Антология воспоминаний о незавершенном

Солитас. Королевство Атлас.

Город Атлас.

«Шни-Манор».

8:43:32 по местному времени.

      Привычная холодная атмосфера особняка Шни была безжалостно нарушена, когда в обитель семейства Шни явились неожиданные гости в лице генерала Айронвуда с вооружённой свитой. Отпихнув открывшего двери слугу делегация во главе с генералом чуть ли не вломилась в холл особняка, когда на их прибытие отреагировал глава дома Шни. — Джеймс! — закричал на ходу Жак Шни, торопливо спускаясь по ступенькам лестницы к личностям, что вторглись на его частную собственность, — Что это все значит?! — Жак Шни, у нас есть ордер на обыск вашего дома в связи с враждебной деятельностью против королевства и его народа, — сурово припечатал Айронвуд, когда один из солдат его свиты, чуть ли не ткнул данную бумагу Жаку прямо в лицо. — Что?! — возмутился патриарх семейства, замечая попутно вместе с генералом свою старшую мятежную дочь и удостаивая её гневного взгляда, прежде чем обернуться к Айронвуду, — Я ничего не понимаю! Какой ещё ордер?! Какая ещё враждебная деятельность?! — Это значит, что ты доигрался, Жак, — холодно ответил Джеймс, одним лишь своим суровым взглядом заставляя мужчину перед ним отойти на пару шагов назад, — Атлас долго закрывал глаза на твою махинации, но взлом конфиденциальных баз данных королевства и похищение людей это уже слишком даже для тебя.       Только намеревавшийся что-то сказать Жак так и застыл от шока с открытым ртом, выглядя при этом как выброшенная на берег рыба. Он обвел присутствующих полным растерянности взглядом, чем несколько смутил Айронвуда с Винтер, явно ожидавших совершенно другой реакции от столь скользкого человека, как Жак Шни. — Сегодня в три часа сорок восемь минут по местному времени на одном из закрытых серверов Атласа произошло возгорание. Причиной пожара оказался случайно замкнувшийся передатчик, что был незаконно и тайно внедрен в аппаратное оборудование серверной. Было немедленно проведено расследование, которое выявило взлом баз данных Атласа и кражу личных данных его граждан. И что самое худшее большинство людей, чьи данные были украдены, числятся уже как некоторое время пропавшими без вести, — решил все же объяснить суть ситуации Жаку Айронвуд, заставив мужчину ещё больше вытаращить на него свои глаза. — Но при чем тут я и мой дом?! — вскрикнул ошарашенный мистер Шни, все еще не понимая, как все это связано с ним. — Дело в том, что нам удалось отследить куда велась часть передачи. И шла она именно сюда, — как гром среди ясного неба объявил Айронвуд, отворачиваясь от готового упасть в обморок Жака, чтобы обратиться к своей протеже, — Специалист Шни, вы обнаружили куда дальше идёт приём сигнала? — Так точно! Сигнал уходит на верхние этажи особняка, сэр! — тут же отрапортовала Винтер, водя в стороны поисковым трекером в руке, — Он где-то в западной части поместья.       Кивнув Винтер генерал Айронвуд направился вместе с сопровождением в указанном направлении, минуя все ещё стоящего в холле Жака, поднявшись на лестнице наверх. Когда мимо него прошла его старшая дочь хозяин особняка пришёл в себя и тут же засеменил за нежданными нарушителями, на ходу пытаясь осмыслить услышанную информацию. — Джеймс! Я уверен произошла какая-то чудовищная ошибка! — постарался возразить Жак, догоняя и поравнявшись с процессией, которую уже вела Винтер, — Я бы не за что не пытался взламывать базы нашего королевства и уж тем более похищать людей! Это же абсурд! — Может быть и так, Жак. Но это не отменяет, что ПКШ каким-то образом замешана в происходящем, — ответил с профессиональной выдержкой генерал, когда идущая впереди Винтер остановилась перед дверью в чью-то комнату, начав сверяться с показаниями прибора снова и снова — Специалист Шни, что случилось?       Прямое обращение Айронвуда вывело Винтер из транса и в последний раз сверившись с показаниями трекера девушка собралась с мыслями. — Сэр, сигнал идёт из этой комнаты, — ответила несколько неуверенно специалист, как будто в чем-то сомневаясь, — Но… — Что «но»? — переспросил с раздражением Айронвуд, прежде чем обратиться к стоящему возле него хозяину особняка, — Жак, чья это комната? — Это комната моего сына, Уитли… — так же растерянно, как и его дочь, ответил мистер Шни, смотря на дверь, — Правда его нет в особняке. Он в деловой командировке в Мистрале.       Так же глядя на дверь в личную комната Уитли Джеймс постарался вспомнить все, что ему известно об младшем ребёнке семьи Шни. К сожалению, получилось немного. В основном из-за того, что Уитли в какой-то момент пропал из поля зрения элиты Атласа и СМИ, полностью перестав появляться на званных ужинах и светских вечерах в течении пары лет, прежде чем Жак заявил, что с ним все в порядке и парень действительно начал время от времени появляться на официальных мероприятиях, пусть и довольно редко. Джеймс не стал лезть в семейные дела Шни, оставив все на Винтер, хотя время от времени его интересовало, что же произошло с Уитли Шни, заставившее молодого человека исчезнуть из всех новостей на несколько лет. Видимо ему все же следовало выяснить, что произошло, но Джеймс не мог корить