Новосбор

18 Сентября

Наконец-то освободился от дел в ликвидаторстве, теперь настал черед дневника. Надоело одиночество... От зачистки последствий самосбора чуть не сдох от белой слизи! Хорошо, что выдали огнеметы для зачистки территории. Вычищать слизь вручную опасно, тем более надоело. Но теперь меня эта ересь не касается, ведь перенесли мою тушу в отделение гвардии. Хотя, что чистить слизь, что народ дубинкой бить - разве не одно и тоже? Народ тебя не любит, желает тебе смерти... А ты им - нет. Мне искренне жаль народ. На его душу свалили самосборы, гвардии, проверки и условия проживания. Мы его все бьём и бьём, а он и терпит... Но скоро терпение кончится и уже народ будет махать дубиной. Только тогда гвардии с партией будет плохо... К слову, в той части гвардейской мне попался командир съезжающий с катушек, Латышев и Мясоедов, те ещё педики... Командиру мерещются галюны, с ним кто-то общается, он хочет больше убивать. А педики... Педики есть педики. И они меня бесят очень сильно. Только вот Леха разбавляет этот кабак. Он вроде ничего, нормальный... А что по остальным, так это те же люди, что и я, которым свалилось счастье не умереть от последствий самосбора. Объявилась какая-то дрянь на 1049 этаже. Она прогрессирует. Вроде от нее галюны, но я пока перед сном чувствую только кайфарики. Это весь эффект. Судя по всему на меня действует слабо эта дрянь. А вот на других это действует так, будто бы они говняка на год вперёд выкурили. Такие уже есть. Рабочие на заводе, нарики, некоторые командиры некоторых частей, гражданские и военные. Они все выглядят как выжатый лимон. Зелёные, бледные, сутулые, бормочат, либо орут про убийства, анархизм, и правильность идей какой-то секты. Они уже мертвы, если не телом, то разумом точно. Мне их тоже жаль. Они подохнут при первой возможности. Ладно, хватит философии. Не туда понесло. В этого клерка превращается и командир. Он уже мертв. Хоть я ему этого не скажу, но за меня это скажет множество людей. Завтра надо зачищать этаж от протестантов, сумасшедших, а также нариков, следить за заводом. План следующий: -Зачистить этаж вплоть до завода. -При заводе разделится на две группы -В каждой группе, зачищающей этаж, по три человека -После зачистки направится в опорный пункт, доложить об итогах операции -Операция будет проводиться два раза: утром и вечером -Днем половине части патрулировать завод, остальным коридор Главное - чтобы жертв было мало. А то я знаю командира, который в последнее время хочет расстрелять всех гражданских... По заводу понятно - сумасшедшие реально мешают всем. Но вот что делать с протестантами? Они вроде гражданским не мешают, но вот партии - вполне. За протестанта могут взять кого угодно... Это очень плохо. Часто начал замечать, что хочется свергнуть партию... От нее мурашки по коже бегают. А то, что она может сделать с любым человеком - отдельная тема. Лучше не затрагивать эту дрянь. Революция будет и без меня - это лишь дело времени. Пока писал, пошли мысли об активности. А вдруг она меня убьет? Может к тому моменту застрелится? Может при моем становлении в клерка я одарю себя свинцом? Может оно и к лучшему? Скорее всего да. Не хочется мне стать сумасшедшим человеком... Меня не застрелят - убьют лишь морально. Ладно, на сегодня случайные мысли закончились. Да здравствует революция и мой хороший сон... Пора спать

