Tell me you can hear me.

Глава 4. - Не переживай, Дин, - Сэм сидел рядом с братом и держал его за руку. – Все будет хорошо. Кас придет, он… - мужчина помедлил. - Он поможет. Старший Винчестер, стоявший рядом с ним, опершись спиной на стену и скрестив руки на груди, окинул брата укоряющим взглядом. - Ага, эта пернатая задница лишилась крыльев и сил, а ты надеешься на мое спасение, - Дин вздохнул. – Максимум, что он сейчас может, это прийти и посидеть со мной рядом, подобно тебе, - он опустил голову, а потом съехал вниз по стене и сел на холодный пол. Это было, как минимум, больно – осознавать, что тот, кому ты верил, на кого ты надеялся больше всего, не мог тебе помочь. Действительно, этот ребенок в плаще и сам сейчас нуждался в помощи Дина, оказавшись на улице без сил, без имени, без поддержки и, главное, без денег, которые были ему нужнее всего. Но Дин просто не мог помочь. Винчестер окинул ненавистным взглядом свое тело, о, Боже, как он ненавидел себя таким беспомощным. Таким ничтожным. Он ненавидел себя за слабость, за то, что над ним убивается младший брат, не зная, как ему помочь. Дин до боли сжал руки в кулаки и ударил ими об пол. -Кас, сукин ты сын, пожалуйста, ты нужен мне! – закричал он во весь голос. – Кастиэль! Внешне он старался быть спокойным, хотя к чему все это? Почему бы не показать все, что чувствуешь? Нет, нельзя, Дин привык к тому, что он силен в глазах других, привык, что в него верят, и не мог простить себе слабости. Только не сейчас, нужно беречь силы. Сэм встал со стула, тряхнул головой и протер ладонями лицо. - Сходи, поешь, Сэмми, - с полуулыбкой посоветовал ему брат, хотя прекрасно знал, что его не слышат. – Ты уже день сидишь возле меня, не отходя ни на шаг. - Дин, я отлучусь на минутку? – спросил Сэм, обращаясь к телу. – Не бойся, я скоро вернусь, я обещаю. Старший Винчестер усмехнулся. - Ему все равно, Сэм, - он окинул свое тело коротким взглядом. – А я сижу здесь, если тебе это интересно. Хотя ты все равно не видишь меня. Ну, вот давай, проверим. Дин быстро поднялся на ноги и приблизился к брату, шагая босыми ногами по холодным плитам пола. Он обошел Сэма и встал перед ним, лицом к лицу, глядя брату в глаза. Но его бесило и пугало то, что Сэм смотрел сквозь него, это было безумно жутко и неприятно, Винчестер словно чувствовал себя пустым местом. Если раньше он был хотя бы крупицей в этом огромном мире, то теперь он являлся просто ничем. Пустотой, ошибкой природы, которая всего лишь не хотела умирать и цеплялась за жизнь изо всех сил. Он должен был умереть. В который раз. Но веселая штука – судьба, от нее никогда не знаешь, чего ждать. Сэм устало прикрыл глаза и чуть сморщился, а потом положил себе руку на лоб и еле слышно зашипел, словно головная боль вернулась, пусть и не со всей силой. - Сэмми! – встревожено позвал Дин и попытался схватить его за запястье, но почувствовал лишь только холод и пустоту. Он не мог коснуться даже родного брата! Винчестер выругался и неосознанно махнул рукой, все еще с тревогой глядя на Сэма. Тот постоял, еще минуту держась за голову, а потом с облегчением вздохнул и опустил руки. - Видимо, след от испытаний все же остался, - проговорил он, чуть улыбаясь. - И не говори, - отозвался Дин, не отводя от брата встревоженных глаз. Сэм еще немного постоял у кровати, а потом вздохнул и быстро вышел из палаты, оставляя Дина одного. Мужчина не нашел в себе сил сдвинуться с места. Да и зачем, когда ему просто некуда идти, нечего делать, когда он полностью