себя за это сейчас, когда на кону была драгоценна каждая минута. — Где ключи от комнаты, Жак? — строго спросил Айронвуд, обращаясь к вздрогнувшему мистеру Шни. — У меня их нет, но я сейчас позову слуг, чтобы они открыли нам двери, — тут же заверил мужчина, уже доставая свиток и готовясь набрать Кляйна, когда генерал проигнорировал его и направился прямо к двери, — Джеймс, что ты…       Не успел Жак договорить, как Айронвуд осмотрев внимательно дверь, достал из кобуры револьвер и быстро прицелившись выстрелил в замок казалось простой на вид деревянной двери. Смявшаяся пуля отскочила от повреждённой деревянной обшивки, обнаруживая прочные стальные листы двери, пока генерал методично посылал пулю за пулей в понемногу подающийся замок. Наконец опустошив барабан револьвера Джеймс подошёл прямо к двери и напрягшись с силой вырвал механизм блокировки двери, открывая всем проход в нужную комнату. — Джеймс! Что ты творишь?! — закричал Жак, вбегая за вошедшим в комнату генералом и его свитой, попутно пытаясь осмыслить, как двери в комнату его сына оказались внезапно бронированными, прежде, чем встать как вкопанный от увиденного внутри, — Что за…       То, что должно было быть комнату Уитли Шни представляло из себя больше техно-свалку, чем спальню младшего ребёнка семейства. Различная и местами все ещё работающая аппаратура хаотично размещалась везде где только можно методично гудя, пища и пиликая принимая всевозможные данные, обрабатывая их и переправляя куда-то ещё. Множество кабелей, образовывали причудливые сплетения и скрывая собой пол комнаты. Но самым примечательной и бросающейся в глаза вещью была дальняя стена комнаты, полностью заклеенная различные статьями, газетными вырезками, страницами из всевозможным справочников и судя по всему личными заметками молодого Шни. — Жак… — мрачно обратился к побледневшему мужчине Айронвуд, медленно поворачиваясь к нему лицом, — Что это? — Я… я… я не знаю… — запинаясь ответил Жак, доставая трясущимися руками свиток, — Я сейчас же наберу в Мистраль и Уитли доставят сюда в ближайшее время!       Пока Жак спешно пытался дозвониться в Мистраль, Айронвуд развернулся к Винтер, что осторожно и с толикой растерянности рассматривала все вокруг. По некогда стоическому лицу специалиста проходил целый калейдоскоп эмоций, явно показывая внутреннее смятение девушки. — Специалист Шни… Винтер… ты можешь рассказать о своём брате? — с усталостью в голосе спросил генерал, подходя к дальней стенке и вчитываясь в содержимое записок на ней. Казалось бы, всё информация была такой же хаотичной, как и комната в которой они находились. История Ремнанта и зарождения королевств, легенды и мифы разных народов, статьи об директорах академий и отдельных видных личностях, сказки и притчи всех культур, теология всех верований, всевозможные теории заговоров и статистика по всем королевствам находились рядом друг с другом по непонятным Айронвуду признакам. — К сожалению, не так уж и много, — честно призналась с чувством вины Винтер, присоединяясь к генералу за анализом оставленной Уитли информации, — Я всегда была ближе к своей сестре, Вайсс, чем к Уитли. Не помогало и то, что сам Уитли был странным ребёнком… — Странным? — переспросил Айронвуд, на минуту поворачиваясь лицом к своей протеже, пока оставленные улики медленно соединялись между собой в голове генерала, — В каком роде странным? — Уитли был очень болезненным и замкнутым в детстве. Не говоря уже о том, что он часто разговаривал сам с собой и утверждал, что слышит голоса, — с трудом подбирая слова от понимания своего бездействия выговорила Винтер с презрением глянув на ходящего взад и вперёд Жака, что вовсю пытался дозвониться в Мистраль, прежде чем закрыв глаза выдохнуть и продолжить свой рассказ, отворачивая свой взгляд от человека, что звался её отцом, — В конце концов отцу это надоело и он отправил Уитли на принудительное лечение в частный закрытый пансионат, где ему диагностировали шизофрению и назначили курс лечения, пока я в то время проходила обучение в академии. К сожалению, я узнала об этом слишком поздно из-за того, что отец скрыл ото всех эту информацию и когда мне наконец-то удалось увидеть спустя долгое время Уитли он был словно другим человеком… Полностью отстранённым, холодным и расчётливым с неким огоньком одержимости. Он практически перестал со всеми общаться и полностью погрузился в работу на благо компании, к пущей радости отца. Но теперь как оказалось все это было лишь маской притворства.       Винтер крепко зажмурилась и до боли сжала кулаки. Было видно, что молодую женщину сильно трясло от переживаний и полученных откровений вместе с сильным чувством вины за произошедшее, пусть даже Винтер и не имела к этому сильной причастности. — Я понимаю, что тебе сложно Винтер, но сейчас не время корить себя за случившееся, — с отеческой теплотой в голосе постарался подбодрить Винтер генерал, кладя ей свою руку на плечо и легонько его сжимая, давая тем самым девушке время, чтобы прийти в себя, пока его взгляд неотрывно бродил по заметкам и надписям оставленным её младшим братом на стене его комнаты.       