19 Сентября

Ненавижу убивать людей. Сегодня мою ненависть к этому занятию перечеркнул командир Шевелёв. Мой день начался следующим образом: -К зачистке готовы? -Так точно, командир! -Приступить к зачистке этажа! -Есть, товарищ командир! Тут то и начался ужас. Мы пошли в группах по этажу. Наша группа была третьей в линии. Много крови было зря пролито... Нас заставляли стрелять по гражданским, а что нам делать? Либо мы - либо они. При этом они все равно умрут. Так что пришлось стрелять, хоть я и филонил. Чуть не сдох от народа. Ждали группу с лопатами и молотками. Пришлось перестрелять. Остальные были лишены жизни просто так. Убивали нариков, детей, матерей, стариков, инвалидов, вобщем тех, кого убить легко. Мужиков тоже убивали. Только убивали рабочих, а к этому я вернусь позже. Весь этот парад смерти возглавлял Латышев, Мясоедов, и Шевелёв. Первых двух я ненавижу больше всего. Хотелось бы их застрелить - времени нету. Шевелёва я ненавижу, но меньше. Он лишь безумец. Мне вреда не причинит. А теперь надо вернуться к заводу. Там все было более жестоко. Рабочих убивали пачками, для запугивания. Протестующим подарок в виде свинца. Это всё ужасно. Хотелось бы убить тех, кто думает, что такой подход действительно поможет... Ненавижу... Поэтому и верю в революцию... Может хватит о плохом? Не, не хватит. Завтра будет повторная зачистка, но только уже с документами. Как же мне все это надоело... Надоели два педика в части... Надоел командир, сходящий с ума... Надоела система. Я в этих вещах не очень разбираюсь, но зато в последствиях вполне. Почему мы вынуждены пугаться самосбора, предателей, смерти? Мы все итак мертвы. Мы не сможем родиться заново, пока не взбунтуемся, а взбунтоваться мы не сможем, пока не сможем заново родиться. Получается, мы обречены? Нет. Мы далеко не обречены. Появилась сила, которая сдержит партию. Это активность. Она убивает всех ярых фанатов режима. Но только одно остаётся для меня загадкой. Это хорошо, или плохо? Точного ответа не могу дать, по крайней мере на данный момент. Революция. Она пробирается к нам. На заводах все больше бунтов. В частях больше бунтов. Самосбора меньше. Государство, возможно, нас боиться. А может и не боиться вовсе. Не знаю точно, как бы это иронично не читалось. Славно то, что я пока не знаю детали. Хорошо сказано в одной книжке - незнание сила. Пока сила. А теперь почему бы и не поговорить о мирских вещах? Нашел сегодня в подвале этажа труп, и записку о некоем существе, которое труп и убило. Судя по слухам и активности это та самая сила. Также там я нашел книги, нужные мне и тушёнку. Последнее съел. А среди книг была какая-то антиутопия Оруэлла. Поэтому я начинаю разбираться в политическом дерьме. Больше ничего, кроме голых стен. Соседка Тамара, та что проститутка, полезла на 1049 этаж. Больше я ее не видел. Узнал номер квартиры Сани и Михи. Они вместе живут. Чтобы не забыть, себе запишу. №209. Это очень хорошо, ведь их застрелить будет легче! Тем более их никто не любит. Только вот если я убью одного, то второй прибьет. Месть же блюдо холодное, верно? Переживания кончились... Или нет? О таком дерьме как детство лучше и себе не напоминать. А оно меня не отпустило. Девки... Из как не было, так и нет. Никто меня никогда не полюбит. Я мерзкий для этого... С мужиками у меня общения нету, все из детства. Выходит что я одинок? Возможно, но у меня есть дневник и старая игрушка. Они меня поддержать могут... Ну что же, спокойного сна, слава... Кому? Смерти? Жизни? Мне? Мне славы нету, я нуль. Смерти тоже, она придет без славы. Про жизнь заикаться боюсь. Так что пусть будет слава моему сну.

20 Сентября

Жизнь штука скучная. Ну вот что мне рассказать за сегодня? Опять чуть не сдох от лопаты? Убил какого-то наркомана? Поспорил с Саней и Михой об этичности? А какая тут к черту разница? Напишу прямо - сегодня тот же день, что и вчера. Ничего не поменялось. Но есть только одна новость, которая каким-то чудом взбодрила командира. Завтра должны прибыть сведения об активности. Но меня новость почти не касается. Если новостей нет, то почему бы не разобрать себя, свою жизнь, к примеру? Может вместо мирских проблем обсудить то, что меня волнует всю мою жизнь? Хотя... Я пришел к выводу, что всю мою жизнь меня волновала лишь спокойная смерть. Ну или вещь, с которой общаться можно. В детстве такой вещи очень сильно не хватало. Сейчас она есть, и не одна. Девки... Что я только что написал? Они мне к черту не нужны! Мне достаточно дневника, все. А любовь я терпеть не могу. Меня не любили, я не люблю. Вряд-ли меня за время жизни кто-то полюбит. Завтра доклад об активности на 1049 этаже вряд-ли придёт. А самосбор, судя по галюнам, вполне. Притом сужу я по галюнам командира. У него они сильные. То ли вчера, то ли сегодня на выдаче спец.пайков он весь позеленел, взяв паёк убежал прочь. Галюны, что сказать. Вроде на сегодня новостей не было, так что, дневник, пожелай мне хороших снов. Спокойной ночи.