бесполезен и не нужен. Винчестер повернулся к своему телу и снова обратил внимание на мерзкий писк аппарата. Желание выключить его вернулось с утроенной силой, Дин облизнул губы и прикусил губу. Ничего не может. Только лежит такой невозмутимый, руки вдоль тела, глаза закрыты, лицо расслаблено и спокойно. Лживая маска, разве можно быть таким спокойным, когда лежишь в коме? Хотя чего он еще ожидал, всегда ведь поступал именно так, скрывал свое истинное лицо под маской эгоизма, невежества и лжи. Лгал всю жизнь. Всем, даже Сэму. И только Кастиэль умел видеть его насквозь, правда, не всегда этого хотел. Дин чуть наклонил голову набок, как это часто делал ангел, и улыбнулся одним лишь уголком губ. - Здравствуй, Дин! – раздался сзади грубый, низкий голос. Мужчина вздрогнул и обернулся. На пороге его палаты стоял человек. Невысокого роста, полноватый, с рыжими волосами и бакенбардами. Он был одет в солидный костюм, карие глаза светились иронией и полным довольством жизнью. Мужчина вытянул губы трубочкой и присвистнул: - Знакомо видеть себя таким, верно? Он размеренным шагом вошел в палату и остановился рядом с Винчестером, с интересом заглядывая ему в глаза. Дин смотрел на пришедшего настороженно и удивленно. Первый, кто его видит. Точно не человек, Дин догадывался в глубине души, кто сейчас стоял перед ним, но у него не хватало сил признаться себе в этом. Только не сейчас, пожалуйста, он еще не готов! - М-да, - пришедший оглядел тело Дина с ног до головы. – Если бы я был таким красавчиком, как ты, я бы любовался собой день и ночь, - он перевел взгляд на Винчестера. – Но ты, наверное, уже и в зеркало на себя нагляделся. - Зачем ты пришел? – сдержанно спросил его мужчина. - А зачем, по-твоему, приходят Жнецы, а? - пришедший хохотнул и щелкнул пальцами, вызывая у Дина неприятные мурашки по спине. – Время близится, Дин, и уже не поможет тебе твое «Я не готов, я нужен этому миру!» Знаешь, сколько Жнецов хотело прийти и забрать тебя или твоего брата? – Жнец обошел кровать и плюхнулся в кресло, закинув ногу на ногу. Дин, молча, слушал его и чувствовал, как бешено колотилось сердце внутри него. Оно словно было готово разорвать грудь и выпрыгнуть наружу, поэтому Винчестер приложил руку к груди, мысленно успокаивая себя, как только умел. Однажды он уже сумел избежать смерти, вырвавшись из лап Жнеца, но сейчас у него ничего не было: ни отца, ни Кастиэля, ни брата. Никто не мог ему помочь, он остался один на поле боя. И будет драться до последнего. - Почему именно сейчас? – Винчестер неприязненно окинул Жнеца взглядом. – Почему вы приходите именно тогда, когда во мне нуждаются дорогие мне люди, а? - А разве ты не устал, Дин? – мужчина удивленно повел бровями. – Ты сам не раз говорил, что уже устал вечно всех спасать, что устал бояться возможности оплошать, а потом корить себя за это всю жизнь. ТЫ боишься подвести тех, кто верит в тебя, я и пришел, чтобы освободить тебя от этого. - Я подведу их, если умру, - холодно отрезал Дин. Он все еще не сдвинулся с места, неотрывно глядя на Жнеца, будто хотел испепелить его взглядом, убрать из этой палаты, избавиться от мучившего чувства страха. Да, чаша весов была определенно не на его стороне. Для Дина уже, наверное, замучились место готовить на Том свете, он постоянно избегал этой участи. - Подведешь? – Жнец театрально всплеснул руками. – Боже, упаси, Дин! Твой Падший ангел никуда не денется, поплачет в платочек и будет дольше пытаться выжить, как и все ангелы, которые пали по его, между