Хоть и на первый взгляд большая часть из них не имело смысла внимательно изучая и анализируя с помощью своего проявления Джеймс начал находить закономерности и некий вектор поисков Уитли Шни. И хотя некоторые слова, такие как «гримм», «реликвии», «древо» вводили его в недоумение его разум зацепился за одно очень часто повторяемое слово. Вернее, даже имя… — Винтер, ты не знаешь была ли среди знакомых Уитли или возможно среди медицинского персонала лечебницы женщина по имени Салем, — обратившись к своей подчинённой спросил мужчина, отмечая некую одержимость этим именем младшего Шни. Это не бросалось сразу в глаза, но при внимательном осмотре вся стена буквально пестрила этим именем, зачастую со знаками вопроса. Кто бы ни была эта женщина она явно являлась ответом на все действия Уитли. — Салем? — удивленно переспросила Винтер, пару раз моргая и наклонив голову набок, — Я никогда не слышала этого имени. К тому же оно кажется довольно странным. Как будто… — ЧТО ЗНАЧИТ УИТЛИ НЕТ В МИСТРАЛЕ?! — прервал речь Винтер громогласный возглас Жака, яростно орущего на всю комната в свиток, — КАК ЭТО ПОНИМАТЬ «ОН ПРОПАЛ»?!       Посмотрев на все больше распаляющегося, и беспокоящегося за свою шкуру Жака Шни, Винтер с Айронвудом переглянулись друг с другом, осознавая критичность ситуации, что нависла над всем королевством и возможно даже больше. Никто не знал, чего ожидать от Уитли Шни, что внезапно стал дикой картой для каждого, кто хоть немного был в курсе происходящего. Ровно, как и то, что принесут его действия для Ремнанта. Но всех до единого объединял всего лишь один вопрос…       Где сейчас Уитли Шни?

***

Континент дракона.

Дикие земли.

Тайный исследовательский комплекс корпорации «Мерло Индастриз».

10:16:47 по местному времени.

      Неспешно бредя по одному из коридоров комплекса в сопровождении пары боевых дроидов Уитли Шни лениво предавался размышлениям, глядя время от времени на пейзажи за укреплеными окнами комплекса. Дроиды серии HBD-48 неустанно следовали за ним, тяжело ступая и вовсю скрипя сервоприводами, держа наготове мощные репульсными винтовками для защиты своего хозяина, который тем не менее был уверен в своей безопасности здесь.       В конце концов континент Дракона был закрытым и изолированным от остальных королевств местом, даже несмотря на все те нетронутые месторождения ценных материалов и ресурсов, что он таил в себе. За всю историю Ремнанта не было ни единых попыток заселения континента или создания долгосрочных аванпостов. Только парочка экспедиций, что кратко и неразборчиво описала свое пребывание на континенте и на этом всё забыли об этом огромном массиве суши, как будто его никогда и не было.       ГлУпО… НЕлоГиЧно… СтРАнно…       Когда он впервые прибыл сюда Уитли ожидал увидеть некий невообразимый ужас, непередаваемый словами мир смерти. Но в итоге перед ним предстал вполне обычный и даже можно было сказать нормальный ландшафт, что можно было увидеть в том же Солитасе или Аниме. Даже нужное им место пришлось тщательно искать с помощью аэрофотосъёмки дронами по имеющимся у него скудным крупицам информации об отличительных ориентирах.       Остановившись возле одного из окон Уитли тем не менее мог наблюдать частичный результат своих поисков через открывшеюся его взору панораму. Там среди огромных залежь выпирающего из-под земли праха раскинулись раскупоренные с помощью специальной техники омуты тьмы, жидкость в которых неестественно плескалась и бурлила, пока вокруг них суетились, как муравьи, исследовательские боты «Мерло Индастриз». Множество различных датчиков и трубок было подсоединено к прудам, а немногочисленные гримм вылезающие из омутов быстро ловились дроидами-охраниками и отправлялись в специальные клетки или вольеры для дальнейшего изучения.       ГрИмМ еСтЬ… ОНА… ДоЛжНА БыТь…       В очередной раз проигнорировав голоса в своей голове Уитли развернулся на месте, встряхивая фалды своего серого пальто и направился дальше к своей цели. Его путь пролегал через множество коридоров исследовательского комплекса, его многочисленные лаборатории и полигоны для испытаний, встречая по пути от силы пару человек персонала комплекса. Всё было максимально автоматизировано, многочисленные камеры и датчики вели съёмку с анализом всего происходящего как внутри комплекса, так и за пределами него. Внушительный контингент дроидов, был сродни небольшой частной армии, не говоря уже об целой россыпи турелей, что неустанно мониторили пространство вокруг комплекса на предмет любых угроз.       МАЛО… НеДоСтАтоЧнО… ЖаЛКо…       Наконец его путь привёл Уитли к прочной бронированной двери, что, просканировав молодого человека и подтвердив биометрию с громким шипением отворила перед Шни тяжёлые створки, впуская его вместе с вооружённым экспортом внутрь центра управления комплексом. Бегло осмотревшись Уитли направился к единственному присутвующему в комнате управления человеку, что жадно впился своим взглядом в экраны мониторов, попутно оставив охрану у входа. Подходя все ближе Уитли мог лишь неодобрительно скривиться, замечая беспорядочный вид своего делового и научного партнёра.       