22 Сентября

В отличии от вчерашнего дня день сегодняшний преисполнен новостями. Самосбор действительно был. Только отличался он от других лишь тем, что галюны сильнее, голова болит больнее, Шевелёв кричит от боли громче. Сейчас стало его жалко. Сильнее, чем когда-либо. Он совсем обезумел. После зачистки последствий самосбора решили его навестить, а квартира заперта. На гермодвери написано, что вход запрещен. Либо квартиру напутали, либо он там написал. Непонятно. В последний раз, когда его видели, он был бледным, глаза красные, сам зажат в себя, под глазами синяки. Его галюны знатно потрепали. Командовать не сможет более. Чуть не выкинули с поста. Сейчас у всех так. У какого-то числа рабочих так. У солдат так. У меня в какой-то степени так. Это всё из-за галюнов. Пообещало руководство завтра принести сводку данных об активности. Сейчас же самосбор прошёл... Пишу в 17:00. Новостей может прибавиться. Саня с Михой пытаются допрашивать очевидцев происходящего. Правда очевидцы настолько обезумели, что им теперь поможет только свинец. Но затея может быть успешной. У меня, как у нелюбителя данных персон, есть предположение о том, что хитрожопы пытаются вылезать очко начальству. Если я кого-то из них убью, то посадят меня в концлагерь надолго. К слову о концлагерях. После распада нашей части (он обязательно будет, это лишь вопрос времени) меня могут отправить на службу в концлагерь. Вопрос лишь в том, какой стороне он будет принадлежать. Либо государство, либо оппозиция. Этичность и мою миролюбивую натуру стоит к тому моменту надо засунуть куда поглубже... Тем более скоро будет революция с гражданкой. На это указывают бунты и забостовки рабочих на заводах... Их мнение важно тем, чем не важно мнение солдат. Но чем же? Да дневник, опять разжёвывать тебе, ведь ты судя по всему в армии не служишь... Так вот. Все намного прозаичнее, чем можно подумать. Дело в условиях жизни. Если солдату боязно идти на расстрел, что может случится в любой момент, то вот толпе не очень боязно. Она заведомо знает, что её сметут стальным веником. Но каким бы прочным не был веник, он все равно не сможет смести всё. Пыль останется. А эта пыль может быть преградой в государстве, всячески шантажируя и саботируя партию. Поэтому важно держать тот минимум условий жизни, который возможен в стране. Как только минимум ломается, народу становится плохо. Это плохо заставит выходить народ на улицу. Было бы круто иметь такой сценарий, если бы он не разбился о преграду в виде одной броской фразы. Народ не взбунтуется, пока не получит сознание, но сознание он не получит, пока не взбунтуется. Выходит замкнутый круг. Да, так и есть. Но сейчас этот круг разрывается... Галюнами разрывается. Людям видятся те идеи, которые они должны были получить ещё очень давно. Вот так, дневник, тебе разжевал тебе всю суть. Пришла мне записка о том, что у меня повышение! Теперь я не рядовой, нет. Теперь я ефрейтор! Это очень хорошо, тем более что для этого звания я даже почти ничего и не сделал. Правда больше повезло Лехе, Коневзерову и Гаврюшину. Они самые нормальные. Поэтому и звания подобающие. Леха унтер-офицер, Коневзеров младший сержант, Гаврюшин сержант. Впринципе заслужено. Желание пристрелить Латышева или Саню меня не покидают... Может я безумею? Хотя нет... Пора сном начинать новый день, этот скучный... Спокойных снов, слава долгу, что вернул Леха, до завтра?

