Сон во сне. Первый сон. Пик.

Встречаю я рассвет, а сбоку от меня птичка кричит. Красная птица дерзко смотрела на меня, расправив крылья, упрекает в чём-то. Я же продолжаю смотреть на солнце и жёлтые облака, звёздное небо, всё любуюсь природой по своей привычке. Друг вышел из палатки, разбуженный ором птицы. Разгневанный он прогнал птаху. Карта показывала, что до пика один нам осталось пара километров, если пройти через овраг, лежащий на востоке от нас. Стоит учитывать, что высота пика относительно оврага около километра, и мы планировали взбираться на него по спирали, что займёт ещё неделю. Казалось, что наш путь только начинается. Мы съехали по ледяному склону в глубокий овраг. Длинная дорога была, тёплая. Температура поднималась быстро. Казалось, что вот скоро мы дойдём до какого-нибудь леска, песчаной пустыни. Друг снял свой красный шарф. Над головой парили птицы. Той самой породы, что и та, и песня их столь же раздражительна. Под ногами голая земля. Иногда попадались гладкие ледяные шапки, но и те таяли, образуя лужи. И тут прям из под ног бьёт гейзер. Я отбежал в одну сторону, друг в иную. Трёх-метровый фонтан брызгал кипятком. Куртка защищала меня от ожогов, источник стих, и мы продолжили движение. Гейзер оказался не последним. То и дело вода взмывала в небо. Один из них зацепил птицу, та крича начала пикировать куда-то, где нам на неё уже не взглянуть. Грустно как-то всё это. Тепло казалось жгло мне лёгкие и сердце. Эти источники как-то плохо на меня повлияли. Овраг уходит в большую расщелину, но за ней уже виднелся проход к первой вершине. Внизу что-то светилось тусклым огнём. Два дома и линия электропередачи от генератора. Ветряная электростанция. Мы не думали, что рядом с пиком будут ещё люди, но теперь это похоже на правду. Мы скатились к этому посёлку. Из деревянного двухэтажного дома исходил тот самый свет, на нём была табличка «Отель». Друг сказал, что стоит зайти. Много гирлянд висели в прихожей, а на ресепшене стояла девушка. Она носила медицинскую маску, а глаза её было закрыто чёлкой, и в итоге лицо было полностью скрыто. Как она вообще нас разглядела? Спрашивает, не хотим ли мы остаться на ночь. На одну или две? Люкс или не люкс? Мы оставаться не собирались совсем. Еда должна кончится через неделю, поэтому лучшим решением было бы поесть в этом отеле и запастись едой, но нам нечем платить. Девушка покосила голову на бок. Потом предложила зайти в столовую погреться. Там сидел мужчина. Маска, чёлка, всё как полагается. Только он решал кроссворд, и был больше похож на постояльца, чем на персонал. Столовая милая. Касса, за не никого. Пахло пирожками, супами и прочим. Было весьма тихо, что не удивительно. Сверху большая старая люстра, раритет. Мы не стали есть местную пищу. Всё вызывало подозрение и внутренний ужас. Наполненность и в то же время пустота наполняли каждую комнату. Эта мысль доходит не сразу, но когда ты осознаёшь это, то всё ясно как день. Точнее не ясно, но факт террора, охватывающего твою душу ты почувствуешь, и его вечное существование. Но я не изображал спокойствие, и чувство то лишь тихо сидело внутри. Я открыл рюкзак, достал пару консерв и вилки, и мы начали есть. К нам подошла та леди, спросила, почему мы не покупаем еду в буфете. Я честно сказал, что страшно есть где попало. Девушка поникла. Я не видел лица, она просто опустила голову и ушла. Я перестал чувствовать что либо. Это место просто невыносимо! Я говорю другу, что время идти. Он смотрел на меня такими же опустошёнными глазами, которыми, вероятно, и я на него. Мы на выходе. Девушка и тот мужчина догнали нас, чтобы спросить, в чём дело? Мы ответили, что у нас мало времени. Мужчина поднял голову, что чёлка чуть сдвинулась с его голубых глаз, пускай он и человек, мне стало чуть страшнее из-за этого жеста головой. Девушка, напротив ему, опустила голову, и начала плакать. Мы лишь попрощались. Мне до сих пор снятся сны об этих двух, их домике, и о том, какие же они несчастные. И были сны, где они радостно растят цветы где-то, и где они открывают свои прекрасные лица миру.