Лабораторный халат уже давно нуждался в стирке или даже замене, седые волосы мужчины были ещё более растрёпаны, чем он помнил, круги под налитыми кровью глазами явно намекали на пару бессонных, но увлекательных ночей для светила науки. Впрочем, другого он и не ожидал от Мерло, что все так же завороженно наблюдал за испытаниями гримм на экранах мониторов.       БеЗуМЕц… еРЕтИк… ФРИК… — Наслаждаетесь видами, доктор? — отстраненно спросил Уитли, ставая сбоку от Мерло и начиная листать логи экспериментов на исследовательском свитке. — Ах, юный господин Шни! Вы уже прибыли! — воодушевленно выкрикнул обычно спокойный и сдержанный Мерло, отрываясь от мониторов, — Да, эти существа… гримм, как вы их назвали просто удивительны! Их структура просто невообразима! Я не знаю, кто ваши покровители и откуда им было известно об этом месте, но я очень хотел бы с ними встретиться!       НиКоГдА… НиЗАчТо… СдОхНИ… — Ваше желание подождёт, доктор, — апатично ответил Уитли, продолжая листать отчёты от исследований и даже не взглянув на Мерло, — Атлас обнаружил сегодня утром взлом своих систем. — Как? Невозможно, — твёрдо настоял Мерло, хмуря свои густые брови, — Их специалистам не хватит умений, чтобы обнаружить передатчик даже перед своим носом. — Случайность, доктор. Один из установленных нашими людьми передатчиков перегорел, что позволило Атласу обнаружить проникновение в свои базы данных, — будничным тоном объяснил Уитли, продолжая просматривать информацию на свитке, — Думаю, они уже обнаружили мою причастность к этому и то, что меня нет в Мистрале. Впрочем, это уже не важно. Каков статус «Сосуда»? — О, все уже готово для начала испытания, — с ухмылкой объявил Мерло, поворачиваясь к панели управления и нажимая на переключатель громкоговорителя, — Внимание, внимание, служба охраны достаньте субъект 33 из тюремных камер в главный исследовательский зал. Я повторяю, служба охраны достаньте субъект 33 из тюремных камер в главную камеру испытаний.       Довольный собой Мерло продолжил раздавать указания по подготовке к эксперименту, пока Уитли без интереса наблюдал через монитор, транслирующий изображение с камер видеонаблюдения, за тем как пара ботов-охраников тащила через коридоры комплекса слабо сопротивляющуюся женщину, что безуспешно умоляла отпустить её.       Одри Хемберн. По крайней мере так гласило её досье, открытое на терминале. Двадцать девять лет, не замужем, работала бухгалтером в небольшой строительной компании «Финеас и ко», что расположена в Мантле. Обычная ничем не примечательная серая мышка, если не одно «но», делающее её столь ценным активом.       Уитли ещё раз взглянул на фотографию Одри в досье: белая кожа, короткие каштановые волосы, невинная улыбка и… серебряные глаза, что смотрели на него с экрана терминала. Им пришлось проделать поистине титаническую работу в Атласе, Вейле, Вакуо и Мистрале, чтобы собрать пятьдесят три человека с серебряными глазами. Невероятное количество, если верить голосами в его голове. А голоса никогда не подводили Уитли, в отличии от его семьи и окружающих. Пусть и ему действительно стоило прислушаться к ним раньше. Впрочем, не важно…       Оторвав взгляд от досье Одри Уитли посмотрел на монитор, что понаблюдать за подготовкой женщины к эксперименту, несмотря на отчаянные попытки сопротивления. Её каштановые волосы давно отросли и поседели от регулярных инъекций эссенции тьмы, ровно, как и её кожа приобрела болезненно бледный цвет с чёрными венами, тянувшимися до её шеи. Взгляд серебряных глаз давно потух, а потрескавшиеся губы только и могли тихо шептать проклятия в сторону своих мучителей. Одри одели в белый комбинезон испытуемого, больше напоминающий смирительную рубашку с портами на спине, точно так же лишив её возможности использовать руки. — Вы уверены, что все получится, доктор? — поинтересовался Уитли, впервые за весь разговор проявляя опасения за эксперимент и наблюдая, как испытуемую заводят в камеру для опытов. — Конечно, — уверено заявил Мерло, не прерываясь на раздачу приказов, — Всё идеально выверено и тщательно проверено. — Надеюсь на ваши слова, доктор, — сдержанно согласился Уитли, подавляя общую паранойю голосов у себя в голове, — Провал не допустим в нашей ситуации. Мы уже потеряли больше половины испытуемых и не можем тратить их так бездумно.       Тридцать четыре, именно столько человек они потеряли на данный момент из-за неудачных испытаний и опытов. Некоторые буквально разваливались на куски из-за слишком большой концентрации эссенции тьмы, часть умирала из-за отказа всех органов спустя пару небольших инъекций, а кому-то просто не везло, и их скрытая сила серебряных глаз не помогала им выжить. Только с началом использования вещества Х, зелёной светящийся жижи с острова, примерное расположение которого любезно подсказали голоса в голове Уитли, им удалось уменьшить смертность испытуемых.       И даже так результаты были мягко говоря… неутешительными. Двенадцать подопытных превратились либо в безмозглых гримм, либо полуразложившиеся, но к удивлению, структурно целостные тела с довольно ясным сознанием. Последних пришлось поместить в механическую броню и подключить их сознание к интерфейсу брони, предварительно накачав их наркотиками и промыв им мозги для большего послушания, создав тем самым сплав стали и гримм, управляемый человеческим разумом в рамках проекта «Dark Guard».       