, не забыв звучно хлопнув дверью за собой. Которая тут же подверглась ударам маленького кулачка Вайсс, что разрывалась между тем, чтобы поторопить своего лидера или заставить ту выйти, чтобы собственноручно придушить. — Эй, снежный король, как там внизу? — усмехнулась златокурая обворожительница, глядя на него с высоты своего роста и скрестив руки под грудью, делая ее внешне еще более объёмной. Уитли же, продолжая безвольно лежать в позе распластавшейся звезды на полу, едва слышно хмыкнул. — Просто превосходно. — поджал он губы, но сдержался, чтобы не буркнуть еще чего-нибудь в адрес хамоватой знакомой. — Давай руку, звезда ты наша. — ухмылялась Янг, из-за чего Уитли таки не удержался от легкой шалости. Схватив ее за предплечье он резко дернул на себя, отчего наклонившаяся, чтобы помочь, девушка не удержала равновесие и упала рядом с ним. На удивленный и готовый вспыхнуть матерной тирадой взгляд, парень только пожал плечами и показал слабую улыбку краешком своих сухих губ. — Ну как? Теперь мы с тобой на одном уровне. Можешь даже не благодарить. — в привычном тоне, пышущем превосходством, ответил он на незаданный вопрос. — О, не волнуйся! Я, как следует выкажу свое признание! — хищно оскалилась блондинка и набросилась на беззащитного парня, желая то ли защекотать того до смерти, то ли придушить в болевом захвате, или ещё не пойми что. И вновь в их противостояние вмешалась вездесущая Вайс. — Уитли! Янг! И вы туда же! Мы же и так опаздываем! Хватит дурачиться! И Уитли… Оденься же ты наконец!!! Первое утро в команде RWWY могло быть описано какими угодно епитетами, но не как «тихое» и «спокойное». И даже при том, что их всех Вайсс разбудила едва ли не за два часа до начала занятий, они всё равно умудрились опоздать на первый урок великого Охотника Питера Порта к вящему ворчанию Вайсс, виноватой улыбки Руби, глуповатому смеху Янг и полному равнодушию Уитли, что и так предполагал подобный исход с самой первой секунды после их пробуждения. Да, ближайшие годы в стенах Бикона точно не будут скучными и унылыми, полными монотонности и рутины, как бы он того не желал…