22 Сентября

О, сегодня командир прыгал от счастья! Бледность его куда-то пропала, сам он счастливый-пресчастливый! Как думаешь, дневник, почему? Да потому что характеристику активности выслали! Мне пришло письмо с ней. Сейчас перепишу... ХАРАКТЕРИСТИКА АКТИВНОСТИ 1049 ЭТАЖЕ -Впредь активность будет называться новосбором, ибо последствия от нее можно сравнить с самосбором. -Основателем данной активности является антропоморфное существо, в прошлом человек, которое пострадало от последствий самосбора, наступив в белую слизь. -Существо строит государство в противовес нашему. Основная идеология заключается в "нахождения выхода из гигахруща". Неофициальная же идеология, вокруг которой вертятся все революционеры, состоит из одного лозунга:"Даёшь революцию!". -Присутствие новосбора поблизости характеризуется галлюцинациями разной степени тяжести. Степень тяжести различается в зависимости от близости возбудителя к человеку. Чем ближе новосбор, тем сильнее галлюцинации. -Исходя из слухов (пока не потвержденных) можно предположить, что при заражении человека новосбором производится половой контакт. Последствия такого контакта - превращение человека в раба. -Не известно, каким образом через половой контакт производится превращение человека в раба. -Новосбор не боится гермодвери. Для него это ничто. Он спокойно может проломить гермодверь Больше информации не было. В ближайшее время скорей не будет. Разведчиков не так много, как хотелось бы. Мне в голову после характеристики тоже счастье пришло... Хотя бы узнал, как можно активность называть. Впредь это новосбор. Ещё больше меня с офицером радуются такие геи как Латышев и Мясоедов. Судя по всему, им нравится исследовать различные гейские штуки... Веселье закончилось тогда, когда наша часть в последний раз навестила офицера. Почему он последний? Да потому что после церемонии он либо застрелится, либо превратится в раба новосбора. Поэтому раз последний. Да и какая разница... Прежнего Шевелёва всё равно не вернуть... Зашли в квартирку, а вместо родного офицера видим сгорбленного, молящего о смерти червя. В глазах его читалось "Убейте меня!". Сам он говорил, мол: "Не могу больше терпеть... Убейте меня... Сделайте мою жизнь чуть-чуть лучше... Ваш выбор, буду ли я страдать, или отправлюсь куда-то далеко...". Мы его не убили... После ухода из квартиры мы слышали рыдание. Успокоить Шевелёва не удастся... Но он уже мертв... Мертва наша часть, мертв Латышев (Скоро будет мертв). Возможно и я мертв. Мы все мертвы. Как я уже писал, распад части лишь вопрос времени. И это время настало. После смерти офицера часть распадётся. Я поеду на службу в концлагерь, это уже точно. Леха... С Лехой не известно. Он тип хитрый, что нибудь придумает. Илья свалил на сторону новосбора. Ярик на сторону сопротивления. Часть уже распалась... Не официально, но все же... Я наблюдаю важнейшие перемены в своей жизни. Спокойной ночи мне, слава будущему... Надеюсь, эта запись не станет последней...

23 Сентября

Ужасный был день... Новосбор приключился... Это хорошо, что гермодверь не вышибли. Этот самый новосбор настроение очень сильно испортил. Вместо криков я слышал стоны, выстрелы, молитвы о пощаде... Притом более выразительно я слышал крики офицера минут 20. Сначала он кричал от боли, слышны были хрусты костей (судя по всему его знатно переломали). Затем он начал орать про то, что он ничтожество по сравнению с новосбором. Судя по всему это связано с его превращением в раба. Далее ему что-то в рот запихнули. Он после этого отключился. Знаю, что он НЕ мертв. А вот где он, знает только новосбор. После новосбора мы зачистили последствия (благо стоило лишь уничтожить шприцы с какой-то фиолетовой жижой). По пропавшим людям составили вывод о том, что без вести пропало 23 человека. В комнатах пропавших была небольшая лужица крови. В квартирке офицера на столе лежал дневничок. Я его взял. Прочту завтра. Сейчас времени не много. После зачистки последствий новосбора Леха собрал часть и объявил о распаде. Некоторых с собой взял, предложил работу в сопротивлении. Я был в числе этих некоторых. По понятным причинам отказал. Скоро работу предложат... Завтра я убью Латышева. Мясоедова не смогу, его Латышев прикроет. Знаю я, где они вместе время свободное проводят. Их надо лишь подождать в межэтажном помещении. И все - они в ловушке. Побег есть самая лёгкая часть этого покушения. Остальное уже сложней... Судя по моим текстам я безумею... Может это лишь пролог к началу книги? Не знаю. Знаю лишь то, что моя жизнь опять в корне поменялась. Этаж освободился от влияния партии. Теперь он волен. Волен и я. С таким раскладом пора пожелать себе спокойных снов...