Самым же их большим успехом, за попытками приблизится к завершению «Сосуда» стал проект «VENOM». Он никогда бы не подумал, что восьмилетнего мальчишку с помощью регулярных вливаний эссенции тьмы и вещества Х можно превратить в двух с половиной метрового громилу. Причём довольно послушного за счёт специально спроектированного шлема, внутренний интерфейс которого показывал владельцу немного подкорректированный мир, оставляя обладателя в собственной фантазии. Не говоря уже об достаточном количестве препаратов с веществом Х, что регулярно качалось по его венам с помощью целой системы клапанов. Сильный, покорный и чудовищно смертоносный. Весьма неплохое биооружие, если им удастся наладить массовое производство Венома, что перевернёт оружейный рынок Ремнанта с ног на голову. Но тем не менее, не их главная цель.       Что же до испытуемой номер тридцать три, Одри, то ей, как и пяти оставшимся девушкам-подопытным удалось пережить все вливания в их тела всевозможных препаратов, эссенций и веществ, чтобы пройти все предварительные приготовления к финалу проекта «Сосуд». И теперь Уитли с лёгким интересом наблюдал, как на голову Одри одели специальный белоснежно матовый шлем с множеством кабелей, подключённых к нему, что скрыл верхнюю половину лица девушки и подсоединили к специальному механизму, напоминающее самодвижущий автоматизованный лабораторный стол, расположенный в центре комнаты проведения опытов. Сама же комната напоминала большой овальный зал, с множеством считывающей аппаратуры, вокруг прикованной к механизму подопытной и несколько незаметному люку в центре комнаты, как раз под механизмом. — Всё предварительные процедуры и приготовления завершены, — бегло сообщил Мерло, на всякий случай сверяясь с показаниями приборов и ожидая окончательной команды Уитли. — Начинайте, — тут же скомандовал ни секунды не колебаясь Уитли, скрещивая руки на груди и начиная наблюдать за процессом. — Эксперимент номер семьдесят три начат, — заявил Мерло, включая устройство записи и нажимая на несколько кнопок на приборной панели, — Испытуемая номер тридцать три, Одри Хемберн, двадцать девять лет, предварительные тесты — положительны.       Механизм поднял надежно зафиксированную подопытную вертикально в воздух, когда с потолка выехало пара манипуляторов с медицинскими иглами. С резким движением и механическим шипением они вошли в спинные порты на комбинезоне Одри, заставив девушку громко вскрикнуть от боли. — Вводим десятипроцентный раствор обезболивающих и ауростимуляторов, — продолжил между тем Мерло, опуская один из рычагов на панели, пока Уитли молча наблюдал за происходящим.       По трубках одного из манипуляторов полилась оранжевая жидкость, что, немного уменьшая конвульсии девушки. Со стороны это могло показаться проявлением сострадания к испытуемой, но Уитли знал, что все это было лишь прелюдией к тому, что ожидает Одри дальше.       Доктор Мерло нажал ещё пару кнопок и с потолка выехали дополнительные трубки, что вонзились в судорожно извивающуюся, несмотря на обезболивающие, подопытную. Стол, на котором Одри вертикально находилась отъехал, и девушка буквально повисла в воздухе, держась на многочисленных проводах, трубках и манипуляторах, что удерживали её на месте и тянулись с её спины, словно моток оголенных нервов. — Увеличиваем дозировку и начинаем ввод вещества Х, — полным серьёзности тоном сказал для записи Мерло, начиная подавать смесь через трубки.       Светящиеся оранжевые и зеленые смеси начали течь в субъект тридцать три, заставляя девушку биться в припадке, пока по её чёрным венам начал распространяться зелёный цвет. Обилие ауростимуляторов заставило её ауру непроизвольно проявиться, обволакивая Одри слабой золотистой пеленой, исходящей как будто от души испытуемой.       Не отрываясь от мониторов Мерло выкрутил подачу смесей на максимум, превратив идущий с определёнными интервалами ввод веществ в непрерывный поток, что устремился через трубки в девушку. Одри закричала в агонии настолько громко, что Уитли услышал её крик даже через пару стен, что отделяли главную тестовую камеру от центра управления. Пару раз отчаянно дернувшись подопытная безвольно обвисла в воздухе судорожно глотая воздух, пока вены на её теле пульсировали зловещей зеленью, а от фигуры субъекта исходил золотистый свет, настолько была разогнана за пределы возможного аура девушки. — Этого будет достаточно? — осведомился Уитли, повернувшись головой к доктору, впервые подав голос с начала эксперимента. — Будем надеяться, что да, — решительно ответил Мерло, открывая с помощью пульта под субъектом тридцать три люки и обнажая первозданный омут тьмы, над которым и была построена тестовая камера, — Система продолжит перманентную подачу смесей, но ещё большая дозировка, чем сейчас просто убьёт субъект.       