прочим, вине. Может, Кастиэля сожжет дотла чувство собственной вины, и он решит умереть. Я с радостью прихвачу тебя с собой, когда пойду за ним. Или Сэмми… -Заткнись!!! Закричал на него Винчестер. – Закрой рот, сукин сын! - Но это же правда, Дин, - спокойно пожал плечами Жнец. На глазах Дина выступили слезы, но он даже не думал стереть их. Теперь он точно не мог умереть, Кас ведь вполне способен на такое, он ведь как ребенок, умрет без поддержки старшего Винчестера. Дин прикусил губу и посмотрел на Жнеца. - Я не пойду. - Да что ты говоришь? – наигранно удивленно потянул тот. – Будто я тебя спрашиваю! - Пожалуйста, - умоляюще прошептал Винчестер. – Дай мне времени устроить жизнь Кастиэля и Сэма, дай мне немного времени, умоляю, только не сейчас! – он потряс головой, с надеждой глядя на Жнеца. Мужчина задумался, подперев голову кулаком. Было видно, что это не часть его театральной игры, он действительно обдумывал свой следующий шаг. Дин не решался нарушить его молчание. Он снова посмотрел на свое тело. «Мы справимся, не в первой» - мысленно утешил себя Винчестер, хотя это слабо помогло. Снова переведя взгляд на Жнеца, Дин следил за каждым его движением, каждым вздохом, каждой улыбкой, пробегавшей по его губам. Бог знает, что может надумать это существо. - В общем, - Жнец хлопнул в ладоши, заставляя Винчестера вздрогнуть от неожиданности. – Неделя – все, что у тебя есть. Решай сам, на что ты ее потратишь: можешь помочь брату, можешь придумать способ прогнать меня, можешь просто сидеть и ждать смерти, - это твое дело. Но через неделю твой срок закончится. Кстати, отсчет идет с того момента, как ты попал в кому. Дин поразился. - Это было три дня назад! – воскликнул он, сделав шаг к Жнецу. – Ты даешь мне всего четыре дня?! - Если тебе не нравится, я могу забрать тебя и сейчас! – разозлился Жнец, вскочив со стула. Дин выдел, как горели злобой карие глаза, как немного тряслась нижняя губа от гнева. – Ты вконец обнаглел, Винчестер! У меня есть конкретная миссия доставить тебя на Тот свет сегодня! Но я уступаю, хотя вообще тебе ничего не должен! Хочешь, пошли сейчас, мне не трудно просто взять тебя и увести с собой, - его щеки запылали ярким румянцем, Дин уже пожалел, что возмутился. – Решай: или четыре дня, или сейчас! - Четыре дня, - быстро сказал Винчестер, отступая назад. В то же мгновение Жнец успокоился, глубоко вздохнул, а на лице появилась все та же ирония. Он повертел шеей, щелкая суставами, и насмешливо посмотрел на Дина. - Ну, вот и хорошо. Увидимся через четыре дня, красавчик. Не забудь. Миг - и его уже нет, словно он и не приходил, а все это было лишь ведением. Винчестер шумно выдохнул, переосмысливая слова Жнеца. Четыре дня. Четыре дня, чтобы спастись. Нужно найти Сэма и как-то достучаться до него, в конце концов, Дин уже делал это после того случая, когда они попали в больницу вместе с отцом. Дин бегом направился прочь из палаты, стремясь найти Сэма. Столовая скорее всего внизу, нужно спешить туда. Шлепая босыми ногами по ступеням, Дин торопливо спускался с лестницы, перепрыгивая через ступеньки. Достигнув первого этажа, он бросился вперед мимо приемной, но вдруг услышал: - Дин Винчестер или Сэм, кто-нибудь. Ноги затормозили сами, мужчина остановился как вкопанный, повернулся и побежал назад. Поскользив по полу, он практически выехал в приемную, и сердце пропустило удар. Бежевый плащ, потертый, с пятнами грязи и травы, темные волосы, торчащие в разные стороны, такой родной низкий голос. - Кастиэль…