24 Сентября

В комнате нашел старый словарь 1938 года. Он толстенный из-за того, что сборником томов является. Пока слова различные искал, нашел очень странные: лето, зима, осень, весна. Определение расплывчато: время года. А разве месяца не времена года? Надо для отображения изменения в году слова новые использовать? Не пойму старой логики. Как и не пойму надписи СССР. Что это может означать, не знаю. На обратной стороне книги ее цена. 6 руб. 70 коп. Дёшево. Хотя цены по тем меркам не знаю, много воды утекло. Кстати, какой сейчас год? Надо бы поглядеть... 2006 год. Не так уж и много воды утекло с того момента. А мне лет 22. Андреем звать. Получается, родился я в 1984. Какая ирония... А Шевелёв в 1976. А мы ещё молодые... Прочитал дневник Шевелёва. У него, оказывается, галюны были сильнейшими. Во время самосбора его к кровати приклеило. Во время новосбора... А почему бы и не выписать ту информацию, которая есть в дневнике? -Прихожу на его этаж. -Гудит тревога -Открываю одну из гермодверей -Там сидел он. -Он побежал в уголок, но я его схватил щупальцами -Он заорал от страха -Далее заорал от боли в очке -Материл меня, орал дальше. Я продолжал доставлять вещество. -Затем он начал меня боготворить, говорить какое он ничтожество. -Засунул щупальца в рот -Он от боли потерял сознание. -Закинул его тело в коридор. Заберу позже. Мудак, который убил офицера мне не известен. Зато я знаю, что существо это наглое. Если ты, дневник, уже успел прочитать его запись, поймёшь о чём я. В дневнике офицер писал о своем безумии, что постоянно прогрессирует. Он хотел застрелится, но только поднося пистолет к голове, голоса орали с огромной силой. Поэтому он нас просил сделать последнее пожелание... Мне его стало жалко... Не смотря на то, что он был мудаком, не смотря на то, что он мог каждого из нас убить в любой момент... Мне его жаль. Похороны сделать не смогу, тела нет, как и смысла. Его дневник хранить буду... Также командир постоянно пил колеса, чтобы заглушить боль. Он был зависим от них. Также ему приснился новосбор накануне смерти. К слову, он поверил в сон. Но какая разница? Он стал рабом... Его не вернуть... Между делом хочется написать про то, что пришло письмо. В письме написано следующее: Вы годны. Приходите с письмом на 1053 этаж в любое время, комиссия всегда открыта. В последний раз стоит задуматься. У вас последний шанс. Если работать не хотите, не приходите. Более ничего не написали. Завтра прихожу, обсуждаю, а далее уже дело пойдет на самотёк. Более новостей нет. Завтра судьбоносный день. Пора спать... Спокойной ночи.