С этими словами и мрачной решимостью Мерло потянул рычаг и запустил окончательный процесс. Манипуляторы начали медленно опускать Одри в омут тьмы, что со смирением приняла свою участь, пока присутствующие в центре управления Мерло с Уитли внимательно наблюдали за показаниями приборов и обстановкой в самой камере. Когда подопытная ушла в омут тьмы с головой, в последний раз взглянув прямо в камеру, как будто пытаясь увидеть лица своих угнетателей, прежде чем тёмные воды первозданного бассейна поглотили её, в тестовой камере наступила звенящая тишина, что разбавлялась писком приборов и скрежетом манипуляторов с лебёдками.       Каждая секунда простоя ложилась тяжким грузом на людей в центре управления. Время как будто утратило свой ход, пока Уитли с Мерло напряжённо наблюдали за происходящим. Капельки пота появились на лбу доктора, что сконцентрировал все своё внимание, боясь пропустить столь важный момент. Который наступил на второй минуте мучительно долгого ожидания.       Сначала это была небольшая рябь на идеально спокойной поверхности омута, но с каждым мгновением она ширилась все больше, пока эссенция тьмы не начала буквально бурлить в нем. Манипуляторы с тросами выгнулись от увеличившегося на них натяжения, а приборы, как в тестовой комнате, так и в центре управления истошно запищали один за другим. — Началось! — с придыханием объявил Мерло, облизывая свои пересохшие губы и нажимая десятки кнопок, чтобы вручную регулировать подачу смесей, продолжающим вовсю течь по трубкам и исчезая в омуте тьмы.       Уитли мол лишь молча наблюдать за происходящим, пока голоса в его голове устроили какофонию из благоговейного лепета, паники и безумия. Ему не нужно было напоминать, что стоит на кону и какие последствия его ожидают, если им не удастся достичь успеха в эксперименте. Лишь добытое ним в Кучинаси ожерелье для страховки, на случай, если что-то пойдёт не так, что лежало сейчас в кармане его пальто, слабо утешало молодого человека.       Тем временем, напряжение продолжало неуклонно нарастать, что в обеих комнатах. Эссенция с омута тьма начало понемногу выплёскиваться вокруг, понемногу разъедая при попадании стены и пол комнаты, пока находившиеся в тестовой камере приборы выходили один за одним, сгорая от скачков напряжения и массива данных, что вывалился на них. Не спокойно было и центре управления, где доктор Мерло с ловкостью опытного дирижера, перераспределял мощности на другие системы с приборами, удерживая между тем бесперебойную подачу веществ и препаратов.       Даже так, несмотря на все их усилия и приготовления Уитли мог видеть, как с каждой секундой на экранах загорается знаки тревоги, что заполонили собой центр управления. Видел это и Мерло, впервые за долгое время их знакомства грязно выругавшийся и ускорившийся в своих попытках стабилизировать процесс. — Что происходит, доктор? — спросил раздражённо Уитли глядя на спину Мерло. Мигающие экраны больно били по глазам, а голоса продолжали свою какофонию, не добавляя молодому человеку и толики настроения. — Субъект… субъект не справляется с сущностью гримм! — с нотками паники в голосе заявил Мерло, неотрывно наблюдая за показателями подопытной, — Нужно вытащить её пока не стало слишком поздно!       НеТ!.. нИКаК!. НеЛЬзЯ!!! — Ни в коем случае! — твёрдо заявил Уитли, полностью и безоговорочно соглашаясь с голосами, — Продолжаем эксперимент. Увеличьте до максимума подачу ауростимуляторов и прочих веществ. — Но… тело испытуемой… — вяло промямлил Мерло, даже развернувшись растерянно к Уитли, чтобы встретиться взглядом с его горячей решимостью. — Я. Сказал. Мы. Не. Останавливаемся, — вкрадчиво и со сталью в голосе надавил Уитли, с тембром, как будто на пару с ним говорило ещё пара людей.       Заторможено кивнув Мерло развернулся к панели управления и выжал все ползунки на максимум, заставив препараты по трубкам течь ещё сильнее. От столь мощного давления в некоторых трубках образовалась течь, расплескивая небольшими фонтанчиками из них разноцветные жидкости. Все в тестовой камере ходило ходуном из-за сотрясающегося и как будто схлопывающегося, первозданного омута тьмы, что отдавало вибрациями по всей тестовой камере. По её стенам пошли трещины, манипуляторы натужно скрипели и вовсю искрили, а измерительная техника окончательно вышла из строя в потоке искр и дыма.       И когда, казалось бы, что все потеряно и все усилия тщетны, из неспокойных черных вод омута начало пробиваться тусклое слабое багровое свечение. С каждым мгновением оно росло и становилось всё интереснее, пока с громогласной вспышкой из омута не вылетело нечто, превращая все в крошево одним своим лишь присутствием и вовсю расплёскивая эссенцию тьмы вокруг и вырубая из строя всю электронику на ближайшие полкилометра.       В центре управления резко погас свет и включилось тревожно красное аварийное освещение. Никто не мог сказать, что случилось и Уитли с Мерло оставалось ожидать в гробовом молчании перезапуска системы питания комплекса. Когда же система спустя невыносимо долгих тридцать секунд все же перезапустилась и дала электричество, запустив тем самым мониторы и оставшиеся в строю видеокамеры присутствующим в центре управления предстала невероятная картина.       