Пустота

      Сегодня такой чудесный день за окном, но так не хочется вставать с мягкой приятной постели, которая пропахла приятным парфюмом Томаса и запахом его шампуня. Хочется дышать так вечность. Рука тянется на соседнюю половину кровати, где и должен лежать парень, но его нет, и его часть кровати давно остыла. Лия резко встаёт, будто увидела страшный сон, но это была реальность. Реальность жизни со знаменитостью. Он поздно ложится, рано встаёт, когда есть срочные дела. Каждый раз смотреть на его усталый вид после концертов просто невозможно. Сердце сжимается от боли. Так хочется самой уложить его в постель, укрыть, принести горячий чай, погладить и просто смотреть, как он засыпает. Но увы, Лии этого не дано. Она не успевает найти такой момент, когда Томас такой мягкий и беззащитный. Он всегда сам за себя. Делает вид, что самостоятельный, но на самом деле ранимый милый котёнок.       Его нет дома. Лия начинает к этому привыкать. С болью на сердце, но привыкать. Очередной завтрак в одиночестве. Всё по классике: кружка черного чая с лимоном, печенька и зефирка. Девушка открыла меню телефона и случайно посмотрела в календарь. 19 июля. Сегодня же у неё день рождения. Это конечно, очень её обрадовало, но тут же она расстроилась, что её никто не поздравил, парень неизвестно где… Что ж, надо перебороть грусть. Она решила зайти на сайт компании, о которой говорил Дамиано. Это довольно распространено, такие организации есть даже в некоторых непризнанных странах, не говоря уже об мировых державах. Организация выдает определенную сумму, смотря, какой у тебя проект. Через год тебя навестит комиссия, чтобы посмотреть, куда направились деньги. Лия нашла номер телефона организации и уже собиралась нажать вызов, но в двери провернулся ключ. Это был Томас. Усталый и измученный. Девушка пошла к нему навстречу и помогла снять с плеч чехол с гитарой. Провела в комнату и помогла раздеться. Нет, он не был пьян, лишь был очень уставшими. Томас прошептал ей:       — С днём рождения, дорогая. Прости, я очень устал… — он не успел договорить, как Лия положила ему на губы свой палец. Она аккуратно его уложила и зашторила шторы, чтобы яркий солнечный свет не мешал отдыхать Томасу. Как только голова коснулась подушки, он тут же провалился в глубокий сон.       Девушка старалась всё делать, как можно тише. Отложила разговор с организацией. Ску-у-учно…       Все долгие часы скуки Лия провела в социальных сетях, навела идеальный порядок на кухне и устала. Скорее морально. Из комнаты вышел Томас с заспанными глазами. Он прошел в кухню, в очередной раз потрепав Лию по голове, набрал стакан воды и осушил его одним глотком. На телефон Либерти поступил видео-звонок. Это была Виктория. Лия поправила волосы, одежду и ответила.       — Аллёу? — спросила Лия.       — Лия! — крикнул искривлённым голос из динамика, а на экране были лица ребят. — С днём рождения! — крикнули сразу все.       За спиной Лии появился Томас и странно осмотрел эту картину. Положил свою голову девушке на плечо, показывая себя в камере.       — О, и ты здесь! — крикнул Дамиано, ткнув в камеру.       — Ага. — кратко ответил Томас и скрылся, уходя с кухни, попутно взяв зефирку.       — Лия… Приходите вместе с Томом к нам сегодня. — попросил Итан.       — Окей, во сколько?       — Эм… — Итан покосился на ребят, а Дамиано ответил за него:       — В пять! Нет, лучше в шесть!       — Ждём! — Вик послала воздушный поцелуйчик и сбросила трубку.       Сейчас на часах почти три часа дня. Значит, выйти надо в пять. Значит, начать собираться надо в четыре. А зная, какие Лия и Томас копуши, собираться надо сейчас.       — Том, я в ванную! — предупредительно крикнула Лия.       — А можно мне с тобой? — с какой-то шутливой надеждой спросил Раджи.       — Нет!       Через полчаса Лия наконец-то вышла из ванной, вытирая черные мокрые волосы полотенцем, а ещё в полотенце вокруг тела.       — Чёрт, я надеялся, что ты будешь без полотенца… — грустно сказал Томас, сделав этот грустный взгляд ещё грустнее, а Лия в ответ на это просто показала ему язык. — Ли, стой. Идём… — он повёл её за собой.       Томас нашёл чехол с гитарой и раскрыл его, но доставал оттуда не гитару. Он достал красную ткань, сложенную в аккуратный квадрат. Это было красное асимметричное платье без одного рукава с разрезом в юбке до середины бедра.       — Надень, пожалуйста. — попросил Томас, любуясь на зачарованные глаза Лии.       Платье прекрасно легло на тело девушки. Парень угадал с размером. Оно делало девушку очень сексуальной, даже немного вызывающей.       — Иди сюда… — Томас повёл девушку за собой и усадил на кресло перед туалетным столиком. — Ты, конечно, красотка, но сейчас я сделаю тебя ещё краше.       — С каких пор ты умеешь делать прически? — усмехнулась Лия.       — Ох, эти пальчики могут многое… — игриво ответил Томас, от чего Лия смутилась.       Томас вооружился плойкой и расчёской, и через несколько минут с зеркала на Лию смотрела девушка с такой же черной копной волос, но теперь очень красиво уложенных. Лёгкие, почти невесомые локоны, струятся до плеч, а лак, которым фиксировалась прическа, очень приятно пахнет.       — Ох, Томас! — воскликнула она от восхищения, но не договорила.       — Стой, дорогая, это ещё не всё. — он развернул девушку к себе. Внимательно всматривается в её простое, но красивое лицо, завораживаясь. Она начинает смотреть на него. Они могут так играть в гляделки вечно, но время того не позволяет.       Теперь в руках Томаса косметика и кисточка, помада, тушь, тональный крем, и всё это чередуется. Он, конечно, не специалист, но, как опытный рокер, он что-то смыслит в макияже. Лицо Лии совсем другое. Теперь она похожа на настоящую соблазнительницу, под стать своему платью. Она смотрит на себя, и не может найти слов. Девушка хотела обнять своего парня, но он ловко увернулся, сказав, что макияж размажется и то, что ему надо в душ.       Через полчаса Томас уже был полностью собран, а до выхода оставалось ещё полчаса. Парень предложил выйти сейчас, немного прогуляться, а Лия согласилась. По пути она ему рассказала о своём давнем друге Марке, а Томас внимательно её слушал.       — Наверное, он где-то окочурился от передоза… — вздохнула Лия, как будто жалея о прошлом. Томас задумался.       Дома темно. Будто здесь только что произошло преступление. В ушах звенит убивающая тишина. Вдруг хлопок, резко включается свет и громкие крики «с днём рождения!» Над арочной дверью весит плакат с веселой надписью «С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ!» Милые рисунки, нарисованные вручную. Итан подкрался сзади к парочке, а из-за кресла вылезли Джо, Джанис и Лаура. Они о чем-то спорили, а потом подошли к Лии с маленькой коробочкой в руках. Девушка с любопытством её открыла.