25 Сентября

Ужасный день, ужасная жизнь. Застрелится не могу, оружия нет. Я раб. Раб системы оргий. Надо было думать раньше. Будет возможность - застрелюсь. Если возможность появится - сообщу. На приемке сказали, что имеется последний шанс подумать. Я дурак. После того, как я все подписал, отправили в концлагерь на службу. Точнее написать - на экскурсию. Здание концлагеря сырое, слышно эхо криков. Повсюду рабы идут в небольших группах на поводках. Рабы одеты в белые или черные костюмы из латекса. Цвет костюмов зависит от статуса раба - белые те, кому промыли мозги полностью, черные противоположность. Все счастливы из-за действия наркоты. Как там наркоту вводят завтра узнаю. А сегодня узнал пытки. Человека бить пришлось, а пытала херь с щупальцами, местный офицер. По иронии оказалось, что пытали нашего командира части. Он привязан ко стулу, побитый весь, в кровоподтёках. Приходит офицер и начинает пытку. Шевелёва развязывают. Его тут же обхватили щупальца. В анал два полезло, начали тело медленно разрывать. Тоже и со ртом. Шевелев начал орать от боли, смотрел на нас жалобными глазами. Слезы текли из его глаз. Как только тело растянули до той точки, после которой оно начало бы разрываться, офицера выпустили. Он упал на пол. Далее существо приказало меня и ещё 2 человека бить дубинками жертву. Сама жертва пыток уже и боли не чувствовала. Сознание потеряно. Больше его не видел. Мне место это не нравится. Комната гораздо теснее, чем то, что было в период государства. Я ненавижу новосбор, ненавижу себя, ненавижу всех. При виде себя в зеркале хочется лишь закричать, но получается только плакать. Оружия, как я уже писал, нет. Живу в квартале армейцев. Рабы в другом квартале. За сегодня узнал об обустройстве системы новосбора. Надеюсь, моя писанина чем-то поможет. Рабы, как уже писал, делятся на две группы - черная и белая. Белая группа живёт в самых лучших общежитиях. Доза самая маленькая для рабов. По сути - пушечное мясо, что уже ничего и не осознает. Черные рабы живут в бараках. Постоянно подвергаются пыткам. Доза больше в разы. Также черные рабы лишены вечеров блаженства. А вечера блаженства есть местные оргии. По сути весь половой контакт (как бы сказал я нормальный - перепихон) это стёб местного большого брата над самим собой. Все называют его пытки, способы доставки вещества половым контактом. Вот и получилась ирония. Забыл упомянуть, что на вечерах блаженства в оргии участвовать могут гвардейцы. Им никто не запрещает. Только что осознал, что сейчас лучше посвятить дневник в пользу для человека, который этот дневник и найдет. Ведь в нем будет написана информация о новосборе изнутри... Теряю ощущение времени в этих глухих стенах. Запах крови. Из ушей не пропадет крик офицера. Я высох. Морально, возможно физически - не важно. Я высох. Теперь я бездушное существо, которое хочет убить себя. Хочется кричать, но получается только плакать. Пока, мой единственный друг. Скоро я покину тебя навсегда. Сна нет. Запись в новом сухом стиле. Жизнь есть смерть. Смерть есть смысл.

Запись №8

Тлен, запах крови, пытки, наркота. Мне надоела жизнь.

Узнал о доставке вещества в организм чуть больше. Пока есть два способа. Шприц и тот способ, который одним словом не опишешь. Придется подробнее. Начну с первого. Первый способ предельно прост. Ищут вену, шприцом вводят. Сначала боль ощущается, затем дикий кайф и потеря сознания. Сознание теряешь на минут 10 - 15. После дозы ты весь счастливый, тот человек, что дозу ввел кажется твоим спасителем. Само вещество действует как наркота. По сути - аналог говняка. Не иначе. Второй способ действует в качестве пытки. Ввод проходит чере отверстия. Это рот с пиздой у девок, и аналоги с ртом у мужиков. Кайф получает только жертва из-за действия наркоты. Так вот. Тело обхватывается щупальцами, щупальца входит в жопу. Далее рот. Сначала жертва чувствует огромную боль, затем эйфорию, благодарит офицера. После отключается на час. Откуда я узнал это? На пытках Шевелёва. На этот раз пришлось тащить его до пыточной, привязывать ко стулу. Как только герой проснулся, начали допрашивать, выпытывать признание новосбора. Били дубинками. Но он не сознавался. Вроде правильно делает, но какая разница? Пришлось мне бить бывшего офицера. Он на меня лишь посмотрел, узнав сказал: "И ты здесь?!". В ответ лишь сказал: "Как видишь". После последовал удар. Избиение прекратилось после захода в пыточную офицера. Начался второй способ ввода вещества. Процесс описывать не имеет смысла. Хочется подметить то, что после второго способа Шевелеву ввели шприцом вещество. Оружие ещё не выдали, что плохо. Умереть хочется ещё больше. Стены комнатушки сжимают сильнее. Запах сырости выводит из себя. У меня в голове крики. Заснуть не могу подолгу. Приходится писать тебе о дне своем. Ах да... Завтра вечер блаженства. Это очень плохо для меня. Лучше уж пытать офицера, чем в сыром, пропавшим кровью зале с кем-то поебаться. Ничего... Буду лишь хранить, но никак не участвовать. Узнал о том, что сопротивление мне подобных вытаскивает. Возможно и меня вытащит. Утверждать точно не могу. Зато знаю человека, которого уже пытаются вытаскивать. Он работает в разведке. Имя не очень помню, зато помню что он привязался к сопротивленцу. Ходит на базу его, да жалуется, просит застрелить, вытащить с новосбора. Знаю я это от таких же бедолаг, как и я. Мне уже надоело жить. Лишь бы застрелится. Ненавижу себя и свою жизнь. Дневник, знаешь, что я для тебя скрывал? Свою жизнь! Всю жизнь меня ненавидели, всю жизнь я ненавидел. Ты остался единственным, кто молчит, кто слушает меня. Сейчас пишу в слезах, сейчас я глубоко расстроен. Я чёрствый, бесчувственный монстр. Я могу спокойно убить мне дорогого человека. Мне надоела жизнь. Сна нет. До новой записи, надеюсь слезы не размоют чернила.