Субъект тридцать три, Одри, буквально парила в воздухе посреди разрушенной тестовой камеры. Её видимая кожа стала невероятно бледной, а губы приобрели цвет насыщенного оникса, пока по её телу продолжали пульсировать чёрные с переливами светящегося зелёного вены. Некогда белый комбинезон стал угольно чёрным, с продолжающей стекать с него эссенцией тьмы, оставляя женщину парить с босыми ногами, ногти на которых так же стали угольного цвета. Но куда больше внимания привлекали спина и голова Одри.       Все те трубки, что были некогда подключены к подопытной теперь превратились в длинные маслянистые тёмные отростки. Они извивались, словно клубок змеи, за её спиной и казалось сканировали комнату по воле их хозяйки. Что же до шлема, одетого на Одри, то он тоже претерпел заметные изменения. Некогда белый глянец стал угольно чёрным, а остатки проводов кристаллизировались и стали выглядеть как разветвлённые короткие рога или зубья короны.       Весь внешний вид преобразившейся подопытной вызывал благоговейный, практически религиозный трепет от одного лишь взгляда на неё, даже через мониторы. Всё в ней начиная от её осанки и заканчивая атмосферой вокруг показывало великолепие, царственной грацией, как будто некая королева из древних легенд и сказок снизошла до простых ничтожных смертных. Настолько велико было её влияние. — Она… она великолепна… — с придыханием проговорил Мерло неотрывно глядя в экран монитора, пока Уитли за его спиной отступил на пару шагов назад и начал растягивать верх своего пальто, — Я никогда не видел ничего столь прекрасного… столь совершенного… это даже больше не человек… божество… божество гримм, их королева… воистину это так! — И я полностью разделяю вас восторг, доктор, — меланхолично с нотками жалости в голосе сказал Уитли, доставая с под пальто револьвер и наставляя его на затылок Мерло, — Но боюсь на этом наше сотрудничество подходит к концу.       Раздался выстрел и по экранам мониторов расплескалась кровь и мозговая жидкость. Сам Мерло грузно упал на приборную панель, оставшись неподвижно лежать на ней с простреленной головой и застывшим недоумением на лице. Критично осмотрев совершенное Уитли покачал головой и подошёл к панели, вызывая через консоль ИИ комплекса, что управлял большинством систем объекта. — Система, смена администратора с Герберта Мерло на Уитли Шни. Код доступа: Такиема-Зеро-Амбрела-Кофудай-Роуз-Морнингстар, — машинально произнёс Уитли, наизусть запомнив тайный пароль доктора от управления всем комплексом. — Авторизация успешно пройдена. Смена администратора проведена, — механическим голосом ответил ИИ базы, «Алая королева» появившись в виде небольшой красной голограмы нечеткого женского силуэта, — Каковы ваши приказы администратор Шни? — Запри весь персонал комплекса в их комнатах и вышли несколько отрядов боевых дроидов к главной тестовой камере, — приказал Уитли, разворачиваясь и направляясь к выходу из комнаты, попутно давая команду дроидам-телохронителям следовать за ним, — А также в случае моей смерти активируй систему самоуничтожения комплекса.       Отдав последний приказ Уитли отправился навстречу своей судьбе. Пора было взглянуть в глаза бездне и получить наконец-то ответы на столь животрепещущие вопросы.

***

      Ряды боевых дроидов, держащих оружие наизготовку встретили его запредельным безразличием, ровно, как и единственная живая душа, присутствующая в этой комнате. Подопытная номер тридцать три все так же апатично парила над землёй, совершенно не общая внимания, на множество винтовок охранных автоматонов, что словно расстрельная команда обступила её вокруг, готовая открыть огонь из-за любого её враждебного действия.       Вздохнув и крепче сжав рукой амулет в кармане своего пальто, Уитли критично осмотрел помещение. Некогда идеальная комната, что служила для тестов и опытов, теперь была полностью в руинах. Многочисленные приборы лежали грудами электронного хлама на полу, а с потолка свисали оборванные искрящиеся провода. Стены и пол камеры были обожжены и подверглись коррозии из-за воздействия эссенции гримм, не говоря уже об довольно внушительной дыре в полу, на месте скрытого люка, что открывала вид на теперь уже безметежный омут тьмы, над которым сейчас парила подопытная.       Не СаЛЕм… НуЖНЫ… ОтВЕТы…       Впрочем, теперь это уже не имело ценности, когда его цель была предельно близко. Именно здест в этой комнате, Уитли надеялся получить ответы на все вопросы. Голоса в голове Уитли поддерживающие гудели на грани его сознания, когда молодой Шни решил закончить тягучее молчание. — Одри? — обратился к парящей фигуре Уитли, ожидая от неё отклика. — Нет. Не Одри, — впервые с момента преображения ответила женщина глубоким неестественным голосом, что как будто шёл из другого места, абсолютно не поменявшись в лице. — Тогда же как мне к тебе обращаться? — спросил Уитли, неотрывно глядя в забрало шлема существа, что некогда было Одри. — Как пожелаешь, — без всякого интереса ответила женщина, смещая свое внимание с комнаты на молодого человека перед ней. мАрА?.. ХеЛь?.. ГеКаТа?.. — Как насчёт Хель? — предложил Уитли, воспользовавшись одним их предложенных голосами вариантом, внимательно наблюдая за реакцией субьекта.       