100 причин, почему мы тебя любим♡

1. Ты существуешь (Ит)

2. Вкусно готовишь (Дам)

3. Дами дурак, а ты красивая (Вик)

4. Ты теплая (Том)

5. За твои прекрасные глаза (Джо)

6. Фигурка у тебя hot 😼 (Джанис)

7. Я тебя плохо знаю, но ты милашка (Лаура)

             И ещё много-много причин от каждого по нескольку. Лия расплакалась от того, какие у неё прекрасные друзья, и как ей с ними повезло. Томас вырвал её из крепкий объятий друзей, и прижал к себе, своим видом говоря «Это моё.» Она плачет ему в грудь, шепча ему, какие они прекрасные.       — А я не прекрасный? — шёпотом спросил Томас.       — Нет. — ответила она, шмыгая носом, а он расстроился. — Ты лучший. — он широко улыбнулся крепче, прижав её к себе.       Это был самый лучший день рождения Лии. Они много смеялись, радовались, а домой она бежала босиком с размытым макияжем, играя с Томасом в догонялки. Он её опять победил и посадил себе на спину.       — А у меня ещё сюрприз. — заговорчески интриговал Томас почти у дома.       — Опять? Ты меня смущаешь.       — Нет, я тебя не смущаю. Я тебя люблю.       Он ведёт её за собой в гостиную. На пульте включает приглушённый свет и медленную музыку. Он встал в элегантную позу, приглашая Лию в танец.       — Я не умею… — она аккуратно протянула руку.       — А я научу. — притянул он резко её к себе, и прошептал губами еле касаясь её уха.       Он держит её за тонкую талию, тихо шипя от неприятных ощущений, когда она в очередной раз наступает ему на ногу.       — Раз, два, три… Раз, два, три…- ритмично повторяет он, ведя танец.       Снова он ей шепчет, когда она в очередной раз ошибается. По правде говоря, это уже начинает её бесить, и она решает его как-то заткнуть. Лия попыталась быстро перехватить его губы поцелуем, но Томас ловко увернулся. Он намного выше её, поэтому особого труда не составляет. Она встаёт на носочки, но это не помогает. Надутые губки и сдвинутые брови говорят сами за себя, и в момент, когда она отвернулась от него, он резко нагнулся и чувственно страстно её поцеловал. Она вовсе не сопротивляется. Будто добыча в сильных лапах хищника.       Жгучее волнение подняло температуру, и в комнате стало жарко, но это чувствуют только он и она. Разум опьянён, но они не выпили ни капли алкоголя. Нетерпение, небольшой страх и сладость момента смешались в прекрасный букет чувств, который точно не хочется ощущать вечность. Хочется распахнуть душу и тело, предоставить себя полностью партнёру, забыв о правилах приличия, морали и прочей ерунде, которую придумали люди, точно не знавшие чувство любви.       — Томас… — возбужденно тянет она, хватаясь подушечками пальцев за края подушки.       Чувство, сводящее с ума, сравнимое с опьянением, сладким пленом.       Лие хочется всегда чувствовать его рядом, всегда, везде и быть лишь с ним рядом, шепча нежно, будто после наркоза лишь одно, нежное, любимое, и единственное имя, ведь другие имена — уже чужие, не его, не ее, и им кроме друг друга никто не нужен.       Его немного шершавые ладони блуждают по её телу, постепенно оголяющемуся. Вдоль ребер, виднеющихся сквозь кожу, выше, к ключицам, в нежной шее, немного сдавливая, потом снова ниже, дразня, и к животу, а потом ещё ниже, дразня, как можно больше. Он заставляет её тело сходить с ума. Лишаться рассудка, но это так приятно. Она выгибается под его властным телом, издавая тихий протяжный стон. Его пальцы уже бегают вдоль её позвоночника. Так хочется тоже его контролировать, заставлять стонать, и её руки тянутся к его желанному телу, но ему это не очень нравится. Он за равноправие, но сейчас он — власть. Томас схватил её запястья одной рукой и держит у неё над головой. Она полностью подвластна ему, но нельзя сказать, что она против.       Стон, опять стон.       