Запись №9

Код: найти, подчинить, исправить. Ещё одна моя жертва.

С ведомства (о котором я не рассказывал. Напишу позже) поступила информация о человеке, которого надо найти, пытать и превратить в раба. Код: найти, подчинить, исправить. С жертвой и кодом надо прийти в пыточные, там выделят комнату. Но даже для нахождения человека оружие не выдали. Точнее выдали другому человеку. Мне не доверяют. Я лишь должен осматривать весь комплекс. Историй весёлых или грустных в процессе не было, опишу лишь задержание. Оказывается, все это время мы ловили Гаврюшина. Его подстрелить труда не составило. Встретили мы в квартире нашу жертву. Стрелять не пришлось, сразу схватили, застав врасплох. Надели наручники, понесли в пыточные. Код: найти, подчинить, исправить. Нас впустили в сырое помещение со стулом по центру. Жертву привязали ко стулу. Гаврюшин только узнал меня, до этого по какой-то причине в лицо не видел. Сказал: "Я думал ты за нас, за сопротивление! Не волнуйся, скоро ты умрёшь!" Кричал он это всем. В отличии от избитого офицера, Гаврюшин тот ещё нахал. За такую натуру, благо была возможность, ударил со всей силы дубинкой. Начали допрос. Ну как допрос... Скорее требование признать свою вину, ничтожество и т.д. по списку. Конечно же, до появления офицера никто не видел таких, что бы выдали бы все ещё о себе не намучившись вдоволь. До появления офицера, который шёл очень долго, мы били и били до кровоподтёков Гаврюшина, не выдал ничего. Только лишь орал. Но вот с появлением офицера пытки налились новой кровью. Оказалось, что офицер это Илья. По иронии Илья был низким, а Ярик высоким. В итоге Илья, над которым Ярик стебался, постебётся над его жизнью. Процесс пыток опишу, из-за того, что они первые. Илья обхватывает щупальцами Ярика, тот проклянает своего бывшего друга. В итоге начинается разрыв тела то же, что и у офицера. Жертва орет. После от боли отключается. Далее ввели вещество через шприц. Хороших ему снов. Вечера блаженства не было. Что для меня очень хорошо. Боюсь стать очередной жертвой пропаганды новосбора. Нет, я уже ей стал. В этом месте все становятся жертвами. В этом месте смысла жить нету. Есть смысл умереть. Жизнь не имеет цены, цена есть на смерть. Каждый пытается умереть любым способом, лишь бы не стать рабом. Я им стал. Я раб системы, осознающий свое положение. Люди, которые когда-то били мне дороги здесь от меня погибнут. Я прогнил, я высох. Мой смысл здесь есть смерть. Наш смысл здесь есть смерть. Нашел зеркальце. Перед собой вижу чудовище. Раньше в нем был парень достаточно красивый, весёлый, вобщем обычный человек. Сейчас перед собой вижу худого, обезумевшего раба. В его глазах читается просьба о смерти. Он хочет умереть. Он готов убить за пищ. рацион. Его жизнь лишена смысла. Он идеальный раб. Он должен умереть.

Запись №10

Жизнь лишена смысла. Я обязательно умру.

Возможно, последняя запись. Если записей более нет, значит я мёртв. Завтра выдадут оружие, расстреливать рабов надо. Единственный раб, пострадавший от меня это я. Дневник, ты последний раз чувствуешь на себе запах чернил. Надеюсь, ты попадешь в хорошие руки. Единственная мысль, услышанная от Андрея Казакова то, что впредь первый и второй способы доставки вещества называются СДВ1 и СДВ2. Надеюсь, дневник будет в хороших руках. Пока.