Подопытная тем временем продолжила все так же парить в воздухе и лишь небольшой наклон головы показал, что она хоть немного слушала Уитли. Все её внимание и насколько Уитли мог судить взгляд, было направленно в его сторону, но одновременно и не на него. — Что у тебя в кармане? — спросила между тем, наклонившись ближе женщина с первой появившейся с начала их разговора на лице эмоцией в виде отвращения, — От него мерзко фонит… — Это? — переспросил Уитли, доставая из кармана поблескивающее синевой ожерелье, активированное его аурой, — Небольшая гарантия моей безопасности. Маленький артефакт давно погибшей цивилизации, что ожидал своего времени, пока его кто-то не найдёт. Позволяет контролировать гримм между прочим. И кстати ты не ответила на моё предложение.       Уитли подал немного ауры в ожерелье и синий камень на нем загорелся сильней, в то время как подопытная пронзительно зашипела, когда по её телу прошла рябь синего цвета. Он не видел её глаз, скрытых за шлемом, но скорее всего они должны были начать сиять так же синим цветом, как и у гримм, на которых он тестировал ожерелье. С силой махнув головой субъект сбила с себя контроль, тем не менее показав, что припасенный ним артефакт не зря был добыт с руин первого человечества возле Кучинаси. — Хель. Хель подойдёт, — с шипением ответила новоявленная Хель, пока её щупальца раздражённо болтались за спиной женщины, — А где странный человек?       СтРаНЫй?.. ЧеЛоВеК?.. МеРлО?.. — Боюсь, добрый доктор больше не сможет присутствовать с нами, — сдержанно ответил Уитли, приподымая бровь от столь необычного обращения подопытной, то есть Хель, у Мерло, — И почему же он был «странным»?       Хель откинулась назад в воздухе и тихо посмеивалась, забавляясь вопросом челевека перед ней. На, что Уитли вновь достал ожерелье и начал прогонять ауру по своей руке, не обращая внимания на рычание Хель. Ему нужно было показать, кто здесь главный, иначе подопытная наверняка перебьет всех в комплексе, включая его, и отправится дальше творить хаос. — Он восхищался ими. Любил их, — расплывчато начала объяснять Хель, явно имея ввиду одержимость Мерло темой гримм, — Считал совершенным организмом. Венцом эволюции, даже не понимая для чего они были созданы. Вот почему я считала его странным человеком. — А что насчёт меня? — нахмурившись с любопытством поинтересовался Уитли, не спускаясь глаз с Хель, — Кем ты считаешь меня? Кто я для тебя?       Хель запрокинула голову и выгнулась струнной в воздухе, издавая задумчивой гудение, пока отростки из её спины хаотично переплетались вокруг. Наконец спустя некоторое время неподвижного парения, она столь же резко оказалась довольно близко к непроизвольно вздрогнувшему Уитли, заставив запоздало спохватившихся дроидов ощетинится оружием. Её лицо, наполовину скрытое за шлемом, смотрело прямо на него, и он мог отчётливо видеть, как на губах Хель медленно появляется кривая улыбка. — Ты маленький, сломленный мальчишка, отчаянно верящий, что ответы на незначительные вопросы сделают тебя вновь целым, — хищно улыбаясь проговорила Хель, заставив Уитли непроизвольно отступить на шаг назад.       ОнА зНаЕт?.. иЛи НеТ? — Эти вопросы важны для меня, — ощетинившись сказал Уитли, крепко сжимая кулаки с ожерельем в своей руке, — Я должен знать… — Салем была здесь однажды давным-давно, — буднично ответила Хель, заставив Уитли поперхнуться и вытаращить на неё глаза. Её откровенно забавляла его реакция на столь твивиально данный ответ, отчего не губах Хель снова появилась мерзкая ухмылка.       ОНА ЗНАЕТ?! ОтКуДа?! КАК?! — Моя связь с омутами тьмы даёт мне определённые преимущества, Уитли Шни, — лениво объяснила Хель, как будто слыша голоса в голове её собеседника, но скорее всего видя немой вопрос на его лице, начав парить вокруг Уитли, — Даже Древо пока, что не уловило моё присутствие здесь.       Уитли крепко зажмурился так, что его глаза, как будто обожгло огнем. Его руки мелко дрожали, а сердце готово было выпрыгнуть из груди. Вот оно…       Он наконец-то начал получать ответы. Все, что он сделал было не зря. Уитли даже готов был по итогу понести наказание за все отвратительные поступки, совершенные им или с его согласия до этого времени. Он давно смирился с ценой, которую придётся заплатить за сокрытую от всего мира истину. Правда ради которой он взглянул в саму бездну, открывая тем самым великому злу путь на Ремнант. — Где она? — спросил учащенно, дыша Уитли, открывая глаза и впившись взглядом на зависшую над ним Хель, — Где сейчас Салем? — О, Уитли, Уитли, — с неожиданно проявившимся в голосе сочувствием проговорила Хель, качая головой, — Ты задаёшь некорректный вопрос.       Женщина перевернулась в воздухе, оказавшись максимально близко лицом к лицу к Уитли. Настроенные на его защиту дроиды были готовы открыть огонь, но молодой Шни дал им жестом отмашку не делать этого.       Он не видел всего лица Хель, но та открытая нижняя часть поражала вблизи своей утончённости и красотой. А ещё от неё внезапно пахло хризантемами. Между тем женщина тихо хихикнула и снова улыбнулась, довольная чем-то одной ей ведомым. — Правильно было бы спросить по-другому, — со ставшей резко дьявольской ухмылкой сказала Хель, когда один из её отростков нежно погладил Уитли по щеке, — Кто сейчас такая Салем?