Лия замолкает и смотрит на его до скрежета зубов желанные губы. Вытягивает свое тело чуть вперед, девушка незаметно хмурит брови, проводя ладонями по его щекам, пальцы почувствовали ровные скулы, о которые буквально можно порезаться, и едва ощутимую щетину.       Поцелуй, нежный и чувственный.       Лунный свет пробирается в комнату, казалось, даже звёзды хотели на это поглазеть.       Лия потянула его за собой, оттягивает момент, не лишая его ласк.       Томас покорно, словно заколдован, следует за ней, ощущая дрожь на ее спине.       Девушка притягивает его к себе совсем вплотную, обвивая его шею руками, углубляя поцелуй все больше. Они хотели чувствовать друг друга, без остатка. А как по другому?       Его полусогнутые пальцы проводят по животу, где рука парня задерживается.       Он невольно ухмыльнулся, заметив, как серые глаза, обрамлённые густыми ресницами, следят за ними.       Как же он, черт побери хорош, он овладел не только ее разумом, но и телом, заставляя желать его всего, без остатка.       Он отрывается от её нежных губ, вспухших от долгих поцелуев. Его губы и язык спускаются ниже, лаская шею. Этим он заставляет её тихо стонать его имя, но разрывать его стоном, эхом разносящимся по комнате. Его рука стягивает заветное красное платье, оставляя девушку почти нагой перед ним. Он отрывается от её тела только для того, чтобы осмотреть его. Налюбоваться им, будто он больше её не увидит. Белое кружевное белье такое ненужное, такое лишнее сейчас. Дурацкую застёжку легче порвать, чем расстегнуть. Теперь она нага пред ним не только душой. Её глаза смотрят прямо в его, и они видят души друг друга. Его одежда лишняя на нём, но сейчас уже ничего не мешает.       Его руки спускаются ниже, куда не следовало бы, но разгорается пожар, который не остановить уже ничем. Его музыкальные пальцы так ловко играют с её ощущениями. Короткие, но громкие женские стоны разносятся по комнате, так лаская слух музыканта. Ни один музыкальный инструмент не может принести ему столько удовольствия, как эти звуки. Звуки удовольствия. Ему самому приятно о того, что он может дать удовольствие своей девушке. Его ритмичные движения заставляют сойти с ума. Они одно целое, так не хочется разрываться, но и не надо. Её стоны сопровождаются его тяжёлым дыханием, но так хочется услышать его стоны. Хочется даже слышать, как он кричит. Пожалуй, это будет самое лучшее, чтобы она услышала.       — Том… — пытается говорить она, прерывая стоны. — Том! Не молчи, пожалуйста, Томми!       Он не может не слушаться её. Снова она его поводырь, который ведёт за собой. С его губ срывается скромный стон. Это такой прекрасный звук. Приятнее Лия никогда не слышала. Толпы мурашек по телу подтверждают это. Внизу живота образовался тугой узел, приятно прокалывающий. Она обвила его тело своими ногами и прижалась к нему всем телом. Острые чувства появились внутри неё, а весь мир сжался до размеров точки, и спустя несколько секунд взорвался, как большой взрыв. Она почувствовала себя в космосе, будто она не здесь, но её пальцы чувствовали то, как она царапает спину Томаса, а слух уловил его шипение сквозь зубы от небольшой, но приятной боли. Его мир зациклен только на ней, сейчас разум вообще не здесь, а примерно там же, где и разум Лии. Он пытается держаться рядом с ней, быть зацикленным только на ней, но это не удаётся. Впервые она услышала такой громкий его стон, который был даже не ровней ей.       — Я люблю тебя, Томас. — она почему-то расплакалась, так сильно, будто от горя. Он не может остановить её рыдания, как бы не старался.       — Почему ты плачешь? — озабочено спросил он, не выдерживая этих рыданий.       «Потому что так давно не чувствовала себя счастливой!» — подумала она, но вместо ответа просто прижалась к его груди.